Unification

Прошло две недели с того памятного разговора на побережье. Стояло раннее утро. Только что взошедшее ноябрьское солнце совершенно не грело, но окрашивало верхушки высоток в золотистый цвет, отражаясь от массивных стекол. Зико валялся на базе, страдая от недавно приобретенной бессонницы. Вокруг царила непривычная тишина, ранним утром тут мало кого застанешь. И это удручало его больше всего. Он не понимал, как здесь оказался. Совсем недавно улаженные дела с полицией значительно потрясли его финансы, и даже финансы его родителей. Но результат на лицо, пара суток за решеткой - и он снова здесь, на заброшенном складе. Хотя, ему не привыкать. - О! Ты здесь... На пороге стоял Кен, помятый, жутко усталый и кажется, не мытый. Зико окинул взглядом темные круги под его глазами и цокнул. - Когда ты вышел? Кто внес залог? - Огурчик присел рядом с другом, стараясь сильно не шуметь. Он чувствовал себя неловко рядом с Зико, после всего что с ними произошло за все эти десять дней. - Предки постарались... Блондин не смотрел на него, и от этого Кену становилось еще хуже. Он чувствовал себя чертовым предателем и последним ублюдком. Было совсем плохо, поэтому он еле смог выдавить: - Это хорошо. Лидер в ответ лишь молчал, бездумно пялясь в потолок и слегка покачивая ногой в такт какой-то ведомой ему одному, музыке. "Плохо. Это плохо" - панически стучало у Кена в голове, впервые в жизни, ему нечего было сказать своему близкому другу (другу ли?). Но тишину прервал хриплый голос Зико: - Как вы тут, без меня то? И послышался треск. Это прорвало Кена. Он вдруг начал говорить, и все говорил и говорил, срываясь на крики, то шепча о том, как было плохо Теилю, как им с ребятами приходилось отпаивать его лекарствами. Как они сходили проведать Мино и остальных, в больницу, и что им уже лучше. А потом уж совсем тихо, он рассказал о той школьнице, и что ее мать больше не злится на него, и что он должен сходить проведать ее. Он говорил так много и почти безостановочно, будто все те дни, что отсутствовал их лидер, он ходил с заклеенным ртом и теперь срывается на нем, на Зико. И лишь в конце, Кен добавил, что Черные Драконы приходили помогать им расправляться с беспорядками, и что он, возможно, ошибался, когда накричал на Зико, когда тот решил объединится с ними. А Зико снова молчал. Он чувствовал нечто щемящее, что-то вроде бесконечной благодарности или какой-то отцовской гордости, грозящей вылится в сантименты. И потому молчал. Иначе он не сдержался бы, и сорвался, точно так же как и Кен. Но он не такой, как Кен, и потому беспомощно молчал. - Мы скучали, Зико, черт бы тебя побрал... - Я тоже... *** И снова белоснежные коридоры. Уже привычный резкий запах спирта, и Зико стоит у перепутья дверей, лестниц, бесконечных коридоров. Он недоуменно озирается вокруг. Черт бы побрал его, и его топографический кретинизм, который уже выходил за рамки дозволенного. - Эй-эй! - он окликает молоденькую медсестру спешащую куда-то по делам. - Не подскажете как добраться до палаты 1069? - Ох, но это же прямо за повортом! - она удивленно окидывает его взглядом и слегка закатив глаза спешит дальше. Зико раздраженно пробурчав что-то про напыщенных фуфыр, бредет за поворот и наконец находит цель своего визита. Он бесцеремонным пинком открывает дверь в палату и залетает внутрь. - Какого лешего?! - Джехе удивленно роняет полуочищенное яблоко на покрывало и ойкает. - Не ожидал? - Зико скалится во все зубы и без приглашения обрушивается на край койки. Одновременно он сканирует бледного ольджанга на предмет повреждений, отмечая про себя бинты выступающие под небрежно застегнутой пижамой и перевязанную голову. - Это из за меня? Джехе с секунду тупо уставился на лицо блондина, а потом слегка помотав головой, выпаливает: - Да из за кого же еще?! - Ясно, и долго ты тут? - Уж подольше тебя будет... Ты когда выпустился то? - Два дня назад. Вроде бы. - Что?! Ты просидел 10 суток за то, что грохнул человека?! Ты что, сын президента? - Джехе так широко открыл свои глазища, что Зико заволновался, что они вывалятся из орбит. - Да потише ты! Вот ушлепок. Не убивал я его, он в больнице копыта откинул! - Ну так это и значит - убил. Боже, с кем я вожусь... - Вот только не начинай, а? По крайней мере, копы сами сказали, что это не моя вина. Вот и все. Ольджанг окинул его недоверчивым взглядом и опустив голову, вдруг выдавил: - Прости, что меня не было рядом... Тогда. Я хотел... Но Пио сказал что нельзя... В общем, прости. Зико понимающе смотрит в его сторону, и повинуясь порыву, зарывается рукой в сильно отросшие волосы ольджанга, слегка потрепывая, и непринужденно произносит: - Да все пучком! Джехе в шоке окидывает блондина взглядом исподлобья, внутри себя отмечая, что ему странно прикасаться к Зико, но не противно. Отнюдь. Это пугает. И он быстро скидывает руку младшего с головы, краснея и бубня что-то невнятное, а потом отворачивается. Ему все еще неудобно перед Зико, за то, что он не сдержал собственного слова и не пришел в день решающей разборки. Может, тогда все справились и без него, но никто не смог удержать блондина от мимолетного психоза. Тот снова сошел с катушек. "Может он опять превратился в животное?" - отстраненно проносится в голове у Джехе, когда взволнованный до истерики Пио, орет ему в трубку, что Зико увела полиция. Причем увела прямо с места преступления. Жертвой Красного Тигра стал никто иной как главарь тех выродков, которые называли себя Падальщиками. Позже выяснилось, что тот парень скончался в реанимации, а связь с Зико оборвалась. Все те дни, пока блондин проводил в карцере, Джехе медленно сходил с ума, ежеминутно мучая себя мыслями, о том, что если бы в тот день он был там, всего этого не случилось бы. Но все это случилось - Зико был за решеткой. И ольджанг, занимаясь самобичеванием, временами даже винил совершенно левого Пио, который уговорил его лечь в больницу. Таким образом прошло две недели, и сейчас этот толстокожий светловолосый укурок сидит прямо перед ним, лыбясь во весь рот. А Джехе еле сдерживает волны облегчения и волнения. И да, еще раз: это пугает. - Мудак. - Чего? - Зико недоуменно окидывает старшего взглядом. У того слегка подрагивают плечи и подбородок. Джехе глубоко вздыхает и без сил окидывается на подушки: - Ничего. Почисть мне яблоко... - Ан Джехе, кажется я тебя слишком сильно стукнул. Как думаешь? - он послушно тянется за яблоком из приторной корзинки. "И откуда сие?" - думает Зико, осматривая розовые кружевные ленточки. Проследив за его взглядом, ольджанг фыркает. - Сделай лицо попроще, это от фанаток. - Хм... Рожа ты ольджанская, вот ты кто. Джехе лишь молча соглашается, устраивая голову поудобнее, одновременно следя за тем, как Зико орудует маленьким фруктовым ножиком. Он осторожно складывает серпантин из яблочной кожуры на тарелочке и даже слегка высовывает кончик языка от усердия. Ольджанг усмехается от представшей картины, стойко игнорируя "неправильные" мысли, которые начали постукивать у него в голове. "Красивый..." - Дырку не затри. - Да пошел ты. - На, возьми, - Зико протягивает недовольному ольджангу кусочек фрукта. Тот нехотя протягивает руку и осторожно кладет яблоко в рот. Жует он с трудом, знакомство с кулаками Зико стоило ему пары зубов, о чем он не преминул оповестить младшего. На что тот громко заржал. - Чего ржешь? Это тебе сейчас смешно. Выбей ты мне передний зуб, ты бы не ходил сейчас живой... - Ну и что бы ты мне сделал? - снисходительно произносит блондин, все еще продолжая посмеиваться. - Кастрировал бы. Зико поперхнулся яблоком и начал судорожно кашлять, пытаясь постучать себе по спине. Джехе хладнокровно проследил за действиями младшего и хмыкнул, отворачиваясь к окну. Потом вспомнив что-то, все-таки повернулся в сторону побагровевшого лидера Тигров, который уже не кашлял, а лишь сипел. - Кстати, я ведь твой хен... Повисла секундная пауза. Блондин выпучил глаза, закашлял и... задышал. - Ну и? Не надейся, хеном звать не буду, - захрипел Зико, откашливаясь. - Всмысле? Как это не будешь? Я ведь старше! - Забей. Джехе грустно вздохнул. *** Был холодный январь. Набережная покрылась тонким слоем липкого снега, небо стояло низкое, свинцовое - совершенно безрадостное. Зико медленно перебирал ногами, топя новые кроссовки в серо-бурой слякоти. Настроение было совсем никакое. В наушниках играла случайная громкая музыка, а мысли были где-то далеко. Сегодня вечером предстояла вылазка на чужую территорию. Рискованная выходка, но на то были свои причины, и Зико точно не упустит шанса набить кому-нибудь морду. Странно было то, что к ним, за компанию, навязался Джехе. Это не понравилось лидеру Тигров и он уже пару раз пытался уговорить только что выписавшегося из больницы ольджанга от этой идеи. Даже подключал к этому делу Пио, но все безрезультатно. Ан Джехе был тем еще упрямым ослом. - И с какого хрена я на это согласился? - пробурчал Зико, взглянув на свое отражение в случайной витрине. Отражение не ответило, и он помотав головой, зашагал дальше, стараясь выкинуть из головы тяжелые мысли. Предстояла трудная ночь, и блондин все бы отдал, лишь бы она не наступила...