Зачарованные. Перезагрузка.

ПРЮ. Лавочка приятно поскрипывает. Я откидываюсь на спинку и закрываю глаза. Я ведьма, я ведьма, я ведьма!, - оживает в моей голове голос сестренки. Нашла чему радоваться. Как бы я хотела быть обычным подростком! Обычной девочкой... Слезы текут по моему лицу. Я не просила себе такой судьбы. Провожу рукой по спинке лавочки. Сюда я прибегаю с детства. В самую глубь сквера, где никто не сможет меня найти... Я не хочу быть ведьмой. Кто-то неслышно садится рядом. Молчит, и я слышу только дыхание. - Прю, что-то случилось? - участливый голос Энди. Я не отвечаю, и парень обнимает меня. Мои слезы капают на плечи его рубашки. Ты всегда рядом, Энди. Спасибо тебе. Я люблю тебя. - Все будет хорошо, Прю. Спрашивать, как он нашел меня, я не собираюсь. Трюдо слишком хорошо меня знает. Если я расскажу ему, парень не поймет. Он подумает, что я сошла с ума. И это недалеко от истины. - Прю... - Энди гладит меня по спине, и я заглядываю ему в глаза. - Я отведу тебя домой. Твои родные места себе не находят. В памяти всплыла падающая на пол Пейдж. - Ты пришел сюда по их просьбе? - я обиженно отодвигаюсь в угол скамейки. - Вовсе нет, и ты знаешь это. Я пришел к тебе домой, потому что хотел тебя увидеть. Мама сказала, что ты ушла. И я... пришел сюда, - парень заправляет мне за ухо выбившуюся прядь. - Я всегда знаю, где тебя найти. Это точно. Сердцебиение успокаивается, и я улыбаюсь. Теперь мне становится стыдно. Грэмс наверняка нужна моя помощь. Пейдж нужна моя помощь. Мама волнуется. - Ладно, Энди, пойдем, - Трюдо берет меня за руку и помогает мне встать. - Извини, я сегодня не в форме. - Я вижу, - парень вежливо касается моих мокрых щек. - Ты ведь знаешь, что я люблю тебя, Прю? Эти слова прорывают плотину. Я вновь всхлипываю. - Ты просто не знаешь, какая я, Энди, - голос дрожит, лицо красное. - Прю! - теперь Трюдо напуган не на шутку. Энди, ты не заслуживаешь девушки - ведьмы... Но сказать этого вслух я не могу. Я просто захлебываюсь в собственных слезах. - Прю, пожалуйста! - кажется, все остальные слова напрочь вылетели у парня из головы. Еще бы, он даже не помнит, когда я последний раз плакала. Я делаю глубокий вдох. Помогает мало, но я все-таки беру себя в руки. - Я хочу домой, - ведьма-истеричка, блин! Энди крепко обнимает меня, я утыкаюсь носом в его плечо. Ноги подкашиваются. Силы окончательно оставляют меня. Парень доводит меня до машины и усаживает на заднее сиденье. Этот автомобиль ему подарили родители. Я просто обожаю кататься в нем. Энди достает из багажника плед и укрывает меня. - Я разбужу тебя, когда приедем, - обещает он и улыбается своей коронной улыбкой. Мои веки смыкаются сами, и я погружаюсь в царство Морфея. - Спасибо, Энди. - голос обволакивает меня. - Я обеспокоен ее состоянием. Никогда не видел ее такой. Что-то случилось, - при звуках этого голоса я чувствую, будто качаюсь на волнах. - Ничего особенного, она просто устала. - мягкие руки касаются моих плеч. - Прю! Знакомый запах любимых духов Грэмс укутывает меня нежным покрывалом. Я открываю глаза. - Как Пейдж? - голос почему-то непривычно хриплый. Энди помогает мне вылезти из машины. Бабушка косится на Трюдо и улыбается: - Сама посмотришь, - мне кажется, в ее голосе вибрирует страх. Я поворачиваюсь к парню. - Прости, Энди. Еще увидимся, - губы пытаются расползтись в улыбке, но у них плохо получается. Юноша сверлит меня тревожным взглядом: - Пока... Прю. Мы заходим в дом, Грэмс отпускает мою руку, и я медленно сползаю по стене. - Петти, Прю дома! - бабушка повышает голос, и из детской выглядывает мама. - Прю? - она кидается ко мне и крепко обнимает. От ее рук пахнет лекарствами.- Я так волновалась! Запах аптеки кружит мне голову. Я понимаю, что сестренке не стало легче. Но надежда умирает последней: - Как Пейдж? Мама молчит и мягко подталкивает меня в сторону открытой двери. Я послушно захожу. На кровати, среди подушек лежит моя самая младшая сестра. Ее лицо сравнялось цветом с простынями. Однако среди всего этого белого великолепия блестят красные пятна. У Пейдж явно сильный жар. Руку поверх одеяла (зачем одеяла-то, если у нее жар?) покрыты черными царапинами. Глубокие рубцы выглядят настолько ужасно, что у меня перехватывает дыхание. Ненавижу магию. Грудь Пейдж мерно вздымается. Она выглядит такой беззащитной... Я кидаюсь к ней. Даже не знала, что этот вид сестренки так взбудоражит меня. Хватаю ее за руку. Пальцы сестры холодные. - Пейдж! - я с мольбой разворачиваюсь к Грэмс. - Она ведь поправится? Бабушка кивает на кружку на прикроватном столике. - Я делаю все, что могу, - она касается лба сестры и грустно усмехается, - жар начал немного спадать. Оставаться здесь выше моих сил. - А где Пайпер и Фиби? - Они варят отвар по моему рецепту, - Грэмс с гордостью улыбается. Ну, да, она небось в восторге от энтузиазма младших внучек. Только со мной ей не повезло. Не хочу быть ведьмой! Оглядываюсь на Пейдж и иду в кухню. На плите булькает кастрюля. Сестры в обнимку сидят на диване. Пайпер гладит Фиби по спине. - Пайпер, мне страшно! - всхлипывает сестра. - Знаю, мне тоже! - признается Пайпер. - Прю! - она наконец замечает меня. Я прохожу в кухню и прикручиваю огонь. - По-моему, оно закипело, - говорю слегка смущенно, боясь реакции сестер. Фиби встает и обнимает меня. Пайпер обнимает нас обеих. Я думаю о Пейдж и вновь даю выход слезам. Через несколько секунд мы ревем все вместе.