Раб

*POV Джудал* Этот крик не ласкает слух, скорее режет. Но черт возьми, я не могу не наслаждаться этими громкими звуками и выражением лица Джиенны, исказившимся от боли. Наверное, это и правда очень неприятно, когда тебя так сильно дергают за волосы, но зрелище того стоит. Решив, что с нее вполне хватит, отпускаю мягкую, но неухоженную шевелюру и ноги девчушки вновь соприкасаются с полом. Она не удерживает равновесия и на пару секунд падает на мое ложе. Как же я обожаю, когда краснеют эти милые, еще по-детски пухленькие щеки. Она поспешно вскакивает с кровати, стыдливо опустив взгляд и прижав руки к груди, сжимая кулачки, словно стараясь унять дрожь. Она боится меня, и это правильно. Не стоит ей своевольничать, хотя именно резкий порыв на приеме у важных идиотов и привлек меня, если не брать в счет заметную привлекательность Джи. Я так понимаю, ее откровенно ненавидели и готовы были зарезать в случае голодовки, это был лишь вопрос времени. Чувствую, как вновь во мне словно взыграл этот неподдельный интерес к рабу в перемешку с похотью, и я отрезаю ей путь к отступлению, опершись о стену и заглядывая в голубые глаза. Теперь не надо просить ее поднять взгляд, это уже как ритуал, она словно чувствует, хочу я смотреть на нее или нет. Похожее на одежду тряпье без сожалений рвут мои руки, открывая на вид молодое, немного исхудалое тело, но все же природа не обделила мою вещичку женскими формами, что даже радует. Неожиданный подъем в воздух заставляет Джиенну чуть испугаться, а затем прогнуться в спине, выдыхая в воздух. Внутри нее так тесно, горячо и мокро, что я неосознанно несу какой-то бред, даже не задумываясь о смысле сказанного. Знаю, что ей неудобно в такой позе, но какая разница, если я чувствую себя превосходно? Она перенесет, ей незачем ощущать такие удобства. Похоже, что она, купаясь в этих волнах сильных ощущений, даже не заметила, как я коснулся языком ее кожи. Она не такая нежная на вид и ощупь, как у придворных девиц, но все же к ней приятно прикасаться. Оставив на красивой шейке очень заметный засос, я попытался заглянуть ей в глаза, но наши взгляды все никак не могли встретиться, хотя на большее я и не надеялся. Из ее горла вырывались частые постанывания и хрипы, только подстегивающие мое возбуждение. Она только моя вещь, и ничья больше. И пусть ее ранки не до конца зажили, все пройдет и без моей помощи. А вот если бы эти жирные детишки что-то серьезное с ней сделали, я бы лично оторвал им головы. Никто, кроме меня, не имеет права ее наказывать и тому подобное. И снова эти пылающие щеки, я делаю последний рывок и успеваю укусить ее за верхнюю губу, чуть проведя по ней языком... Только я отпустил девчушку, как противно звякнули цепи, и она, едва устояв и держась за стену, пыталась отдышаться. Ее кожа была горячей, колени немного подрагивали, а меж ног текло мое семя. Она даже опомниться не успела, как я схватил ее за локоть и приволок на кровать, прижав всем своим телом. Остановиться? Вот еще, я только начал получать удовольствие от происходящего. Видно было, что Джи уже просто таяла и забывалась, пребывая где-то на границе сознания. Яркие глаза потускнели, затуманились, и словно веки раба отяжелели, норовя вот-вот закрыться. Ну, нет, теперь-то она точно просто так не отделается... *конец POV Джудал* Проснувшись раньше господина, я уже что-то одела и терпеливо ждала его пробуждения, чувствуя, как внутри все еще стоит неприятная, немного тягучая и как-будто застрявшая там боль. Странно прозвучало, но я не знаю, как по-другому объяснить эти чувства. Да уж, на этот раз все было через чур жестко, я еле успевала соображать, что к чему. К слову о том, почему я опасаясь будить маги. Да, мне было страшно хоть пальцем его сейчас трогать, вдруг ему в голову взбредет продолжить? Поэтому я просто смотрела на умиротворенное лицо юноши, который во сне казался даже более красивым, что ли. Хотя, спящий человек всегда выглядит более открыто, ведь он не держит на лице всякие ненужные маски, не строит из себя кого-то. В этот момент глубокого сна он такой, какой он есть. Веки фиолетового оттенка, обрамленные черными ресницами, немного подрагивали, хозяин не хмурился и не ухмылялся, он был так спокоен, что мне даже не верилось, что он способен на некоторые вещи. Растрепанные и по своей природе лохматые волосы цвета непроглядной тьмы казались такими мягкими, словно их можно было потрогать, погладить и не ощутить под пальцами никакой жесткости. Мой взгляд скользнул по неприкрытым плечам и груди, по бледной коже рук, что так грубо хватали меня за запястья. Рельефное, но немного худощавое тело было, несомненно, привлекательным. Странно, но мне до этого даже в голову не приходило просто приподнять взгляд и осмотреть своего господина. А сейчас предоставилась такая удобная возможность. Даже не знаю, с кем мне "лучше" сейчас живется... Вроде и старый аристократ, у которого я состояла большую часть своей жизни, не покушался на мою невинность, да и вообще всем было как-то противно меня касаться, словно я какая-нибудь блохастая шавка. Но с другой стороны, Джудал не так часто меня бил, а точнее, практически не распускал руки с целью покалечить меня, кроме своих собственный потребностей, если вы понимаете, о чем я. Да, он своими странноватыми выходками приносил мне боль, но во мне не просыпалась ненависть к нему. Казалось, что сейчас я действительно заслуживаю всех синяков и ссадин, красовавшихся на моем теле. Маги словно прощал мне некоторые выходки и неуклюжести, только не очень приятно смеялся, наслаждаясь таким нелепым зрелищем, как мои падения или неправильные действия. Хозяин открыл гдаза, яркие, словно кровавый закат. Необычное сравнение, но так оно и есть. Он потянулся всем телом, словно проснувшийся кот, и глянул на меня, от чего я даже застыла. Словно полминуты меня произучав, он встал, как ни странно, уже в своих шароварах. Я тоже поспешно поднялась на ноги, не поднимая глаз. - Возможно, что сегодня я снова уйду. - сообщил он, проходя мимо меня и отпивая воды из чаши на столе. - Н..на сколько? - чуть охрипшим от молчания голосом спросила я, и хозяин повернулся. - Зачем тебе это знать? - вопросом на вопрос ответил он. - Не зачем, - словно подтверждая его слова, кивнула я. - Вот и правильно. Надеюсь, из твоей маленькой головки не вылетели два самых главный правила? - я помотала головой, - Ну и умница. Подойдя ближе, он грубо похлопал меня по голове, а затем, окончательно одевшись, ушел куда-то. Я вздохнула, почему-то предчувствуя, что на этот раз парой денечков не обойдется и нужно будет пострадать не одну неделю. - Кстати! - раздалось за спиной, и я с криком обернулась. На окне сидел Джудал, - Не ори. На краю стола есть мелкий мешочек. Будешь давать по одной штуке содержимого поварам и получать от них еду. - Зачем вам меня кормить? Я же...просто раб, - замявшись на последних словах, выговорила я, еще не отойдя от шока. - Мне еще нужен такой миленький раб, - хитро ухмыльнувшись, маги снова исчез. Нужна я ему, видите ли. Ну ладно, его право, что там в оставленном мешочке? - Д..деньги?! Да уж, без этих золотых монет я бы просто не выжила. Ходила я на кухню только в случае того, когда есть хотелось невыносимо, а с каждой неделей я испытывала голод все чаще и сильнее. Иногда меня тошнило, что вызывало подозрения в плане того, что мне подсовывали, также побаливал живот. Но когда я осмелилась спросить об этом подавальщика блюд, он за одну-две монетки поклялся, что в еде ничего подозрительного нет, и что она точно такая же, какую дают на стол людям высших слоев. Получается, меня никто не травил, и дело совсем не в маленьких кусках съестного? Но в чем же тогда? На четвертую неделю самостоятельной одиночной жизни, когда я сидела около фонтана, уже перекусив, мне внезапно стало очень плохо, я согнулась в три погибели и силой старалась сдерживать тошноту, но после пары секунд в глазах все помутнело и я, кажется, упала на землю. Голова тоже немного заболела, а потом я словно провалилась во тьму... Очнувшись, я не чувствовала себя хорошо или даже хоть чуть-чуть получше. Но вот лежала я не на земле, а на какой-то жестковатой койке с легкой обивкой. Открыв глаза, я осторожно села и огляделась. Это была богатая, в красных тонах комната, намного больше, чем обиталище хозяина. По стенам висели небольшие гобелены, толстые мягкие коврики устилали пол в три или четыре слоя, причем каждый из них роскошью был достоин лежать у подножия трона! Поверх были разбросаны десятки красивых подушек. Имелись различные сундуки и шкатулки из ароматного красного и черного дерева, самые большие стояли у стен. Светильники свисали на коротких цепях с четырех разных стропил. По четырем углам стояли колонны, от которых отходило по стальной кисти руки, сложенной чашечкой и держащей в резной ладони лампу. Все светильники горели, и буйство насыщенных цветов, форм и текстур было окутано золотым сиянием, не имевшим ничего общего с медленно набирающим силу утренним светом за окном... Легкий шорох за спиной вернул меня в реальность, и мне на плечи легли чьи-то мягкие руки, заставив обернуться. Как там... А, точно! Третий принц! - П-п-простите, господин Коха! - я резко вскочила со своего места, склонившись в полу-поклоне, совершенно не подумав о том, как отреагирует мой организм на это. Голова немного закружилась, но больше ничего плохого не произошло. - Прекрати скакать и сядь, - он выглядел довольно серьезно, вернув меня на место практически без резких движений, - Джун-Джун, ты точно уверенна? - Так точно. Могу еще раз проверить, - на свет вышла довольно странная девушка в одеяниях победнее своего господина, на ней не было столько блестящих украшений. Меня немного напрягала атмосфера, повисшая в помещении, но благоухания, царившие здесь, успокаивали и давали расслабиться. - Ляг, - практически приказала мне слуга Кохи, и я повиновалась, вернувшись в прежнюю позу, вытянувшись стрункой на диванчике. Станная особа подошла ко мне ближе, проделывая необычные движения руками и приближая ладони к моему животу и груди. Кожа Джун-Джун немного светилась, неужто это магия? Та самая, о могуществе которой я так много слышала? Нет, это нечто другое, более слабое и не способное навредить. Приближенная третьего принца еще немного постояла рядом, изучая меня, как я поняла, а потом опустила руки и спрятала их в рукавах. - Это неоспоримо, господин Коха, - она чуть поклонилась принцу, - У этой девушки будет ребенок. Я села, не веря собственным ушам... Ребенок? То есть... Черт, поверить не могу! В голове все путается. Ну и как мне отреагировать на подобное заявление? Не знаю, смеяться мне или плакать, но одно было ясно точно - следующие деньки точно изменят мою жизнь.