Однажды в Нью-Йорке

      Хейли уже неделю как вышла из больницы. Месяц, проведенный в клинике, вроде бы пошел ей на пользу. Она стала спокойнее, перестала обводить глаза черным. После возвращения она была безумно счастлива видеть Клауса, и постоянно к нему ластилась. - Ты не представляешь, как я по тебе соскучилась, - шатенка подошла нему со спины, и обняла. Мужчина сидел за столом, пил кофе и читал газету. Он нежно погладил руки девушки и легонько поцеловал ладошку. - Давай, ты сегодня никуда не пойдешь, и мы проведем вместе весь день, - она села к нему на колени и заглянула в глаза. - Я знаю, какой ты ненасытный, и мы можем весь этот день провести в кровати, - девушка заговорщицки подмигнула.       Клаус ухмыльнулся, чмокнул ее в уголок губ, и, аккуратно подтолкнув, поднял с колен. - Не могу, много дел, плюс эти новые магазины, - Хейли обиженно надула губки. - Тем более тебе вроде есть чем заняться, - мужчина встал и погладил ее по плечам. - Позвони своему агенту, пора тебе возвращаться на площадку. - Ты прав, - обреченно вздохнула девушка. Потом, будто стряхнув с себя грусть, она задорно поцеловала любимого в щеку, схватила сумочку и выпорхнула в дверь. Клаус как-то обреченно покачал головой, а глаза его потемнели от недобрых мыслей. - Том, ты мой агент, вот ты ищи мне интересные предложения, - Хейли пила безалкогольный мохито на террасе модного ресторана. - Послушай, все не так просто, - мужчина напротив нее явно нервничал. - Это твоя забота, мне какое дело? - Хейли была заметно раздражена.       Она наплевала на все запреты врачей и Клауса и прикурила сигарету. Серый едкий дым наполнил легкие. Как же приятно затянуться после долгой передышки. Девушка в блаженстве прикрыла глаза. Том напряженно наблюдал за ней. - Короче, я полностью готова к работе. Они обещали мою героиню отправить в путешествие, теперь пусть возвращают, - Хейли выпустила несколько колец дыма. - Когда можно приступать?       Том ерзал на стуле. Ему было явно некомфортно. Если бы он курил, то непременно бы ему захотелось затянуться. Но он не курит. Выпить нельзя - он за рулем. Так что придется говорить так, как есть. - Прости, Хейли, но они убили твою героиню, - посмотреть сейчас на девушку он не решился, поэтому изучал свои ботинки.       Секундная пауза затянулась и агент поднял глаза на свою подопечную. Она замерла, и сейчас больше была похожа на восковую статую, нежели на живого человека. - Что ты сказал? - Голос был глухой. - Они... они ... они сказали, что не могут ждать, что у них рейтинги и прочее, и что ты своим поведением портишь им имидж сериала, - голос Тома к концу фразы стал совсем тихим. Ему было неприятно все это говорить девушке, но так оно и было.       Хейли была ошарашена такими новостями. Кто в мире кино и театра не баловался наркотиками? У всех почти были периоды злоупотребления, но она была уверена, что ее место никто не займет. Она ведь главная звезда этого долбанного ситкома. Ну и черт с ним! Она звезда! Да кто угодно с радостью возьмет ее в свой проект. - Ну и хрен с ними! - Хейли тряхнула головой. - Им же хуже! Давай выкладывай, какие еще у тебя есть предложения. Сейчас что-нибудь выберем.       Том поднял на Хейли извиняющийся удрученный взгляд. Говорить ему ничего не пришлось. Она и так все поняла. Никто не хочет иметь дело с наркоманкой. Даже если она излечилась. Даже если она звезда. И такая ее накрыла злость, негодование, раздражение. - Ты уволен! На кой черт ты мне нужен, если даже малейшей роли найти не можешь! - Она кричала на все кафе. - Пошел к черту! Без тебя справлюсь! - Но... - хотел было возразить Том, но понял, что сейчас с ней лучше не спорить, и поднявшись из-за стола спешно покинул помещение.       Настроение Хейли было хуже некуда. С работой не складывалось, экс-подруги избегали встречи с ней, отмазываясь какими-то неотложными делами, агента она только что уволила, а Клаус не брал трубку. Стоя посреди Пятой авеню, она буквально не знала что делать. И тут ее осенило. Она поймала такси и назвала нужный адрес, молча молясь, чтоб адресат был дома.       Заплатив таксисту и оказавшись перед такой знакомой дверью, Хейли почувствовала, как под ложечкой засосало. Волнение и трепет накрыли ее. Она дрожащей рукой набрала номер квартиры и стала ждать. Те несколько секунд, через которые она услышала такой необходимый вопрос "кто там?", показались ей вечностью. - Мелинда, это я, Хейли, - тихо проговорила она в домофонную связь. Послышался щелчок и дверь отворилась. - Ну, здравствуй, незнакомка, - на пороге квартиры стояла Лика в одной футболке. - Я скучала.       И она порывисто обняла гостью. Хейли отметила про себя, что даже Клаус так не радовался ее возвращению. - Я тоже, - с трудом проговорила актриса, ибо Мелинда слишком сильно прижимала ее к себе. - Проходи, - она потащила ее за руку внутрь квартиры, и усадила на диван. - Ну, рассказывай, как курорт? - Отвратительно, - мрачно ответила шатенка и откинулась на спинку. - Мне нужно что-нибудь, хоть что-то, чтобы поднять настроение. Лика коварно улыбнулась. - Есть у меня кое-что, - она вскочила с дивана и уже открыла сейф-шкаф. - Совсем новенькое, - достала небольшой пузырек и закрыла сейф. - Правда стоит дофига, - Мелинда извиняясь скривила красивое личико. - У меня нет денег, - обреченно выдохнула гостья. - Нууу, - загадочно произнесла наркоторговка, открывая пузырек. - У тебя есть другой способ расплатиться.       Она высыпала содержимое себе в рот и опустилась на диван рядом с Хейли. Она нежно погладила ее плечо, потом провела рукой по скуле и большим пальцем по губам. Наконец, приблизившись уже вплотную, она впилась жадным поцелуем в рот актрисы. Языки сплелись в страстном танце, перемешивая не только эмоции, но и наркотик...       Приглушенный красный свет создает впечатление, что ты в храме разврата, где-то в аду, там где похоть и вожделение играют главную роль. На темных стенах спальни пляшут силуэты тел, в воздухе витают стоны и вздохи, перемешанные с ароматом мускуса.        На огромной кровати с темно-алыми шелковыми простынями, лежит на спине обнаженная блондинка. Глаза закрыты, волосы разметались по подушке, спина выгнута, одной рукой она мнет простынь, другая запуталась пальцами в волосах мужчины. Его язык, горячий и влажный, то нежный, то острее лезвия, то проникающий внутрь, то робкий, доводит ее до исступления. Рука любовника нежно играет с грудью девушки, вторая аккуратно перебирает пальчиками по ноге, периодически удерживая ее от непроизвольного жеста сжать ноги, и перспективы быть удушенным. Каждое движение его языка, его пальцев, его дыхание, вызывали в теле сладостные ощущения. Он доставлял ей сладкую муку, доводя до пика блаженства, но не позволяя полностью им насладиться. А ей так хотелось ощутит его всего. - О... Клаус... дьявол... - девушка перемешивала стоны, ругательства и имя любовника.       Клауса это возбуждало еще больше. Он уже был на грани терпения. Он оторвался от эпицентра чувств девушки и поднялся к ее лицу. Теперь она могла ощущать всю степень его возбуждения по упирающейся в ее бедро плоти. Недолгий контакт глазами и вот он уже в ней. Резко, страстно, глубоко.       С ее губ сорвался стон, который Клаус перехватил поцелуем. Одной ногой она обнимала его за талию, вторая была закинута на его плечо. Мужчину поражала ее кошачья гибкость и грация. Его руки блуждали по телу. Каждое прикосновение отдавалось дрожью. Нервы на пределе, силы на исходе. Она гладит руками его вспотевшую спину, сдерживая себя, чтобы не оставить следов от ногтей. Она аккуратно проводит кончиком языка по его пульсирующей артерии на шее, от чего с губ мужчины срывается рык. - Тшшш, замри-замри, - шепчет она ему в ухо, когда чувствует, что оба уже на грани. Он замирает, глядя в ее бездонные глаза. Несколько секунд только зрительный контакт. Но вот она приподнимается и впивается поцелуем ему в губы. Для него это сигнал, он делает еще несколько толчков, и обоих накрывает волна оргазма. Кэролайн выгибает спину, сжимает простынь, и с глухим стоном "о мой бог" опрокидывается на простынь.       Нежно поцеловав девушку в шею, Клаус ложится с ней рядом. - Ты уж определись, кто я, бог или дьявол, - с нескрываемой гордостью, с усмешкой произносит мужчина, смотря в потемневшие глаза Кэр. - Когда определюсь, обязательно скажу, - ухмыляется блондинка. - Ну что, повторим? - Облизнув губы, спрашивает Клаус.       Кэролайн отворачивается и встает с кровати. - Побереги силы для Хейли, я слышала ее выпустили, - равнодушный голос.       Она подходит к барной стойке и наливает стакан виски. - Будешь? - Обернувшись через плечо, спрашивает у любовника. - Да, - коротко бросает он, натягивая трусы.       Кэролайн села на кресло у кровати, Клаус же остался на ложе. - Ей стало легче? Она больше не занимается "самолечением"? - Клаус поднимает на Кэр недовольный взгляд. Его глаза стали гораздо темнее. - Что? Спрашиваю как друг.       Клаус кивает головой, будто понимает ее вопросы. Глоток виски чуть сбавляет его раздражение. Она подняла ноги на кресло и обняла их руками. - Ты ядовитая, Кэролайн, - холодно произносит мужчина, глядя в сторону. - Прости? - Не поняла девушка. - Это неправильно, - глаза в глаза, - нужно прекращать.       Пауза. Глаза Кэр сужаются. Она делает глоток напитка. - Тогда почему ты все еще здесь? - Холодная отчужденность в голосе, но строгий темный взгляд прямо в глаза.       Клаус ничего не ответил, мрачно кивнув своим мыслям. Залпом выпил остатки виски, схватил одежду и вышел из спальни.