Потерянный Ангел

Солнечный свет медленно ползет вверх по стенам комнаты, а светлеющие небо становиться приятно желтым. Так приходит рассвет! За эту ночь я вспомнила всё что знала, что могла вспомнить и понять. Сейчас лежа в кровати с моим утенком я понимаю эту дерзкую и надменную девушку. Эмили стала, когда для меня другом, сестрой! Но она навсегда останется тенью! Она загадка и разгадать её не в наших силах! Так зачем и пытаться? Может, стоит принять то, что судьба просто дарит тебе, вот так просто! Взять и принять! «Китнисс, не бубни!» - сонный голосок сестры переносит меня в реальность. И я улыбаюсь этой реальности! Мой утенок – жив! И это не сон! «Доброе утро! Соня!» - я легонько чмокаю её в лобик. «Доброе!» - Прим резко присаживается и чмокает меня в ответ. От её поцелуя по телу бежит дрожь, я так отвыкла от этого! От нежности! «Китнисс, ты чего?» - её голубые глаза выглядят испуганными. «Ничего, утенок!» - я улыбаюсь её – «Я скучала!» Мы вновь обнимаемся, пытаясь передать всю любовь, нежность и главное боль! Да, именно, боль! Ведь её мы познали сполна и больше не хотим ощутить её горький вкус! Настойчивый стук в дверь возвращает нам силы оторваться друг от друга. «Я вниз!» - весело улыбаюсь и выхожу из комнаты. Стук, ещё один! Да, кто, черт возьми, барабанится в дверь, в такую рань? Если это Хеймитч. Прибью его! Сей, давно бы зашла! Эмили, она бы выбила дверь! Улыбнувшись собственной мысли, я открываю дверь и замера. На пороге моего дома стоит женщина. Она выглядит напуганной и … Нездоровой! Тощая словно скелет обтянутый кожей, даже не кожей, а серой пленкой. Тусклые, растрепанные волосы собраны в косу, но выглядят так словно это делали при урагане. Голубые глаза резко выделялись на фоне темных, почти черных кругов под ними. Эти глаза так же быстро бегали по мне и изучали меня. Ещё вчера я не за чтобы не поверила, что эта женщина может появиться на пороге моего дома, но сейчас я вижу её и …. «Мам!» - мой хриплый голос звучит так громко, что пугает и меня. Мама вздрагивает, поднимает на меня глаза и начинает плакать. «Китнисс!» - она проводит ладонью возле моего лица пытаясь коснуться его, но невидимая преграда не дает ей этого сделать – «Доченька, моя! Прости! Прости! … я! Я ВИНОВАТА!!! ПРОСТИ!!!» Мой мозг соображает плохо, но я понимаю, она приехала ко мне! Она вернулась не к Прим, а ко мне!!! «Мам! Мамочка!» - я бросаюсь на шею своей матери и мы обе падаем, не удержав равновесия. Хорошенько шлепнувшись задницей, мы перестаем кричать и просто начинаем плакать и обниматься. Сидя в лужи, мы успокаиваем друг друга! Поражаясь, до чего дошли! Мы обе сильно истощены и обезображены. Меня пугает её худоба, её моя! И так мы обсуждаем всё! «Я тогда не могла! Прости Китнисс. Я просто не могла вернуться домой! Мне стыдно! Это ведь я отпустила её, тогда! Это я виновата!» - голос мамы вновь срывался на рыдания. «Мам! Мам!» - я поднимаю её лицо, обхватив ладонями. Теперь её глаза смотрят на мою улыбку. Я вытираю слезы с её щек и глаз. «Мам, ты не виновата! И это ты прости меня! кто если и виноват, то только я!» Мамы глаза пытаются вновь изучить меня! Словно хотят убедиться в том что это я! «Ну, вы что там? Застряли!?» - голосок Прим отвлекает маму от разглядывания моего лица. «Прим!» - мама выдыхает, глядя на маленькую девочку в дверном проеме. «МАМА!» - радостный крик сестренки приводит в действие механизм защиты. И Прим не успевает долететь до мамы, как она теряет сознание и повисает на моих руках. Прим всё же обнимает маму, но при этом недовольно бубнит. «Что не так?» - я интересуюсь её недовольством. «Вот так всегда!» - Прим показывает на маму – «Как увидят меня, сознание теряют! Я даже боюсь в школу идти!» От её слов меня начинает распирать от смеха! Это очень странно, но удерживая лицо мамы от лужи, я надрывно смеюсь во весь голос! «Ты, так на чокнутую похожа!» - приветливый голосок Эмили заставляет меня раскрыть глаза. Девушка подсаживается на корточки и внимательно смотрит на маму. «Прим, сбегай за помощь. Её надо перенести!» - и Прим убегает. «Почему ты ей не сказала?» - я задаю вопрос Эмили. «Я её не видела! Просто знала, что она едет!» - Эмили помогает мне перевернуть мамы лицо к небу. «Я ничего не понял!» - голос Пита раздается прямо над ухом. И резко поднимаю голову, чтобы убедиться! Круто! Китнисс, ты просто умница! Надо же так умудриться! Подняв голову, я ударила Пита и сейчас он, стоя на коленях передо мной, зажимает нос руками. «Прости!» - шепотом пищу я. «Ой!» - отчаянный вздох Эмили. «У вас всегда так!» - её голос похож на плачущий. «Да!» - неожиданно отзывается Прим, радостным голосом сдавая меня с потрохами. «Отлично!» - ты сидишь здесь!» - она похлопывает Пита по плечу. «А ты за Хеймитчем!» - она смотрит на меня. Подхватив под руки маму, Эмили уносит её словно она пушинка! Так зачем нужен был Мелларк?! Мама пришла в себя и вновь начала плакать и душить в объятьях только теперь Прим! Хотя нет! И мне досталось! Мама заключает нас двоих в свои объятья и плачет! И через пару секунд я слышу её голос: «Спасибо! Эмили!» - мама словно поет, а не говорит. «Да, ладно вам!» - девушка вновь отмахивается от нас. «Пит, а с тобой что?» - встревоженный мамин голос и объятья разжаты. Мама отстраняет от нас и, встав на ватные ноги, идет шаткой походкой к столу. За столом сидят Пит и Эмили. Как оказалась я умудрилась разбить Питу нос! Теперь он сидит со льдом в руке и пытается не придушить меня! Он просто в бешенстве и ещё пытается сдержать приступ. Наверное, в этом кроится причина того, что Эмили держит его за руку. «Это Китнисс!» - как-то по театральному уточняет Прим. «Что?» - мама отмеряет меня взглядом. «Я не нарочно! Так получилось!» - пытаюсь в который раз объяснить я. «Ну да!» - Пит усмехается. Сидя с полотенце на лице он ещё умудряется улыбаться! «Да ну!» - перечу я. За что получаю гримасу от Эмили. «Давай я посмотрю!» - мама тихонько поднимает полотенце. Осмотрев Пита, мама выносит лечение. «Держи ещё полчаса и приляг!» - вновь в её голосе можно услышать врача. «Отлично! Я тогда пошел!» - Пит ободрительно улыбается и встает со стула. Но тут же садиться обратно! И пытается ухватиться за что-нибудь! «Беги!» - крик Хеймитча. И я срываюсь с дивана, закрываю собой Прим, начинаю пятиться назад. «Да, просто голова кружиться!» - поясняет Пит. Я уже вся сжалась в комок и не могу выпустить из руки запястье Прим. Хеймитч стоит в дверях и пытается спрятать глаза от взгляда Эмили. Мама отпивается водой. А Прим вырывает руку! «Ладно, я пойду!» - в голосе Пита слышится … понимание. «Стой!» - я не успеваю задуматься, как с моих губ срывается крик. Пит внимательно смотрит на меня. «Тебе надо прилечь. У тебя сотрясение» - я пытаюсь оправдаться – «наверное». «хорошо!» - так-то странно отвечает Пит. «Нет!» - отрезает всё Эмили. «Но …» - не успеваю я договорить. «Я помогу!» - Поднявшись, Эмили помогает Питу встать. А, теперь понятно! Она это говорила Питу, чтоб он не вставал сам! Надо будет разобраться с этим порывом, остановить его! Что-то мне это не нравиться!