Тёмные дни Олуха.

Глава 17. (POV Забияка) Утро. Пасмурное утро. Судя по всему на Олухе сейчас холодно, однако я не чувствую холода. Я не чувствую ничего. Благо, что я могу видеть и слышать. Я вижу, как жители деревни идут на пляж с грустными лицами. Многие плачут. Даже мужчины. Никто не сдерживается. Меня никто не замечает, так как я уже душа. Что ж, я пойду с ними на пляж. Дойдя до пляжа, я увидела похоронную ладью. Люди столпились неподалёку от неё. Поближе к ладье стали мои друзья. Я подхожу к ним. Пытаюсь заговорить, но они меня не слышат. Меня никто не слышит. Я попыталась дотронуться до плеча Астрид, но никакой реакции. Меня никто не чувствует. Выходит, я действительно мертва. Вот кто-то несёт моё тело. Этих людей я к сожалению не знаю. Тело, которое они несли, совсем не похоже на моё. Это какая-то посиневшая ведьма, а не я. Неужели я стала такой? Тело грузят на похоронную ладью, накрывают белой тканью полностью. На голову ложат шлем. Потом кот-то другой несёт саван и моё любимое оружие: двухстороннее копье и пращу. Потом ладью отправляют в море. Иккинг, Астрид, Сморкала, Рыбьеног, Эрет и Задирака подходят к костру и поджигают стрелы. Потом ребята выстраиваются в горизонтальную линию, прицеливаются. - Прости, сестрёнка... - шепчет Задирака. И стреляют. Стрелы летят к ладье, но тут происходит некая бесовщина: практически все стрелы, приблизившись к ладье, потухли. Народ хором ахнул. Одна стрела всё же попала в ладью. Огонь начал не спеша разгораться. Друзья опустили луки. Астрид заплакала и уткнулась в плечо Иккинга. Новоиспечённый вождь тоже плакал. Рыбьеног закрыл лицо руками и было видно как его плечи конвульсивно вздрагивались. Сморкала не смог долго смотреть на горящую ладью и отвернулся от неё. Он не выдержал и зарыдал. Эрет вроде не плакал, хоть и вод у него был пасмурный, как погода. А Задирака уже не мог плакать, так как ночью он выплакал всё, что можно. Когда Плевака прочитал прощальную речь, люди стали расходиться. Потом меня кто-то позвал таким красивым, басистым голосом: - Забияка... Я обернулась и увидела за спиной какого-то человека. Он был высокий и очень напоминал мне кого-то. Эти светлые волосы и такая же светлая густая борода... а этот внушительный молот... кто же он такой? А! Вспомнила! Да это же сам Тор! - Подойди ближе, дитя. От него исходило такое мистическое и в тоже время завораживающее свечение, что я не заметила, как подошла к Тору. - Твоё смертное время ещё не пришло. - басом промолвил он. - Зато пришло время пробудится от Смертного сна. - Какого сна? Смертного? - не поняла я. - Да, от Смертного сна. - Ого... а это как? Тор как-то устало вздохнул и сказал: - Не важно. Неужели ты не чувствуешь, как огонь подбирается к твоим пяткам? Я посмотрела на пылающую ладью, а потом на свои пятки. Ощущалось лёгкое жжение. - Да, я что-то чувствую. Так классно... - А так как ты не умерла, - продолжал Тор. - я должен пробудить тебя ото сна, что бы ты спасла того, кто виновен во всём этом. Я на мгновение задумалась, а потом спросила у Тора: - Я что-то не совсем понимаю... кого спасать-то? - Вот этого мальчика. - сказал Тор, указывая на паренька в клетке. - А-а... ясно. Тогда давай, буди меня, что-ли. - Хорошо. Вдруг какая-то серая пелена заслонила мне глаза и прекрасное видение исчезло. И вместо этого я начала чувствовать жар и запах дыма. Видимо я оказалась на ладье. Откинув ткань рукой, я увидела страшноватую картину. Вокруг меня стояла стена пламени. Едкий дым заставил меня закашляться. Встав, я начала искать свой шлем, который отлетел куда-то в сторону. Найдя его, я поняла, что не смогу одеть его, из-за того, что он нагрелся. С трудом отыскав копьё и пращу, я подбежала к борту ладьи. Посмотрела на пляж. Друзья уходили и никто не смотрел в сторону корабля. Это хорошо. Никто не должен меня заметить. Спрыгнув с горящей ладьи, я окунулась в ледяную воду. Всплыв на поверхность, мне с трудом удалось восстановить дыхание. Плавать с оружием и со шлемом в руках мне было неудобно. Убедившись, что шлем уже более-менее остыл, я смело одела его. Копьё удалось заложить за спину, а вот с пращёй придется плыть в руках. Доплыв до берега, я постаралась как можно скрытнее добраться до камней. Спрятавшись за ними, я смогла спокойно анализировать ситуацию: выходит, что я вернулась с того света и ещё повидала самого Тора! Вот это чудеса. А ещё мне нужно освободить того мальчика в клетке. Похоже, что ребята совсем с ума сошли, раз запирают детей под стражу. Хотя порой эта надоедливая детвора так и проситься на пожизненное заключение. Кстати о жизни... я что, действительно жива? Надо как-то убедиться в этом. Встав с земли, я отошла от камня на небольшое расстояние, разогналась и врезалась в камень головой. Последовала нещадная боль по всей голове. А если я чувствую боль, значит я жива. Подняв шлем с земли я посмотрела в даль. В дали виднелась клетка. На счастье возле клетки никто не стоял. Я решила подобраться к ней. Что бы меня никто не заметил, мне пришлось зайти в лес. Как только я зашла в лес, подул гадкий и холодный ветер. А так как я только что вылезла из воды, мне тут же стало дико холодно и я затряслась. Надо каким-то образом согреться. Но как? Огнива при мне нет и драконов рядом тоже нет. Что ж делать-то? Ладно, потом разберусь. Сперва нужно освободить мальчика. Подобравшись к клетке, парень вскрикнул от испуга. - Ты кто? - Кто, кто? Дракон в пальто! Тебе это знать не нужно. - сказала я, осматривая замок на двери клетки. - Погодь, я тебя знаю. Тебя же хоронили только что! И тут парень истерично закричал: - Отойди от клетки! Отойди! Ты - нахцерер! - Что? Какой ещё нахцерер? - Обычный! Отойди!!! - завопил парень, ударив ногой в дверь. Это разозлило меня. Я перестала рассматривать замок, и попыталась подобраться к парню. Поняв, что мне не удастся сделать этого, я сказала ему более-менее спокойным тоном: - Заткнись и успокойся. Ладно? Парень кивнул. - Пообещаешь мне, что перестанешь орать на всю округу? Парень снова кивнул. - Ну и хорошо. Я вернулась к замку. Как его вскрыть - я не знала. Единственное, что мне пришло в голову - так это либо снести замок с двери, либо снести дверь с петель. Лучшее, что я могу сейчас сделать - это снести замок. - Отойди. - сказала я парню. Тот послушно отошёл в угол. Только я собралась замахнуться пращёй, как парень вскрикнул: - Кто-то идёт! Я посмотрела в сторону деревни. Там шла Астрид. Долго не думая, я шмыгнула в лес и спряталась за стволом какого-то дерева. К счастью Астрид меня не заметила. Потом я услышала разговор: - У меня очень плохие новости для тебя. - Что там? - Завтра на рассвете тебя казнят. Это воистину очень и очень плохие новости! Нужно как можно скорее освободить этого мальчонку. - Не плачь, пожалуйста, Олаф. Тут слезами не поможешь. - А ты можешь что-нибудь сделать? - Не знаю. Ключ у Сморкалы, а ты же понимаешь, что я не смогу его достать. - Ладно... - послышалось сквозь плач. - Вот, возьми это. Я осторожно выглянула из-за ствола и увидела, как Астрид протягивает Олафу какой-то свёрток. - Поешь. - сказала Астрид. - Хоть раз перед смертью. А теперь мне надо идти, иначе Иккинг заметит что-то не ладное. - Хорошо. Астрид посмотрела на мальчика и со слезами на глазах ушла прочь. Когда она скрылась за поворотом, я вышла из-за укрытия. Подойдя к клетке, я присела на корточки и внимательно посмотрела на Олафа. Тот плакал и держал в руках сверток, от которого исходил пар и запах свежеиспечённого хлеба. Мне стало как-то жаль этого мальчика. Он явно не хочет умирать. Я попыталась заговорить с Олафом: - Ты это... не раскисай мне тут. Слышишь? Олаф всё ещё плакал, но сквозь слёзы я услышала: - Постараюсь. - Я что-нибудь обязательно придумаю. Обещаю. Парень поднял голову и внимательно посмотрел мне в глаза. - Правда? Я кивнула. - Обещаешь? - Обещаю. Олаф опустил голову вниз и начал разворачивать свёрток из которого потом показался слегка подгоревший бочок хлеба. Олаф протянул мне свёрток, как бы предлогая. - Нет, спасибо. Тебе это нужнее. - отказалась я, хотя прекрасно осозновала, что мне холодно и дико хочется есть. Олаф начал жадно есть хлеб. Он и впрямь думал, что это его последний обед в его жизни. Что ж, пора приступить к операции под названием "Скрытный побег".