Alison

Встреча с Лёвой была отложена, так как у сего объекта появились неотложные дела. Я в принципе не расстроилась. Мои ноги жутко болели после шопинга, и я не могла сделать и шагу, чтобы не поморщиться. Всё воскресенье я посвятила урокам. Черчение, физика, математика, химия и так далее. Задали нам достаточно, ещё меня готовят к олимпиаде, поэтому весь день ушёл на учебу. Сейчас я сидела за химией, решая задачу на процентную концентрацию раствора бромида калия. Задумавшись, неосознанно начала грызть колпачок ручки. В комнату кто-то постучал. Развернувшись на сто восемьдесят градусов, я увидела маму, стоящую в дверном проёме. - Привет, – сказала она, заходя в комнату и присаживаясь на мою кровать. - Привет, – ответила я, смотря ей прямо в лицо. Синяки под глазами, уставший взгляд. - Где ты была эти два дня? Мама серьёзно посмотрела на меня. - Так получилось, что у нас был намечен показ и на нём были очень важные люди. Алиса, послушай, через несколько дней, я улетаю в Париж. Там будет выставка, и меня пригласили. Милая, прости, что не сказала раньше. Тяжело вздохнув, я спросила: - Мам, а когда ты вернешься? - Не знаю. Это всё может затянуться надолго. Ты же понимаешь. Я кивнув, встала со стула и подошла к ней. Крепко обняв маму, зарылась лицом в её волосы, а она же в свою очередь погладила меня по голове. - Всё будет хорошо, – сказала мама, отстранившись от меня и поцеловав в лоб, вышла из комнаты. Покачав головой, я снова села за химию, ведь задача не решится сама собой.

***

Утро понедельника выдалось просто ужасным. Будильник почему-то не сработал и проснувшись под крики мамы, подскочила с кровати, но запутавшись в одеяле, рухнула на пол. Чертыхнувшись, посмотрела на часы. Боже мой, да я опаздываю! Встав с пола, я побежала в ванную. Взяв зубную пасту и щётку, начала с усердием чистить зубы. Почувствовав металлический вкус крови во рту, я нахмурившись, сплюнула. Времени совершенно не было, поэтому про душ даже и речи не могло идти. Умыв лицо, вернулась в комнату. Подойдя к шкафу и открыв его, я взяла брюки и белую блузу. Переодевшись и схватив со вчерашнего дня сложенную сумку, спустилась вниз. Мама с кем-то разговаривала по телефону, бегая по дому в поисках какой-то вещицы. Посмотрев на меня, она покачала головой и махнула рукой в сторону улицы. Кивнув, я побежала туда. Как обычно меня ждал Анатолий, неторопливо куря сигарету. Поморщившись и кивнув водителю, села на переднее сидение, предварительно пристегнувшись. Анатолий, завёл мотор и тоже пристегнувшись, нажал на педаль газа.

***

Выбежав из машины, полетела в здание. В кабинет я прибежала ровно со звонком. Усевшись за вторую парту, принялась раскладывать тетради и учебник, успокаивая дыхание. Сейчас была история и наша учительница - а по совместительству и классный руководитель, Евгения Викторовна – опаздывала, я опустила голову на парту. Рядом со мной кто-то присел. Подняв свой котелок, внимательно посмотрела на соседа. Им оказалась Настя. - Ты не забыла про наш уговор? – спросила она, разглядывая свой идеальный французский маникюр. Я недоумевающе посмотрела на неё. Настя, раздражённо выдохнув, продолжила: - Ты хотела признаться Тёме в чувствах. Вот, на следующем уроке и скажешь. «Не я хотела, а ты меня заставила» - подсказал мне мой внутренний голос. Я уже хотела возразить, ну или хоть как-то попытаться выкрутиться, но в кабинет вошла Евгения Викторовна и Настя, аккуратно поднявшись, подошла к своей парте, что-то шепча своим подружкам. Устало вздохнув, я начала слушать учительницу.

***

Когда прозвенел звонок, поднялась со стула и как можно медленнее складывала вещи, оттягивая момент. Я спиной чувствовала взгляд Насти и развернувшись, встретилась с ней глазами. - Пошли уже, клуша, – сказала блондинка, направляясь к выходу. Я посеменила за ней, мысленно читая все молитвы, которые когда-либо знала. В коридоре было много людей, и я уже думала затеряться среди них, но в этот момент одноклассница взяла меня за руку, потащив за собой. В кабинете присутствовал весь класс, учительницы как всегда не было. На столах были расставлены колбы и всевозможные баночки и пробирки для опытов. Настя, ехидно улыбнувшись, притащила меня к доске, а сама в это время подошла к Савченко прошептав ему что-то на ухо. Тот лишь кивнув, подошёл ко мне. Мои руки тряслись как у пьющего человека, ладошки запотели и пришлось вытирать их о штаны, а сама я залилась краской. - Ну давай же, – шикнула Решёткина, внимательно смотря на нас. Выдохнув, я сказала: - Артём, я люблю тебя и… Однако закончить мне не дал сам Савченко. Он просто рассмеялся мне в лицо, и одноклассники сделали тоже самое. Я в растеренности посмотрела на Настю, она просто улыбалась, показывая большой поднятый вверх палец. Дрожащим голосом, я вновь повторила: - Я люблю тебя, Артём. Он вновь заливисто засмеялся. - А я тебя нет. Знаешь, тебя для меня слишком много. Твои килограммы пугают меня, и я боюсь тебя даже обнять, не то что поцеловать. Слёзы жгли мне глаза, а в горле встал ком, царапая мою гортань. Однако первый раз в жизни, я не хотела сдаваться. - Но ведь ты же сказал, что я нравлюсь тебе. Парень состроил гримасу, а я в этот момент взглянула на блондинку. Она лишь пожала плечами, мол «Я ни в чём не виновата». «Ну ты и дура» - констатировал мой внутренний голос и сейчас я была с ним солидарна. - Не знаю, что ты там себе вообразила, но я такого не говорил. И кстати, мне нравятся ухоженные дюймовочки, а не лохматые бочки, – заявил Савченко, отходя к своим друзьям. Среди них я увидела Лёву, который посмотрев на меня, также безразлично пожал плечами. Сил больше терпеть не было, поэтому подбежав к своей парте и забрав сумку, я рванула в женский туалет. Последнее, что я слышала, был крик Артёма: «Когда похудеешь, тогда и приходи!» Хлопнув дверью, уселась на подоконник, обливаясь слезами. Хрустальные слезинки, маленькими ручейками текли по щекам, капая на блузу. Всё это было ложью, иллюзией, обманом. Они просто развели меня, как дурочку. Неосознанно, я начала громко всхлипывать, а затем икать. Слёзы закончились, оставив после себя ужасную пустоту и безразличие. Подойдя к раковине, посмотрела на своё отражение в зеркале. Красные глаза, спутанные волосы. «Действительно, страшная лохматая бочка» - подумала я. Усмехнувшись и умыв лицо, забрала сумку и выбежала из здания, направляясь в сторону дома, одолеваемая диким желанием что-то поменять... Как там говорится, хорошо смеётся тот, кто смеётся последним?