Ох уж эти гномы!

      Над лесом уже разлилась золотая пелена заката. Под ногой юноши хрустнула ветка. Он тихо выматерился и сразу же спустил тетиву. Стрела со свистом попала в цель, с хрустом разрывая плоть и врезаясь в кости, — гном тут же упал замертво. Саске спрятался за дерево и снова выстрелил. Группа гномов, пробравшихся к границам эльфийского леса, не подозревала, что сейчас их ждет жестокая смерть. « Нечего было убивать мою семью, твари», — подумал эльф, убивая последнего «нарушителя». Юноша уселся на упавшее дерево, поросшее мхом. Парень нервно спрятал лук за спину. Всегда при встрече с гномами он терял контроль. Перед глазами вставала картина жестокой битвы, в которой погибли его родители и старший брат. Если бы не принцесса, его подруга детства, Саске бы не выжил той ночью пару сотен лет назад. Как жаль, что он не запомнил лица тех, кто совершил такое ужасное убийство. Сколько он себя помнил, столько шла война с гномами. Они враждовали по любому поводу, будь то урожайные места, то боги, которым они поклоняются, то подземные ходы гномов, случайно разрушенные эльфийскими домами. У гномов было взято за обычай убивать эльфа знатного происхождения. В честь этого они иногда даже устраивали пышные пиры. Не было ничего, в чем бы у этих двух рас не возникало никаких противоречий. Даже в войне с драконами они никогда не работали сообща, потому последним удавалось удачно потрепать оба народа.       Уставший эльф поднялся, размял затекшее плечо и собрался было идти, как услышал писклявый плач. Саске обернулся, чтобы взглянуть, кто бы это мог быть. Боковым зрением он увидел коротышку, которая подбежала к одному из убитых гномов и принялась упрашивать того очнуться. Девушка колотила кулаками по доспехам, но гном не подавал никаких признаков жизни. Эльф медленно достал лук и прицелился в шумную розоволосую коротышку. Та заметила его и резко заткнулась. Она встала с колен, испуганно глядя на прицелившегося врага. Его взгляд был жесток и измучен, он смотрел на девушку с такой ненавистью, которой она никогда раньше не видела ни в чьих глазах. Гном подняла руки вверх и чуть ли не шепотом произнесла:       — Не стреляй… умоляю, не стреляй, пожалуйста, — она снова упала на колени, сжимая в своих маленьких ручках огромный деревянный щит.       — Вы убиваете нас, а мы — вас. Не вижу в этом ничего такого, — с омерзением выдал эльф.       — Я понимаю, пожалуйста, давай поговорим. Я ненавижу эту войну! — все еще обнимая щит, пропищала гном.       — Как тебя звать? — надменно спросил Саске.       — Сакура.       — Тогда я скажу, что ты была сильным воином и храбро сражалась против эльфов, об этом узнает твой народ… Стоп. Сакура, говоришь? — вздернув бровь, прошипел эльф. Саске опустил лук и медленно подошел к гному, опасаясь, что она неожиданно может обмануть его и контратаковать.       — Да. Меня зовут Сакура Харуно, — настороженно ответила девушка - гном. В ее изумрудных глазах читался страх. Она хотела как можно быстрее исчезнуть из этого места, но понимала, что ей предстоит серьезный разговор или же смерть. Она не надеялась выжить, однако от этого лучше не становилось.       Саске подошел максимально близко к коротышке, грубо отобрал у нее щит и топор, чтобы убедиться наверняка, что она не набросится. Эльф поднял ее за шиворот и стащил с ее головы железный шлем. Из-под него выпали длинные нежно-розовые волосы. На мгновение сердце эльфа екнуло. Своими агатовыми глазами он столкнулся с любопытными, но испуганными глазами гнома. Она висела напротив него, обняв себя руками, дергаясь в разные стороны. Девушке явно было неудобно, учитывая, что ей в подбородок врезался нагрудный доспех. Саске никогда не видел таких красивых девушек даже среди эльфиек. Однако он быстро взял себя в руки. Месть была важнее мимолетного чувства.       — Ты дочь царя гномов? — сухо спросил эльф, внимательно таращась в лицо гнома.       — Да. Опусти меня. Пожалуйста. Я безоружна. Я ничего тебе не сделаю, — убеждала розоволосая, поднимая руки вверх, давая понять, что сражаться не намерена.       — Я ненавижу вас. Всех до единого. Ваша раса убила мою семью. Вы уничтожили наши храмы, сгубили посевы пшеницы. Вы охотились на наших друзей. И теперь, когда я могу тебя убить, я должен отпустить тебя? — усмехаясь, выдавил эльф.       — Так может быть мы прекратим убивать друг друга?! Мою мать тоже убили эльфы. Ты только что убил моего дядю, моих друзей убил вчерашний отряд эльфов на границе. Может быть с нас всех хватит этой войны?! Мы этим лучше никому не сделаем. Мы поубиваем друг друга, тогда сюда придут драконы и не дадут выжить последним из нас. Очнитесь, вы все! — гневно закричала Сакура, пнув эльфа короткой ногой между ног, тот от боли мигом выпустил девушку. Харуно спряталась снова за щит, наблюдая за реакцией эльфа. Ей было так страшно, что дышать становилось все тяжелее. «Зря, ой зря я это сделала. Он просто убьет меня сейчас», — подумала гном. На Саске будто вывернули ведро ледяной воды: так укололи ее слова. Он будто очнулся на мгновение, а потом, придя в себя, схватил девушку за волосы и рявкнул:       — Вот сука! Я просто сейчас убью тебя, чтобы не слушать ни единого писка из твоих уст. Ты же лжешь! — с этими словами он занес над розоволосой коротышкой ее же топор, готовясь размозжить ей череп. Та приготовилась к самому худшему, но затем поняла, что сдаваться ни в коем случае ей нельзя. Иначе какая бы из нее вышла принцесса гномов. Сакура вгляделась в измученное лицо эльфа. Саске показался ей таким несчастным. Страх куда-то пропал. Девушка с опаской протянула руки к нему. Эльф опешил, рука будто не слушалась его. Он не мог как-то причинить ей вред. Она ведь была такой хрупкой. « Как это создание может кому-то навредить? Но она же гном. Ей нельзя верить. Что это у нее с глазами? Она сострадает? » — удивляясь, думал юноша. Он ослабил хватку. Прядь розовых волос, оставшаяся в его руке, соскользнула на землю. Эльф даже почувствовал укол совести. Ее слова не казались пустым звуком, но полностью в них поверить он все же не мог. Ее маленькие ручки с нежностью коснулись его лица. Сакура погладила незнакомого эльфа по щеке, с заботой и сожалением глядя на него изумрудными глазами. Она представляла, что он пережил. Гному не меньше его хотелось убивать, однако понимание всего этого абсурда перевешивало. Розоволосая медленно протянула руки вперед, крепко обнимая незнакомца за спину. Саске был ошарашен. Ему хотелось откинуть ее и придушить, чтобы больше не сеяла смуту в его голове, но не смог. Он лишь аккуратно положил свою тонкую ладонь ей на спину. От девушки так сладко пахло медом, что эльф даже позволил на минуту забыть обо всем. Он вовсе не знал, что будет делать с этой коротышкой. Но убить он точно бы уже не смог. « Я же не могу просто так убить девушку. Я не монстр!» — вращалось у него в мыслях.       — Дай мне выжить… пожалуйста. Я хочу прекратить эту войну, помоги мне, — через всхлипы донеслись до эльфа слова розоволосой. Эльф оторопел. Он был без понятия, что он скажет, когда вернется. Всем это явно не пришлось бы по душе. Как он мог заявить о конце войны, если он почти никто. Даже если он и друг принцессы эльфов, это никак не повлияет на решение совета. Только из-за рыдающего гнома на его плече. Однако и не помочь он не мог. Идея прекратить войну все еще казалась приторной мечтой, однако уже не такой несбыточной. Это было бы идеально: жить без убийств, вражды и страха. Где-то в душе эльфа зародилась надежда.       — Я не знаю, что мы будем делать… Я даже не знаю, что делать с тобой. Но я точно уже не могу убить тебя. Не могу убить того, кто умеет так сострадать, — отстранив от себя девушку честно произнес он, — Прости за то, что сделал. Это война. Но мы попробуем что-нибудь с этим сделать. Я обещаю. Если все, что ты говоришь не пустые звуки. Я поверил тебе. Не подведи меня, Сакура, — Саске крепко сжал ее плечи, надеясь, что она осознает всю ответственность своих слов.       — Мы сможем. Я никогда не сдамся. Не зря я сбежала из дома, — сказала гном, вытирая слезы и втягивая сопли обратно в нос. Саске хлопнул себя по лбу. « Не верю, что повелся. Она же просто ребенок. Но такой серьезный, если подумать. Она принцесса. Шансы есть. За все годы мести я устал. Она как снег на голову явилась и заставила проснуться. Странная девушка», — разглядывая гнома, думал он.       — Сбежала, говоришь. Глупая. Теперь надо придумать, где нам спрятаться и разработать какой-нибудь план, поняла? Не реви, — эльф улыбнулся, как бы еще раз извиняясь. Пусть он знал, что вряд ли что-нибудь выйдет, и их скорее всего убьют. Но это было действительно лучше, чем не делать ничего и тупо рваться в бой. Саске знал, что рано или поздно погибнет. Но уж лучше за дело, чем будет убит каким-нибудь гномом. Эльф заботливо поднял гнома и поставил на ноги. Сакура немного пошатнулась, затем опустила взгляд вниз, на трупов.       — Его должны замуровать в самый лучший камень, — чуть ли не прошептала она, целуя дядю в лоб. Харуно отошла чуть дальше и последовала в глубь леса за эльфом. Ей все еще было страшно, однако миссию, которую она возложила на себя, поклялась себе выполнить, дабы все смерти прекратились. Где-то недалеко шел очередной отряд, потому нужно было быстрее уходить. Ее искали. «Прости меня, отец. Я просто выполняю свой долг», — подумала Харуно, в последний раз оглядываясь назад.       — Поспеши. Здесь может быть эльфийский патруль. Его нам будет лучше избежать, — предупредил Саске. Девушка кивнула в ответ и подбежала к нему поближе. Ей нелегко приходилось. По сравнению с изящными длинноногими эльфами, гномы двигались неуклюже и даже медленно. Заметив это, эльф закинул розоволосую себе за спину и ринулся бежать.       Солнце совсем скрылось за горизонтом. Однако эльфийское зрение различало мельчайшую веточку хвои под ногами и тропинки. Он двигался так тихо, как ветер колышет траву. Длинные розовые волосы часто путались за лук, висевший у эльфа за спиной. Девушка периодически беспощадно выдирала их целыми прядями. Юноше было болезненно это слышать, ведь ее волосы ему понравились сразу же, как только дурацкий шлем свалился с ее головы.       — Перестань. Нас могут найти. У тебя необычные волосы. Погоди немного, скоро мы будем на месте, я помогу выпутаться, — на бегу бросил эльф. В ответ Харуно лишь крепче обняла незнакомца за шею. Она была рада, что он доверился ей. Единственный эльф, который когда-либо выслушал гнома, наплевав на свое высокомерие. Она не знала наверняка, предаст он ее или нет, но она считала, что это лучше, чем в страхе войны расстаться со своей драгоценной жизнью.