То, что принадлежит Трафальгару.

Трафальгар Ло не любил никого и никогда. Да и зачем, своих проблем хватает. Когда за твою голову назначена награда более двухсот миллионов тебе не до отношений. Да и с таким характером, как у него, весьма проблематично найти себе кого-то, кто сможет его вытерпеть, саркастичного и немного язвительного, как, впрочем, и все врачи. Однако когда в размеренную и спокойную — сравнительно спокойную! — жизнь Пиратов Сердца ворвалась команда Мугивары и перевернула ее вверх дном, сведя с ума всех на корабле, чуть ли не захватив субмарину и объявив, что они согласны на альянс с Пиратами Сердца — тут Трафальгар почуял, что жизнь конкретно изменится, и не факт, что в лучшую сторону. Особенно из-за особо шустрого капитана оных. Монки Д. Луффи устраивал хаос везде, куда бы ни пришел. И теперь, казалось, его новой целью стал Ло и его жизнь. — Ты прикольный, Траффи! — заявляет он, сидя на бортике субмарины, свесив вниз ноги и смотрит на Трафальгара таким взглядом, что Хирургу становится не по себе. Бесит. Раздражает. Слишком назойливый. Слишком резвый. Слишком наглый. Глупый. Странный. Все "слишком". Его всегда много, даже если он на своем корабле. Даже под водой слышны его довольные возгласы и требования "Санджи, приготовь вкусненького!". Трафальгар жалеет, что связался со Шляпами, пытается отвлечься книгами, и злится, злится, злится. Этого дурака вечно надо вытаскивать из передряг, он постоянно лезет на корабль, переворачивает все в поисках еды, лезет ко всем обниматься, до чертиков часто выпивает с его командой и вообще, чем-то напоминает Шанкса. Точнее, не чем-то, а он его копия. "Умалишенный придурок" — шипит Хирург, когда видит, как Мугивара качается на мачте вверх ногами. Луффи спрыгивает, когда видит остров на горизонте, и несется с радостными криками рассказывать об этом своим накама, затем требует от Зоро покатать его, потому что ему скучно, и еще несколько минут во весь голос препирается с мечником на эту тему. Именно в этот момент Ло начинает казаться, что ему чего-то не хватает. Он не желал альянса с Мугиварой, но теперь, будучи, по сути, его накама, он не ощущает себя таковым. Он не хотел становиться частью этой сумасшедшей компании, но понимает, что теперь все больше времени он проводит на их корабле, наблюдая. За всеми ними, конечно же, но все больше — за Луффи. — Траффи, а покажи, как работает эта хреновина! — парень тыкает пальцем в аппарат жизнеобеспечения. Ло чуть ли не срывается на него, скрипя зубами, но при этом его лицо остается совершенно непроницаемым. "Трафальгар, а не Траффи, мать твою!". — Траффи, а что это ты читаешь? — Ух ты, Траффи, а что тут за бутыл... Упс, прости ну не хотел я разбивать, я же не знал, что там токсин! — Ааа, Траффи! Спрячь меня, меня Санджи убьет!.. Ло с каждым днем все больше старался смириться с этим парнем, приносящим неприятности, но выходило плохо. Он словно караулил его, нападал из-за угла, проводил с ним кучу времени, интересовался всем, что было с ним связано, но никогда не проявлял таких знаков внимания, какие проявлял к Зоро, Санджи, Нами или прочим своим накама. И это раздражало Трафальгара больше всего на свете, хотя понял он это с трудом. Время от времени, пока Ло находился на корабле, он видел, как Луффи ведет себя с друзьями, со своей командой, и мрачнел на глазах. Ему никогда не перепадало ничего подобного, ни от своей команды — все привыкли, что капитану не особо нравятся такие проявления чувств, — ни тем более от Мугивары. Нравятся-не нравятся, но Шляпа стал для него своеобразным исключением изо всех правил, впрочем, как и всегда для всех. — Эй, Зоро, можно я с тобой посижу на дозоре ночью? — Зоро, помоги, я падаю за борт!.. Ло понимает, что ревнует. От себя он такого не ожидал, уж слишком он был холоден и спокоен обычно, для того, чтобы от одного вида Луффи, сидящего на плечах мечника и вглядывающегося вдаль, в его голове начинала шуметь кровь от ярости. И почти не соображая, что он делает, Трафальгар перебирается с палубы своего корабля на "Санни" и быстрым, размашистым шагом идет к Луффи. — Траффи, ты чего так бежишь? — Луффи машет рукой Хирургу, спрыгивает с плеч Зоро, уже порядком задолбаного таким отношением к себе, и только собирается направиться к товарищу, как замирает, почти прибитый взглядом Ло к палубе. Впервые он видит у него такие глаза — полные ярости, почти чистой ненависти. — Т-траффи... Ло молча сгребает Луффи за шиворот, поднимает голову и меряет Ророноа настолько бешеным взглядом, что вдоль позвоночника мечника ползут мурашки. — Это принадлежит и мне, Зоро. — Траффи, ты... — А ты заткнись. Мне с тобой нужно поговорить, Мугивара-я. Тащить на себе вырывающегося и вопящего пацана — не самое веселое занятие, и не самое легкое, однако Трафальгар привык и не к такому. Затащив его в одну из кают субмарины, первую, которую Ло нашел открытой, Хирург захлопывает дверь и прижимается к ней спиной, смотря мрачно на Мугивару. — Так вот. Ты хотел альянса, Мугивара-я? Монки кивает, непонимающе приподняв брови: — А что не так-то, Траффи? — ТРАФАЛЬГАР! Ло рычит, сжимая кулаки. Но берет себя в руки буквально через пару секунд и продолжает уже совершенно спокойным голосом: — Не значит ли это, что ты должен относиться ко мне как к союзнику? — Значит! В последнюю секунду перед тем, как произнести следующую фразу, Ло думает, что он сам сейчас себя подписал на еще больший ад, чем раньше, так как внимание Мугивары - вещь растяжимая, как и его руки. — Тогда я требую к себе внимания. — Внимания? — Монки склоняет голову набок, внимательно рассматривая Ло, а затем его лицо словно светлеет, когда в его голову приходит мысль. — Тебе скучно? Ло не отвечает, а просто ждет. Ждет, что Луффи догадается сам. И долго ждать не приходится — Мугивара делает несколько шагов вперед, осторожных, немного неуверенных, словно и сам не знает, так ли он понял слова Хирурга, а затем широко улыбается и все же бросается к нему на шею. — Ты глупый, Траффи. Мог бы просто сказать. Капитан Пиратов Сердца пытается что-то сказать, но на язык не идут никакие слова. В голове пусто, а в груди тепло и спокойно. "Умиротворение" — констатирует Ло, и с удивлением понимает, что Луффи — такой теплый, мягкий, довольный жизнью — ему нравится. Не этот орущий болван, который виснет у всех на шее, бахвалится, кричит о том, что станет Королем Пиратов. Именно такой, какой он сейчас, положивший голову на его плечо и... Ло замирает. Мугивара касается носом его шеи и тихо дышит, обжигая прохладную кожу. — Мугивара-я? Луффи поднимает голову, но ничего не говорит, а просто молча зарывается пальцами одной руки в темные лохматые волосы и смотрит в желтые глаза. — Ты принял мой альянс? — наконец произносит Шляпа, и его тон меняется с привычно-веселого на совершенно серьезный. Ло кивает. — Ты сказал Зоро, что я принадлежу тебе? Трафальгар начинает медленно понимать, к чему клонит этот парнишка, но сопротивляться не имеет смысла — Ло сам нарвался, и теперь расхлебывать эту кашу придется никому иному, как ему самому. — Сказал. — Тогда докажи это? — Луффи вглядывается в его глаза, внимательно, долго, словно пытаясь найти в них ответ на то, почему же Трафальгар себя ведет. — Ты извращенный ребенок, Муги... Луффи. Звать его "Мугивара" теперь глупо. Особенно когда они в одном шаге от того, чтобы разрушить миры друг друга. — Я не ребенок. Я перестал быть ребенком тогда, когда Шанкс доверил мне эту шляпу. Поэтому прекрати думать, что если я веду себя как ребенок, то это неправильно, делать то, что я намереваюсь делать. Целуется Монки ужасно, но для первого раза Трафальгар ему это прощает, и мысленно ставит галочку — "научить целоваться как следует". А еще отмечает, что почему-то Луффи безумно легкий, так как подхватить его под бедра и удерживать на весу не составляет труда. На губах появляется металлический привкус, и Луффи ухмыляется в поцелуе, слизнув горячую кровь с собственной прокушенной губы. Черный плащ сползает вниз, горячие губы мальчишки скользят вниз, по шее, пальцы оттягивают ворот толстовки, язык проходится по ключицам, и Ло сдавленно выдыхает, понимая, что это очень даже... ничего. Приятно. Распаляет. Хочется еще. В комнате Трафальгар обнаруживает кресло. Как оно тут оказалось, да и вообще, почему на корабле находится кресло — он не интересуется, просто тащит парня к нему. Падает на сиденье, усаживает его на колени и раздевает. Быстро, немного злясь, потому что тело горячее, желанное, и парень сам в долгу не остается, хрипло выдыхая имя мечника при особо чувственных прикосновениях оного. "Раздеть. Взять. Сделать своим. Принадлежит мне." Когда Ло запускает руку под его штаны, Монки изгибается и вжимается в ласкающие его пальцы. Стонет громко, без зазрения совести, показывает все свои эмоции, которые скрывать и не умел никогда. Его тело охватывает дрожь, руки шарят по телу Трафальгара, задирают толстовку, стягивают ее; пальцы впиваются в плечи, Монки трется о руку Ло как умалишенный, извиваясь на его коленях. Как врач Трафальгар вполне понимает такое поведение парня — вряд ли кто-то прикасался к нему так, как это делает сейчас он. В кои-то веки Трафальгар благодарен тому, что этот парень съел Гому Гому Фрукт. Это облегчает дальнейший процесс, несмотря на то, что Монки тесный и в него трудно входить. Приходится немного медлить, чтобы Мугивара привык и начал двигаться в нужном ему темпе сам. Однако парень словно читает мысли Хирурга, и не медлит особенно, а сразу же начинает двигаться, резко, немного рвано, прогибаясь; стонет же он так, что наверняка его стоны слышно даже на "Санни". Но Капитану Пиратов Сердца абсолютно начхать — его команде и объяснять ничего не потребуется, а с Мугиварами пусть объясняется их же капитан. Обоим хватает нескольких минут, чтобы кончить. Монки сдается первым, сжимая Ло в своих руках и утыкаясь в плечо головой, сам же Хирург через полминуты кончает следом, откинувшись на спинку потрепанного кресла и широко распахнув глаза. Сильно. Жарко. Грязно, пошло, развратно. "Такого я не испытывал давно." Мугивара отключается на его руках, буквально через минут пять. Перед этим оба успевают одеться, а Луффи — даже забраться обратно на колени мечника, улечься поперек него и свесив ноги через подлокотник, засопеть, предварительно надвинув на глаза шляпу. Трафальгар внимательно рассматривает его, помятого, измотанного, но так так по-дурацки улыбающегося, и думает, что, возможно, заявлять о своем праве на "внимание" от Шляпы не было чем-то лишним. Возможно, это было тем, в чем он нуждался все то время, пока существовал их альянс.