Поездка к морю

Проснулся я днем, судя по тому количеству солнца, лучи которого заглянули в мое окно, пытаясь ослепить оба глаза. Стучали настойчиво в дверь, и голове от этого становилось несладко. - Да, – пробурчал я на стук. В проем двери заглянул Федя. - Привет, герой! Как ты? – Мышелов занес тарелку с едой и стакан со сладким чаем, прикрывая дверь ногой. - Хреново, – я закатил глаза, чувствуя, как парень усаживается рядом на край постели, прогибая своим весом кровать. - Температуры нет, во всяком случае высокой, – прохладная ладонь коснулась лба. - Саша попросил тебя проведать. У него снова семейные разборки со Светой! - И часто они так? - Ругаются? Да, постоянно, - заверили меня, помогая усесться в постели и поддерживая передо мной тарелку с супом. – Жидкое полезно. Ешь, пока не остыло! Я проглотил несколько ложек супа и устало прикрыл глаза. - Здорово ты вчера себя поджарил! – осмотрев мою красноту поверх бинтов. - Да ничего, сейчас уже терпимо. Вот не думал, что так обгорю, ладно только спину спалил! - Как сосед? Не тревожил с утра? – поинтересовались у меня и ехидно смерили взглядом. - Какой? Вовка, что ли? - Угу! - Я только проснулся, Сашка вчера какие-то таблетки сунул, так что спал как убитый, – пробурчал я, снова берясь за ложку. - Понятно... Наш рыжий Казанова после того, как свалил вчера сразу за тобой с дискоча, приполз на четвереньках на рассвете. - Слушай, а чего они вчера с Сашей не поделили? - А ты не понял? – смехом спросили меня. - Нет… - голова соображать не хотела. - Зазнобу! – усмехнулся Федя. - А-ааа, – протянул я, вспоминая Свету, только почему тот рыжий придурок валялся там со спущенными штанами? И кто так грубо вывернул мне плечо, прижав к этому чертовому дереву? О которое я еще, судя по тянущей боли щеки, и лицо ободрал. Подумать, что это был Вовка, я на тот момент просто не мог. - Ладно, отлеживайся. Чуть позже заскочу я или девчонки. Покеда! Федя еще раз мне ехидно улыбнулся и исчез из моей коморки. После еды снова провалился в морок непонятного тусклого сна, вывели меня оттуда легкие прикосновения пальцев на опухшей скуле. Я хлопнул глазами и уставился на сидящего рядом Сашку. - Я ужин принес! И когда ты будешь питаться со всеми? – спросил он меня тихо. - Не знаю… Александр выглядел озабоченно и напряженно, видно со Светкой поцапался нехило. - Хм-ммм, вставай, больной, намажу и перебинтую, – меня потянули за здоровую руку и, посадив в постели, стали снимать бинты. - Выглядишь лучше, чем вчера, – я чувствовал, как в кожу снова втирают мазь, нежно массируя и совершенно не принося боли. Я даже стал задремывать на поступательные движения ласковых пальцев рук. И прежде чем меня снова замотали, фиксируя руку, мое вывихнутое плечо подвергли экзекуции, смазав другой мазью и сильно разогрев массажем. Руки моего доктора в секунду из ласковых превратились в сильные и властные. Я застонал от боли. - Чщ-щ! – прошептали мне в покрасневшее ушко и, притянув к груди, обняли. - Потерпи, я сегодня у медработника выпросил мазь, снимет опухоль и воспаление, - а потом, отпустив, накладывая бинты, при этом обнимая каждый раз, когда приходилось пеленать грудь. Мои щеки горели так, что я боялся посмотреть Сашке в глаза, а сердце рвалось из груди. Я теперь совсем не понимал, зачем он так обращается со мной и чего хочет. То презрительно хмыкал в мою сторону, а теперь как заботливая нянька. И главное, головная боль ясности в моих выводах не приносила. Мой подбородок поддели пальцами снизу и, посмотрев в пылающую мордашку, покачали головой. - Прости, не заметил вчера твою ссадину на щеке. Но это поправимо! – Сашка стал наносить мазь и на мою вздувшуюся щеку. – А теперь кушай и отлеживайся до завтра! Ты же отдыхать сюда приехал, а не болеть. Александр со вздохом встал с моей постели и, расположив еду на стуле, пододвинул ко мне. - В туалет проводить? Я наверно превратился совсем в свеклу и отчаянно замотал головой. Тупая боль в висках вернулась обратно немедленно! - Смотри, он на первом этаже! - Я сам, - выдавил я из себя, отчаянно выравнивая дыхание. Близость этого красивого парня выводила мой мирок из равновесия. И это меня пугало и раздражало одновременно… Саша еще раз смерил меня своими пронзительными очами и, согласно кивнув, вышел за дверь. Когда я уже доедал свой ужин, в дверь постучали, и ко мне вошла Ниночка с тарелкой и вечерним компотом. - Ой, а тебя уже покормили? Зачем тогда мне выдали на тебя порцию? – Ниночка с недоумением осмотрела мое снова побагровевшее лицо, пока я пытался прокашляться, ибо кусок пищи попал совершенно не туда, куда надо! Это что же получается, уже второй мужик жертвует своим ужином ради меня? Это что, заговор? Или у меня крыша едет после вчерашнего… Беспозвоночник ловко огрела меня по хребтине. - Ты чего торопишься? - Спасибо… - пробормотал я. - Слушай, Яр, а у тебя постоянная половинка есть? – мне игриво состроили глазки, смотря, как я запиваю еду компотом, выравнивая дыхание. - Нет. А почему спросила? - Да так... Ты очень красивый! Значит, будет интересно, а то каждый год одно и тоже, – ухмыльнулись мне похабненько в ответ. Все эти подъебки и недомолвки мне уже стояли по самые гланды. - Нин, а Александр с Владимиром всегда в таких боевых отношениях? - Ну, в общем да, они сразу друг друга невзлюбили… А теперь и подавно будут мочалиться! - М-да, как будто между ними кошка пробежала. - Судя по твоему лицу, ты даже не представляешь какая! Так что, порцию унести? - Нет, я съем! – вздохнул я Ниночке. - Я тогда пустые тарелки захвачу с собой, – дева улыбнулась мне из-за очков. После двух компотов писать захотелось так, что казалось, мочевой пузырь просто от шевеления лопнет. Я сел в постели и, дотянувшись до спортивных штанов, натянул их себе на зад, а затем напялил свою дырчатую майку. Что ж, осталось еще спуститься в холл. Ступени я преодолел с трудом и, пошатываясь, пополз в уборную с намалеванным знакомым значком - самец! После туалета, возвращаясь назад, я заглянул в каминную и увидел, как у зажженного очага в кресле с ногами сидит моя богиня и читает книжку. Собрав все силы, я подполз к читающей деве и, криво улыбнувшись, выдавил из себя: - Привет! Светлана смерила меня злобным взглядом и снова уткнулась в книгу. - Света, я что-то не так сделал? – я устало сел в кресло напротив и, вытянув ноги к живому огню, счастливо прикрыл глаза. – Ты раньше со мной очень даже весело болтала, а теперь я даже не знаю по какой причине я впал в такую немилость? - Мог бы и не издеваться, – буркнула Светлана, вставая с кресла. – Сразу бы сказал, что гей! А не делал вид, что я тебе нравлюсь. И пока я собирал свою отпавшую челюсть, Света захлопнула свою книжку и выбежала из гостиной. Не, я точно сошел с ума! Я гей? Да что, они все рехнулись, всем коллективом? Или… - Ты чего здесь торчишь? – Александр нарисовался в проеме, изучая мое непонятное выражение лица. - Я… - пытаясь встать с кресла и теряя равновесие. Саша тут же подхватил меня и, с легкостью подняв на руки, понес в постель. - Говорил же, давай свожу в туалет. Нет, мы гордые! Он ногой открыл мою дверь и, положив в кровать, нагнувшись, поцеловал в лоб. - Зачем ты это сделал? – выдавил я из себя, окончательно запутавшись в своих мыслях. Нет, никогда парней не боялся, а от этого колбасит и дрожь по всему телу! - Температуру проверил. У тебя снова поползла вверх! Саша устало присел рядом, роясь в своих карманах. - Ты знаешь, твоя Света на меня очень злится… - начал я издалека. - Перебесится, перестанет! Не обращай внимания, она всегда такая, – найдя в кармане аспирин и вскрывая таблетку, а затем с остатками компота протягивая мне. - Выпей! Я повиновался, а потом, жутко покраснев, добавил. - Она меня геем назвала! Саша замер, сжимая кулаки до хруста и играя желваками. - Вот ведь… Нет, ну всегда она так, когда мне кто-нибудь нравится! - Что? – захлопал я своими глазами не въезжая в ситуацию. - Ты мне очень нравишься… - пробормотал Саша, смотря прямо в мои распахнутые глаза. - А Света… - прошептал я, тупея окончательно. - А что она? Мне вот вообще по барабану с кем она встречается! - Но… - Что но? Светка моя родная сестра! – Александр недоуменно смотрел на полыхающие мои щеки. - Но тогда, ты и Вовка в каминной? - И что? Мы же из-за тебя грызлись, – объяснили тупому мне. – Владимир всегда предпочитал парней и я тоже. А самое паршивое, у нас с ним схожие вкусы! - Так вчера на дискотеке? Это… - Да! Он как выпьет, у него крышу сносит! Он после армии, причем в секретных войсках служил, а чем их там пичкают, кто знает? Иногда под градусом по-французски поет, причем хорошо поставленном, а в трезвую совершенно этот язык не знает. - Но… - я оглядел притихшего черноволосого парня. – Мне девушки нравятся… - А ты с парнем пробовал? Мне тоже когда-то девки перли, пока с мальчиком не переспал! – возразил черноволосый и лихо оседлал сверху мои бедра. А потом, наклонившись, поцеловал… Сначала это было лишь легкое касание горячих губ, затем, поерзав на мне, мне начали посасывать нижнюю губу, покусывая и вжимаясь всем телом в мою грудь. Я оцепенел и, честно, не знал как себя вести, но трахаться с ним и целоваться совсем не хотелось! Мои губы поочередно терзали до тех пор, пока я не сдался и не приоткрыл рот. Вот тогда меня поцеловали по-настоящему, горячо и настойчиво подтрахивая языком. Я замычал, воздуха критически не хватало. И тогда меня с сожалением отпустили. - Прекрати! - Почему? - Мне неприятно. - Но твой член говорит обратное, упираясь мне в пах! Черт, а вот с чего у меня на него стояк? - Ты хочешь меня, только не осознал этого. И я своей вредной сестрице тебя не отдам! Сашка слез с меня и, оставив с нехилым стояком, удалился. Как говорится, решайте проблему вручную! Чем я и занялся, лишь только дверь закрылась за моим чокнутым обольстителем.