Дождь и Радуга

Когда плачут глаза- видят все, Когда плачет душа- это тайна. Только слёзы душевные те, Кто - то всё же заметит случайно... Отражаются болью в глазах, На лице белым мрамором стынут, Горьким вкусом на сжатых губах, Затаятся, души не покинув...(с) А небо здесь все такое-же серое. Даже странно, что облака вообще могут плыть. Впрочем, если бы они тут замерли, словно на фотографии, стало бы действительно страшно. А пока... А пока Орихиме снова качалась на тех же серебристых качелях, переполняясь разными эмоциями. "Так странно- в мире мертвых мои ощущения и чувства словно обостряются, а на Земле- наоборот все время что-то угнетает,"-Подумала девушка мимоходом и спрыгнула с качелей. Она была одета в белоснежный сарафан до колен, волосы развевались с каждым поминутным порывом ветра, и казалось, что сейчас взмах- и она просто полетит по воздуху. Однако какое-то смутное ощущение в душе чужого присутствия не пропадало. -Но здесь и за километр никого нет...-Тихо пробормотала Иноуэ себе под нос, оглядываясь по сторонам.-Может, у меня уже обострилась мания преследования? Она улыбнулась от последней мысли. Но чувство опасности не покинуло ее. Кстати, что там сообщил ей Урахара-сама про Иномирье? Ах да, кажется он говорил так: "..Не думаю, что нормальный человек сможет выжить там, среди умерших существ. Никогда не знаешь, кто подстерегает тебя в том мире. К тому же, поскольку монстры там уже мертвы, ты не сможешь причинить им вреда..." -Хмм, не очень обнадеживающе,-Пробормотала Орихиме и вздохнула. Она вспомнила, как в прошлый раз на этом же самом месте к ней явился Улькиорра, прямо из ниоткуда. И он был настоящим! Может ли арранкар и сейчас наблюдать за ней? Может ли она увидеть его снова, хотя бы на мгновенье? Окунуться в бездонный океан изумрудных глаз? Посмотреть хоть одним глазком? Впрочем, довольно рискованно сейчас встречаться с ним- при виде Улькиорры Иноуэ всегда почему-то теряла контроль над своими эмоциями, а на глаза невольно выступали слезы. Девушка и сама не знала, почему это происходило, но взять себя в руки ей давалось с огромнейшим трудом. Орихиме быстро мотнула головой, пытаясь сильно не погружаться в воспоминания. Она не была властна над Иномирьем, и не знала сколько времени еще пробудет здесь- поэтому нужно было сохранять предельную осторожность. Хотя, какая там осторожность?.. Любопытсво- неизменная черта характера Иноуэ- снова взяло над ней верх. Девушка с интересом побежала по полю, заглядывая через редкие деревья и холмы. И снова никого нет. Иноуэ уже собралась идти обратно, как вдруг услышала какой-то шорох за деревом. Сердце бешено забилось, словно пойманная в клетку птичка, и девушка обернулась, ожидая увидеть того, чьего появления она уже давно ждала все это время... -Живой человек!!-Внезапно резануло по ушам ужасным свирепым голосом. А точнее, криком. Этот крик словно въелся в голову, и Орихиме в ужасе застыла, как вкопанная, не в силах сдвинуться с места. В ее мозгу отчетливо горело желание унестись прочь, но ноги будто-бы стали ватными от страха. -Человек, человек, человек!-Снова пронесся ужасное рычание по полю, от которого кровь стынет в жилах. Дерево окутала странная черная энергия, которая за считанные секунды стала расползаться по земле. И, спустя несколько мгновений, перед до смерти напуганной Иноуэ предстало черное существо с поломанной маской, через которую был виден огромный кроваво-красный глаз. Само существо было похоже на черного пса, но только во много раз его больше. "Прямо как собака Баскервиллей..",-Глупо пронеслось в мыслях у Орихиме, оцепенело смотревшей, как это чудище неумолимо приближается к ней. Вот оно открывает рот, и видно два ряда огромных острых клыков. Из его рта течет жадная слюна. Глаза наполнены ненавистью. "Что мне делать? Что делать? Что делать?!"-Мысли в ужасе заметались в голове, пытаясь придумать хоть какую-то идею. -Человек! Ты будешь первым, кого я съем сегодня! УМРИ!!-Свирепо зарычал пес, и сделал прыжок. -Лили, Хинагику, Байгон! Сантэн Кэшшун!-Крикнула Орихиме наконец, осознавая, что медлить нельзя. Спустя мгновение ее верные помощники преобразовались из голубых заколок. Огромный солнечный щит мгновенно возник в воздухе из ниоткуда и удачно отразил нападение чудовища, которое, со злобным рыком, отскочило обратно. Но пес, даже видя силу девушки, и не собирался отступать. Наоборот, он стал рычать еще яростнее, и снова изготовился для прыжка. -Цубаки! Котэн Дзаншун!-Перешла в нападение Иноуэ. -Проси пощады, псина,-Проворчал Цубаки негромко и огромной яркой молнией понесся на врага. "Надеюсь, получилось." Девушка взглянула на дым, образовавшийся перед ней, пытаясь разглядеть там хоть что-то, кроме пыли, но тщетно- удар получился слишком мощным. Сердце билось, как сумасшедшее, и теперь Орихиме в полной мере начала понимать, какая опасность грозит ей в Иномирье- единственной живой среди мертвых. "Урахара-сама был прав, здесь слишком опасно!"-С ужасом пронеслось в мыслях, когда из дыма и пыли снова стал виднеться силуэт чудовища. Да на нем не было ни царапины! Иноуэ отступила на пару шагов назад, смотря как огромный черный пес снова выходит из дыма, жадно щелкая челюстью и отряхиваясь. Панический страх вновь наступил, когда вспомнились слова Урахары: "Поскольку монстры там мертвы, ты не навредишь им." Ну почему он оказался прав?! -Неужели мне все-таки придется умереть здесь?-Тихо прошептала Орихиме в пустоту, все еще автоматически отступая назад. Похоже, чудовище уже поняло, что девушке совсем некуда бежать, и не торопилось прикончить свою жертву. Когда оно делало шаг вперед, Иноуэ делала шаг назад, но от этой "игры" сейчас зависело многое. "Кучики-сан, что бы ты сделала в такой ситуации?"-Она тщательно представила себе решительное и отважное лицо подруги.-"Я знаю, ты бы, не боясь смерти, сражалась до последнего, поставив все на кон, как тогда, в Хоэко-Мундо, когда ты с ребятами спешила спасти меня... Почему же я всегда такая беспомощная? Айзен говорил, что у меня Божественная сила, но я даже не умею ее использовать. Мне не хочется сражаться, я боюсь боли, и поэтому становлюсь обузой для всех вокруг. Я не хочу умирать. Ведь я столько должна сделать, чтобы помочь победить Айзена и его свиту! Я ведь обещала Куросаки-куну, что спасу арранкаров и помогу им жить счастливо!"-Орихиме всхлипнула, борясь со страхом, и снова отступила. "А еще я обещала себе спасти Его. Улькиорру. Он погиб по моей вине, и я должна помочь ему..."-Отчаяние приходило с каждым вздохом, и Иноуэ задрожала от страха. -Наконец-то я полакомлюсь живой плотью!!-Взвыл пес, истекая слюной, которому надоело играть в "кошки-мышки" со своей жертвой. Он совершил огромный прыжок, и на несколько секунд девушке показалось, что он затмил собой половину неба. А потом все смешалось воедино- небо, земля и снова небо...Иноуэ лишь почувствовала адскую боль где-то в груди, там, куда рванули заостренные когти, и свист ветра в ушах. Снова боль. Невыносимо. Девушка с трудом приподняла отяжелевшие веки, но так и не смогла подняться с колючей травы, сколько не пыталась. Ощущалось, как что-то неприятное и теплое стекает на землю. Кровь. Взгляд с трудом сфокусировался на треснувшей маске чудища, которое опять подходило, чтобы прикончить добычу. Это конец?.. Орихиме зажмурилась, воспользовавшись последними секундами. Она должна была многое сказать многим людям, но шепот, с трудом сорвавшийся с губ, предназначался лишь одному: Прости меня...Улькиорра... Девушка замолчала и зажмурилась, принимая на себя всю боль- и физическую и душевную. В мыслях было подозрительно пусто, все тело ныло, и хотелось только одного- чтоб все это наконец закончилось. "Прости, хотя я не заслуживаю прощения..." Внезапно какой-то странный взрыв разрушил наступившую тишину. А потом снова взрыв. Вой. Кажется, это вой того чудовища? Силы постепенно исчезают из тела, и открыть глаза становится все сложнее. А, впрочем, даже и не хочется- Орихиме уже постепенно смирилась с мыслями о смерти. Лучше уж смерть, чем эта невыносимая боль... -Глупая женщина. Я же говорил, что тебе здесь не место. "Не может быть!" Огромным усилием воли девушка приоткрывает веки, чтобы удостовериться- это ей не послышалось. И взгляд встречается с изумрудными печальными глазами, выжидающе смотревшими на нее.