Эрагон.Новая опасность.

      ... И каждый, не произнося ни слова, устремил свои мысли к "яйцу".       Прошла минута, две, три, но ни остров, ни эльфы, ни элдунари, ни Эрагон с Сапфирой не почувствовали ни одного признака жизни. Они продолжали искать мысленную лазейку, но их покидала надежда на то, что ОНО живое. Не сдавались лишь Эрагон с Сапфирой потому, что они отказывались это признавать.       - Это не может быть просто камень, не может! - твердил себе Эрагон под нос.       Арен оставил наступление и попытался приободрить Эрагона:       "Хозяин, не огорчайся! Я уже много раз пытался изучить его, но безуспешно".       - Но почему оно появилось?! Это не просто так! Это судьба! Может, это особенный дракон! Это именно яйцо, а не камень! - отказываясь признавать жестокую правду, чуть ли не прокричал всадник, чем крайне удивил эльфов.       - Эрагон, если такой сильный разум не смог проникнуть туда, то может, это просто причуда этого острова, - тоже попытался "остудить" Эрагона Блёдхгарм, смотря на двух птичек, летающих в метре от них.       Всадник глубоко вдохнул и начал думать о Арье, о том, какая у неё жизнь, о том, как она живёт без него, вспоминая все их разговоры и встречи. Это всегда его успокаивало и даже придавало чувство лёгкости и некой мальчишеской влюблённости.       - Да, я не прав, простите меня, - пробурчал Эрагон и сел рядом с жёлтым камнем, рассматривая переплетающиеся змеёй линии на нём.       "Забери его себе и поставь в новую комнату, если хочешь. Камень твой. Сохрани его, как воспоминание о сегодняшнем дне." - сказал Арен зная, что этим поднимет настроение своему создателю.       - Спасибо тебе! - воскликнул Эрагон, чем перепугал белок, сидевших на деревьях и наблюдавших за процессом.       "Мне очень приятно, что тебе понравилось, но всё, что есть на мне, это твоё! Ты всем распоряжаешься. Так что никаких благодарностей," - серьёзно произнёс Остров и мысленно засмеялся.       - Понял, понял! - тоже шутя добавил Эрагон.       Суматошный день подходил к концу: солнце вот-вот опуститься. Все отправились в свои новые дома, кроме Эрагона и Сапфиры. Те двое отправились на луг посмотреть на последние лучи солнца. Они шли по залитой зеленью земле, осматривая ближайшие деревья неизвестных видов. Небо сияло разными оттенками сиреневого и розового цвета, а светлячки начали зажигать свои "фонарики". Солнце, уже не такое жаркое, медленно начинало опускаться к горизонту, приближались сумерки. Оставалось уже немного до захода, на закате дня оно становится таким ярким, таким неповторимо красивым. Оно будто смешало все оттенки красного цвета: снизу оно багровое, как кровь, потом переходит в насыщенно алый цвет, а макушка отливает и оранжевым, и розовым. Облака, которые нависли около солнца, тоже окрашены заходящим солнышком, будто пропитаны малиновым сиропом.       Эрагон восхищался этим явлением около 15 минут, до того, как наступила кромешная тьма. Сапфира же, свернувшись, лежала на лугу, прикрыв веки, но иногда всё же открывая глаза для того, чтобы так же, как и её Всадник, восхититься дивной природой.       Вокруг царит тьма, а в небе зажигаются мириады звезд. Ближе к полуночи небо в одном месте светлеет, бледное зарево постепенно разгорается. Через несколько минут появляется полная луна, на которой даже с земли видны странные рисунки, созданные рельефом ее поверхности. Кто-то видит там лицо человека, кто-то - животных или еще что-то другое.       С восходом луны становится так светло, что легко можно различить силуэты ночных зверей, деревьев, даже отдельные листочки на них. А на землю падает их четкая тень. Весь ночной мир предстает перед нами, как будто покрытый серебристой краской.       Всадник всё сидел и сидел, наблюдая за прекрасной природой Арена, пока Сапфира не напомнила ему про то, что уже пора идти в дом-гнездо. Эрагон, нехотя, всё же встал и подошёл к драконихе и, уже зевая, погладил ту по шее.       - Ну, что, пойдём? - сказал Всадник потирая глаза.       "Маленький брат, у меня есть идея!" - с небольшим восторгом в голосе ответила Сапфира.       - Ну, и какая же? - заинтересовался Эрагон.       "Садись в седло. Потом узнаешь," - вскакивая, произнесла синяя дракониха.

***

      Они летели над залитым лунным светом городом драконьих всадников. Все уже спали и только присутствие всё время молчащего Арена замечал Эрагон. Город в лунном свете казался Всаднику особенно красивым и привлекательным. Только через 5 минут полёта где-то вдали Эрагон увидел чистейшей воды озеро. Оно казалось спокойным и в то же время одиноким. Подлетев поближе, он рассмотрел оленей, пьющих воду и пасущихся на зелёной и свежей травке.       "Эти существа называются Эмбуш," - оповестил Эрагона и Сапфиру Арен. - "Они намного больше оленей и могут увидеть хищника за милю от них, также они более быстрые и сообразительные," - также сказал Остров.       "Это я испытала на себе," - вспоминая ту нелепую ситуацию, фыркнула дракониха.       - Так что ты хотела мне показать? - в нетерпении воскликнул Эрагон.       "Закрой глаза!" - попросила Сапфира, а сама пошла на снижение.       Эрагон покорно выполнил её просьбу и закрыл глаза. Сапфира приземлилась на ровную поверхность и вытянула шею, сорвав что-то с дерева.       - Открывай! - протрубила дракониха и выпустила язык синего пламени.       Всадник, открывший глаза, сразу же увидел розовые искры на конце пламени, а после того, как Сапфира закрыла пасть, в небе сияли ещё несколько секунд розовые искры. Эрагон, залюбовавшись ими, даже не заметил, как открыл рот от восторга.       Розовое сияние продолжалось недолго и вскоре погасло, а внимание Всадника сразу переключилось на местность. Всё было усеяно цветами. Они были розовые, голубые, фиолетовые, жёлтые, оранжевые, красные, белые и даже чёрные и зелёные. Эрагон стоял на цветах, с деревьев свисали цветы так, что самих деревьев видно не было, и казалось, что это просто большие цветы. Цветы, цветы, цветы, повсюду одни ЦВЕТЫ, даже травы не было.       - А как это они засияли? - недоумённо спросил Всадник.       "Всё просто!В молодых бутонах находиться особый сок, который при поджоге загорается и искрится, а цвет искрам придают корни. Именно они "определяют", каким цветом будет тот или иной цветок, а какой цветок, такие и искры." - довольно промурлыкала Сапфира.       Эрагон сорвал ещё несколько цветов и положил в маленький мешочек, который всегда носил с собой.       - Я завтра официально открою город и устрою представление, но только надо придумать название города, - представляя себе праздник, вдруг вспомнил Эрагон.       Было уже за полночь, когда всадник и дракониха приземлились на дом-гнездо. Эрагон поскорее скинул с себя одежду, завалился в постель и через минуту уже спал крепким сном.       Сны снились разные, некоторые про жизнь, радость, любовь, но бывали и кошмары про боль, страх и отчаяние. После праздника Агэти Блёдрен и дара драконов, Эрагону снились сны похожие на реальность, а иногда даже видения. В этот же раз ему снился сладкий сон про них с Арьей и про новых драконьих Всадников, Эрагон был бы счастлив, если бы всё это оказалось вещим сном.       Утром, за полчаса до рассвета, кто-то постучался в дверь. Эрагон вскочил с постели и спешно принялся одеваться.       - Сейчас, минутку! - крикнул Всадник постучавшемуся гостю.       - Да, конечно, я подожду. - ответил голос эльфа.       Спустя минуту Эрагон уже был одет и поспешил к двери, чтобы не томить гостя. За дверью стоял тёмноволосый эльф с подносом еды и кувшином тёплого молока.       - Эрагон Губитель Шейдов, Арен попросил нас собрать новые виды ягод и принести их тебе на завтрак. Также он предоставил нам стада животных и несколько полей для посева пшеницы.       - Спасибо тебе за то, что принёс мне завтрак, - поблагодарил эльфа Всадник и принял поднос с ягодами и свежим молоком.       Спустя минуту он уже сидел за столом и пробовал новые виды ягод. Их было 3 миски. Первая ягода, попавшая в рот к Эрагону, показалась слишком сладкой и очень знакомой, но немного иной, чем те, что он пробовал до отплытия из Алагейзии. Ягода была круглой тёмно-синей, но Всадник решил не останавливаться, а продолжать «пробы». Несколько следующих ягод оказались довольно вкусными и даже приподняли Эрагону настроение, но несколько других оказались кислыми и в общем эти ягоды ему не очень понравились. Вторую же миску он опустошил дочиста: эти ягоды ему настолько понравились, что он готов был есть их вечно. До третей миски Эрагон еле добрался и уже не хотел есть, но всё же попробовал пару ягодок, которые были очень даже съедобны.       После завтрака Эрагон обратился к Сапфире:       - Засоооняяя, пора вставать, - пропел он.       Дракониха пару раз шевельнулась, но вставать отказывалась.       - Сапфира, чем быстрей пройдёт церемония открытия города, тем мы быстрее полетим в Алагейзию, а ты сама знаешь, кто там живёт, – шутливо намекая на Фирнена, попытался поднять Сапфиру Эрагон.       «Я уже встала,» - быстро проговорила дракониха и вскочила на лапы.       - Так-то лучше! – сказал Всадник, идя за седлом, которое бросил вчера рядом с кроватью.       Город простирался под летящей драконихой и, казалось, был как на ладони. Эрагон всё думал над названием, хоть у него и было несколько вариантов. Сапфире эти варианты он ещё не рассказывал и вообще пытался перекрывать любой контакт, он хотел сделать ей сюрприз (по крайней мере пытался).       Главная площадь была недалеко, и Сапфира уже шла на снижение. Эрагон достал мешочек со связанными в пучки искрящимися цветами, всего пучков было шесть. Дракониха села и Эрагон соскользнул вниз по её ноге, как обычно бывает. Всё вокруг было украшено разными лентами и цветами, на площади стоял золотой трон, чему очень удивился Эрагон. Навстречу Всаднику шёл Блёдхгарм в праздничной тунике, он был чем-то занят, но чем, Эрагон не успел заметить. Проходя мимо, эльфы обязательно кланялись будущему предводителю ордена Всадников. Часы пробили ровно 7 раз, что означало начало праздника. Эрагон сел на трон и начал свою торжественную речь, хоть до сих пор и немного волновался перед выступлением.       - Дорогие друзья! Сегодня мы собрались здесь для того, чтобы отметить открытие нового острова и города. Все мы очень рады произошедшему и долго ждали всего этого, в этом городе будут жить и обучаться молодые всадники и драконы. Я нарекаю этот город... «Оруд Биара Шуртугал», что как все мы знаем, означает «Академия Всадников».       Все эльфы захлопали в ладоши, и в это время Эрагон начал подкидывать связанные вместе цветы, а Сапфира начала их поджигать. По эльфам было видно, что они в восторге от представления и с замиранием сердца наблюдают за искрящимися цветами. После «фейерверка» почти все эльфы подходили к Эрагону и расспрашивали его про искры и почти всем Эрагон пытался ответить кратко и ясно, но это не всегда получалось.       Спустя полчаса праздник закончился, так как все знали, что Эрагон улетает в Алагейзию. Всадник вернулся домой и положил все вещи в седельную сумку, но тут в его разум попытался связаться какой-то иной, но очень слабый и очень спутанный разум.       «Эрагон!» - медленно произнёс голос в голове у Всадника.       Взор Эрагона упал на ЖЁЛТЫЙ камень, но он почему-то стал СИРЕНЕВЫМ! Ничего не понимая, Всадник подбежал к камню и точно понял: ЭТО ЯЙЦО! Сапфира ощутила его радость и просунула в окно голову.       «Что случилось?» - спросила дракониха, уставившись на фиолетовое яйцо.       «Возьмите меня с собой!» - попросил всё тот же голос.       Эрагон поместил жёлто-фиолетовое яйцо в воздушный карман, как когда-то сделал и с элдунари, улетая с Врёнгарда.       Через 5 минут они уже приблизились к берегу острова, где провожали его эльфы и элдунари. Помахав всем рукой на прощание, Эрагон мысленно попрощался с Глаэдром, Умаротхом, Сапфирой и Шрюкном (чьё сознание сумели восстановить эльфы после рабства у Гальбаторикса). Через секунду они уже держали курс на Беорские горы.