9.
15 января 2015 г., 23:19
В школе я больше всех общалась с Настей. Она, в отличие от меня, перевстречалась уже с несколькими парнями. Обо мне со Стасом она знала лишь с моих слов и то без всяких подробностей. Не такие уж мы с ней подруги, чтобы делиться всем… Но в одном вопросе мне нужен был чей-нибудь совет и я решила спросить у нее. Больше не у кого, все-таки мама не вариант с ее отношением к Стасу, как ни больно это признавать.
- Как думаешь, не слишком рано признаться Стасу, что я его люблю? – шепотом на перемене спросила я. Она оторвала взгляд от зеркала и посмотрела на меня огромными глазами.
- Дан, ты чего? Мужчина должен делать первый шаг. Не вздумай даже, а то станешь очередным трофеем. Тем более, он старше тебя. А то решит, что девочка на все согласна.
- Он не такой, ты его совсем не знаешь, - возмутилась я, пожалев, что вообще завела этот разговор.
- Все они одинаковые, - сказала она и, пожав плечами, замолчала.
После школы мы встретились со Стасом, и пошли в кино. Я так и не перестала размышлять о том, говорить мне ему о своих чувствах или нет. Он, заметив мое отстраненное состояние, поинтересовался, в чем дело. В это время мы сидели в парке на лавочке, обнявшись.
- Ты сегодня сама не своя. Весь фильм где-то летала, - усмехнулся он.
Оторвавшись от него, я посмотрела на его лицо. Не знаю, что на меня подействовало: страх, что испугаюсь потом сказать эти слова или необходимость, наконец, произнести их. Скорее, второе. То чувство, когда хочется рассказать о своих эмоциях, чувствах переживаниях. Просто невыносимо держать их в себе.
- Стас, я люблю тебя, - вот так просто. Вот я это и сказала. Вначале он смотрит удивленно, затем на его лице расплывается широкая улыбка. Счастливая.
- Данка, - шепчет он и нежно целует меня. Он не сказал, что любит меня в ответ, ну и пусть. Он рядом и это главное. Главное, что я чувствую это. – Люблю, - шепчет он, прервав поцелуй, а затем снова целуя.
- Почему ты мне раньше не сказал? - спрашиваю я, когда он провожает меня поздно вечером домой.
- Не знаю, не хотел напугать тебя. Ты же такая маленькая еще, - улыбнулся он, а я стукнула его кулаком в плечо. Знает же, что не люблю такие подколы. Молодец я, что все-таки призналась, а то так бы и молчали как два дурака.
- Не хочу тебя отпускать, - я уже минут десять висла на нем, не желая отпускать, а он обнимал меня.
- А я не хочу уходить, - он поцеловал меня в висок. – Но надо, - еще один поцелуй. – Тем более, твоя мама на нас смотрит, - он посмотрел в окна нашей квартиры. Посмотрев туда, увидела, как дернулась занавеска. Понятно, мама. – Серьезно, до завтра. Иди, а то твоя мама и так не мой фанат, - усмехнулся он.
Я бы так хотела опровергнуть его слова, но… Я всячески пыталась убедить ее, что люблю его и он хороший, но она будто меня не слышала. Или не хотела. Стас понял все по первой встрече. И по тем редким разговорам с ней, когда звонил мне, а трубку поднимала мама. Она буквально замораживала его своим ледяным тоном.
Зайдя домой, я сразу встретила маму, которая сверлила меня глазами. Буквально испепеляла, ей Богу.
- Ты на часы смотрела? Времени почти полночь.
- Мам, я была со Стасом, - я закатила глаза и лишь потом поняла, что сказала. Она беспокоится не о том, что я поздно вернулась, а о том, с кем я была. Будь это любой Леша, Юра, Вася, уверена, ей было бы все равно.
- Я в курсе. И видимо у него тоже ума не много. Задурил глупой девчонке голову и сам не далеко ушел. Ты уроки сегодня думаешь делать? А об экзаменах ты подумала? У тебя впереди экзамены и поступление, а голова всякой ерундой забита, - сказала она и ушла на кухню. Я лишь вздохнула, но не стала ничего ей говорить.
Это был далеко не первый подобный разговор. Изо дня в день повторялось одно и то же. Как пластинка дурацкого кино. Под «ерундой» она подразумевала мои отношения со Стасом. Я не понимала, куда делась моя прежняя мама, с которой я всем делилась в детстве. Сейчас мне не хотелось говорить ей о нас со Стасом.
Зачем? Человеку, который, по сути, ненавидит моего любимого человека.
Оказывается это больно, когда родной человек не понимает тебя и не принимает твоего выбора, списывая все на детскую влюбленность.
Сегодня, сказав эти слова ему, я почувствовала себя свободной. Будто что-то удерживало меня, а теперь я стала максимально близка ему, как и он мне. Сомнения пропали. Может, он прав и я маленькая глупая девочка, которой придали уверенности слова о любви, а не многочисленные поступки и доказательства той.
Ну и пусть.
Главное, что он меня любит.
А мама поймет.
Должна понять…
