Эпоха Богов

      Ближе к вечеру следующего дня я сидела в беседке и наслаждалась вечерним воздухом, попутно размышляя над разговором между мной и Интрой.       Дело в том, что после совета она сказала мне, что с Агатой что-то не так. Но ведь я и так это знаю (в плече изредка отдавало болью). Агата стала совершенно другой. И я никак не могу объяснить причину этой перемены. Что же с ней? Почему я улавливаю нотки вампира в ее душе? Складывается такое ощущение, что это не Агата, а кто-то совершенно другой.       Мне кажется, что она избегает меня, особенно после того, как она подслушала сегодня утром мой разговор с Валтасаром. Валтасар был так любезен, что отдал мне Великое. Великим оказался небольшой камень ярко-желтого цвета, излучавший свет. Я не знаю, куда он делся, но когда камень из рук Валтасара перекочевал в мои, камень на секунду вспыхнул ярким огнем, а затем исчез с моих ладоней. После этого я чувствую себя гораздо лучше, чем прежде. Что же со мной произошло, и куда делся камень?       Валтасар хотел, было, мне объяснить, но не успел, так как обнаружилось, что Агата подслушивает нас. И поэтому Валтасар ушел, так и не сказав мне ничего ценного.       И теперь я сижу в беседке заросшей дикими розами, наслаждаюсь вечером и пытаюсь понять: что же с Агатой.       Я, скрестив ноги, подобрала их под себя и закрыла глаза. Кинжал мешался, и поэтому мне пришлось его выложить из потайного отделения сапог. Так как я никогда не оставляю его, то положила кинжал рядом с собой на скамье. После расслабилась и тихо слушала окружающий меня мир.       Тихие шаги неспешно шли по тропе. Очень тихие. Так ходят только вампиры. Свернули с дороги и повернули в сторону беседки, значит, этот вампир меня уже заметил. Медленно подкрадывается. Боится, что услышу. Что он хочет? Напугать? Посмотрим, кто кого.       Шаги тем временем подошли к беседке и, как только вампир вошел в беседку, я открыла глаза. Агата от неожиданности подпрыгнула. Стоп, Агата? Но ведь она не вампир! И почему снова это неуловимое чувство, что это не та Агата, что я спасла шесть месяцев назад?       — Ох, Ольха, ну ты меня и напугала! — Она улыбнулась и присела рядом со мной.       — Прости, я не хотела, — ответила я и тоже улыбнулась. — А расскажи о ваших приключениях с Ловицем Товием. Да и вообще, где он сам?       — О, это долгая история, которой и по сей момент нет конца! Расскажи лучше о твоих приключениях. Как все-таки ты смогла сбежать из замка?       — Мне помогла Драгона.       — Драгона? Не могу в это поверить! Кстати, после твоего побега ее убили. И знаешь, кого подозревают в этом убийстве?       — Меня? — предположила я.       — В точку.       — Больше не подозревают.       — Почему? — искренне удивилась Агата. — Ведь ее убил вампир.       — Орант уже знает, что это сделала не я.       — А кто, по-твоему, ее мог убить?       Я немного помолчала, делая вид, что размышляю.       — Ты, — наконец ответила я.       — Почему я?       — Тебе лучше знать, — пожала плечами я.       — Ты видно шутишь, — попыталась рассмеяться девушка. — Но я же не вампир.       — С каких пор?       В ее глазах промелькнул испуг. Я угадала, она вампир и именно она убила Драгону.       — Черт! Догадлива. Но раз ты такая умная, то ответь и мне на один вопрос: куда ты дела Великое?       — Что?       — Отдай мне его.       — Я не могу.       — Врешь! Ты стала слишком часто врать. Себе в первую очередь! Отдай мне Великое!       — Зачем оно тебе?       — Ты не понимаешь! Великое не предназначено для тебя!       — А для кого? Для кого оно предназначено?       — Для Триады. Мы закончим начатое дело, когда Великое вернется к законному правителю! — Голос стал холодным и другим, какой никогда не был у Агаты. Так же говорила девушка, которая ранила меня на поляне! Я резко отодвинулась от нее.       — Я никогда не отдам его.       — Ты глупа! Ты не понимаешь! Если ты не отдашь, ты умрешь!       С этими словами она резко приблизилась ко мне, и что-то очень холодное обожгло мне живот. Какая острая боль!       — Прощай, Ольха, уже навсегда! — Она залилась громким смехом.       — Ольха?! — раздалось где-то в саду.       — С радостью посмотрела бы, как ты подыхаешь, но мне пора.       Она растворилась в гуще зелени.       — Ольха?!       Я опустила взгляд вниз. На земле валялся окровавленный кинжал, когда-то давно подаренный мне моим отцом. Руки и живот были в крови. Откуда столько крови? Холод начал сковывать мое тело. Страх смерти… Разве я умираю?       — Ольха?!       В беседку кто-то вбежал… Как их много… Почему не могу уловить их лица?.. Только одно… Орант…

* * *

      — Мельхиоров камень у тебя? — спросил разъяренный Тарог. Не удивительно, что он был взбешен. Осада Вереи ни к чему хорошему не приводит. Уже чуть меньше половины войска сложила свои головы перед белокаменной стеной города. Да и стены города теперь не белые, они стали пунцовыми.       Гораздо лучше идет дело в других районах Менеска: небольшие деревеньки возле Вереи, такие как Невель, Кромы и Тереск, уже захвачены. Великие Луки погребен в крови, так же как Саркел и Браслов. Осталось лишь Старое Городище, непреступная крепость Белые Вежи и Остров Вежи будет принадлежать Триаде.       — Нет. Она не успела мне его отдать.       Тарог с еще большей злостью взглянул на девушку.       — Почему?       — Она умерла.       — Что?!       — Дорогой братец, что ты так кричишь? — в комнату вошла всегда грациозная Мисура. — Тебя слышно даже в Верее.       — Она убила Ольху — единственную зацепку к мельхиорову камню!       — Ты шутишь? Скажи, что ты шутишь, прошу.       — Я не настроен на шутки.       — Постойте, но этого же не может быть! Если бы Ольха умерла, то ее перо бы давно истлело. Но оно цело! — Мисура достала перо из одной из складок платья. Перо действительно было цело, лишь кончики немного почернели и съежились. — Она жива.       — Что ж, Сребра, тебе повезло, что она жива. Отправляйся обратно и заполучи любым способом мельхиоров камень!       — Постой, Тарог. — Доселе молчавший Чарг решил все же вставить свое слово в разговор. — Пускай Сребра остается. Она нужна здесь. А Ольха сама придет сюда рано или поздно.