Сезон Охоты.

      - Энн, давай просыпайся немедленно! - крикнула мама, сорвав одеяло с девушки и вырвав её из царства Морфея.       - К чему эта грубость, мам, - сказала дочка.       - Я сказала ЖИВО!       - Ладно.       Спорить было бесполезно, да и чревато. Вскочив с кровати девушка, немного очнувшись от сна, направилась в ванную босиком (Энни любила ходить босиком и считала это полезным, да и в ванной был холодный кафель, прохлада которого окончательно отбила желание спать). Совершив до боли обыденные действия, она стала завязывать свои светлые волосы в два высоких хвоста.       - Опять ты сделала эти детские хвосты! Тебе 15, пора уже повзрослеть и начать задумываться о будущем!       - Вот именно! Мне всего 15! Не 18 , не 20, а 15! Я хочу как можно дольше побыть ребёнком… - пробурчала Энни.       - Ребёнком? Может, тебе ещё соску дать или леденец? Нет? И вообще. Не смей спорить со мной!       - начинала вскипать мама.       - Зачем ты меня так рано подняла? Я могла бы ещё поспать, сон досмотреть. Папа бы…       - Папа бы пожалел бы тебя, дал поспать, а ещё бы и завтрак принёс! Но его здесь нет , как видишь! Если бы я его не прикончила, ты бы была такой же, как и он. Творцом, художником, мечтателем! Я же научила тебе дисциплине!..       - Я так рада! Ведь я такая дисциплинированная! У меня даже друзей нет, ни в школе, ни в интернете, нигде! Да и кому они нужны? Они же все наркоманы и шлюхи! Лучше сидеть дома, в четырёх стенах! – перебила её дочь, чуть ли не со слезами на глазах.       - Как ты смеешь меня перебивать, дрянь? – крикнула мать, дав Энн звонкую пощёчину - Не нравится , тогда я заберу у тебя связь с внешним миром, - сказала она и разбила ноутбук.       -Ну и что! У меня есть альбом с карандашами, которые являются моими единственными друзьями! – ответила девушка, тут же закрыв рот руками и поняв, что совершила ошибку, - Нет…       - Теперь ты у меня отхватишь! – воскликнула мать, кидая в дочку клочки альбомных листков и остатки карандашей. На глаза Энни накатили слёзы, но она не заплакала, потому что ей надоело. Надоело реветь каждый раз, надоела боль, надоели глупые запреты, надоела тирания и мама. Она просто хотела стать свободной. Она уже не сопротивлялась избиению. Она только мечтала о мести. Вечером.       - А теперь сиди в своей комнате и не показывайся мне на глаза! – крикнула мать и заперла избитую дочь в комнате.       Энни просто лежала на ковре. Без сил. Почти не ощущая привычной боли. «Ну, вот и пополнение в семье синяков», - подумала она, продолжая валяться. И, несмотря на боль, Энн мечтала. Мечтала о смерти этого падшего человека. Мечтала о смерти её матери. Мечтала о том, что её кто-то избавит от этой тирании и вечной боли. Мечтала об убийстве собственной матери. Мечтала о том, что этот ад закончиться. И она наконец-то станет свободна. Свобода. Какое сладкое слово.       «Если бы здесь был папа, он бы помог мне…». Но его нет. Эта женщина уничтожила его. Убила. Ради полного контроля над дочерью. Но отец незадолго до смерти, стал разбираться в старых вещах, нашёл старый складной нож, и подарил его Энн. Зачем? Кто знает. Он как-то смог предвидеть, что он ей понадобиться. Теперь появилась надежда освободиться. «Мне стоит отдохнуть, а затем уже начать продумывать план». С этой мыслью она выключила свет и направилась спать.