Диссоциация

-Ремни меня точно удержат? – негромко спросил Стив и попытался пошевелиться. Тугие полоски из прочной ткани опутывали его руки и ноги, не давая даже шанса на самостоятельное освобождение. Обнадеживало. -Да. Я попытаюсь искусственно вызвать смену доминирующей личности. Если вдруг ты почувствуешь какие-либо неприятные ощущения, немедленно сообщи мне, - серьезно произнес Беннер, еще раз проверив надежность креплений и кивнув больше своим мыслям, нежели Роджерсу. -Понял, - эхом отозвался Стив и прикрыл глаза, опуская голову обратно на кушетку. Скользкие от токопроводящего геля, не слишком приятные на ощупь, электроды с чавкающим звуком присосались к коже, надежно закрепляясь. Прибор, заботливо предоставленный Старком, жизнерадостно пиликнул, сообщая о готовности снимать показания. -Готов? – Беннер снял очки и отложил их в сторону, пристально смотря на внешне спокойного и расслабленного капитана. Тот едва заметно повел головой, хотя на деле готов он не был. Сердце стучало как сумасшедшее, органы сжались в один неимоверно маленький комок, к горлу от нервов подступила тошнота, но он не имел права показывать свое беспокойство. Это было бы слишком низко, он не должен бояться, нужно принять свое «второе я» как данность и попытаться разобраться в нем как можно детальнее. К счастью, Брюс, похоже, прекрасно понимал Роджерса, который последние пару дней находился в странном состоянии прострации, слабо реагировал на чужие речи, рассеянно переспрашивал, блуждая взглядом по сторонам и боясь заглянуть в глаза собеседнику. Это состояние было слишком знакомо Беннеру. К сожалению. Вздохнув, доктор ободряюще улыбнулся, заметив, что «пациент» приоткрыл глаза, недоумевая о причине задержки. Отогнав от себя ненужные мысли и воспоминания, Брюс подошел к плавно моргающему своим диодным глазом аппарату и сдвинул вперед небольшой рычажок. Дернувшись, Роджерс плотно зажмурился, чувствуя странное давление, обрушившееся на голову. Словно кто-то сжал его виски в плотные тиски и продолжал их мстительно сжимать, намереваясь раскроить череп американского супергероя. Рвано выдохнув, Стив, не контролируя себя, заскреб пальцами по кушетке, приоткрывая рот и задыхаясь. Нахмурившись, Беннер развернулся к кардиографу, глядя на зашкаливающий пульс и протянул руку к рычагу, намереваясь остановить процесс. Это было слишком опасно – заставлять капитана переносить такие перегрузки, когда он и так в очень шатком психологическом равновесии. Черт с ним с экспериментом, куда важнее не свести Роджерса с ума окончательно. Давление росло, вместе с ним все резче становились штрихи кардиограммы, Стив слышал, как истерично стучится сердце о ребра, слышал свое дыхание, но все это было словно со стороны. Как будто это не его тело. Не его чувства. Еще раз судорожно вдохнув, он широко раскрыл глаза, дернувшись в ремнях, которые надсадно засрипели, но сдержали нечеловеческую мощь, и опал обратно, словно бы выключаясь. Пульс начал быстро приходить в норму, раздражающе резкий писк становился все более редким, уже не вгрызаясь в мозг доктора подобно бурной установке, а он весь собрался, уже мысленно ругая себя за нерешительность и…боясь. Нужно было дернуть чертов рычаг, нужно было остановить! А если сейчас произошло непоправимое? Что если он своими руками сделал из Роджерса капитана-овоща? Грудь мужчины неровно, но плавно вздымалась, он дышал глубоко, приоткрыв рот и жадно заглатывая теплый, едва уловимо пахнущий медикаментами воздух. Беннер спешно приблизился, еще раз проверяя показания датчиков. Давление в порядке, сердечный ритм учащенный, но в пределах нормы, мозговая активность стабильная…