Любовь сквозь боль.

Следующие несколько месяцев пронеслись со скоростью звука. Гермиона не успела оглянуться, как наступило Рождество. Многие ученики собирались домой, лишь единицы остались в Хогвартсе. Золотое трио тоже не намеревалось остаться в школе. Гарри и Рон собирались в «Нору», а Гермиона домой, в маглловский мир. -Ну Герм, ну поехали с нами, будет весело,- уже вторую неделю ныл Рон, упрашивая подругу отправиться с ними в «Нору». -Рон, я же уже тысячу раз сказала тебе, что хочу повидаться с родителями. А в нору я приеду летом на целых два месяца,- отнекивалась девушка. -Гермиона, ну вправду, соглашайся,- вторил другу Гарри.- Без тебя все будет совсем не так. -Ладно, ладно, я подумаю,- закатив глаза, ответила гриффиндорка, дабы друзья отстали от нее. Разумеется, она очень хотела поехать в «Нору». Но она очень соскучилась по родителям. Хотя, кого она обманывала. Это все из-за него. Она боялась ехать на Рождественские каникулы к семейству Уизли из-за Джорджа. Каждый раз, встречая его в коридоре, в гостиной или на занятиях ОД, она старалась отходить как можно дальше. В ней зародилось что-то вроде панического страха. Причем, Гермиона прекрасно понимала, что Джордж в жизни намеренно не причинит ей боли, но все же страх оставался. Слишком много он принес ей боли и страданья. Сначала его высказывание по поводу жалобного письма, затем ожог. Девушка взглянула на свои руки. С виду нежная кожа, но ведь никто не знал, как выглядят ее руки на самом деле. Лишь приходя к себе в комнату и плотно закрывая дверь, Гермиона снимала маскирующее заклинание. Ожоги ничуть не зажили, и казалось, будто им всего пара дней, а вовсе не несколько месяцев. Спустя неделю после происшествия с заклинанием, девушка убедилась, что она было из разряда темномагических. Иначе, зажило бы после небольших исцеляющих. С каждым днем боль становилась все сильнее, и болеутоляющее зелье переставало помогать. Если днем девушка терпела, то ночью давала волю слезам. Несколько раз она заходила к мадам Помфи, просила болеутоляющее у нее, ссылаясь на сильную боль в спине. В конце концов, у нее зелья получались более сильными, нежели у обычной пятикурсницы. Медсестра безоговорочно верила лучшей ученице школы, но и к ней приходить слишком часто было нельзя. Так же гриффиндорка боялась, что зелье вызвало у нее привыкание, и в один прекрасный момент может совсем не подействовать. Еще раз взглянув на руки, Гермиона пожелала доброй ночи друзьям и направилась в свою комнату. Зайдя в комнату, Грейнджер глубоко вздохнула. Достав из сумки пергамент с расписанием, она убедилась в том, что все уроки сделаны, и она может расслабиться. Зайдя в ванную, Гермиона взмахнула палочкой и сняла заклинание, скрывающее уродливые шрамы. Ее взору предстали руки с большими красными ожогами. Не самое приятное зрелище. -Эх, Грейнджер, в кого же ты такая невезучая?- обратилась Гермиона к собственному отражению в зеркале. Умывшись и переодевшись в пижаму, девушка взяла флакончик с заранее приготовленным зельем и опустошила его. После чего, расстелила кровать и, свернувшись клубочком, попыталась заснуть. Но не тут-то было. Если обычно Гермиона засыпала буквально за пять минут, то сейчас она, судя по часам, ворочалась уже два часа. Откинув волосы назад, она села в постели и потерла руки друг о друга. Обычно зелье, выпитое на ночь, помогало. Но, видимо не в этот раз. С каждой минутой боль становилась сильнее и сильнее. В три часа ночи боль стала такой невыносимой, что девушка буквально на стенку лезла. Решив больше не храбриться, Гермиона встала с постели, накинула халат и покинула пределы своего обителя. Выйдя из комнаты и пройдя через гостиную, гриффиндорка вышла в коридор школы. Сжав зубы, она, озираясь по сторонам, направилась к Больничному крылу. На каждом шагу она хотела закричать, до такой степени была невыносима боль. Пройдя уже половину пути, она невольно вскрикнула и опустилась на корточки. Прижав руки к телу, она стала раскачиваться из стороны в сторону, тихо постанывая от боли. -Позвольте объяснить, что ученица делает в столь поздний час в коридоре?- протянул ледяной голос профессора Снейпа, после чего он сам появился из тени. Он хотел поинтересоваться, почему же гриффиндорка игнорирует его, но увидев, что лицо девушки исказилось в гримасе боли, склонился к ней. -Мисс Грейнджер, что с вами?- почти неизменным голосом поинтересовался человек, вселяющий ужас почти во всех студентов Хогвартса. -Руки,- протянула девушка, болезненно морщась. -Вы можете встать?- поинтересовался профессор, и получив утвердительный кивок, сказал направляться за ним. Гермиона следовала по холодным коридорам вслед за профессором, все еще прижимая руки к туловищу. На щеках девушки блестели дорожки от слез, но она по-прежнему сжимала зубы и старалась не произносить ни звука. Вот, что значит гриффиндорская выдержка. Зайдя в кабинет Зельеварения вслед за профессором, девушка встала около учительского стола. Профессор Снейп удалился в свою лабораторию, а вернулся с пузырьком темно-синей субстанции. Налив в стакан воды из графина, она добавил в него три капли этого зелья и приказал девушке все выпить. После чего, сел за свой стол и посмотрел на свою ученицу ледяным взглядом. -Мисс Грейнджер, я жду ваших объяснений. Я хочу услышать эту интереснейшую историю и узнать, почему ученица Гриффиндора сидит в темных коридорах, стеная от боли. -Просто… Просто… -Мисс Грейнджер, прошу вас, не мямлите,- Снейп скорчил гримасу. -Понимаете, профессор,- девушка опустила взгляд на руки и обнаружила, что маскирующее заклинание спало.- В общем, вот. Девушка положила на профессорский стол свои руки и в страхе прикрыла глаза. -Хм, мисс Грейнджер, позвольте поинтересоваться, кто наслал на вас заклинание Огненного хлыста?- прошипел Снейп, смотря на руки студентки. -Я не могу рассказать вам, сер,- потупила взгляд Гермиона. -Хваленая гриффиндорская верность. Хотя, не уверен, что хочу услышать эту историю,- брюнет расслабился в кресле. -Вот вам зелье,- он взглядом показал на пузырек, стоявший на парте,- принимать по три капли на стакан воды. Три раза в день. После каникул придете, я дам вам еще обезболивающего. -Спасибо, профессор,- неверяще поблагодарила Грейнджер. Не каждый день можно увидеть профессора Снейпа, кошмара многих студентов Хогвартса, не допрашивающего, и не назначающего взысканий. -Ах, да, профессор. А вы не знаете, как скоро исчезнут ожоги?- опомнившись, поинтересовалась Гермиона, практически стоя в дверях. -Поскольку это очень темное заклинание, снять его практически не возможно. Когда я говорю практически невозможно, мисс Грейнджер, это значит, что для вас это полностью невозможно. Поэтому действие заклинания исчезнет через два года, после того, как его наложили. Но возможно, что срок сократиться до года. Это пыточное заклинание, мисс Грейнджер, человек, наложивший его на вас, был явно не с добрыми намерениями. -Еще раз спасибо, профессор,- поблагодарила Гермиона и направилась в свою гостиную. Медленно идя по коридорам, девушка сжимала в руках спасительный бутылек. Ведь сейчас был, пожалуй, единственный момент за последние несколько недель, когда она не чувствовала боли. Совсем. Даже легкого покалывания, как было, когда она принимала зелья Мадам Помфи. Вот что значит, мастер зелий. Покрепче сжав в руке пузырек, девушка продолжила свой путь к гостиной.