Четверть после полуночи

"...к рассудку, который обсуждает и решает..." — Мольер.

- Спасибо, - первое, что я слышу, едва переступив порог темницы. - Пусти ты меня сразу, я бы имела удовольствие слышать твою благодарность на несколько дней дольше, - иронично замечаю я. - Нет, - качает головой Бог Обмана, смотря при этом и смущённо, и признательно одновременно. – Здесь была Фригга. - О, - вырывается у меня. – Не за что, хотя бы потому что это не я. Локи хмурится, и как только младший наследник понимает, кто нагло нарушил приказ Всеотца, на лице не остаётся ни следа мелькнувшего было тепла. Кривит губы в ядовитой ухмылке и скрещивает руки на груди. - Тор, - констатирует он. - Секундой ранее ты был так искренне благодарен, что я вряд ли удержусь – покажу ему мыслеобраз, - шпилька безобидная, но сегодня мне не хочется с ним ссориться. - А как же врачебная тайна? – так же беззлобно интересуется он, и я почти рада нашему хрупкому перемирию. - Факт её нарушения вряд ли получится доказать, - пожимаю плечами и захожу в камеру. – Как себя чувствуешь? Выглядит он так, словно и не было подле него никакого Тессеракта, и только вдохнув воздух внутри клетки понимаю, отчего забегали мурашки по спине на самом подходе к подземелью. Этот Локи был совсем не тем, что, закованный в цепи, пару недель назад прошёл с Тором по Радужному Мосту. Ничего общего. Этот Локи казался олицетворением силы. Она волнами исходила от него. - Великолепно, - фыркает он, смотря на меня сверху вниз и я понимаю, что сейчас моя врачебная забота будет по меньшей мере неуместна, а по большей – для Бога унизительна. Но если я правильно разгадала его взгляд… Обхожу его со спины, приспускаю просторную рубашку, чтобы осмотреть уже, должно быть, зарубцевавшуюся ранку, и с приятным изумлением не нахожу на месте разреза даже покраснения – кожа ровная, гладкая, будто и не было там никогда осколка. - Полагаю, в услугах целителя я более не нуждаюсь, - замечает он, чуть повернувшись. - Как того пожелаешь, - безмятежно отзываюсь я, поправляя рубашку. - Однако, - поворачивается, жестом указывает мне на кресло, а сам садится на кушетку, – теперь меня грызёт совсем иной зверь. - Неужто совесть? – не слишком надеясь на успех, спрашиваю я. - Отнюдь. Любопытство. - Вчера ты не удовлетворил моё, - парирую я. - Вчерашнюю процедуру вполне можно считать вмешательством в личное пространство, потому сейчас… мой черёд. Закатываю глаза и, закинув ногу на ногу, прислоняюсь к спинке кресла. Вопросительно приподнимаю брови и жду вопроса щекотливого, а слышу всё тот же. Заданный им во вторую нашу встречу. - Почему ты сказала «нет»? Невесело улыбаюсь и принимаюсь разглядывать собственные ногти. - Ты сам знаешь, что родители договорились о нашем с ним браке, когда мы были детьми. - Не они первые – не они последние. - Но я его не люблю, - причина мне самой кажется более чем весомой и пояснений не требующей, но Бог Обмана ответ ответом не считает. - Это неубедительный аргумент, - роняет он. - Что же кажется убедительным тебе? – не могу удержаться от сарказма, и тут же жалею о заданном вопросе, в который раз забыв о его способности видеть меня насквозь. - Ты расчётлива, - негромко, но твёрдо поясняет Локи. – Он партия выгодная, надёжная. Вы в хороших отношениях, он недурён собой и до беспамятства в тебя влюблён. Лучший вариант из всех возможных, ты это понимаешь, и не считаешь, что браку всегда сопутствует любовь. Поэтому ты либо знаешь, какого это, быть любимой, либо надеешься в скором времени узнать, либо уже кого-то любишь, - безжалостно заканчивает он. Отвожу взгляд и задерживаю дыхание. - И поскольку ждать ты категорически не умеешь… - А по-моему, я терпелива, - перебиваю я и смело встречаю его взгляд. – Почему ты не бежал? - В цепях и наморднике не особенно побегаешь, - пытается отшутиться он. - Ох, брось! Читаури взяли тебя на крючок, но Мидгард последнее место, куда следовало соваться, и ты это знаешь. Ты мог напасть на любой другой мир, о падении которого Тор и не узнал бы никогда, найти там целителя и избавиться от осколка, но сунулся туда, где поражение ждало тебя в любом случае. Ты сам сдался в руки Тора. Ответь мне, почему? Локи смотрел на меня как смотрит укротитель на тигра, словно оценивая, достаточно ли я присмирела, дабы засунуть мне руку в пасть, но когда он достаёт из-под рубашки медальон, становится ясно, что роли я перепутала. Он смотрел на меня как тигр на несмышлёного дрессировщика. Оценивая, достаточно ли я храбра, чтобы хотя бы провести рукой по загривку. Смотрю на тонкую серебряную змейку, и следующие слова должны означать его поражение. - И кто из нас терпелив? Но означают ли? «Раунд за вами, леди Сигюн», - эхом проносится у меня в голове чужой голос, и минутная стрелка опускается на пятнадцать минут после полуночи.