Это должно было стать любовью

- Джарет…       Король Гоблинов вскочил со своего трона. Она вспомнила! Повелитель Андеграунда стиснул в руке волшебную сферу. Та не выдержала напряжения и лопнула в его ладони, рассыпавшись цветными блёстками. Мужчина упрямо сомкнул губы и перевёл взгляд в окно. Он прищурился, всматриваясь вдаль на закат. Солнце садилось над Лабиринтом, озаряя его розовым цветом. «Как она могла вспомнить?» - выкрикнул Король Гоблинов. Девчонка покинула его мир всего каких-то пять часов назад. После того, как она оказалась дома, встретилась со своими друзьями и наконец легла спать, Джарет тихо проник в её комнату, желая навсегда разорвать связь между ними. К сожалению, он не мог стереть себе память о ней, но сделать так, чтобы она забыла его, больше никогда не позвала и не увидела, Король Гоблинов вполне мог. Заклинание, которое он наложил, должно было продержаться всю жизнь. Девчонка должна была забыть всё навечно: и Андеграунд, и сказку, и своих друзей, и его… Так почему же, чёрт возьми, она вспомнила всё и дня не прошло? «Ведь заклинание было сильным, маг я или шут придворный?!» - Его Величество стукнул кулаком по подоконнику. Она прошла его Лабиринт, преодолела все опасности, он сам ей помогал, тщательно маскируя это. Он изменил итоговые слова, он предложил ей себя, а она отказалась! Король Гоблинов устало потёр переносицу. Зачем ему нужна эта строптивая девчонка? Что же так тянет и привлекает в ней? Джарет не знал ответа. Он видел перед собой только прекрасные серо-зелёные глаза бескрайне нежные и отчаянно жестокие.

Make believing we're together, That I'm sheltered by your arms. But on the outside I turn to water, Like a tear drop in your palm.

      Джарет сел на подоконник и облокотился спиной на стену. Он устало прикрыл глаза, пытаясь не думать о его мечте и персональном кошмаре. Кто бы мог подумать, что у Короля Гоблинов есть страх перед кем-либо? Однако он есть. И зовут его Сара Уилльямс. Эта темноволосая девчонка перевернула его мир, заставив полюбить себя. Да, она не имела ничего подобного в виду. Просто её слова, её жесты, её несносный характер очаровывали и вовлекали Повелителя Андеграунда в удивительную игру, из которой он не вышел победителем. Это звучало так глупо, что девчонка заставила его испытать странные чувства, которые никак нельзя было отождествить с мрачным Королём Гоблинов. Джарет был зол. Его раздирали ненависть и презрение к Саре. Он презирал себя за свою слабость. Чёрт знает что творилось в его душе с момента их первой встречи, а последние пять часов были просто адом. «Я не люблю её, - убеждал себя мужчина, - я не могу любить». Его сердце по определению должно быть скованно жестокостью и ненавистью. Он же Тёмный Король Андеграунда. Зачем он раскрасил свой мир цветными красками, зачем делал Лабиринт таким, каким его хотела видеть Сара? Почему не провёл её по-настоящему, не показал ужасы мрачного Андеграунда? Детская часть, игрушка для маленьких гоблинов - именно это увидела девочка. Джарет играл не по своим правилам. зачем помогал ей? Он оберегал девочку? Король Гоблинов горько усмехнулся: - Не хватало ещё стать инфантильным подростком с нежной привязанностью к обычной земной девчонке.       Ему вдруг вспомнился тот самый бал. Удивительная мечта, ставшая реальностью. Когда он заглянул в её воображение, его поразили яркие фантазии такой казалось бы уже немаленькой девочки. Всё имело своё значение: ей хотелось сказки, и в то же время реальности. Она жаждала приключений и любви. Любовь… Чувство незнакомое для Короля Гоблинов вдруг всплыло само по себе. Что же такое любовь? В понятии Сары — это нежность, ласка, свидания и поцелуи. Но что любовь значит для Повелителя Андеграунда? Это был ещё один вопрос, на который Джарет не знал ответа. Он выудил из воздуха сферу и внимательно, с неким умилением, начал наблюдать за происходящим внутри. Это была та самая мечта, тот самый бал. Мужчина сжимал ладонь девушки, вальсируя по залу, другой рукой обнимал её за талию. Джарет непроизвольно притягивал её ближе. Девочка такая нежная, милая, невинная, и это сокровище в его руках. Она будет здесь вечно, стоит ей только согласиться. Музыка не заканчивалась, девочка всё ещё была с ним. Её блестящие глаза изучали его, а на губах играла забавная улыбка. Сара на миг задумалась, потом подалась вперёд и осторожно поцеловала его в уголок губ. Нет-нет, всё должно было быть не так! Это он злодей, он обманывал и строил ей козни, пытаясь запутать. Это он должен был её поцеловать, чтобы она забыла обо всём. Так сказано в книге. Но на самом деле всё немного иначе. Дело было вовсе не в ребёнке, Джарету не нужен был ни Тоби, ни кто-либо ещё. «Королю нужна Королева» - мысль, которую однажды высказал Повелитель Горных Троллей, чьё королевство располагалась рядом с Андеграундом. Джарет запомнил, но значения этому не придал. И уж точно, если бы он решился обзавестись супругой, Сара была бы первой кандидатурой с конца. Король Гоблинов тщательно пытался себя в этом убедить, потому что, вспоминая девчонку в том восхитительном серебристом платье, которое было так похоже на свадебное, ему казалось, что именно такой должна быть его невеста.       Теоретически, во время танца он должен был её поцеловать, и тогда бы девочка всё забыла, навсегда оставшись в Королевстве Гоблинов. Но кристалл показывал всё совершенно по-иному: она целует его, она прижимается к нему ближе, словно это она влюблена до беспамятства и готова бросить всё ради одного единственного мужчины. Джарет ещё минуту наблюдал за их поцелуем в стеклянной сфере, а затем со всей злости выкинул шар в окно. Это была не мечта девочки. Это была его мечта.

And it's a hard winters day, I dream away.

      Джарет грустным взглядом окинул свои владения. Засушливая знойная погода стояла в эти дни. Ни единого свежего ветерка. Король Гоблинов вдруг подумал, почему в его мире вечное лето. Почему в Андеграунде не бывает зим? Ведь это так прекрасно. Легкий морозец, белые сугробы, снег. Повелитель Андеграунда один раз гулял зимой по верхнему миру. Там, очевидно, был какой-то праздник. Его Величество шёл, закутавшись в длинное пальто, которое скрывало весь его странный наряд. Шёл снег. Липкие снежинки падали ему на лицо, но это его ничуть не раздражало. По улицам города бегали дети, бросались друг в друга снегом, валялись в сугробах и громко смеялись. Джарет наблюдал за этим, и ему жутко нравилось происходящее. Он гулял в парке. Деревья и фонари были украшены гирляндами и цветными шарами, а в проходе над большими воротами висел плакат «Счастливого Рождества!». Король Гоблинов не знал, что это за праздник, и почему его так широко отмечают. Но ему всё нравилось.       Он сидел в парке на скамейке, когда мимо пробежала маленькая девочка лет трёх с виду. Она была закутана в большое пальто, широкий шарф закрывал половину её лица, а смешная розовая шапочка с большим помпоном смотрелась очень забавно. Девочка бежала по аллее, протягивая вперёд свои крохотные ручки. Как раз рядом со скамейкой, где расположился Король Гоблинов, ребёнок, так отчаянно не смотревший под ноги, поскользнулся и упал, распластавшись на снегу. Джарет молниеносно отреагировал. Он вскочил и одним шагом оказался около малышки. Повелитель Андеграунда бережно поднял девочку, отряхнул от снега её пальтишко и шарф. Малышка передумала реветь и уставилась на него своими большими глазёнками. Джарет погладил её по голове, удивляясь насколько она была милой. Девочка в ответ улыбнулась, продемонстрировав пару своих зубиков. Его Величество не смог сдержать улыбки в ответ. Спустя пару минут к ним подбежала молодая женщина и, подхватив малышку на руки, наскоро поблагодарила Джарета, поспешив уйти. Король Гоблинов некоторое время смотрел им вслед. Он уже хотел отвести взгляд, когда заметил, что девочка повернулась в его сторону, глядя через плечо матери. Она снова улыбнулась, пуская слюнки своим почти беззубым ротиком, помахала ему крошечной ладошкой на прощание и на миг замерла, впиваясь в него своими большими серо-зелёными глазами.       Когда Джарет увидел эти глаза снова, он сразу узнал её. Девочке было уже шестнадцать, она выросла, стала красивой молодой девушкой. Но её детский невинный взгляд был всё тем же. И Его Величество никак не мог её забыть.

It must've been love But it's over now. It was all that I wanted Now I'm livin' without I must've been love But it's over now. From the moment we touched It's where the water flows It's where the wind blows.

      И всё же, почему она вспомнила? Это возможно только в двух случаях. Джарет спешно мотнул головой, отгоняя ненужные мысли. Нет, такого, определённо, не может быть. - Ваше Величество, - тихий свистящий голос раздался по залу. - Что тебе, Дидимус? - меланхолично ответил Повелитель Андеграунда, не слезая с подоконника. - Ваше Величество, она вспомнила нас, - с радостью ответил старый лис. - С чего ты взял? – Джарет сжал губы в тонкую полоску и, прищурившись, посмотрел вдаль. - Розы, которые посадил Хоггл, расцвели, - начал маленький рыцарь. - И что с того? – Король Гоблинов оборвал его, даже не обернувшись. - Он посадил их, когда леди Сара покинула Лабиринт, - спокойно продолжил сэр Дидимус, - когда Вы стёрли девочке память, розы завяли. А теперь они цветут. Стало быть, она вспомнила нас! - Ну и что? – Его Величество наконец-то одарил гостя равнодушным взглядом. Лис растерялся, и Джарет снова вернулся к созерцанию своих владений. - Сир, как она смогла вспомнить? – маленький рыцарь осмелился приблизится к своему Повелителю. – Вы же наложили на неё заклинание! Она не могла вспомнить, и ей никто не напоминал. Вы же могущественный маг, как же чары не сработали? - Значит, не такой уж и могущественный, - печально усмехнулся мужчина. - Нет, Ваше Величество, Вы самый сильный волшебник в нашем мире! –воскликнул сэр Дидимус.       Повисло короткое молчание. Старый лис не знал, что ещё спросить у своего мрачного и печального Короля. Он прекрасно видел, что Джарет более чем огорчён уходом Сары. Повелитель Лабиринта по-настоящему ранен её отказом. Так, всего за несколько часов великий Король Гоблинов стал уязвим. И его единственная слабость – эта земная девочка. - Дидимус, скажи, может ли бессмертный любить смертную? – голос Повелителя Андеграунда был приглушённым и хриплым. Мужчина не отводил своих серых глаз от пейзажа, но вряд ли видел что-либо. - Почему бы нет, сир? Что может ему помешать? – пожал плечами маленький рыцарь. - Он владеет мощной магией, это может причинить простому человеку вред, - Джарет впервые за несколько сотен лет был столь откровенен с кем-то. Ему было всё равно кому открыться. Он говорил с Дидимусом, как со случайным попутчиком, которого вряд ли ещё увидит. - Любовь тоже своего рода магия, - с улыбкой произнёс лис, поправляя свои облезлые усы. – И это волшебство гораздо мощнее. Оно постигает каждого, но никто не может им владеть в совершенстве. Каждое существо может испытывать это чувство, ведь оно поистине прекрасно. И любой, даже простой смертный, может почувствовать себя волшебником. - Я не знаю, что в нём прекрасного, - прошипел Король Гоблинов. – Оно гнетёт, разрывает сердце на части, словно в жилы влили самый медленный, но эффективный яд. Что с ним делать, когда она так мешает спокойному существованию? И я не могу противостоять ей. Ведь она просто убивает меня. - Ваше Величество, так почему же леди Сара всё вспомнила? – хитро прищурился сэр Дидимус. - Не знаю, - мужчина слегка вздрогнул при упоминании её имени. - Вы можете обмануть кого угодно, - старый рыцарь разглядывал лицо своего Повелителя, - Вы можете не говорить никому. Но Вы не обманете самого себя. Вы знаете, почему она вспомнила, сир. - Я не уверен, - Джарет повёл плечами, - тому могут быть только две причины: либо Лабиринт вернул её, почувствовав, что она нужна… здесь. - Или девочка привязана нежными чувствами к нашему Королю, - смелея, добавил лис. - Это исключено, - отрезал Король Гоблинов, вскакивая с подоконника. – Она не могла полюбить меня. Она отказала мне! - Ваше Величество, вы ведь сами прекрасно знаете, что она всё вспомнила только благодаря себе, - бесстрашный рыцарь и представить себе не мог, что когда-то будет так говорить со своим Повелителем. – Я уже говорил Вам, что любовь само по себе волшебство. Заклятие забвения забрало её воспоминания, но не чувства. Они и вернули её к нам. - Так или иначе, девчонка больше никогда не попадёт в Лабиринт, - вскрикнул мужчина, в голосе которого смешались досада и отчаянная надежда. – Я закрою все входы и выходы. Никто не посмеет попасть в верхний мир без моего разрешения, так же, как и она не сможет снова оказаться здесь. Я стёр ей память для её же блага, чтобы она забыла свои приключения, забыла нашу сказку и больше никогда не тревожила ни себя, ни меня.       «Джарет» - тихий шёпот коснулся его ушей. Мужчина на секунду замер, а затем обернулся. В тронном зале не было никого, кроме Короля и сэра Дидимуса. Но этот голос звучал так близко. Его Величество болезненно улыбнулся. - Ваше Величество! – в комнату вбежал большой грузный стражник. - Чего тебе? – небрежно кинул Повелитель Андеграунда, когда его оторвали от приятных мыслей. - Она в Замке! – испуганный стражник кричал, как ужаленный. - Кто она? – напряжённо спросил Джарет. - Она! Она здесь! Сара Уилльямс! - Что? – мужчину словно окатили холодной водой. – Где она? - Она дошла до комнаты Эшера, - стражник громко сглотнул. – Прикажете остановить? - Нет! – рявкнул Король Гоблинов. – Я сам!       Его Величество стремительно покинул тронный зал. Стражник и сэр Дидимус многозначительно переглянулись и последовали за своим Повелителем.