Шин-чан, отнеси меня в школу!

***

Мидорима стоял посреди комнаты с крещенными на груди руками. Нервно поправляя очки раз за разом, он оглядывал всю комнату в поисках подвоха. Молчание действительно начинало раздражать. Такао не было видно. Подумав, что парень убежал собираться в школу, Шинтаро решил дождаться его, присел на диван и тяжело вздохнул. Его вздох, злобный и в то же время обреченный, заставил Такао невольно вздрогнуть, покрывшись мурашками. Парень сидел в своем мягком и теплом убежище, наблюдая за нервным цундере. Пока Такао ждал его, успел пофантазировать, придумать кучу странных идей и свиданий, отдаться развратным мыслям, представляя Шина с наручниками и плеткой, доминирующего и хладнокровного... а потом он просто уснул, пуская слюнки, представляя себе зеленовласого в обнаженных позах.

***

Мидорима сел по удобнее и подпер лоб руками, размышляя о чем-то. Глаза сами по себе закрылись и теперь он словно спал сидя. Но Такао не собирался сидеть просто так, в ожидании того, что Шин раскроет его убежище. С ловкостью змеи, его рука пролезла между подушками и устремилась к ничего не подозревающему Мидориме… - А-а! – Шинтаро сразу опомнился, подскочил на диван, подбирая ноги под себя, и уставился на руку удивленными глазами с ноткой возмущения. Рука, словно испуганное животное, спряталась в куче подушек. Послышался смех, который явно пытались сдержать. Такао захихикал, закрывая рот ладонями. - Шин-чан… - смешок не унимался, - Шин-чан, прости… - Такао скинул пару подушек и вылез из укрытия, прикрывая ладонью свою улыбку до ушей. - Такао Казунари! – взгляд Шинтаро неудержимо испепелял шутника, - Что ты себе позволяешь!? – Мидорима, раздраженный и разъяренный от злости, подошел к Такао почти в плотную. Если бы не преграда из подушек и одеял, этот идиот давно бы валялся на полу, задушенный руками, чьи пальцы постоянно были обмотаны бинтами. - Прости, дорогой, я не думал, что ты так перепугаешься, - Такао распростер руки к парню, требуя объятий, чтобы успокоить его разгоряченные нервы. В ответ на все это Шинтаро лишь недовольно хмыкнул, нахмурился, поправляя очки, и устремил свой взор в сторону, не желая соприкасаться взглядом. Такао состроил невинную мордашку, требующую мгновенного прощения, и настойчиво пытался заглянуть в глаза Мидориме, дабы растрогать его вспыльчивость. - Такао, перестань, - цундере сильнее нахмурил брови, и посмотрел на парнишку самым строгим взглядом из своего арсенала. Казунари онемел в миг. Его губы слегка приоткрылись, обессилено выпуская воздух. Взгляд потускнел. Руки ослабли и больше не тянулись, требуя объятий. - Если ты не хочешь собираться в школу, твои проблемы. Я, в отличие от тебя, не собираюсь из-за холода пропускать уроки. Я пошел на учебу, - Шинтаро сделал свой коронный жест перебинтованной рукой, и развернулся к выходу… - Стоять! – Такао набросился на хладнокровного парня. Стиснул его за плечи, прижимая к себе, что есть силы, - Ты никуда не уйдешь от меня. Мидориму словно пронзила молния. Молния, пронесшаяся сквозь его уши насквозь, разрывающая барабанные перепонки, оставляя не затягивающиеся рубцы от произнесенных слов. Слова звучали как шепот, но шепот этих слов и интонация звенели в голове Шина непрерывно, как музыкальная чаша, которую Такао никак не хотел заглушить. Шинтаро прикрыл глаза, а мозг все анализировал прозвучавшую фразу. Плечи напряглись и парня начало передергивать. «Занервничал?» - Такао уперся лбом меж лопаток Шина и зажмурился, стискивая его еще сильнее. Вдруг решит вырваться и убежать. Медленно стянутые с глаз очки оказались спрятаны в карман пиджака. Но перебинтованные пальцы не хотели опускаться с лица хозяина. Они словно сотворили маску, оберегающую Мидориму от всего и всех, кто решил не отпускать его. - Что за чушь ты сейчас произнес, Такао? - Люблю я тебя, идиот! – брюнету не доставило особых усилий овладеть положением, и пока Шинтаро находился в возмущенном ступоре, он потянул его назад и повалил в свое мягкое убежище. Подушки, с самого начала преграждающие соприкосновение, буквально растворились от внезапного натиска двух тел. Падение заняло доли секунды… но в объятиях с любимым человеком… Такао вскружило голову. Ему еще не удавалось быть так близко к Шину. Но теперь он не просто был рядом, а владел ситуацией. Объятия сжались еще сильнее, словно тиски. Послышался легкий хруст позвонков и возмущенный вздох заложника, но Мидорима молчал, словно в воду опущенный. - Шин-чан, я люблю тебя. Понятно? – Такао тяжело вздохнул, поглаживая напряженные плечи, зажатые в объятиях. - Дурак, - в ответ влюбленный парень услышал лишь одно колкое слово. Явно выдавленное с силой и без особой фантазии. Улыбка расплылась на лице, из глаз словно полетели звездочки, и Такао зажмурился, не желая расставаться с этим чудесным мгновением. Тепло от тела Мидоримы плавно перебиралось к телу брюнета. Это ощущение согревало его лучше всяких одеял и убежищ. Словно горячий чай разливается в желудке, заполняя пустоту своим жаром. Медленно распространяясь по конечностям Такао, тепло Шина начинало заставлять трепетать влюбленное сердце парня…

***

Атмосфера таила в себе нечто странное и сонное. Казунари продолжал сжимать в объятиях молчаливого Мидориму. Тот, казалось, от возмущения и удивления и вовсе потерял дар речи. Ни единого слова он не проронил после своего краткого упрека. Парни словно находились на грани эйфории. По крайней мере, так чувствовал себя Такао, а Шин был ведом его словами и поступками, как марионетка. Марионетка, желавшая повеления ведомого. Теплые губы приблизились к уху Мидоримы. Мгновение, и от прикосновения все внутри вспыхнуло. Такао почувствовал все это через еле заметную дрожь в его теле. Улыбка. Взгляд восторга от маленькой победы и рука зарывается в зеленые волосы, нежно поглаживая их. «Невозможно просто так взять и оставить его без поцелуя... я должен сделать это хоть раз в жизни». Проведя пальцем по теплой шее заложника, Такао оставил за собой дорожки из мурашек. Прильнув губами к этому нежному месту, парень покрыл шею Шина поцелуем. Страстный, но осторожный. Его дыхание, горячее и возбуждающее, словно растопило сердце Шинтаро, скованное вечной мерзлотой. Желудок, будто перевернулся с ног на голову и начал дикие пляски. Сердце заколотилось сильнее, оживленное внезапным чувством и что-то теплое наполнило низ живота… - Может, мы все-таки пойдем в школу? – голос Шина прорубил нависшую тишину. - Да, надо собираться. Я совсем забыл про нее, - Такао ослабил объятия и помог Мидориме подняться с раздавленного гнездышка. Ноги подкашивались, в голове происходило черт знает что. Словно все закружилось перед глазами, а конечности и стали ватными. Такао поддержал парня, чтобы тот не плюхнулся на пол, и хотел было что-то сказать, но… - Это все ты виноват, - Шинтаро нахмурился и достал из кармана черную оправу. Выпрямив спину, цундере ловким движением руки отправил очки на свое положенное место. Брюнет уставился на возлюбленного, открыто глядя ему прямо в глаза. Что-то изменилось в его взгляде. Вроде все такой же хладнокровный и надменный, но… все же не такой. Улыбка Такао расползлась от уха до уха. Счастливая улыбка. Мидорима резко отвел взгляд в сторону, но его выдали вспыхнувшие алым оттенком щеки. Шин надеялся, но от Казунари подобного не скрыть, как ни старайся.

***

- Шин-чан, я уже продрог! – ребята не успели далеко отойти от дома, как Такао снова начал капризничать. - Что значит уже?! Такао Казунари, ты окончательно решил поиздеваться надо мной?! - Не правда, просто на улице лютый мороз, а я ведь такой теплолюбивый… - Да уж… И что мне теперь делать? Закинуть тебя в печку? – Такао потянул зеленовласого за собой обратно в дом. - Нет, нет! Просто отнеси меня в школу. И ты лучше печки. Мидорима закатил глаза, тяжело вздыхая, предчувствуя, что этот большой ребенок уже придумал какой-то хитрый план в главной роли с ним. - Шин-чан, ты сегодня очень теплый, - брюнет вцепился объятиями в Шинтаро, - а у меня нет таких вещей, которые согревали бы лучше, чем ты, - его руки с неизменной ловкостью расстегнули зимнюю куртку оторопевшего парня и впились в пиджак мертвой хваткой окоченелых конечностей. - Такао… - М? - парень вопрошающе посмотрел, приоткрыв рот, надеясь на милосердие сурового взгляда. - Да. - Да? - Просто - да… а теперь пойдем в школу, - знакомое движение и звук закрывающегося замка…

***

Все время до школы их тепло было одним единым. Словно это все было чудесным сном в фантазиях Такао. Ведь даже самый закоренелый цундере может сломаться рано или поздно.

***