Другой ты

Только от мысли, что они ночуют в доме настоящего оборотня, у Бильбо моментально пропадало всякое желание наслаждаться отдыхом, хотя он очень устал и проголодался. В последний раз они ели в Ривенделле, и это при том, что гномы большинство блюд на столе даже едой не хотели называть. Желудок то и дело неприятно болел, создавая ощущение тошноты и головокружения, но вставать и отправляться на поиски чего-то съедобного могло быть опасно для жизни. Поэтому мистер Бэггинс продолжал оставаться в положении лежа. Чтобы хоть как-то себя успокоить и отвлечься хоббит не спеша достал из кармана найденное в горе золотое кольцо. Оно красивое, оно очень красивое, и когда ты смотришь на него, тебе кажется, что можно увидеть и почувствовать что-то такое странное и непонятно, словно оно начинает тебя гипнотизировать, повторяя твое имя. - Проклятье, - помотал головой Бильбо. – Мне это просто кажется, - отвернул взгляд в сторону, чувствуя, что дышать становиться все тяжелее и тяжелее. – Кажется… но… оно так прекрасно… Это кольцо прекрасно, и оно мое… мое. С этими словами Бэггинс сунул драгоценную находку обратно в карман и осмотрел рядом лежащих гномов. Все они, включая и вечно осторожного Торина, крепко спали. И неудивительно, ведь столько за последние дни похода им пришлось пережить: встреча с гоблинами и их королем, атака Азога Осквернителя и другое, что может остаться в твоей памяти навсегда как шрам от глубокой раны. Сейчас же путешественники наконец-то получили шанс отдохнуть и выспаться. По крайней мере, так сказал Серый Маг. Гэндальф обещал, что здесь они будут в безопасности. Ну что ж… ему поверили на слово. Ох уж этот толстяк Бомбур. Как всегда храпел громче всех. Бильбо перевернулся на спину и, сложив руки на животе, устремил задумчивый взгляд в старый деревянный потолок. В этот момент он опять подумал о том, кого называют внуком Короля-под-Горой. Что же хоббит все-таки к нему чувствовал? Сострадание? Желание помочь? Или может это еще какое-то чувство, о котором он даже и не подозревал, не понимал? Парень так рисковал собою ради потомка Дурина, словно он был ему родней или очень большим другом, но ведь это совсем не так. Торин изначально был против мастера взломщика в своем отряде. Не раз говорил, что от него одни неприятности и что ему не место среди гномов. Да, это было, но после того случая на скале, отношения между ними изменились. Все-таки упрямый гном оценил героический поступок маленького хоббита, спасшего ему жизнь, и даже обнял, да так крепко, что у Бильбо просто дух захватило. Хотелось снова и снова вспоминать этот теплый момент с едва заметной улыбкой на устах, как тут… раздался шум открывающейся двери и чьи-то шаги. Никто из гномов так и не проснулся. Это плохо, ведь если их заметят, то… Неожиданно показался человек. Господи, да разве люди бывают таких размеров и таких пропорций? Мисстер Бэггинс понял, что перед ним тот, кого называют Беорн, и это он тот самый гигантский медведь, который чуть не убил их. Хозяин дома вернулся, а значит в любую следующую секунду он может легко и просто разделаться со своими незваными гостями! Где Гэндальф?! Где волшебник?! Решив, что это конец, полурослик перевернулся на бок и закрыл глаза. Глубоко вздохнув, он приготовился попрощаться с жизнью. Что потом случилось, хоббит не помнил. Сколько времени прошло, хоббит не знал. Неожиданно парень ощутил под собой мягкую, местами даже влажную траву. Что это? Как это? Неужели его выбросили из дома на улицу? С этими мыслями Бильбо приоткрыл глаза и осмотрелся. Как ни странно, но был день, а не ночь, да и дом с лесом перед ним куда-то исчезли. Нежные солнечные лучи грели лицо, а несильный ветерок развивал рыжие кучерявые волосы. - Где это я? – немного приподнялся полурослик и тут же заметил, что больше не ощущает боли в мускулах и усталости. – Неужели я умер? Не может быть. Оборотень – первое, что пришло на ум. Он все-таки нашел его и убил, хладнокровно, как волк овцу. Вот только сам этот момент почему-то никак не вспоминался. Он ничего не видел, ничего не слышал и ничего даже не почувствовал. Ну или вариант, что Беорн прикончил свою жертву спящей и каким-то совсем безболезненным способом. Ладно, это уже не важно. По-любому, все это означало только одно – путешествие к Одинокой Горе можно считать завершенным. На мгновение мистеру Бэггинсу показалось, что он находится на территории своего дома – Шира, который постоянно вспоминал на протяжении всего похода с гномами. Ему вдруг почудилось, что перед ним те самые родные луга и холмы, и даже облака столь знакомой ему формы. Пока Бильбо собирался с мыслями о том, что то место, где он находится, это что-то вроде рая, неожиданно обратил внимание на свою одежду. Куда подевался его изрядно испачканный красный сюртук? Хоббит был в своих любимых домашних жилетке и брюках, а на шее завязан все тот же голубой галстук. Внешне он был таким же, как тогда, при встрече с Гэндальфом, еще до прихода в его жизнь гномов. - Как? – осмотрел себя Бэггинс. – Как так получается? Казалось, можно порадоваться своему возвращению в прежнюю жизнь, но нет. Может внешне он тот самый хоббит, к которому привыкли его соседи, но внутри он теперь уже совсем другой. Не выдержав всего происходящего, парень побежал вперед так быстро, как только мог, даже не до конца понимая, зачем. Зачем он это делает? Неужели испугался? Чего? - Торин! – вырвалось из дрожащих уст. – Торин! Мастеру взломщику становилось не по себе от мыслей, что Короля-под-Горой убил тот волосатый гигант, что он больше не увидит этого ворчливого гнома, который против воли полурослика заставил его совсем по-другому взглянуть на окружающий мир. Проклятье, говорили, что в этом путешествии может произойти много чего удивительного и неожиданного, но вот чтобы такое. Или это тоже часть плана Серого Чародея? - То-ори-ииииииин! – протянул Бильбо и остановился. В этот момент маленький хоббит даже и не вспомнил ни о других двенадцати гномах, ни о Гэндальфе. В первую очередь, он искал того, кого… кем так дорожил. - Торин, - снова шепотом повторил имя любимого гнома и тут же его взгляд упал на одиноко стоящий дуб. – Откуда тут взялось это дерево? Как ни странно, но товарища взломщика так и тянуло к нему. Не смотря на то, что парень буквально пару секунд назад бежал на очень высокой скорости, он не чувствовал ни усталости, ни затрудненного дыхания. Словно ничего этого и не было, словно ничего и не случилось. С большим трудом верилось во все происходящее, но тут… посторонние мысли, которые успели откуда-то набежать с целью завладения разума взломщика, вновь разлетелись в разные стороны, освободив голову лишь для одной из них. - Торин? – в изумлении замер мистер Бэггинс. С первого взгляда могло показаться, что Дубощит не дышит, не шевелиться. Нет! Он мертв? - Торин, - и Бильбо поспешил к любимому гному. – Торин. Сев на колени рядом с потомком Дурина, хоббит внимательно осмотрел его лицо. На Короле-под-Горой была надета легкая ярко-синяя рубашка с довольно простым узором, идущим от плеча до самого края, а большой ее вырез на половину раскрывал могучую грудь воина, покрытую колючим волосом. - Ты меня слышишь? – полурослик аккуратно коснулся кончиками пальцев щеки гнома. – Торин? Неожиданно на губах Дубощита нарисовалась слабая, но такая приятная улыбка. - Бильбо Бэггинс, товарищ взломщик, - негромко произнес он. – Хотя… думаю, что уже нет смысла тебя так называть. Теперь ты снова просто Бильбо Бэггинс. - Почему? Или ты передумал возвращаться в Эребор, в свой дом? - А зачем? Эребор – это мое прошлое, и его НИКОГДА уже не вернуть. Слово «никогда» прозвучало так, словно оно было ключевым во всей фразе, что заставило удивленного полурослика вздрогнуть. Не хотелось верить, что это говорил сам Король-под-Горой. - Как так? А как же сокровища? Как же Аркенстон? Это же цель всей твоей жизни – возвращение в… - Теперь уже нет, - неожиданно таким же спокойным тоном перебил парня гном, вдохновленно устремив взгляд в небо. – Теперь это наш дом, и я не хочу покидать его. Здесь всем нам будет хорошо. Поверь мне. Бильбо был в шоке от всего услышанного. Как странно и непривычно слышать подобное от того, кто так стремился к своей цели, того, кто не боялся любых опасностей, того, кто готов был преодолеть любые преграды и барьеры. Перед ним уже не тот суровый, вечно осторожный и всем недовольный Дубощит. Нет. Сейчас перед ним совсем другое лицо, другой взгляд. Это не потомок Дурина. Кто угодно, очень похожий на него, но не он сам. Что же его внезапно так переменило? Что заставило забыть о своей главной мечте в жизни? Это… это… это… Смерть! Нет! Нет! Не хотелось в это верить ни сейчас, ни потом… никогда. - Торин, - взволнованно посмотрел на гнома-воина маленький хоббит. – Я… не… - Успокойся, - усмехнулся Король-под-Горой, хотя… наверное, его уже не стоило так называть. – И постарайся больше не думать о плохом. Хорошо, Бильбо Бэггинс? Давай лучше ляжем и просто понаблюдаем за облаками. Тебе понравится. Вначале полурослик хотел ответить отказом. Нет, это все неправильно. Так не должно быть. Это не тот Торин, которого ты… нет, это не тот Торин, за которым ты готов идти до конца. Он вспомнил рассказ Балина о великом воине, о потомке Дурина, который подарил гномам надежду, вселил в них желание жить дальше, стремиться к светлому будущему, а теперь… теперь этого всего нет. Вместо него рядом с ним обычный сельский мужчина, получающий удовольствие от того, что просто лежит на лугу и смотрит на облака. Тем не менее, Бильбо понимал, что не его это вина, а то, как отнеслась к нему его судьба. Несостоявшегося Короля-под-Горой стоило пожалеть и не бросать в ту минуту, которая на первый взгляд могла показаться радостью. Нет, на самом деле это мучительная боль, глубочайшее разочарование. Именно такое и чувствовал взломщик. - Хорошо, - вздохнул парень, зная, что другого выбора у него просто быть не могло. – Я согласен. Торин вновь опустил голову на мягкую траву, не выпуская из рук маленькую дубовую веточку. Пожалуй, она единственная, что напоминало о его недавнем прозвище – «Дубощит». - Давай, - улыбнулся гном, провожая взглядом плывущее маленькое облачко. В ответ Бильбо встал на ноги и подумал, как же ему лучше устроиться. Не смотря на все душераздирающие мысли ему хотелось быть как можно ближе к Торину, слышать его голос, его дыхание. Поэтому парень решил, что голова к голове – это наилучший для него вариант. Их волосы, словно ощущая невидимую связь своих хозяев, сплелись между собой. Что-то в воздухе просило мистера Бэггинса смириться с тем, что вы оба мертвы. Вы сейчас вместе, и это главное. Их глаза одновременно посмотрели на одно и то же маленькое облачко, которое словно улыбалось им. Нежный теплый ветерок дул прямо в лицо, создавая ощущение легкого поглаживания. Потихоньку внутри бывшего взломщика все успокаивалось. Со стороны такая картина смотрелась очень романтичной, если не считать, что оба участника сцены мужского пола. С другой стороны, какая вообще разница? Нет ничего важнее искренних чувств маленького полурослика, и именно они означали настоящую любовь. Парень в этот момент понял, что вот оно счастье находиться рядом с ним, рядом с тем, кого любишь. Пришло время забыть о походе, об Эреборе и драконе в сокровищнице короля Трора. Пришло время забыть о том Дубощите, которого он знал раньше. Теперь все изменилось, и пора с этим смириться. Эх, до этого он никогда не видел Торина таким… таким умиротворенным что ли. Был, конечно, момент, когда они увидели ту самую Одинокую Скалу, после истории с орками, когда весь отряд чуть не погиб, но и ситуация тогда была совсем другой. Сейчас же Дубощит словно забыл о том, кто он, к чему стремился, ради чего жил. Бильбо никак не покидали эти тревожные мысли, словно стараясь повернуть его разум в нужное русло, сказать, что все это неправильно… неправильно. Нет, ни Торин, ни ты… вы оба не должны быть такими. Это не вы!!! К тому же невозможно забыть о тех двенадцати гномах, что сопровождали своего короля, были с ним до последнего. - А где же остальные? Где Фили и Кили? – поинтересовался хоббит. – Ты их видел? - Нет, но, наверное, они где-то неподалеку. Не переживай. - И неужели тебя больше не тревожит Одинокая Гора, последний луч уходящего солнца в День Дурина, который укажет на замочную скважину? – неожиданно для себя повторился полурослик, хотя и понимал, что, скорей всего, в этом больше нет никакого смысла. - Нет, Бильбо. - Но почему? - Потому... что этого всего больше нет. Мистер Бэггинс так и вздрогнул от последней фразы, почувствовав, как теплый свежий ветер с новой силой подул ему прямо в лицо, заиграл с его рыжими кудрями. - Как нет? Тут ему в глаза что-то попало. Не сразу хоббит понял, что это прядь черных слегка седых волос Торина. - Эй, - хотел было просто убрать их в сторону, но нет... - Бильбо Бэггинс, - снова спокойный голос гнома. – Постарайся смириться с тем, что прошлого больше нет и не будет. Есть только светлое настоящее, и ему надо радоваться. Его надо принять. Аккуратно бывший взломщик стал перебирать чуть ли не каждую волосинку отдельно. Это тоже успокаивало, заставляло плохие ненужные мысли развеяться по ветру и исчезнуть в листве могучего дуба. «Наслаждайся тем, что имеешь сейчас, - что-то шептало в ухо маленького хоббита. – Наслаждайся нашим теплом, прекрасным местом, который станет твоим домом». Бильбо чувствовал, что его словно гипнотизируют, дарят новые ощущения и эмоции, забирая все самое плохое. Пора бы действительно успокоиться и забыться, раствориться в этой теплой слегка влажной траве. Глаза сами не спеша закрылись, а на губах вновь вырисовывалась счастливая улыбка. Все не так плохо… Нет… Все просто прекрасно. - Торин, - снова позвал гнома Бэггинс. - Да, - еле слышно ответили ему. - Я тут подумал, что… Я хочу тебе кое-что сказать… ну… раз уж мы сейчас здесь… я хочу сказать тебе, что… В следующую минуту парень замолчал, собираясь с мыслями, ведь он боялся реакции Дубощита на его признание. - Что, Бильбо? Не стесняйся, говори. Однако для полурослика даже здесь, в этой обстановке этот шаг был очень сложным. Только он приоткрыл рот, как вдруг в уши ворвался какой-то странный шум. Хоббит удивленно открыл глаза и увидел как прямо над ним пролетает большое рыже-черное насекомое. - Шмель? – прищурился мистер Бэггинс. – Откуда? - Не обращай внимания, - усмехнулся в ответ бывший Король-под-Горой. – Их тут много. Летают, жужжат, но не кусают… Так ты это мне хотел сказать? - Нет, вовсе нет, - и взволнованный хоббит приподнялся на локте. - А что тогда? - Я хотел сказать…, - осторожно приблизился к уху любимого гнома, - что… Неожиданно волнение накрыло его новой волной, и парень, нервно сглотнув слюну, закрыл глаза и подумал, что все-таки зря он это все затеял. Оставаясь на боку, хоббит внезапно почувствовал, как его начало клонить в сон. - Ладно, - прошептал полурослик. – Будет еще время, и я обязательно все тебе расскажу, а пока… я так хочу спать. - Конечно, по…, - голос любимого просто растворился в воздухе, так и не дойдя до адресата. Но не успел Бильбо окончательно погрузиться в сон, как почувствовал, что его нос кто-то стал щекотать. - Что? – открыл глаза и увидел на себе огромного шмеля. Проклятье, если укусит, будет очень больно. - Кыш, - отмахнулся и тут же новое назойливое насекомое село ему на руку. – Кыш. Бэггинс быстро приподнялся и с удивлением осмотрелся. Куда подевалось то дерево, под которым он лежал? Где луг и солнце? Что произошло? Он опять находится в доме Беорна. - Значит, это был всего лишь сон? – Бильбо поспешил отыскать глазами гномов, но никого из них не увидел. – Сон, - усмехнулся. – Ну очень уж он оказался реальным для меня. Со стороны выхода было слышно мычание скотины и кудахтанье домашней птицы. Ранние солнечные лучи пытались пробраться вовнутрь дома всеми возможными для них способами. Наступило утро. Мистер Бэггинс не чувствовал больше усталости, но тело ныло от недавних приключений. Каждый шаг, каждое движение давались не без труда. Мышцы ног жутко болели. Бильбо даже не сразу вспомнил, что очень голоден. Еще раз прислушавшись, хоббит уловил знакомые голоса. Гномы! Они тоже живы! А значит… Забыв о всех своих болячках, полурослик поспешил в сторону кухни, и… первым, кого он увидел, был… Торин Дубощит. - Долго же вы спите, мастер взломщик, - сурово произнес узбад, но для Бильбо это вдруг оказалось самым большим счастьем. Он снова прежний! Он снова Король-под-Горой! Хоббит даже и не вспомнил, как в своем сне он упомянул Аркенстон. Разумеется, Бэггинс даже и не знал, кто или что это такое. Это странное слово довольно быстро стерлось из его памяти. Хотя оно уже не имело никакого значения. Их опасное приключение к Одинокой Горе продолжается.