Перевернутая реальность. Одна жизнь на двоих.

Огромный кратер был окутан густым туманом, ограничивая видимость до радиуса полуметра. Снег под ногами превратился в воду, которая смешавшись с землей, стала полужидкой грязью. Черная куртка покрылась мелкими капельками сырого тумана, от чего ворсинки меха на ней слиплись и стали похожи на иголки. Где-то вдалеке послышался грохот, будто что-то взорвалось. Суо сделал несколько шагов в сторону, откуда послышался шум. Туман мгновенно рассеялся и перед глазами бывшего Короля возник Мунаката. Выглядел он ужасно: без очков, в местами разодранной одежде, с разбитой губой, окровавленными руками. Меч Синего лежал на земле в нескольких метрах от него. Мунаката стоял и с каким-то умиротворением на лице смотрел в пустоту перед собой, где через несколько секунд возникла Секхара. Глаза демона светились ярко-красным светом. В руке она держала свой меч. Легкая ухмылка, затаившаяся на губах демона не сулила ничего хорошего. Микото хотел подойти и вырвать меч из рук демона, сжечь, превратить в пепел, как он обычно и делал со своими врагами. Или делал раньше? "А может это все сон?" - промелькнула в голове Суо мысли и тотчас же исчезла. А может он все также мертв и ему снится какой-то бред с возвращением к жизни и демонами, которые являются всего лишь выдумкой? Ведь с того света невозможно вернуться. Красноволосый еще раз попытался пошевелиться, но тело не сдвинулось ни на миллиметр, несмотря на исходящие из головного мозга команды срочно подбежать к чокнутому демону и спасти Мунакату. "А зачем спасать, - вновь пронеслась в голове мысль, - если это сон?". Ведь этот блюститель закона, предпочитающий правильность и логику безрассудству и безалаберности, никогда не был ему другом. Или был? "Я лишь пришел, чтобы увидеться с другом", - прозвучал в голове голос Синего Короля, в котором едва уловимо ощущалось тщательно скрытое переживание. Суо безотрывно смотрел на Мунакату, к которому подошла Секхара и приготовилась, чтобы нанести удар. Еще секунда и...       Суо распахнул глаза и уставился в потолок своей комнаты. В груди болезненно защемило. Внезапно проснувшееся чувство вины за недавно сказанные слова Мунакате начало грызть изнутри, отчего захотелось прямо сейчас пойти к этому хренову аристократу, который в последнее время стал слишком много места занимать в его мыслях, и извиниться. - Да черта с два, - рыкнул Суо, затыкая свою совесть, и, посмотрев на окно, сквозь занавески которого прорывались лучи утреннего солнца, закрыл глаза. - Сон плохой приснился? - тихо спросил Тоцука, который все это время сидел на коленях около кровати и наблюдал за спящим Микото. - А ты что здесь делаешь? - мужчина приоткрыл один глаз и повернул голову в сторону Татары. - А я пришел за подарком, - паренек поднялся и упершись руками в кровать, наклонился и коснулся губами его губ. Поцелуй ставал все требовательней. Руки светловолосого скользнули под футболку, лаская такое желанное рельефное тело. - Хватит, - сиплым от возбуждения голосом произнес Суо, оттолкнув от себя парня. - Ты чего? - удивился Татара. - Тебе не понравилось? Ответом послужило молчание. Тоцука вскочил с кровати и обиженно посмотрел на развалившегося Суо. - С днем влюбленных, - буркнул светловолосый и вышел из комнаты. Суо, чертыхаясь и проклиная Мунакату, образ которого так не вовремя всплыл в его голове, встал с кровати и поплелся в ванную, перед этим отдернув занавески и выглянув в окно, за которым просыпался город, окутанный белым покрывалом. - Эй, Мисаки, просыпайся, - Фушими уже несколько минут будил рыжего, который мирно посапывал в обнимку с подушкой. - Да просыпайся ты, спящая царевна! - крикнул парень и чуть не вылил на хомровца горячий шоколад, который принес специально для него. - Хм, - скипетровец ухмыльнулся и, поставив чашку на тумбочку, присел на край кровати. Он практически невесомо коснулся рукой щеки Яты и тот, что-то недовольно пробурчав, сжал подушку еще крепче. Фушими сделав, глубокий вдох и приготовившись к бурной реакции рыжего, наклонился и поцеловал его. Отстранившись он заметил, что Ята перестал дышать. От греха подальше, Сарухико соскользнул с кровати и отошел на полтора метра, мысленно отсчитывая время, когда Ята начнет бушевать. - "Три, два, один", - улыбка на лице Фушими расплывалась все шире и шире. - Ты что творишь, тупая о... - заорал Мисаки, буквально слетев с кровати, но запнулся, когда вспомнил, как они вчера с Сару целовались. Скипетровец заметил, что Ята начал дрожать. Тот осел на пол и схватился руками за голову, шепотом повторяя одно и то же. - Нет, нет, нет, нет... - Мисаки, что с тобой? - Фушими подошел к рыжему и присел рядом, притягивая его к себе. - Отрывки из... вчерашнего сна, - шепотом проговорил Ята и прижался к парню. - В нем... тебя убили... - Такая чудесная погода, - Шион вдохнул морозный воздух и заулыбался. - Вы правы, - усмехнулся Мунаката, который шел рядом с юношей. Они шли в небольшое кафе, в котором часто бывал Мацуда. Ведь в последние годы он жил в мире людей под видом обычного студента. - Скажите, Шион, - обратился Король к улыбающемуся парню. - Это правда, что вы теперь смертный? - Да, - не переставая улыбаться ответил пепельноволосый. - Теперь буду жить и стареть, как и все люди. И, наконец, умру. - Наконец? - Рейши скептически глянул на парня, на лице которого на миг проскользнули сомнение и неуверенность, будто он что-то захотел сделать, но засомневался. - Да. Знаете, - Шион остановился и посмотрел на Короля своими темно-шоколадными глазами, - жить около шести веков - это довольно утомительно. Ты знакомишься с людьми, сближаешься с ними. А потом они становятся старше, стареют и умирают. И каждый раз наблюдать за смертью дорогого человека очень больно. - Парень замолчал и шагнул к Рейши, который также остановился, чтобы выслушать его. Он несколько минут молча смотрел в фиолетовые глаза, такие холодные и суровые. Глаза, в которых страшно утонуть. Мацуда восхищался этим человеком, пусть и знал его совсем мало. Величие, которое излучала аура Мунакаты завораживала и манила, одновременно пугая и отталкивая. Такая спокойная, но грозная сила в руках одного человека. Шион скользнул взглядом по бледной коже лица, обдумывая каждое слово, которое хотел сказать, но сомневался: нужно ли говорить вообще. Затем, сделав глубокий вдох, парень сказал: - Мунаката-сан, вы мне нравитесь! Фушими был расстроен.Нет, Фушими был разочарован. Хотя, тоже нет. Фушими был зол. Именно. Ведь его прекрасный план провести день влюбленных в обществе Мисаки, с треском провалился. С одной стороны, это так нелепо звучит. А с другой - в глубине души он так давно этого хотел. Чувства, сокрытые за тысячью замками, сломанными рыжеволосым чудом одновременно, начали просыпаться. Иногда хотелось послать их куда подальше и жить, как раньше: свободным и высокомерным одиночкой, презирающим все добро в этом мире. А иногда - принять тепло, которое излучал Мисаки, обнять этого гиперактивного придурка, наплевав на гордость, вопиющую о том, что проявление доброты - это признак слабости. Обнять и никогда не отпускать, даже в Хомру, куда они, собственно, сейчас и направляются. И все благодаря серебрянноволосой девушке, которая шла, почти бежала впереди, и несла в руке коробку с подарком для Тоцуки. Эта ненормальная, как назвал ее Фушими, вломилась к ним в комнату, схватила обоих парней за руку и потащила за собой, быстро тараторя что-то о дне рождения, подарке, Суо и Хомре. - Давай пошевеливайся! - окликнул Фушими Ята, который, конечно же был на седьмом небе от счастья. - Тц, - скипетровец недовольно цокнул языком, но скорость все же прибавил. - "Достали. Оба." - Ты всегда такой недовольный? - спросила Сора, поравнявшись с парнем. - Нет. Только по праздникам, - съязвил Сарухико. - Хех. Получается, что у тебя каждый день праздник, - хихикнула голубоглазая и, схватив его за руку, потащила вперед. - Пошли-пошли, мне уже нетерпится вручить подарок. Открыв двери в бар, троицу обдало приятным теплом, пахнущим пряностями, выпечкой и сигаретным дымом, который портил всю картину. - О, Ята! - к парню подошел Камамото и затащил его внутрь. - Давно не виделись. Слышал, ты живешь с Фушими... Зайдя следом за Сорой, которая сразу же рванулась искать именинника, Сарухико услышал лишь громкую матерщину Яты, крик Рикио и ругань Кусанаги. - Кажется, тебя не приглашали, - за спиной послышался хриплый голос бывшего Короля. - Не знал, что это закрытая вечеринка, - ухмыльнулся парень, став к Суо в пол-оборота. -Эй, Сару, давай сыграем! - к скипетровцу подлетел Ята и потащил его собрашейся кучке хомровцев, играющих в карты, на сколько понял Фушими, на желания. Микото хмыкнул, глядя вслед удаляющейся парочке, и приземлился на диван, согнав с него какого-то паренька, недавно ставшего членом Хомры. Красноволосый окинул взглядом веселящихся гостей. Странное чувство колючим клубком свернулось где-то в области сердца, будто что-то плохое должно произойти. В памяти сразу всплыли картинки из сна, но Суо удачно прогнал их, опустошив станкан с виски. - Что тревожит твою душеньку? - рядом с мужчиной присела Секхара, которую он даже не заметил среди гостей. - Тебе-то какое дело? - промямлил Микото, искоса взлгянув на девушку. Та, к его удивлению, была одета в черную форму, в которой она была в первый день их, так называемого, знакомства. - Ты что, здесь по работе? - мужчина откинулся на спинку дивана, закинув ноги на стеклянный столик. - Есть одно дель... - девушку прервал звонок КПК. - Да. Что? Имя? Вышли мне фото. Микото заметил, как на лице Секхары мелькало беспокойство. Она игнорировала его вопросительный взгляд пока на КПК не пришло сообщение. - Не может быть... - прошептала девушка, не отрывая взгляда от присланной фотографии. Суо подвинулся ближе, чтобы рассмотреть снимок. Изувеченый труп парня с пепельными волосами, испачканными в крови. Он узнал его. - Это же... - Мацуда Шион, - закончила фразу Кара. - И умер он уже давно.