Хосок попробовал...

Стройное тело выгибается навстречу ласкам, стонет, просит большего, шепча всякие пошлости. - Если ты не войдешь в меня, я тебя кастрирую,- хнычет брюнет. - Хм, ну, давай проверим,- тянет старший. Хоуп начинает покрывать все тело Чимина поцелуями, нежно поглаживая бедра, оставляя еле заметные бордовые пятнышки от засосов. - Ты невероятный, Чиминни, потрясающий,- мурлычет Хоуп,- такой развратный и чертовски сексуальный. Брюнет смущенно улыбается, ему таких слов никто не говорил, никто так не прикасался нежно, как он, любимый и родной. Чимин был влюблен в Хоупа. И то, что сейчас вытворяли, а вернее, что вытворял старший, просто расплавляло мозг младшенькому. Он терялся в ощущениях, совершенно не понимая, почему он это делает. Просто прийти в его комнату, оторвать от очень увлекательной игры требовательным поцелуем, и завалить его на кровать, продолжая целовать в губы, быстро и настойчиво раздевая. А Чимин не отталкивал, хотя должен был, со словами: «Что ты делаешь?» Или: «Ты совсем больной? Убери от меня руки!» Но, нет. Вместо этого, брюнет сильнее притягивал к себе Хоупа, сердце бешено отбивало ритм, а губа была искусана так, что немного припухла. Хосок продолжает неспешно ласкать Чимина, наслаждаясь его стонами и гибким телом. Не спеша приближается к пухлым и приоткрытым губам, сжимая рукой его возбужденный член, и ловит стон, глубоко проникая языком в его рот, влажно целуя. Рукой Хоуп начинает медленно двигать, пресекая все попытки Чимина самому двигать бедрами, хотя делает это он очень красиво. Эти плавные движения, от которых внутри все воспламеняется, эти стоны, что лучше любой музыки в мире, а это тело… О Боги, самое прекрасное , которого хочется касаться, ласкать. Его кожа, как дорогой бархат, а эти изгибы, округлая попа, стройные ноги. Старший поймал себя на извращенных мыслях, может, даже слишком… Слышать стоны , от того, что его чувствительная кожа на ягодицах уже покраснела. Раздвинуть ноги, и резко войти, и иметь долго и жестко, пока дырочка не станет красной и слегка припухшей. Но он старается отогнать эти мысли. Хосок проводит кончиками пальцев по бледной и мягкой коже, вызывая дрожь. - Не мучь меня, сделай что-нибудь, я уже не могу,- шепчет Чимин. Хоуп переворачивает его на живот, подкладывая подушки. Продолжает покрывать поцелуями младшего, спускаясь ниже, к упругой попе. Немного полюбовавшись, старший несильно шлепает по одной ягодице, а другую - кусает, зализывая место укуса сразу же. Хосок проводит языком по сжавшейся дырочке, кончиком проникая внутрь, и начинает трахать им младшего. О, какие звуки издает Чимин, это просто нечто. Так громко он стонет, подаваясь назад, желая усилить контакт с таким влажным языком. Хоуп понимает, что его малыш близок к концовке столь умопомрачающих касаний и ласк. - Давай вместе, - несвязно пробормочет Хосок. И в то же мгновение, младшего переворачивают и впиваются поцелуем. Рука Чимина дотронулась до члена старшего, выбивая из груди последнего утробное рычание. - Такие нежные ручки, Чиминни. Хоуп обхватывает в ответ ствол брюнета, быстро надрачивая. Спустя пару минут оба парня обильно кончили. Брюнет улыбнулся своим мыслям, успокаивая дыхания и растрепанные мысли. - Хосок, я хочу тебе кое-что сказать,- уже готов признаться в своих чувствах. - Подожди немного, дай просветлиться голове,- глубоко дышит Хоуп Так они еще лежат около пятнадцати минут, прежде чем Хоуп нарушает молчание: - Не думал, что это будет так крышесносно. Я так рад, что именно с тобой решил попробовать эти новые ощущения. Твое тело самое лучшее. Чимина повергает в шок услышанное. С ним всего лишь попробовали, нет никаких чувств, только похоть и желание??? Потому что тело красивое. А как же душа? - Вон оно что… А я хотел сказать, что люблю тебя,- как-то приглушенно отзывается младший. - Любишь?- Немного громко переспрашивает Хоуп. - Да, но ты не заморачивайся, я не собираюсь бегать за тобой после сегодняшнего… Мне тоже понравилось то, что мы попробовали. Повисла неловкая пауза, после которой Чимин оделся и вышел из своей комнаты. *** Все было как всегда, милый брюнет улыбался, так же разговаривал со старшим, но не давал к себе прикоснуться. Вообще никак, он просто обходил руки Хосока стороной, хоть ему и хотелось отдаться в их власть снова. И Хоуп понимал, почему младшенький не давал обнимать себя. Мысли в голове старшего роились подобно пчелам, чей улей разворошили. «Чимин любит меня, но за что… Почему он не закатил истерики, а просто спокойно ушел? Он даже улыбается так же, разговаривает, будто ничего и не было. А мне так невыносимо. Хочется снова овладеть им, и в этот раз уже до конца, повалить его, и вставить, чтобы он кричал от смеси наслаждения и боли. Ну, вот о чем я думаю? Я же просто попробовал секс с парнем, не более того. Не может мне нравится Чимин… Хотя, почему не может? Он ведь такой милый, скромный. А как отдался мне, без единого сопротивления, так крепко обнимая своими руками, будто ждал именно меня. А я такое сказал ему. Идиот или дурак, что так поступил? Малыш, наверное, страдает, потому что кто-то кретин». *** В свой выходной день все ребята пошли погулять, только Чимин не пошел, сославшись на головную боль. Он остался дома, лег на свою кровать, обнял подушку, как всегда, его мыслей не покидал Хосок, самый нужный ему человек. «Ему нет никакого дела до меня. Конечно, он подходит, пытается обнять, говорит со мной, но для него это всего лишь развлечение. Интересно, вспоминает тот раз со мной, или нет? Боже, ну, почему он не может подойти, обнять и предложить встречаться. Я ведь хочу быть только с ним, мне никто и не нужен кроме него. Только его люблю. И почему так сердце замирает и больно сжимается, когда думаю об этом? Ах, ну да! Ведь сам его не подпускаю к себе. Мой любимый Хосок, если бы только мог быть уверенным в том, что я не развлечение, что моя душа тебе нравится не меньше моего тела. Где же ты, моя надежда?» Чимин не замечает, когда начинает плакать. Слезы скатываются сами по себе, оставляя только влажные следы, и всхлипы становятся громче. *** Хоуп будто чувствует, что что-то не так, поэтому он говорит ребятам, что пойдет домой. По приходе домой, он направился в комнату к младшему, а когда входит, то видит плачущего Чимина. Старший присаживается на край кровати и спрашивает: - Что случилось? Почему ты плачешь?- Он наклонился к лицу брюнета, чтобы посмотреть в его красивые глаза.- Болит что-то?- Ему утвердительно кивнули,- а что болит? Чимин берет руку Хоупа и прикладывает к своей грудной клетке, туда, где гулко бьется сердце. - Вот тут болит, потому что любимый человек не может быть со мной,- признался брюнет. - Чимин,- медленно произносит его имя Хосок,- … - Не надо, я прекрасно понимаю, поэтому и не прошу ничего. Хоупу не хочется видеть, как это чудо плачет, не стоит он его слез. Старший ложится рядом и шепчет: - Иди сюда,- раскрывает объятия. Брюнет тут же прижимается к любимому, ощущая то тепло, что в тот раз, нежность и ласку. - Бедный, прости меня, заставил же… не плачь больше, я этого не стою,- Чимин еще сильнее прижимается к груди Хоупа, - я теперь всегда буду рядом, не отойду. Ты ведь позволишь мне быть с тобой? Простишь меня, малыш? Просто мне и в голову не могло прийти, что ты любишь. Прости, Чиминни, ладно? - Да, да, да!!! - Только больше не плачь, прошу тебя, - так комфортно Хосок себя никогда в жизни не ощущал . - Если не уйдешь, то не буду,- улыбается Чимин. Хосок приподнимает лицо брюнета за подбородок и нежно целует: - Никогда…