Фаэрунские истории

Ты ждёшь приливной волны, Чтоб прославить себя. Ты ищешь такой войны, Чтоб всем войнам война... Евгений Кормильцев (для группы «Настя»), «Одиссей»

«Он был некрасив. Вы привыкли слушать хвалебные песни, где у каждого героя обязательно внешность потомка самой Суне — а Корин был некрасив. Слишком грубые черты лица, слишком плотное для человека телосложение, короткие пальцы, уродливый шрам на щеке — всё это не подходило герою. Но он был лучше тех, кто больше заботится о внешности, чем о деяниях» Из книги Шервин, барда и сподвижницы Корина Треммела, Героя Невервинтера. Темноволосый плотный мужчина в клёпаном кожаном доспехе улыбнулся подавальщице «Ярмарки Клинков» - самого известного среди наёмников трактира Невервинтера: – Кружку эля, красавица. И бокал лучшего вина очаровательной даме с лютней. Рыжая девушка в зелёной куртке вскинулась, услышав эти слова: – Я не по этой части, – зеленоватые глаза сверкнули яростью. – Или не видишь? Тонкая рука указала на двулезвийный меч, прислонённый к стене. Мужчина добродушно рассмеялся: – Всё я вижу. Если бы мне была нужна девица на ночь, пошёл бы в «Лунную Маску», там их на любой вкус. Я ищу напарника. Рыжая скривилась: – Что, в Академии всё так плохо? Даже лучшему выпускнику пару подобрать не могут? Приняв у подавальщицы вино и эль, мужчина мрачно кивнул: – И ещё хуже. Тренеры легли все, кадетов осталось трое – и все в Стражу уходят. Ну и я. Один. А с чего ты взяла, что я лучший? – Я тебя помню, Корин, – лукаво прищурилась девушка-бард. – На прошлогоднем балу у лорда Нашера ты был единственным, кто не просил сыграть что-нибудь романтичное и заунывное. А я... – Помню, – Корин пригубил эль. – Ты пела про Дочь Баала, пока этот хельмит не устроил драчку. Чего его перекосило-то? – У последователей Хелма очень чувствительная мораль. Её необходимо постоянно чесать, – девушка подмигнула. – Ты сказал, что ищешь напарника? Позволь тогда узнать, чем планируешь заниматься? Корин махнул рукой: – Ты же слышала про существ из Уотердипа? Вот их и буду искать, спасибо нашей благородной и набожной леди Арибет, чтоб ей с хелмитским главным переспать. Пойду туда, не знаю куда... Парень залпом выхлебал чуть ли не полкружки. – Короче, будем ставить наш великий Невервинтер с ног на голову и дёргать за пятки, чтоб подрыгал. Авось что и вывалится. Ну так что, Шервин, по рукам? Девушка холодно улыбнулась: – Я согласна работать с тобой, Корин. Думаю, на этом пути меня ждут деньги... и сюжеты для новых песен. «В тот год всё было как в тумане. И ложь окутывала Невервинтер, как дурной запах — свалку мусора. Но для нас это было обычной рабочей обстановкой. Именно это меня и привлекло в Корине — он не был пафосным хлыщом. Герой Невервинтера относился к своим деяниям, как плотник — к тому, что нужно сколотить. Как рыбак к своим сетям. Как вор — к срезанию кошелька. Для Героя Невервинтера подвиги были всего лишь очередной не слишком чистой работой.» Из книги Шервин, барда и сподвижницы Корина Треммела, Героя Невервинтера. Кровь опять плескалась в стенах Зала Справедливости. На этот раз — кровь хелмитов. Предателей. Хуже, чем убийц — пособников того, кто принёс в город Воющую Смерть. Маг Фентик был ранен. Арибет пыталась его вылечить — а Корин и Шервин стояли возле места, с которого ушёл порталом Дестер. – Никогда мне он не нравился, – Корин плюнул на пол. – Слишком много морали и собственной важности. Такие чаще всего оказываются редкими ублюдками. Шервин прислонила к колонне двулезвийник и ухмыльнулась напарнику: – Ты-то не такой, Кор. А? – У нас, рыбаков, мораль не в чести. Ею не поймаешь рыбу и не согреешься зимней ночью, – язвительно хохотнул мужчина. – Мне нравятся аморальные колдуны, – подмигнула девушка. – Когда её благородие соизволит оплатить нам работу и выдать новую, выпьем в «Ярмарке»? – Да, – усмешка Корина была кривой и усталой. – Если на нас не упадут ещё какие-нибудь придурковатые уродцы. Перспектива новой драки была вполне реальной — Невервинтер, казалось, превратился в кипящую на огне стальную бочку с драконьей кровью. За время поиска уотердипских существ паре авантюристов пришлось поубивать несколько десятков людей, десяток чудовищ и примерно столько же зомби. А стражники, пытавшиеся контролировать охваченные безумием районы города, убивали ещё больше. «Нам тогда казалось, что Воющая Смерть совсем не обязана убивать. Добрые граждане Невервинтера сами были способны сделать работу чумы, пуская под нож друг друга. Пожалуй, единственным действительно невиновным из убитых нами был тот начальник тюрьмы. Впрочем, когда мы с ним пересеклись, от прежнего служаки осталось только тело — мозгоед успел поработить его. Прочие же наши противники радостно пользовались каждой возможностью устроить кровопролитие или отдать свою душу на милость существ Нижних Планов по собственной воле. И, конечно же, помешать нам в наших поисках, и без того сверх меры осложнённых предательством и ложью. Мы не могли позволить себе не обращать внимания на эти помехи. И мы убивали.» Из книги Шервин, барда и сподвижницы Корина Треммела, Героя Невервинтера. Отдельный кабинет в «Ярмарке Клинков» был готов ещё до прихода команды в трактир — Шервин послала одного из мальчишек, вечно крутившихся возле Зала Справедливости в надежде подзаработать, с поручением. Ей не хотелось ждать ни минуты — девушка слишком устала за эти безумные недели поисков. Вино в таверне, к счастью, хуже не стало. Равно как и эль — Корин пил его медленно, смакуя и явно наслаждаясь. – Только не напейся, как тогда в Гнезде, – подколола напарника Шервин. Корин рассмеялся. В Гнезде Нищих он действительно немного переборщил с алкоголем, но это имело и положительную сторону — юань-ти, чью чешуйку нужно было принести Арибет ради спасения города от Воющей Смерти, успела организовать целый змеиный культ. И против пьяного колдуна, у которого слетели все внутренние ограничители, культ не выстоял — Корин просто выжег весь этот заповедник абсурда. – Но ты же не змеежрица, - нахально заявил колдун. – Да и дальше своих комнат мы сегодня идти точно не собираемся... – Комнат? – изогнула бровь красавица-бард. – Мне казалось, что лучше снять одну комнату. С одной кроватью. «Да, мы стали любовниками. В этих туманах было слишком холодно и слишком неприятно, чтобы мы обращали внимание на такие вещи, как «приличия», тем более что мораль отдельных культов нас никогда не волновала. Шаресс, Суне и Тимора понимают нас — и это единственное, что мне нужно от богов. А Корину не было нужно даже и этого. Я не стану опровергать глупейшие слухи о том, что исключительно моё мастерство в постели привлекло внимание Корина. Любой, кто жил жизнью авантюриста, понимает, что напарника, не обладающего множеством навыков, никак не имеющих отношения к любовным делам, никто не возьмёт. А те, кто думает иначе — просто глупцы. И я могу сказать, что в любви Корин был столь же хорош, сколь и в убийстве. А это редкость.» Из книги Шервин, барда и сподвижницы Корина Треммела, Героя Невервинтера.