Ради общего блага

      Хель смотрела на своего неожиданного спасителя и думала о том, что слишком опрометчиво решила расцеловать того, кто избавит её от Эйвери. Хотя, он, конечно, был намного приятнее слизеринца. В списке неприятных ей в Хогвартсе людей он был где-то на третьем месте, деля его с Малфоем.       Первое её впечатление о нем было, как о душевно больном, к тому же предатель крови, и она очень сомневалась в том, что он сильный волшебник. Хель интересовало, может ли он пользоваться хотя бы манящими чарами.       Эйвери тоже обернулся, недоумевая, кто же это помешал его забавам. Этим кем-то был профессор маггловедения, небрежно прислонившийся к стене, он улыбался и вертел свою палочку в руках, намекая Эйвери не делать глупостей. Как обычно он был одет в маггловскую одежду, на этот раз в серый костюм и зеленого цвета рубашку.        «Подходящие к подземелью цвета слизерина», - усмехнулась про себя Хель.       - Эйвери, умерьте свой пыл, - профессор слегка улыбнулся, - я понимаю, что вы безумно влюблены но, похоже, что мисс Грин не разделяет ваши чувства.       Слизеринец гневно посмотрел на Демсана ,но не счел нужным даже оправдываться. Он развернулся и пошел прочь.       - Стоять, - профессор вроде все так же улыбался, но мягкости уже не было, - мы еще не закончили.       Эйвери повернулся к нему, сжав руки в кулаки и попытался улыбнуться, однако у него вышел скорее оскал. А вот у профессора с этим не было никаких проблем. Хель не сомневалась, что он бы получил приз за самую очаровательную улыбку.       - Надеюсь, на счет круциатуса это вы так через чур пылко проявляли свои чувства. Скажу сразу - это не самый лучший способ завоевать сердце девушки.       Хель тихонько усмехнулась. Теперь слизеринцу придется либо согласиться и признать этим, что он влюблен, либо отрицать и сказать, что просто хотел её попытать.       - Да, - прошипел парень.       - Что "да"? Скажите полностью, - Демсан уже откровенно издевался, но лицо его при этом было таким невинным, невольно поверишь, что он делает по доброте душевной.       - Да, я слишком настойчиво проявлял свои чувства. Это потому, что я безумно влюблен в грязнокровку, - процедил сквозь зубы змееныш.       - Как это трогательно Эйвери, с виду и не скажешь, что вы способны на столь глубокие чувства. Надо было позвать девушку на свидание, а не подкарауливать в темном подземелье.       - А что же вы делаете в подземелье профессор? - Эйвери немного трясло от злости.       - Ну, я проверил, работает ли фонарик, который я сам собрал. Вы свободны мистер Эйвери, я сам провожу мисс Грин.       Слизеринец развернулся и быстро пошел по коридору, школьная мантия развевалась у него за спиной. Хель перевела взгляд на профессора, тот по-прежнему стоял у стены и смотрел на нее.       - Почему вы так просто отпустили его? - спросила она.       - Уверен, что для него это было не так просто, - ответил Демсан, затем перевел взгляд на свои серебряные наручные часы. - На обед мы с вами уже опоздали мисс Грин, так что предлагаю сразу отправиться в класс, следующее ваше занятие все равно у меня.       - Хорошо, профессор.       - Пойдем коротким путем.       Поначалу Хель пыталась запомнить, как они шли, но быстро сдалась, запутавшись в секретных ходах и лестницах.       Вскоре они вошли в большой просторный класс.       - Проходите за мной, в мой кабинет, у нас есть еще семнадцать минут до начала занятия, - сказал Демсан.       Хель в недоумении уставилась на профессора, но послушно последовала за ним.       Кабинет оказался гораздо чище и строже чем она ожидала. Массивный темный деревянный стол, достойный любой антикварной лавки, находился в центре комнаты, от его полированной поверхности отражались солнечные лучи. Рядом со столом, стояли два изящных кресла, Хель решила, что они тоже наверняка куплены у антиквара. Лишь стоявший в углу комнаты небольшой столик, выбивался из общей картины строгости и дороговизны, кабинета викторианской эпохи. Этот стол быль весь завален какими-то маггловскими штучками.       - Проходите, мисс Грин, - сказал профессор, а затем, указав на одно из кресел у стола, - садитесь, пожалуйста.       - Зачем мы сюда пришли? - спросила девушка, опускаясь в кресло. Оно оказалось не только красивым, но и очень удобным.       - Как это зачем? - неподдельно удивившись, произнес профессор. - Не мог же я оставить вас голодной.       Демсан взмахнул палочкой и из шкафа вылетел поднос, на котором стояли две чашки и чайник. Значит, все-таки манящими чарами он пользоваться умеет. Второй взмах палочкой, и к столу подплыли две тарелки - одна с печеньем, вторая с сэндвичами.       - Простите, боюсь, что более изысканных яств у меня нет, - сказал профессор, наливая чай. Он поставил перед ней кружку с дымящимся ароматным напитком.       - Спасибо, - ответила Хель и взяла один из сэндвичей.       - Знаете, вам нужно быть осторожней мисс Грин, - с улыбкой начал Демсан, - чай с бергамотом чудесен, не так ли? Обожаю его.       - Почему мне надо быть осторожней? - спросила девушка, внимательно его разглядывая. Он снова становился самим собой, опять в его глазах загорался этот безумный блеск.       - Я думал, что это очевидно. Вас в любом случае будут здесь ненавидеть, под настоящей ли чистокровной фамилией, или фальшивой маггловской, -профессор взлохматил свои волосы, словно собирался с мыслями, а затем продолжил, - не всегда рыцари в сияющих доспехах будут приходить вам на помощь. И уж поверьте, в этой школе на эту роль есть куда менее подходящие кандидаты, чем я.       - Вы имеете ввиду мистера Грея? - спросила его Хель, глядя ему прямо в глаза. Он не мигая смотрел в ответ, его болотного цвета глаза и правда могли затянуть, как трясина.       - Я этого не говорил, - наконец ответил он, - но для вас этот человек, пожалуй, опасен, это правда. Берите печенье, кушайте, занятие уже скоро начнется.       Демсан снова мило улыбался ей, словно и не говорил секунду назад о том, что другой преподаватель может быть опасным. Теперь на его лице не было ни чего кроме приятной доброжелательности.       Когда они вышли из кабинета в класс, там уже столпились студенты. Все удивленно уставились на Хель и профессора. Последний с невозмутимым видом прошел в угол комнаты, туда, где стоял большой граммофон, и почему Хель не заметила его раньше.       - Это занятие идет у всего шестого курса, - начал профессор, - уже не первый год, правда в этом году вам представится возможность испытать себя на практике. Школа решила устроить Рождественский бал для того, чтобы показать- и во время войны есть место празднику и веселью. Никакой Гриндевальд нас не сломит. А может быть все это для того, чтобы вы повеселились в эти мрачные дни. До конца ноября вам нужно найти того, с кем вы пойдете на танцы, когда найдете, говорите мне, чтобы я точно знал - никто не останется в одиночестве.       По классу прокатился рокот голосов. Парни были возмущены, а девушки возбужденно перешептывались между собой. Девушка с рыжими косичками подняла руку.       - Профессор, а вас можно пригласить? - спросила она.       Демсан почему-то не выглядел удивленным.       - Нет, мисс Вайлд, - ответил он ей со своей фирменной безумной улыбкой, - молодые люди должны приглашать девушек, а не наоборот.       Подмигнув ей напоследок, он повернулся к граммофону, легко коснулся его палочкой и комната наполнилась звуками вальса.       - Наверняка, многие из вас умеют танцевать, даже у магглов это принято, но все-таки лучше потренироваться.       С этими словами он подошел к Хель и поклонился ей, затем протянув руку мягко спросил:       - Вы позволите?       Хель удивленно смотрела на него, язык онемел и она не могла вымолвить ни слова. Тем временем Демсан повернул голову к ученикам и сказал:       - Примерно так нужно приглашать девушек, - затем снова, повернувшись к Хель, профессор продолжил, - мисс Грин, помогите мне, пожалуйста, продемонстрировать, как надо танцевать.       Она осторожно протянула ему руку, заметив, что Вайлд пылает от гнева, глядя на нее. Мягко взяв её за руку, профессор повел её в центр класса, там он положил ей руку на талию и они закружились в танце.       Вальсировал он отлично, рядом с ним Хель чувствовала себя неуклюжим домовиком. Через пару минут он отпустил её.       - Разбейтесь на пары и потренируйтесь сами, - отходя к стене, сказал профессор.       Хель было тоже собралась отойти к стене, но Демсан остановил её.       - Нет, нет мисс Грин, - улыбаясь, произнес он, - вам очень даже нужна практика.        «А он уже начинал мне нравиться», - раздраженно подумала Хель, затем решительно посмотрела на брата, у которого еще не было пары, тот поняв её намек, быстро подошел к ней и собирался уже обнять за талию, но тут профессор опять вмешался.       - Вы собрались танцевать со своим братом? - спросил он, как-то ехидно улыбаясь. - Ну, так вы не научитесь свободно вести себя с другими мужчинами и на бал вас такую молчунью никто не пригласит. Что ж в этом случае мне придется самому вас пригласить.       Хель в ужасе уставилась на него, а тот лишь задорно подмигнул ей.       - Не хотите? - продолжал Демсан. - Тогда танцуйте с кем-нибудь другим, а не с братом, мистер Риддл вон не занят, все девушки его стесняются, так что попробуйте с ним, не молчите только.       Риддл подошел к ней и протянул руку, она нехотя приняла её. Еще неизвестно с кем бы она пошла на бал с меньше радостью: с ним или с Демсаном, хотя нет, известно - лучше уж идти на Рождественский бал с профессором, чем один танец с Риддлом.       Вэл тем временем тихонько проскользнул к стене, на противоположную от учителя сторону. Без пары остались три девочки: Вайлд и еще две с хаффлпаф.       - Профессор Демсан, мне не досталось пары, может быть вы, потанцуете со мной, - сказала рыжеволосая.       - Не придумывайте Вайлд, - начал профессор, с радостью заметив Вэла у стены, - там Грин стенку подпирает. Эй, мистер Грин, идите-ка сюда, вас дама заждалась.       Геллерт нехотя двинулся в ту сторону.       - А как же мы? - спросила одна из оставшихся девушек.       - Мистер Грин всем поможет, - подмигнув, ответил профессор.       Вэл не выглядел так, как если бы очень жаждал им помочь, скорее он бы убежал отсюда как можно дальше в запретный лес.       Риддл был выше её брата, Хель была слизеринцу по плечо.       - Смотри, не отдави мне ноги, - тихо сказал староста, - я видел, как бедолага профессор морщился, когда ты ему на ноги наступала. Танцевать это явно не твое.       Хель гневно посмотрела на него, тот в ответ лишь очаровательно улыбнулся, словно и не говорил только что ей гадости. Симпатии к слизеринцу ни чуть не прибавилось, «наглый англичашка», - подумала она.       Некоторое время они молча танцевали, но теперь Хель старалась как можно сильнее наступить Риддлу на ноги и ей это, в конце концов, удалось. Он угрожающе посмотрел на нее, но не успел ни чего сказать, потому что профессор воскликнул:       - Давайте на сегодня закончим, - Демсан посмотрел на свои серебряные часы, - у меня сегодня еще запланирована игра в крикет в Букингемском дворце.       Хель думала, что истинная причина преждевременного окончания занятия в другом. Вэл теперь танцевал с одной из хаффлпафа и та девушка с рыжими косичками подбиралась к профессору все ближе.       - О, и вы там участвуете сэр? - спросил один грифиндорец.       - Нет, Джоркинс, я просто стою и украшаю собой окружающий пейзаж.       - Что, правда, профессор?       - Мерлин, - воскликнул Демсан, - это же сарказм. И только не говорите мне, что вас зовут не Мерлин.       - Но профессор, - грифиндорец удивленно смотрел на него, - мое имя и правда не Мерлин, сэр.       - Завидую терпению вашей матери, - профессор мягко улыбнулся.       - Моя мать совсем не терпелива, сэр.       - Уж поверьте мне, Джоркинс, раз вы до сих пор топчите эту грешную землю, значит, у вашей матери просто железное терпение.       Кто-то в классе захихикал. Взгляд профессора упал на Хель и он широко улыбнулся.       - Мистер Риддл, вы можете уже отпустить мисс Грин, - медленно растягивая слова, сказал профессор.       Только сейчас Хель поняла, что они с Риддлом единственные до сих пор стоят в той позе, в которой танцевали: его рука у нее на талии, а её у него на плече. Смутившись, она быстро убрала руку, он последовал её примеру, только при этом и бровью не повел. Даже Хель могла поучиться у него холодности.       - Так вы аристократ, сэр? - спросила Вайлд у профессора. - Вращаетесь в таких кругах.       - Я говорил, что я чистокровный, - пожав плечами, ответил Демсан, затем уже обратился ко всему классу. - Надеюсь к следующему занятию хоть кто-нибудь из вас найдет себе пару. Порадуйте профессора.       После этого Демсан поспешил удалиться. Рыжеволосая девушка томно вздохнула, смотря ему вслед. ****       Вэл сидел на берегу озера и смотрел на водную гладь. Сегодня было воскресение, первые выходные. Погода была на удивление солнечной, потому многие ученики проводили свой выходной вне школьных стен. Вэл сидел в одиночестве, хотя вокруг гуляли и веселились другие школьники.       - Привет, - раздался звонкий голос за спиной у Геллерта.       Девушка присела на траву рядом с ним.       - Привет, Дейзи, - ответил ей Вэл.       - Почему ты сидишь здесь совсем один, когда все остальные веселятся? - спросила она его.       - Любуюсь озером.       - Красиво, правда? - девушка тоже посмотрела на большое озеро. - Знаешь, там водится гигантский кальмар.       Вэл в ответ лишь печально улыбнулся.       - Что с тобой? Почему такой грустный? - спросила девушка, внимательно его разглядывая.       - Я скучаю, - пожав плечами, ответил Геллерт.       - По Германии, да?       - По Норвегии, - вздохнул Вэл, - по её холодным фьордам. Вода в них настолько чистая, что отражение гор кажутся еще прекраснее, чем реальные, их словно заволокло сказочной дымкой, точно там другой более прекрасный мир. Рука так и тянется к этому зеркалу, легко коснуться и смотреть, как по воде пойдет слабая рябь. Еще я тоскую по утреннему туману, он не такой, как у вас, от Лондонского жуткого тумана в голове возникают лишь картины жестоких убийств, а туман на фьордах сказочный, мифический, от него даже самый распоследний маггл почувствует себя волшебником, и с легкостью можно поверить, что где-то рядом бродит Фрейя и поет печальную песнь. Я любил практиковать заклинания в такой предрассветной дымке.       - Должно быть там очень красиво, - завороженно прошептала Дейзи.       - Очень, - Вэл вздохнул и откинулся назад на траву, вытянул ноги. Некоторое время он молча лежал, разглядывая облака. Глаза его были удивительного сапфирового цвета, даже небо над головой позавидовало бы такой синеве. Дейзи смотрела на него уже влюбленными глазами, он был очень красив в этот момент, сейчас он, пожалуй, мог бы покорить сердце даже самой Вальбурги Блэк, которая, к слову сказать, прогуливалась здесь же, неподалеку. Что уж говорить о наивной грифиндорке, она сейчас даже дышать забывала.       Но Вэл ни на кого не обращал внимания, словно он сейчас не здесь, а где-то очень далеко.       - Закаты там не менее прекрасны, - тихо начал Геллерт. - Мне казалось, что догорающее солнце старается показать всю свою красоту и великолепие, прежде чем исчезнуть. Стоит ему скрыться и в сердце появляется печаль, но вот появляется первая вечерняя звезда на темнеющем небе, и ты с замиранием ждешь, когда зажгутся остальные. Я много раз лежал под звездным небом. Оно там чудесно, совсем не такое, как здесь. И ни какой потолок Большого зала не сравнится. Целая россыпь звезд, так близко, протяни ты руку и коснешься них.       Геллерт слегка приподнял правую руку, затем взглянул на девушку.       Дейзи смотрела на него широко раскрытыми глазами. Он слегка улыбнулся ей.       - А видела бы ты еще и северное сияние, - подмигнув, сказал Вэл.       - Фамилия у тебя ирландская, родился ты в Германии, а скучаешь по Норвегии.       - Ирландцы переселились не только в Америку, - усмехнувшись, ответил Геллерт.       - Знаешь, ты… милый, - запнувшись, пробормотала Дейзи.       - Правда? Змеи бы с тобой не согласились.       - Пфф, - фыркнула она.- Кого волнует их мнение.       Геллерт приподнялся на локтях и внимательно, чуть склонив голову, посмотрел на нее. Затем спросил её своим мягким голосом:       - Не согласитесь ли вы, фройляйн, быть моей спутницей на Рождественском балу?       - Что? Ты…приглашаешь…меня…- сбивчиво пробормотала она.       - Так ты согласна? - улыбаясь, спросил Геллерт.       - Да… конечно, - краснея, ответила девушка.       - Хорошо.       - Это значит что мы… что я… ты… - еще больше смущаясь невнятно сказала Дейзи.       - Что ты моя девушка? - спросил Вэл.- Это если ты захочешь, конечно.       - Хочу, - тихо прошептала она.       - Ну, значит так и есть, - поднимаясь, сказал Геллерт, затем подал ей руку. Девушка робко приняла ее и он помог ей встать.       - Дейзи, - кто-то крикнул у него за спиной.       Геллерт обернулся. Староста школы Макгонагал спешила к ним.       - Дейзи, - повторила она, подойдя ближе, - пойдем скорее, профессор Дамблдор послал за тобой. Это срочно, - затем она перевела взгляд на руку Дейзи, которую Геллерт все еще держал в своей, - Грин, проводишь её? Прямо сейчас.       - Конечно, Минерва.       Вэл повел Дейзи в сторону школы, у него было предчувствие, что случилось нечто плохое. День уже клонился к вечеру.       Дейзи заметно нервничала, когда некоторое время спустя, они подошли к кабинету декана и постучали.       - Входите, - сказали из-за двери.       Геллерт открыл дверь и вошел вслед за Дейзи. Дамблдор сидел за столом, напротив него, в кресле уже сидела сестра Дейзи.       Дамблдор взял волшебную палочку, взмахнул ей, и из воздуха появилось два удобных, мягких стула.       - Присаживайтесь, но Дейзи, сразу говорю - дело это деликатное, так что если вы хотите чтобы мистер Грин вышел, то скажите сейчас.       - Нет, пусть останется, - еле слышно пробормотала Дейзи.       Геллерт присел рядом с ней.       - Сегодня пришло письмо, - продолжил Дамблдор, - от вашей матери. Знаете, в таких случаях всегда пытаются смягчить удар, но это никогда не выходит, это всегда больно, неважно, как бы вам об этом сообщили. Но кажется, своими словами я вас еще больше напугал. Новости с фронта, ваш отец… погиб.       Что? - непонимающе уставившись на профессора, переспросила Дейзи.       Сестра её в это время зарыдала в голос.       - Дейзи, ты, что не поняла, папа умер, - дрожащим голосом проговорила она. Затем девушка встала, пошатнулась, и осела на пол.       Дамблдор кинулся к ней, Геллерт бросился к Дейзи, та начала всхлипывать, затем она вцепилась в его рубашку, он слегка обнял её за плечи.       - Я отведу их в больничное крыло, - сказал Дамблдор, - им дадут успокоительное. Жаль, что душевные раны не заживают так быстро, как физические. ****       Пару дней спустя, Дейзи шла из библиотеки в гостиную Грифиндора. Она была в смятении. Как может в один день случиться такое счастливое и такое ужасное события. Ей было стыдно, что она иногда чувствовала себя такой радостной, ведь папы не стало, она больше никогда не увидит его. И во всем виноват этот Гриндевальд, даже маггловская война ведется из-за него. Как же она его ненавидела, хоть ни разу в жизни не видела, даже на фотографии. И желания ни какого не было, смотреть на это чудовище.       Через мгновение Дейзи слегка улыбнулась, вспоминая, что еще произошло в тот жуткий день. Вэл, он пригласил её. Он такой красивый, умный, воспитанный, она удивлялась, как это он вообще обратил на нее внимание. На такую невзрачную и обычную, если сравнивать с его сестрой. Опять девушка почувствовала вину, за то, что счастлива, но Вэл говорил, что умер её отец, но она сама жива, и должна продолжать радоваться этому, а не закрываться от этого мира. Да, он заботился о ней, эти несколько дней он больше времени проводил с Дейзи, чем со своей сестрой. Когда он рядом, боль от недавней потери немного отступала. Вчера, вечером сидя подле него в общей комнате, она наконец решила признаться себе в том, что влюбилась в него безоглядно.       Дойдя до статуи какой-то старой ведьмы, Дейзи услышала шорох, кто-то прятался в одном из ответвлений коридора.       - Эй, кто там прячется? - твердым голосом спросила девушка. Неужели это опять слизеринцы подкарауливали магглорожденных? А, может быть, влюбленная парочка, которая искала укромный уголок?       - Империо, - сказал ей в ответ тихий голос.