Всепоглощающая магма.

Прошло полторы недели, команда вернулась в родные японские пенаты. Последний раз Хирума видел Мари в самолете с шеей, замотанной платком. Квотербек только мерзко похихикал себе под нос, напугав сидевших рядом ребят до холодного пота. А затем девушка словно растворилась в воздухе. Блондин исправно находил постиранную форму у себя в шкафчике и бенто. Он решил оставлять записку с меню там же. Парень смекнул, что девушка ловко уходит от исполнения последнего условия. -Господин Йоичи, чего изволите? Хирума приподнял солнцезащитные очки и окинул взглядом окружение. Прекрасный песчаный пляж с прозрачной голубой водой. Тень от пальмы падает на его лежак, а рядом стоит… -Что, рыжая, не удалось отвертеться? Она стояла рядом в том самом купальнике и держала в одной руке поднос с прохладным лимонадом. Волосы горели медью, а прищуренные глаза в обрамлении пушистых рыжих ресниц спокойно смотрели на него. Ее рука элегантно опустила поднос прямо перед ним, и квотербек нарочито медленно взял стакан и вальяжно растянулся в кресле. Мари спрятала поднос куда-то за спину и растянула губы в улыбке: -Желаете что-нибудь еще, господин Хирума? Он перевел взгляд на нее, и от него не укрылось, что на шее красовалась отметина от его зубов. Он повелительно указал пальцем на край лежака, и рыжеволосая аккуратно присела рядом. Его пальцы скользнули по шее, а указательный стал двигаться по пятну вверх-вниз. -Еще болит? -Самую малость. -Кекеке, я не собираюсь давать тебе спуску. -М, ну что вы, господин Хирума. Я в вашей власти! Притянув девушку к себе, его губы скользнули по мочке уха, а зубы скрипнули на сережках-гвоздиках. Нос уткнулся в волосы и кожу около уха, ноздри затрепыхались, глубоко втягивая воздух. Аромат, неповторимый, загадочный, но в тоже время безумно притягательный, шел от нее. Затем губы скользнули в небольшую впадинку ниже под ушком, и прикосновение обожгло их. Кажется, будто вся девушка пылала. Она была безумно горячей, и словно сама зажигала в нем что-то доселе неведомое, безумное, неконтролируемое. Хотелось взять ее прямо здесь и сейчас. Распалить тела до максимальной температуры и гореть синим пламенем в ее объятьях. Его поцелуи спускались ниже, а в им в такт раздавались все более громкие вздохи. -Хирума-сан! Блондин дернулся и открыл глаза. Перед ним стояла чертов менеджер и размахивала распечатками. -Я думала, что ты спать не умеешь. -Отвали, чертов менеджер! Напечатала, что я просил? Отдавай и вали отсюда! Мамори не обратила внимания на грубость и нахмурила брови: -Ты в порядке? У тебя все лицо горит! Удивленный квотербек приложил руку к щеке и почувствовал жар. Твою мать! Все из-за этой рыжей бестии! Он нахмурился и выдворил Мамори из раздевалки. Закрыв дверь, он сполз на пол и взглянул в зеркало, стоящее напротив. Действительно, все лицо имело красноватый оттенок. Внезапно в ушах эхом раздался громкий вздох Мари. Зрачки Хирумы сузились, и он взвился вверх, как ненормальный. Дурацкий сон! В последнее время эта девчонка слишком сильно на него влияла. И что в ней такого? С другой стороны... ему хотелось услышать и почувствовать все в реальности. Что ж... Тогда начнем розыгрыш, ни шагу назад! Вечер проходил в чайхане, куда всех позвал Шируба отметить удачный контракт с одним журналом. Команда гудела и налегала на закуски, готовящиеся на гриле. Главный позер удачно забалтывал Мамори, раздражая этим Монту. После того инцидента отношение девушки к Ширубе поменялось в лучшую сторону, они сдружились. Сузуна подтрунивала над менеджером Девил Бэтс, пророча ей скорые романтические отношения. Но девушка только отмахивалась. -Курита, а где Мари? Я приглашал ее по телефону. -Не знаю, Шируба-кун. Она должна прийти, я сегодня ее видел в школе. Дверь скрипнула, часть присутствующих повернулась на звук. В коридоре было плохо освещено, но по очертаниям Сена узнал рыжеволосую: -Мари-сан, а мы вас заждались. Один шаг. Курита не донес палочки с мясом до рта, зубы Ширубы скрипнули по краю бокала. Мамори ахнула и прикрыла рот ладонью. Ладонь Хирумы смяла банку с газировкой так, что та потекла по руке. Кап. Кап. Кап... Алые капли упали с подбородка на пол. Потрепанная грязная одежда. Взъерошенные окровавленные волосы на лбу. Струйка в уголке рта. Ладонь, держащаяся за ребра. Громкий выдох с булькающим звуком и хриплый вздох: -Кажется, я немного опоздала. Падение тела было словно в замедленной съемке. Глухой удар. Анезаки вскрикнула, а парни наперегонки кинулись к упавшей девушке. Всех растолкал разъяренный Шируба. Перевернув девушку и поняв, что она еще в сознании: -Кто это сделал?! Я убью его! Я УБЬЮ ЕГО, СЛЫШИШЬ?! -Это неважно. Он очень хорошо дерется. Я была не в форме. -Это был Агон? Только этот ушлепок способен поднять руку на женщину и избить ее до смерти. Уголок губ девушки дернулся, и этого хватило Йоичи понять, что его догадки верны. В этот момент виновник торжества подскочил и направился к выходу, кидаясь разными угрозами в адрес врага. Его остановил тихий хриплый голос: -Куда ты намылился, глупый младший брат? -Но сестра... -В нашей семье кажется старшая все еще я. Так что немедленно вернулся и уселся на жопе ровно. Затем девушка закашляла, внутри явно были разрывы. Приехала скорая, Шируба осторожно помог погрузить девушку в машину и уехал месте с Мамори в больницу. А Йоичи ушел домой. Мысли же его были отнюдь не радужны. Первый раз в жизни его глаза почти непрозрачной пеленой застилала ярость. В квартире ломались вещи, разбилось зеркало от града пуль, выпущенных в него. Этот дредоволосый ублюдок, как он посмел тронуть то, что принадлежит МНЕ?! Он поплатится за это, точно поплатится!!! ...Не волнуйтесь, все в порядке, ее состояние относительно стабильно и жизнь вне опасности. У девушки очень крепкое здоровье, она поправится. Шируба слушал врача, сцепив трясущиеся руки. Когда тот ушел, парень судорожно выпустил воздух из легких и низко склонил голову, бормоча благодарственные молитвы Всевышнему. На его плечи легла ткань - это Мамори заботливо укрыла беднягу небольшим пледом и успокаивающе положила руку ему на плечо. Он накрыл ее ладошку своей и устало произнес: -Спасибо. -Все будет хорошо, вот увидишь, она выздоровеет. -Да, я знаю. Просто... я испугался... Девушка внимательно посмотрела в глаза парню. -Я испугался, ведь она то единственное, что осталось от нашей семьи. Наши родители почти не видятся из-за работы, да и мне кажется, что их брак это фикция, так закорючка на бумажке. Моя сестра... для меня все. Я испугался, что могу потерять ее. Мамори привстала и обняла парня, прижав голову блондина к груди. Она почувствовала, что он плачет, и ее сердце сжалось от боли и нежности к его горю. Анезаки успокаивающе гладила его по волосам и приговаривала: -Все будет хорошо, вот увидишь. Все будет хорошо.