Женщиной не рождаются

Первые лучи солнца скользнули по лицу мужчины, что лежал в больничной койке. Рядом с ним стоял Хойт, который разговаривал по телефону и одновременно держал в руке пакет с фруктами. — Если этот ублюдок не очнётся, я отправлюсь в ад и буду его мучить там, — хриплым голосом проговорил мужчина в трубку телефона. Ваас открыл глаза, и первая мысль, которая посетила его голову, была такая: "Я в аду?". Мужчина приподнялся на локтях и огляделся: напротив него стоял стол, стены были покрыты кафелем. Ваас понял, что находился в больнице. — О, спящая красавица решила проснуться, — съязвил Волкер. — Какого чёрта вы с Карлосом бросаетесь под пули? Идиоты! Знаешь, сколько я денег вбухал на ваши лечения? Должен будешь! — И я рад тебя видеть, Хойт, — губы Монтенегро тронула улыбка, хоть он и недолюбливал Хойта, но был рад его видеть после всего этого безумия. — С добрым утром, Ваас! Твои выродки без тебя не выполняют работу, — мужчина бросил на кровать Вааса пакет. — Это, кстати, тебе. Твои мудаки решили тебя задобрить. Ваас улыбнулся и, встав с кровати, направился к зеркалу. Что он там увидел, повергло его в шок: высокий, широкоплечий мужчина, у которого был шрам, пересекающий бровь. Пират заглянул к себе в штаны и вздохнул с облегчением. Да, приснится же такое. "Блядь, это ебучий затянувшийся сон", — обрадовался Ваас. Ощущение другой реальности, восставшей перед ним, всё ещё держало в состоянии шока. — Всё, я пошёл. Завтра возьмёшься за работу, — на этих словах дверь захлопнулся, а Ваас остался наедине со своими мыслями. Он был рад, что это оказалось сном. Карлос был жив. Правда, не только он — ещё Джейсон, Цитра и Роджерс. Вдруг в дверь послышался стук, а за стуком вошёл мужчина лет тридцати пяти. Он выглядел устало: на лице его, как всегда, трёхдневная щетина, уставшие голубые глаза, растрёпанные тёмные волосы, которые предавали мужчине некого шарма, и синяки под глазами, которые, казалось, были у него всю жизнь. — Карлос, сукин сын, ты жив, — Ваас обрадовался, как ребёнок, — Ты не представляешь, какой мне сон снился. Блядь, такая наркомания мне снилась... Я охуел! — Это был не сон, Ваас, — вдруг подал голос Карлос. Он присел и начал рассказывать всё, что произошло. Как его убили и он очнулся в больничной койке. Как Цитру и Джейсона нашли мёртвыми. И что самое интересное — не было следов убийства. — Охуеть! Получается, что это всё было наяву? — Ваас раскрыл рот от удивления. — В какой-то степени — да, а в какой-то — нет. Мы были в коме, а наши, не знаю, как назвать это... души, наверное, были в иной реальности, — Карлос выдержал паузу. — Пока ты был в отключке, я нашёл информацию в интернете. В эту самую кровавую луну можно отправиться типа в иной мир, где происходят нереальные вещи. Видимо, Цитра допустила ошибку, и нас с тобой перенесло в параллельный мир. Я долго копался, спрашивал у других, но объяснения найти этому феномену не удалось. Но я рад, что всё закончилось. Ваас почесал затылок и попросил у Карлоса сигарету. Мужчины закурили одновременно. Карлос встал, чтобы открыть окно, и вдруг он вспомнил про Кристину. — Ты убил её? — глухо спросил Карлос. — Она и не сопротивлялась, — Ваас понял, про кого идёт речь. Карлос тяжело вздохнул и посмотрел в окно. — Многие наши приехали навестить нас. Ну что, отметим это дело? — Ясен хуй! Я уже заебался спать, теперь очередь пришла бухать. Тем более что остров теперь полностью мой — а это лишний повод для праздника. Кстати, а куда подевались остальные ракьят? — Никуда, осталось с ними только разобраться, — Карлос устало вздохнул. — Ну что, забудем весь этот кошмар и?.. — И отправимся бухать! Карлос, мать твою, заебал со своими разговорами, — заворчал Ваас.

***

В это же время на другой стороне планеты проводили серьёзную операцию врачи. Видимо, пациент потерял много крови, и теперь пульс не бьётся. — Разряд, — посмотрев на экран, сказал врач. Но сердце пациента не продолжало биться. — Давай, давай, давай, — но толку не было. Последняя попытка — и сердце девушки вновь забилось. Врачи стёрли пот и принялись делать операцию дальше. Спустя несколько часов девушка всё же проснулась. — Чёрт, где я? — первый вопрос, который пришёл ей в голову.