Двойная жизнь

Я проснулась от крайне настойчивого стука в дверь. Открыв глаза, я поняла, что не помню ничего со вчерашнего вечера после разговора с Троем за барной стойкой. Быстро оглянувшись, я осознала, что лежу на кровати в своей комнате и одета в то же платье, что и вчера. Видимо, все прошло не так плохо? Может, я просто ушла спать? Добежав до двери, я почувствовала, как сильно меня тошнит. Спасибо молодости, что это был единственный симптом похмелья, который мучал меня после вечеринок. — Доброе утро, — бодро начал Хоро. – Жесть, выглядишь ужасно! — Чувствую себя еще хуже, — пробурчала я, опираясь головой на дверной косяк. — Мы где-то через час поедем на вокзал, так что приходи в себя и собирайся. И Трою скажи, чтобы тоже вставал. — Ты не можешь сказать ему сам? У меня нет сил куда-то идти, — измученно попросила я. — А он не здесь? – удивленно спросил Хоро. — С чего бы? — Так ведь ну это… — Хоро пальцем указал на ручку двери с внешней стороны. Взглянув туда, я обнаружила, что на ней висит темно-синий галстук с ярким зеленым пятном посередине. – Я помню, как ты вчера залезла рукой в подобный соус и потом вытерла это об его галстук. — И что с того? – оскорбленно воскликнула я. — Ну как же… Обычно так вешают что-то на дверь, когда, знаешь… Когда люди ночуют вместе… — ХОРО, ТЫ СОВСЕМ СЕБЕ МОЗГИ ОТМОРОЗИЛ?! – я резко сорвала галстук с ручки. – Троя здесь нет и не было, но я с превеликим удовольствием все ему передам! — Спаси… — начал северянин, но я, не дослушав, захлопнула дверь. Черт, да какого вчера вообще было?! Что тут делает этот проклятый галстук?! Я посмотрела на себя в зеркало: волосы растрепаны, под глазами разводы от несмытого макияжа, но, в остальном, выглядела я также, как и вчера. Одна мысль о том, что мы с Троем могли… Нет, нет, ни в коем случае, я бы никогда так не поступила. В конце концов, я ни разу даже не целовалась с парнями! Даже в отключенном состоянии мой мозг не мог бы захотеть подобных вещей…А Трой не стал бы пользоваться таким положением. Он хоть и придурок, но не насильник же. Но почему? Почему тогда на ручке висел его гребанный галстук? Полагаю, только один человек может ответить мне на этот вопрос. *** — СИКАМУРА, ЧТОБ ТЕБЯ! Даю тебе пять секунд и захожу! – кричала я после минуты беспрерывных ударов по его двери. Реакции никакой не последовало, так что я, на свой страх и риск, ворвалась в комнату. Трой лежал в постели, укутавшись в одеяло. — Да как ты мог не проснуться от такого шума! – прикрикнула я, увидев его спящую морду. – Эй! Подъем! – я ухватилась за край одеяла и резким движением скинула его на пол. Но в то же мгновение, смутившись от вида голого мужского торса, отвернулась в сторону. — Окиама, краснеешь, словно школьница, — усмехнувшись, пробормотал Трой сонным голосом. — Я и есть школьница, придурок, — огрызнулась я. – Чего ты вообще спишь голым? — Не голым, а без футболки. Посмотрев в его сторону, я убедилась, что парень и впрямь спал в серых пижамных штанах. Но, встретившись с ним взглядом, я почувствовала себя чертовски неловко. Схватив со стоящего рядом стула какую-то кофту, я кинула ее ему в лицо. — Оденься. — Ты что-то хотела? – непринужденно спросил Трой, сев на кровати. — Да! Вообще-то хотела! Что это за херня? – зашипела я, тыча галстуком ему в лицо. — Мой галстук, — последовал ответ после секундного молчания. — И какого черта он висел на ручке моей двери? — Я его туда повесил, — спокойно ответил он. — А зачем? – еле сдерживая гнев, уточнила я. — Чтобы никто не мешал, — сказал он все с тем же равнодушием. — Сикамура, мать твою, хорош двусмысленными фразами кидаться! Что вчера было? – перешла я на крик, сжав ворот его футболки в кулак. — Что ты помнишь последним? — Как мы с тобой говорили о… Кире, — закончила я после недолгой паузы. — Хмм… Мы еще немного пообщались за барной стойкой, потом тебе стало нехорошо и я отвел тебя в комнату. Мне показалось неразумным оставлять тебя одну в таком состоянии, так что я зашел вместе с тобой и ждал, пока ты… Пока тебе станет получше. — Погоди… Меня, что, рвало при тебе? – воскликнула я в отчаянии. Господи, до чего же стыдно. — Нет, хотя ты очень старалась. Только, как выяснилось, ты не могла этого сделать, ведь за весь день ничего не съела. — Точно, — только в этот момент меня осенило, что за вчера я съела буквально одну жалкую тарталетку. — Полагаю, именно поэтому ты так сильно опьянела. По крайней мере, ты не единожды за вечер говорила о том, что обычно можешь выпить бутылку виски в одного и чувствовать себя прекрасно. — Это действительно так! — Не сказал бы, конечно, что это повод для гордости… — Зачем ты галстук то повесил? — Ты уснула, и я уже собирался уходить, но тут в дверь постучал Хоро Хоро, чтобы спросить, как ты. Этого хватило, чтобы разбудить тебя, после чего ты еще около получаса пыталась вызвать у себя рвоту в туалете. Так что, когда ты отключилась во второй раз, я решил, что будет лучше, если никто больше не помешает твоему сну. — Ты вообще осознаешь, что из-за твоего решения Хоро теперь думает, что мы спали вместе? – раздраженно уточнила я. — Лично я не имею ничего против, — сказал он, за что мгновенно получил подушкой по лицу. – К слову, — Трой подошел к стулу, на котором висел его пиджак, и достал что-то из внутреннего кармана. – Держи, только пообещай не заходить в галерею до того, как вернешься в свою комнату, — он протянул мой телефон. — Это еще почему? – спросила я, с подозрением прищурившись. — Да так, небольшая моя прихоть, — небрежно бросил он. Сообщив ему напоследок, что через час мы выезжаем, я вернулась к себе. Первым делом я, разумеется, начала рыться в телефоне. Что ж, я вчера никому не писала и не звонила, уже неплохо. Но я помнила просьбу Троя и прекрасно понимала, что в галерее меня ждет нечто крайне неприятное. Этим нечтом оказалось видео длиной в пару минут. На этом видео я, включив фронтальную камеру, снимаю, как мы с Троем сидим за барной стойкой. — Пожалуйста, одно фото! – молю я парня, еле выговаривая слова. – Ты не понимаешь, если Кире лезет к Косу, то я буду лезть к тебе! — А я-то тут при чем? – усмехнулся он. — Ну как… Если ее кто по-настоящему и интересует, то самый симпатичный парень в школе. — Считаешь меня симпатичным, получается? – Трой с хитрой ухмылкой смотрел на меня. Я повернулась к нему и несколько секунд рассматривала его оценивающим взглядом. — Страшилой тебя не назовешь, конечно, — покачиваясь из стороны в стороны, выдала я свой вердикт, после чего снова уставилась в камеру. — Окиама, ты вообще осознаешь, что снимаешь видео? – вздохнув, спросил он и от усталости прикрыл глаза. — Да, да, улыбнись-ка! – я начала позировать. Вернее сказать, я пыталась, вот только мое выражение лица не менялось совершенно. Что еще хуже – я все еще не осознавала, что снимаю видео. В один момент мне захотелось сделать фото, где я целую Троя в щеку, полагая, видимо, что подобное просто выведет Киру из себя. Вот только Сикамура, все еще сидевший с закрытыми глазами, именно в эту секунду решил одарить меня осуждающим взглядом. Одно мгновение – и я вместо щеки целую этого идиота прямо в губы. Камере удалось запечатлеть немой шок, отраженный в наших глазах, после чего телефон падает за барную стойку. Но на этом видео не заканчивается, даже сквозь оглушающе громкую музыку слышны оскорбления, что я выкрикивала Трою. — ДА ПОНЯТНО, ЧТО ДЛЯ ТЕБЯ ЭТО НЕБОЛЬШОЕ ДЕЛО! А Я, ВООБЩЕ-ТО, НИКОГО ЕЩЕ НЕ ЦЕЛОВАЛА! – кричу я, пока бармен не отдает мой телефон Трою и тот благоразумно выключает запись. — Это конец, — смотря в потолок, говорю я сама себе. – Я никогда больше не покажусь никому на глаза. Я проведу остаток своей жалкой жизни в этой самой комнате, пока не превращусь в очередного духа, на которого Джун соберет досье. На последней странице она напишет, что я погибла, забрав с собой жизни ни в чем невинных людей, умерших от испанского стыда. Они просто хотели посетить вечеринку своей родственницы, но стали свидетелем самого тупого поведения пьяного человека в истории нашей планеты. Джун возьмет новую коробку и напишет на ней «П», что будет означать «позорище». Закончив на этом свои размышления, я закрыла лицо руками и взвыла. Как мне вообще смотреть ребятам в глаза после такого? Это просто катастрофа. — Дина? – знакомый голос позвал из-за двери. Я была только рада на время забыть о своем унижении и тут же поспешила ее открыть. — Азами? — Могу я..? – уточнила она, неловко указывая пальцем в мою комнату. — Да, конечно! – закрыв за ней дверь, я не могла выкинуть из головы, насколько нелепа эта ситуация, учитывая, что духи спокойно могут проходить сквозь предметы. – Как ты? — Все нормально, — поспешила ответить она. – Анна… всегда говорит все, что думает? — Как правило, — сказала я, усмехнувшись. — Дина, я действительно хочу отомстить убийцам своей сестры... — начала Азами. — Я знаю. — И ты правда не тот человек, который может мне в этом помочь… — К сожалению, — согласилась я. — Однако… Я вот уже двести лет живу этой целью. И бог знает, сколько еще мне придется ждать. Но наша с тобой встреча убедила меня в том… В том, что судьба, чем бы она не являлась, существует. Я верю, что однажды встречу шамана, который поможет мне. Но сидеть здесь и просто ждать его появления кажется мне теперь совершенно бессмысленным. Все случится в то время и в том месте, в котором этому предназначено случится. — Значит ли это, что ты… — Все верно, я хочу стать твоим духом-хранителем, — сообщила она, не дав мне договорить. – Но у меня будет одно условие. — Какое? — Если судьба распорядится так, что я встречу нужного мне шамана до того, как турнир будет окончен, — она взглянула мне в глаза, полная непоколебимой решимости, — то ты отпустишь меня. Я выдержала паузу и спокойной ответила: — Я согласна. Мне хотелось, чтобы Азами была уверена в том, что я не блефую. Я действительно была совершенно согласна на подобное условие и меня не пугала мысль о том, что я могу остаться без духа в разгар турнира. Ведь я верила в то, что Анна была права тогда в саду: злые духи, желающие мести, не ждут 200 лет и не беспокоятся о том, пострадают ли невинные люди. *** Домой мы вернулись без происшествий. Усевшись в поезде подальше от Троя, я всю дорогу рассказывала Азами о своей жизни – о семье, друзьях, школе и тренировках Анны. Она, в свою очередь, тоже поделилась некоторыми историями из прошлого. — Дина, ты в порядке? – спросила Азами, когда я замерла у входной двери своей квартиры, нервно перебирая ключи в руках. — А? Да… Точнее, я не знаю… — Я глубоко вдохнула и, уняв дрожь, попыталась объяснить. – Я ведь понятия не имею, могут ли мама с сестрой видеть духов. Мы с ребятами всегда сидим у Йо дома, так что… — Боишься, что они смогут меня увидеть? — Да, естественно. Это будет очень долгий и сложный разговор, — я сильно прикусила губу. – Но я, вроде как, и немного надеюсь, что они такие же… Такие же, как я. Тогда можно было бы прекратить все это вранье… — Не узнаешь, пока не попробуешь, — ободряющая улыбка Азами успокаивала. Мне вдруг стало печально и в то же время очень радостно. Пусть я проводила целые дни в окружении шаманов, где можно было не скрывать эту сторону своей жизни, но каждый раз, возвращаясь домой, я чувствовала себя слегка одиноко. Но теперь все будет по-другому. Улыбнувшись Азами, я открыла дверь. — Сестрееенкааа! – тут же послышался детский крик. Я присела на одно колено и Айко радостно повисла на моей шее. — О, неужели мой ребёнок вернулся, — расплывшись в улыбке и поцеловав меня в щеку, сказала мама. – Честно признаюсь, я надеялась, что подобные «загулы» начнутся уже после окончания школы. Я замерла, тщетно переводя взгляд с мамы на Айко. Азами здесь, в этой комнате, прямо рядом со мной. Но никакой реакции. Я даже не осознавала, насколько сильно мне хотелось, чтобы они ее увидели, до этого момента. — Все нормально? – обеспокоенно спросила мама. — Да, я просто рада вернуться домой, — тихо ответила я. — Неудивительно, вы столько дней там провели. Думаю, мне стоит передать немного денег родителям Анны, как считаешь? В конце концов, содержать свору подростков – удовольствие не из дешевых — Нет, не переживай, — я нервно потерла себя по затылку. – Они сказали не беспокоиться на этот счет. — Дай мне тогда их номер телефона, я хотя бы отблагодарю за гостеприимство. — Мааам, не нужно! Все в порядке, правда. Я передам от тебя благодарность через Анну, ладно? — Ох, как у вас все сложно, честно слово, — мама устало вздохнула, но, взглянув на меня, снова улыбнулась. – Я рада, что ты дома. Написать тебе записку в школу, раз вы пропустили учебный день? — Да, спасибо. Зайдя в свою комнату, я бросила рюкзак на стул, а сама повалилась на кровать. — Ты расстроилась? – спросила Азами. — Даже больше, чем думала, — откровенно призналась я. — Может, оно и к лучшему. Моя сестра тоже никогда не знала, как именно я добываю деньги. Я хочу сказать, — Азами дождалась, пока я посмотрю на нее. – Разве не лучше, что твоя мама считает, что ты весело провела эти дни с друзьями? Уверена, она бы очень переживала, если бы знала, что тебя чуть не убила психованная девушка твоего друга. — Сокомандника, — поправила я ее. – Да, наверное, ты права. — Кстати, насчет сокомандников, — начала Азами, взбодрившись. – Что у вас за отношения с Троем? — Ммм? – я, сама того не ожидая, резко села на кровать. – О чем это ты? — Он тебе нравится или… — Нет! – перебила я Азами, стараясь говорить как можно тише. – С чего ты вообще такое взяла? — Просто в поезде ты так краснела каждый раз, когда встречалась с ним взглядом. Сначала я думала, что мне показалось, но судя по твоей реакции сейчас… — Да нет же, это вовсе не то, о чем ты подумала, — снова перебила я ее. – Я краснею потому, что мне ужасно стыдно. Набравшись мужества, я пересказала Азами события прошлой ночи. — И всего-то? – рассмеялась она. — В смысле «всего-то»?! — Я понимаю, что оказаться в такой ситуации может быть неловко, но ты же не сделала ничего плохого. Да и неудивительно, что ты так опьянела, раз ты пила на голодный желудок. А ваш поцелуй – я уверена, Трой об этом даже не думает. — Да я ж на весь зал кричала, что это был мой первый поцелуй! — И что такого? – все еще посмеиваясь, уточнила Азами. — Просто это… Это личное, понимаешь? — Вы же одна команда, рано или поздно вам придется открыться друг другу. — Лучше поздно, — угрюмо заявила я. – Еще вся эта ситуация с Кирой! Я никому раньше не рассказывала о том, почему согласилась стать капитаном команды. — Ты рассказала мне, — подметила Азами. — Это другое! Ты – мой дух-хранитель, между нами особая связь. А он просто придурок, который обидел мою подругу. — Как ни крути, он и твой сокомандник. Чем раньше вы, ребята, подружитесь, тем лучше. — Но Орами – моя подруга! Я никогда не смогу простить его за то, что он сделал. — Уверена, в скором времени ты будешь защищать его и Тао также сильно, как своих подруг. Мои губы дрогнули в легкой улыбке. Стоит признать, эта поездка, хоть и немного, но сплотила нас. Возможно, Азами права, и нам с ребятами удастся стать настоящей командой.