Семь дней с Томасом Каулитцем

День 2.

Билл пулей сбежал по лестнице, несясь на кухню, чтобы выключить мерзко свистящий на весь дом чайник. Когда свист окончательно прекратился, Роджерс выдохнул. Он достал из шкафчика над столом две чашки, насыпал в них кофе и сахар, после чего залил кипятком. В дверь позвонили, и брюнет направился навстречу своему гостю. - С точностью до минуты, - улыбнулся Билл, пропуская в дом девушку. – У меня такое ощущение, что ты приехала раньше и стояла под дверью, выжидая точного времени. - Я, конечно, со странностями, но не до такой степени, - улыбнулась она в ответ и потянулась к брюнету, вставая на носочки. – Привет, - девушка коротко поцеловала юношу в губы. - Привет-привет. Проходи, я уже кофе заварил. Роджерс зашагал на кухню. - Печенье будешь? – поинтересовался он у подруги. - Что за печенье? - Твоё любимое. - О-о-о, спрашиваешь ещё! – обрадовалась брюнетка. Билл поставил вазу с печеньем на стол, подавая девушке чашку с кофе. - Ну рассказывай, Роджерс, как дела? – спросила она, отпивая горячий напиток. - Да так, Эн… - неопределённо пожал плечами юноша. – Помнишь, я тебе рассказывал о просьбе мистера Каулитца? – Энджи кивнула. – Вчера был первый раз с его сынишкой. Подруга сначала удивлённо выгнула бровь, глядя на Роджерса широко раскрытыми глазами, а потом довольно ухмыльнулась. - Нет-нет-нет, ты не о том думаешь! – тут же спохватился Билл. Эн хмыкнула. - А вот ты об этом думаешь, - прищурилась она, улыбаясь, и потянулась за печенюшкой. - Я? С чего ты вообще взяла? – не понял парень. - Ты отвёл взгляд и облизнул губы. Мы не первый год дружим, я знаю, что это значит. - Ничего подобного, это совпадения, - начал он отнекиваться. – И вообще, он циничный и высокомерный. - Ну тебе всегда нравились придурки, - пожала плечами Энджи. - Но Майки не был придуком… - задумавшись, сдвинул брови юноша. - Ты уже не помнишь просто, - отмахнулась подруга. – Это он в отношениях с тобой стал сопливым романтиком, а до этого был тем ещё расп*здяем. И заметь, ты даже не отрицаешь, что тебе нравится этот… как его… - Том. И он мне не нравится. Он редкостная сволочь. А вообще отстань от меня, чего ты заладила «нравится - не нравится»… - занервничал Билл. - Ну всё-всё, забыли! – девушка примирительно выставила руки перед собой. – Расскажи лучше, как вчера всё прошло. Роджерс поведал подруге всё, как на духу, не забыв упомянуть и их мини-ссору с Майком. - С Майки у вас что-то совсем не ладится… - сделала вывод Эн, когда Билл закончил. – Ты, кажется, ещё месяц назад говорил мне, что становишься холоднее по отношению к нему. - Да, я помню, - утвердительно закивал парень. – Но не могу я с ним расстаться. Привычка уже даёт о себе знать, не могу заставить себя с ним даже просто поговорить на эту тему. - Билл, я понимаю, что ты не хочешь его обижать. Но в тоже время ты морочишь парню голову, говоря, что всё нормально. - Да знаю я, но пока даже язык не поворачивается, Эн… Да и, мало ли, вдруг я потом пожалею? - Пожалеешь. Конечно, пожалеешь. Вы же год вместе уже, - спокойно ответила девушка. – Только это будет скорее ностальгия, чем желание всё вернуть. Вот ты мне говорил, что у вас не было секса уже больше недели, причём из-за тебя. Хотя бы ответь себе на такой вопрос: ты его вообще хочешь? Билл задумался. А ведь он и правда просто избегал близости, ссылаясь на дела по работе или ещё что-то. В принципе, их отношения зашли в тупик, всё уже приелось и стало предсказуемо. По крайней мере, для самого Билла. Что думает Майк по этому поводу Роджерс не знал, но по поведению парня можно было сказать, что его всё устраивает. Эн права, Билл просто мучает и себя и Майки. . Он взглянул на подругу, поджав губы, как бы извиняясь. - Да знаю-знаю, ты ж не можешь, - хохотнула Энджи. – Бери уже скорей трубку. Роджерс улыбнулся и тут же схватил мобильный, глядя на экран – номер неизвестный. «Интересно…» - подумал он, нажимая «Принять». - Да? - Открывай. Билл не сразу понял, кто это, но немецкий акцент и ровный тон натолкнули на определённую личность. Он ничего не ответил, сбросив вызов. Глаза парня расширились от удивления, а брови поползли вверх. - Ты чего, Билл? – поинтересовалась Энджи, наблюдая за этой картиной. - Каулитц здесь, - не веря в сказанное, ответил юноша. - Джон? - Том. - А-а-а, злой немец, - усмехнулась подруга. – Так чего сидишь, иди открывай. За окном не май месяц, а ты человека на пороге морозишь. Роджерс как-то растерянно кивнул и, поднявшись, пошёл открывать дверь. - У вас в Америке так принято - людей на холоде держать, или ты одевался? – съязвил Каулитц, когда дверь распахнулась. Брюнет только обречённо выдохнул. Из-за сильного снегопада, разбушевавшегося на улице, люди с трудом пробирались сквозь сугробы, щурясь от ненастных снежинок, так и норовящих залететь в глаза. Некоторые спасались зонтиками, но и это им не особо помогало. Том же не оказался настолько смышленым, так что парня хорошенько припорошило снежком, пока он стоял на крыльце. Билл на секунду засмотрелся на снежинки, приземлившиеся на ресницы юноши. - Приглашения, я так понимаю, от тебя не дождёшься, - сделал вывод Каулитц, наблюдая ступор парня, и бесцеремонно прошёл в дом, посторонив брюнета. – Я бы с удовольствием побыл памятником у тебя на пороге, но там немного прохладно, - пояснил он свои действия. Билл, «очнувшись», закрыл дверь, даже не возражая. «Что-то я зависаю…» - подумал юноша. К парням вышла Энджи. - А я думал, ты гей, - усмехнулся Том, увидев девушку. - «Думал» или «надеялся»? – подстегнул Роджерс. Эн подавила смешок. - Как тебе удобно, - не остался в долгу немец и, улыбнувшись, протянул брюнетке руку: - Том Каулитц, очень приятно. - Наслышана. Энджи, взаимно, - девушка ответила рукопожатием. - Наслышана? Я не сомневался, - ехидно произнёс Каулитц, косясь на Билла. Брюнет цокнул, закатив глаза, и пошёл на кухню. Том и Энджи последовали за ним. Девушка тут же засуетилась, убирая пустые чашки в мойку, а Билл, открыв форточку и опершись о край стола, закурил. - Чем обязан Вашему визиту? – с ироний спросил Роджерс, выдыхая белый дым. – Вы мне вчера доходчиво объяснили, что я должен по полной отрабатывать те деньги, которые мне заплатили, то бишь: и забирать, и отвозить, и молочком поить… - нагло высказался парень, припоминая слова Тома по поводу денег. - Не хами, - спокойно отреагировал немец. – Собирайся и пошли, я сюда не дома отсиживаться приехал. Энджи удивлённо смотрела то на Тома, то на Билла. Девушка, казалось, кожей ощущала напряжение между парнями. Больше всего её удивил лучший друг – Билл всегда был язвой, да и вообще далеко не милашкой, но таким она видела его впервые: стойка уверенная, подбородок немного приподнят, глаза блестят…Том же, в свою очередь, излучал непоколебимость и спокойствие, что, по всей видимости, и задевало Роджерса. - Ладно, Билл, я пойду. Я Джорджу обещала заехать, - начала оправдываться девушка, чувствуя неловкость. – Пока, - она поцеловала брюнета на прощание. - Джорджу «привет», - ответил парень. - Обязательно. Пока, Том Каулитц, была рада знакомству, - улыбнулась Энджи немцу. - Аналогично, - кивнул тот, возвращая улыбку. Ещё раз окинув парней взглядом, Эн вышла с кухни и, когда послышался хлопок двери, Том обратился к своему гиду: - Я долго тут буду стоять и ждать, как Хатико, пока ты соизволишь начать собираться? Билл потушил сигарету и, положив руку на грудь, произнёс с наигранным немецким акцентом: - Прошу меня извинить, мой Господин. Ваш покорный слуга уже спешит переодеться, - и, поклонившись, пошёл прочь из кухни. - Кретин, - тихо проговорил Каулитц, потирая переносицу и качая головой.

***

- И куда мы едем? - К Канадской Национальной башне, - ответил Билл, выворачивая руль влево. – Дурацкий снег! - сдвинул он брови и включил дворники. - Не любишь снег? – поинтересовался Каулитц, сверля взглядом парня. - Я не люблю чувство, что вот-вот могу во что-нибудь врезаться из-за того, что ни черта не видно. А снег я люблю, - он посмотрел на Тома. – Может, ты перестанешь на меня пялиться? Немец усмехнулся. - Тебя это смущает? – парень выгнул бровь. – Я вот абсолютно спокойно отношусь к тому, что ты меня рассматриваешь. - Что?! – Роджерса явно застала врасплох эта реплика. Да, бывало, что он немного зависал, глядя на Тома, но он не думал, что это так заметно. - Почему ты постоянно переспрашиваешь, как будто ты не услышал? Не думаю, что я настолько тихий. - Я не в этом смысле, я в смысле: какого хрена? Я не рассматриваю и не рассматривал тебя! - возмутился Роджерс. Юноше стало жарко, его всегда бросало в жар в аналогичных ситуациях. В голове тут же появилось множество всевозможных отговорок, брюнет уже приготовился к опровержению всех последующих слов Тома, но парень его удивил: - Как скажешь, - пожал плечами Каулитц и отвернулся к окну. Опять тот же ровный тон, спокойствие… безразличие. Билл офигел от такой реакции, если честно. Парень просто не ожидал такого отрешённого ответа, хотя он не мог его не радовать. «Отстал, слава Богу…» - подумал парень, облегчённо выдохнув. Снег на улице шёл крупный и частый, повезло, что хоть ветра не было. Парни то и дело щурились, пытаясь разглядеть дорогу. Люди вокруг суетились в преддверии праздника, бегали по магазинам, скупая подарки для родных и близких. Билл на секунду задумался о том, что и ему, наверно, стоит что-то купить Майку, но никаких идей у брюнета не было по этому поводу. Но зато, оглянувшись, он понял, что идея для подарка на Рождество для Тома Каулитца у него есть. Он бы определённо подарил немцу поводок... потому что тот куда-то пропал. - Твою мать. - сквозь зубы выругался Роджерс. Остановившись, он начал искать взглядом своего «подопечного» среди людей. Из-за снега это было немного трудновато, потому как он постоянно норовил залететь в глаза и приходилось часто моргать. Билл потихоньку начинал волноваться. Нигде не виднелась знакомая голова в косичках, или хотя бы пальто. Он глянул в сторону машины – никого. - Да что ж за день… - устало протянул юноша. И тут его посетила гениальная мысль: у него же есть номер Каулитца! Моментально выудив телефон из кармана, Роджерс набрал последний входящий. Противные гудки только раздражали. «А если он не возьмёт трубку? Вдруг, что-то действительно случилось… Боже, да кому он нужен?!» - крутилось у него в голове. - А я всё думал: заметишь или нет? – саркастичная реплика Тома успокоила брюнета. С ним всё нормально. - Как можно не заметить отсутствие наглого иностранца? – съязвил парень в ответ. Он посмотрел по сторонам, но Каулитца нигде не было видно. – Где ты вообще? - Беспокоился? – проигнорировав вопрос Билла, продолжал Том. - Конечно. Мамочка всегда беспокоится за своих деток. - Ты высоковат для моей мамы. - Может, ты всё-таки ответишь: где ты есть?! - За твоей спиной. Билл резко обернулся. Действительно, Каулитц стоял прямо за его спиной. Как обычно, невозмутимый, с телефоном в одной руке и новой пачкой сигарет в другой. Роджерс сдвинул брови, обдумывая то, как он мог не заметить подошедшего Тома? - Это магия, детка, - ухмыльнулся тот, дёрнув бровями, отвечая на немой вопрос в глазах брюнета. Билл закатил глаза. - Как же ты меня бесишь… - еле слышно проговорил Билл, качая головой, и пошёл вперёд. - Неправда. Подойдя ближе к башне, парни остановились. Том запрокинул голову, разглядывая высотное сооружение, которое, казалось, касается неба. - Сколько в нём метров? – как-то заворожено спросил Каулитц. - Пятьсот пятьдесят три. А видишь тот выступ? Это ресторан. Можем подняться, если хочешь, - предложил брюнет. - Нет необходимости, - ровным тоном ответил немец, не отводя взгляда от башни. - Как хочешь, - пожал плечами Билл. – Но ты многое теряешь. С той высоты открывается офигенный вид. - Предпочитаю всё рассматривать со своей высоты. Ну ладно, покажи мне здесь место, где можно выпить кофе. Билу показалось довольно странным, что парень наотрез отказывается подниматься в тот ресторан, но ничего по этому поводу говорить он не стал. Даже язвить не было желания, как ни странно. Поэтому юноша просто отвёл Каулитца в ближайшее кафе. - Энджи – очень милая девушка, - произнёс Том, отпивая кофе. - У неё есть парень, - непонятно зачем, выпалил Роджерс. – Ну… они уже давно вместе, - попытался он исправить ситуацию, но по хитрому взгляду немца было понятно, что не получилось. Каулитц усмехнулся. - А твой парень что думает на счёт того, что ты разгуливаешь со мной по городу? Зима, снег… атмосфера весьма романтичная. Не ревнует? – сейчас во взгляде парня не было ни насмешки, ни ехидства. Билл даже удивился. - С чего ты вообще взял, что я – гей? – возмутился он. Роджерсу уже порядком поднадоели аналогичные вопросы. Том ничего не ответил, а просто выгнул бровь и посмотрел на брюнета так, как будто тот сейчас задал самый глупый вопрос, который только мог. Билл же впал в некий ступор, ему казалось, что Каулитц видит его насквозь. - Я понял, отвечать ты не собираешься, - кивнул Том. Он сделал последний глоток и отставил чашку в сторону. – Отвези меня к отцу и на сегодня всё. - Как будет угодно, мсье, - наконец, очнулся брюнет. - О! А я уже подумал, что ты совсем дар речи потерял. - Не дождёшься. - Завтра заедешь за мной вечером. Когда именно – я напишу, - сказал Каулитц, когда машина остановилась. Он кинул взгляд на Билла – парень выглядел каким-то поникшим. - Хорошо, - просто ответил он, даже не поворачиваясь в сторону Тома. Том сначала хотел поинтересоваться всё ли нормально, но потом откинул эту мысль и, просто попрощавшись, вышел из машины. Билл же, заведя мотор, понёсся в хорошо ему известном направлении. Ему пора кое-что сделать.