Пленник

Темный затхлый подвал нагонял страх. Здесь умерло в страшных муках немало народу. Бедные, богатые, взрослые, подростки – все кто попадал сюда, больше не возвращался к своим родным и близким. И нового обитателя этих стен, очевидно, ждала такая же участь. А пока он бессильно лежал посредине комнаты, закованный в цепи. Кенни улыбнулся своей маньячной улыбкой. Видеть воспитанника в таком состоянии ему было до жути приятно. - Доброе утрецо. – с радостью в голосе произнес он. Мужчина на полу пошевелился и взглянул на своего тюремщика. - Нравится? – издевательским тоном произнес Аккерман. - Как-то все равно. – Леви, не проявляя никаких эмоций, сел на пол – Я предполагал, что когда-нибудь сдохну в грязной камере, либо сварюсь в желудке гиганта. Мое первое предположение оказалось правдивым. Меня даже не удивляет, что моим катом будешь именно ты. - Вот как. Кенни продолжая улыбаться повалил Леви обратно на пол ударом грязного сапога по лицу. Потом что-то ворча себе под нос, отдалился. Он хотел, он всей душой желал сломить этого коротышку. Заставить его рыдать, умолять о смерти. Но Аккерман понимал, что это будет сделать нелегко. Ведь перед ним его же воспитанник, такой же Аккерман как и он сам. «Придется постараться». В углу валялось множество крепких цепей, которыми когда-то связывали новоприбывших в эти стены. А после их гибели складывали на кучу, иногда используя эти путы для издевательства над новыми жертвами. На металле запеклась кровь и грязь. Кенни выбрал самую грязную и тонкую из них. Он прекрасно знал о ненависти пленника к грязи, а чем цепь уже, тем сильнее въедается в тело жертвы, калеча ее еще больше, когда он или она пытаются вырваться. Улыбка «потрошителя» становилась все шире и шире. Азарт будоражил кровь. Он повернулся опять к пленнику. И на миг увидел на лице Леви страх, который в тот же момент спрятался за маской безразличия. - Страшно? - Могу задать тебе тот же вопрос. Тебе было бы страшно умирать? - Может, хватит дерзить! Ты не в том положении! - Я как раз в самом подходящем положении. Меня все равно ждет смерть, так что можно себя не сдерживать и поматерится от души. - Но ты, почему-то, не материшься. Кенни подошел опять к Леви. Его внушительная фигура возвысилась над пленником со злобным оскалом на лице.

...

Действительно страх пронимал все тело и заставлял биться мелкой дрожью. Но Леви был настолько сильный, что унимал ее практически сразу. Он до сих пор не мог понять, как так случилось, что его смогла поймать военная полиция: - Теряю опыт. – едва слышно прорычал он себе под нос, пытаясь высвободиться из оков. Замок неприятно заскрежетал. Тяжелая дверь нехотя отворилась. В комнату вошел человек. По звуку шагов Леви сразу понял, кто это. «Не надо показывать ему свой страх. Он как животное чувствует его и свирепеет еще сильнее.» Мужчина развернулся на оклик вошедшего и посмотрел прямо в глаза своему врагу. Еще пару бессмысленных фраз и Леви опять оказался на полу. Кенни не забыл воспользоваться нелюбовью своего пленника к грязи и ударил его прямо по лицу грязным сапогом. Леви не удивился. Кенни был для него книгой, прочитанной не одну сотню раз, и даже выученной наизусть. Именно этого боялся разведчик. Мужчина прекрасно знал свое будущее. И оно не могло его не пугать. Звон метала, не предвещал ничего хорошего. Пленник поднял голову и посмотрел в ту сторону, куда удалился его мучитель. Кенни вытаскивал из целой груды хлама длинную цепь. Леденящий холод пробежал по телу с ног до головы. В том, для чего будет использована эта цепь, Леви не сомневался. Он не раз в подземельях видел, как такими избивали людей вместо кнутов. Один сильный удар может привести к перелому ребер. Если на него обрушиться таких около десятка, то от костей останется порошок. Страшно. А разведчик еще надеялся на возможность побега. Неужели это конец? Кенни взглянул на него. Леви постарался спрятать свои мысли о побеге и надеялся, что цепь будет использована не для того, о чем он только что думал. - Страшно? «Что за дерьмовый вопрос? Конечно, страшно, но ты ведь прекрасно знаешь, что я в этом никогда не признаюсь.» Мучитель нагнулся над обездвиженным телом пленника. Леви уже приготовился к удару, но вместо этого новая цепь про скользила по его избитому телу, сжимая и обвивая еще сильнее затекшие конечности. Через несколько мгновений старые путы были сняты, а новые прикреплены к балкам на потолке. Леви оказался в позе «ласточки». Ноги раздвинуты до упора, в коленях подняты вверх. Руки выкручены и подвязаны к балке так, что весь вес его тела был перенесен именно на плечевые суставы. Нос практически упирался в пол, куда Кенни не забыл положить нечто неприятное и вонючие. Поза была не из удобнейших. Проходилось догадываться, что сейчас будет.

...

Кенни отстранился и посмотрел на плод своих действий. Леви был хорошо связан, без возможности пошевелиться, не причиняя себе боли, а главное выглядел очень аппетитно. - Нравится? – прошипел на ухо пленнику Аккерман. - Гад. – едва выдавил из себя разведчик. - Не волнуйся, ты скоро привыкнешь к такой позе, а пока… Кенни вытянул огромный нож. Мучитель с удовольствием заметил, как под потной разорванной одеждой у пленника напряглись мышцы: «Боишься, вонючий крысеныш. Правильно делаешь. Я для тебя подготовил самую мучительную пытку, когда либо придуманную человечеством.» Мужчина поднес нож к Леви, возбужденно наблюдая, как по обездвиженному телу прокатывается мелкая дрожь. Провел по хребту острым лезвием, оставляя на белой коже тоненький неглубокий порез. - Поиздеваться над тобой или нет? - Ты чего у меня спрашиваешь? Если я скажу, что хочу, чтобы меня отпустили, ты так и сделаешь? - Хе, хе. Может хватит дерзить старшим! - Может хватит тянуть время. Ты ведь никогда этого не любил. Всегда приступал к процессу как можно быстрее. - Так не терпится сдохнуть? Кенни быстрым движением разрезал штаны пленнику и отбросил их в угол. - Ты что, серьёзно? – удивленно выдохнул Леви. Как бы в подтверждение этих слов в тот же угол отправились и трусы. Леви ничего не произнес. Просто пытался устроиться «поудобнее», если в таком положении это было возможным. Аккерман снял штаны с себя тоже. Продемонстрировав заднему месту капрала свое нехилое достоинство. Он с удовольствием засунул бы в рот крысенышу своего «малыша», но как-то не подумал об этом раньше, когда подвешивал жертву. Перецеплять его сейчас было опасно, а вдруг вырвется. Да и сам Кенни был уже слишком возбужден для такой длительной работы. - И так будет хорошо. – решил он – Эй там в низу. Тебе смазать или вставить как есть? - Как тебе угодно будет. – в голосе Леви уже попахивало отчаянием. - Ну не изверг же я, что бы собственного воспитанника так калечить. Кенни немного повозился и через несколько минут его пальцы уже смазывали задний проход Леви чем-то скользким. - Готов? На счет три. Раз. Два. Три. Протолкнутся в упругую попку капрала была еще та задача. Накачанные мышцы у него были даже там, как Кенни изначально показалось. Но потом все пошло как по маслу. Член вошел практически до упору. Жертва издала сдавленный стон. «Поехали!» Радости мучителя не было предела. Аккерман давно уже не чувствовал такого возбуждения. Даже нет. Это была настоящая эйфория! Не от процесса, а от того, что он смог переломать Леви, положить под себя. Хотя и его «малышу» так же было очень хорошо. Девственный анус пленника сжимал плоть насильника как раз так как нужно. Ритмичные движения тела и легкое покачивание цепей как бы в такт, заводили еще больше. Кенни уже готовился кончить, но тут понял, что что-то не так. Леви молчал. Кроме того единственного вздоха, он не издал ни звука. - Гадина. Тебе ж больно. Зачем тогда держать все в себе. Ты и так уже мой, незачем скрывать свою боль. Это так глупо. Кенни начала раздражать тишина. Он готовился уже закончить и начать стандартное издевательство над жертвой, поэтому толкнулся чуть сильнее и тут получил настоящий неподдельный оргазм – Леви закричал от боли. Через несколько толчков тюремщик освободился от жидкости, что так долго томилась в нем. - Прости, я уже не молод. Как бы оправдываясь, сказал Кенни. Хотя мог бы и ничего не говорить. Леви и не заметил, что вместе со спермой в его внутренности попали еще и выделения мочевого пузыря. Или пленнику просто не хотелось осознавать, что его так обгадили. А вот Кенни чувствовал себя опозоренным из-за такой оплошности. Он никогда не страдал недержанием, но, видимо, чересчур сильное возбуждение сделало свое дело. Да и возраст брал свое. - Повторим? – голосом уже без издевки спросил Аккерман, дроча свой подуставшей член. - Как пожелаешь. - безразлично ответил Леви.

...

«Еще и издевается!» Если бы Леви имел возможность освободиться, то Кенни был бы уже давно мертв, его бы даже не спас большой жизненный опыт. Настолько пленник был зол. Благо, что капитан пожалел его и воспользовался смазкой. Капрал никогда не спал с мужчиной. Точнее ему никогда ничего в анал не вставляли. Но знал, что это достаточно больно и многие взрослые мужчины кончали жизнь самоубийством после изнасилования. А само изнасилование было весьма популярным в подземельях столицы. Молодой мужчина попытался расслабиться и подогнутся так, что бы его тело смогло, как менее безболезненно принять в себя член Кенни. А он уже его чувствовал возле своего входа. Толчок. Слишком слабый, что бы член смог проникнуть в тело. Леви не сомневался, что последующий будет сильнее. Так и случилось. Орган капитана медленно входил в тело разведчика. Мужчина сдавленно охнул. Не от боли, а просто от неожиданности. Больно совсем не было. Просто неприятное чувство и все. Возможно, если бы без смазки или если войти быстро, то была бы сильная боль. А так Леви просто пытался понять нравится это или нет. В самом процессе явно было нечто приятное и непонятное. Был бы он с девушкой тогда другое дело. Она могла засунуть ему в зад фаллоимитатор. А он в это время мог наслаждаться упругой грудью или же приносить ей удовольствие своим членом. А возбуждаться от этого старика… «Что-то не так.» Леви из своего положения мог разглядеть только волосатые ноги опекуна, а если постараться, то еще можно было увидеть и колыхающиеся яйца насильника – зрелище не из приятных. Кенни сбавил темп. Это было фактом. «Неужели не смог кончить. Все же возраст уже не тот. Хотя вряд ли.» Пока Леви размышлял, что не так. Аккерман сам ему все объяснил: - Гадина. Тебе ж больно. Зачем тогда держать все в себе. Ты и так уже мой, незачем скрывать свою боль. Это так глупо. После этих фраз разведчик понял, что висел все это время как бревно, размышляя о сексе с красивой девушкой… «Надо бы попробовать.» Опять не те мысли в голову лезут. Леви улыбнулся – если он в такой момент думает совершенно о другом, то все не так уж плохо. Но нельзя что бы это «не плохо» превратилось в «совсем плохо». И он заорал со всей дури имитируя страшную боль. И вовремя, Кенни как раз ускорил темп и кончил. На пол полилась какая-то жидкость. «Не хило.» Возможно при других обстоятельствах он бы и задумался о количестве вылившейся жидкости, может в будущем и задумается, но сейчас его волновала единственная вещь: похоже цепь, давно проржавела, и он явственно чувствует как ослабевают его путы. Правда оставалось одно но: если цепь разорвется при Кенни сбежать ему точно не удастся. Но и попросить тюремщика уйти тоже не может. Оставалось продолжать трахаться до тех пор пока Аккерман полностью не выдохнется и не свалит попить водички, главное что бы цепи выдержали. А тем временем марафон продолжился. Его воспитатель оказался тем еще жеребцом. Леви пытался в уме считать время, что бы хоть чем-то полезным себя занять, но на пятидесятой минуте сбился. Теперь уже секс причинял ему боль, насильник все время ускорял темп и пытался все глубже проникнуть внутрь. Стоны издаваемые пленником были уже не поддельными хоть и слабыми. «Когда ж это закончиться. Я сейчас рожу!»

...

Кенни как бы услышав душевный крик пленника, кончил в последний раз и отстранился. - Здорово было, не правда ли. - он надел штаны – Эй я хочу услышать твой голосок. Леви решил что лучше будет ответить: - Ты мне всю задницу разорвал. - Можешь еще говорить. Хорошо. Сейчас схожу кое куда и продолжим. - А ты неплохой кабель, если после такого еще что-то можешь. – Леви не хотелось в этот момент ничего говорить, зад слишком сильно болел, но выяснить куда направляется Кенни было жизненно важным. - Ты меня переоцениваешь. Я как раз иду за предметом, который может заменить мой член. А может еще и душ по дороге приму. Грязно у тебя тут. Аккерман вышел, не заперев за собой дверь. Даже не закрыл ее (слишком тяжелая) и Леви прекрасно видел короткий пустой коридор. Капитан свернул за угол. Пора действовать. Цепи уже давно разорвались, благо самый слабый фрагмент находился возле руки Леви, и когда кольцо полностью разлетелось, он смог схватить его и удержать. Не смотря на адскую боль в мышцах после полуторачасового висения в такой позе, мужчина быстро снял с себя оковы. Медлить нельзя, от этого зависит его жизнь, стонать он будет потом, когда доберется к своим. Размял немного мышцы, снял рубашку и завязал вокруг талии (светить своими яйцами как то не очень хотелось), прихватил разрезанные штаны. Для одежды они уже не годились, но использовать в качестве оружия можно. Капрал Леви прекрасно понимая насколько выглядит по дурацки и насколько его шансы на побег минимальны, вышел из тюремной камеры, готов разорвать любого охранника собственными руками.