Альфа и Омега:Падший ангел

      Весна подходила к cвоему завершению, как и обучение волчат. Хотя волчатами их уже было сложно назвать — это были молодые волки и волчицы, которые в начале лета были назначены боевыми волками. Энжел же пристроили в шпионское дело, и в каком то роде она неплохо справлялась со своими обязанностями, принеся своей стае пару-тройку локальных успехов. Белой волчице не довилось ещё получить опыт участия в больших боях, скорее были более приземленные случаи, но даже когда ей угрожала опасность, она могла лишь ранить своего противника, но отнять жизнь - не хватало духа. Пока боевые - волки её стаи купались в крови сородичей, берясь за задания, где гарантировано можно вонзить в кого-то когти, Энжел так и не смогла убить ни единого.       Шел самый жаркий период в году, а если говорить точнее, то вторая половина лета. Небольшое курьерское задание было зачтено к общему числу выполненных операций, и не успев даже добраться домой Белая волчица получила весть о том, что за оказанную ей службу Энжел был присвоен титул Альфа-волка. Радоваться этому, или наоборот — огорчаться новоиспеченная Альфа не знала, потому что её и так преследовало сложно-описуемое чувство. Будто волчица делает что-то что должно осуждаться другими стаями, но в её окружении эти вещи почему-то воспринимаются с позитивной стороны... И пусть до этого на прямую не приходилось вносить свою лепту в набегах от имени горной стаи, но это паршивое ощущение соучастия вызывало своего рода отвращение. А теперь ново-присвоенный титул должен это изменить и в принудительном порядке заставить белую теперь уже альфа-волчицу принимать непосредственное участие в кровавых операциях и более того взять на себя большую ответственность за жизни сородичей, которых уже завтра ей предстоит вести как собственный отряд в новый бой. Она даже и представить себе не могла, как скорые события заставит её жалеть ещё больше о своих поступках...       Вскоре после полученной вести и дальнейших указаний Энжел оказалась дома, Поужинав в полном одиночестве, волчица в тихой и спокойной обстановке, умостилась и лежала в тишине восстанавливая силы и раздумывая о том что предстоит ей завтра, и желала что бы это самое завтра не наступало как можно дольше.       Но время остановить не возможно и следующий день всё же настал. Не успело теплое солнце раскинуть свои первые лучи на заснеженные горы возле канадского заповедника, а отряд, во главе которого стояла Энжел, был уже построен и ожидал команды на выдвижение. Отряд был не из маленьких, Пятнадцать особей с которых Энжел были хорошо знакомы только двое: Пач и Риола. Если друзья были оптимистически настроены к ведущей волчице, то остальные в большей степени были не довольны, что в грядущее сражение их ведет Альфа с практически нулевым опытом. Та и наша Альфа сама это считывала с группы, что ещё сильнее деморализовали её саму. Тем не менее отряд был собран и начинал выдвигаться. В команде Альфы находились ранее упомянутые Пач и Риола, которые прикрывали спину своему другу. Неспешным ходом на дорогу ушел весь день, цель находилась далеко за пределами заповедника. Зачем воевать с волками, которые Горной стаи нечем не угрожают Энжел не могла вложить себе в голову, однако Задание есть задание и его надо выполнять. На заре ночи большой отряд уже добрался к нужному месту и вражеской стаи. На самом деле, это сложно было назвать стаей. Это было небольшое скопление волков, которая состояла чуть больше, чем из тех же пятнадцати особей и в случае атаки им просто не с кем было защищаться. Говорить о том, что они не владели большой территорией и абсолютно никому не мешали даже и не стоит. Энжел и сама не горела желанием на них нападать, но приказу Ночной Тени, которая на тот момент уже взошла на пост вожака Горной стаи, невозможно было перечить, потому что это считалось бы предательством. Была бы сейчас возможность она все же рискнула бы своей белоснежной шкурой, и попытавшись переубедить вожака, но вожака тут нет, а значит операцию предстоит исполнять... Волки горной стаи обождя немного времени и не получив команды от старших по званию начали сами быстро занимать позиции и готовиться к скорой атаке. Риола подошла и обратилась к Альфе, видя что та заметно нервничает : — Энжел, ты как? — Э всё нормально...Хе-хе. —Да? Ну вообще-то волки должны были начать подготовку по отданному тобой приказу. — Намекнула Риола подруге. — Ой, — резко дернулась Энжел и собиралась отдать первый приказ, но подруга произнесла : — Уже не стоит. — тем самым остановив её. — Честно, не уверена что смогу... — Что именно? —Вот это всё. Руководить отрядами, участвовать в больших сражениях. Быть Альфа-волком. —Ну, раз назначили тебя. Значит были уверены что справишься с той ответственностью, а я и Пач всегда тебя прикроем. — Спасибо. — Поблагодарила Энжел подругу за попытку поддержать, после краткого молчания она вновь дернулась со словами: — Мне же как Альфе нужно тоже работать со всеми... Я пойду-ка в разведку. — Энжи, ты Альфа, ты в разведку не ходишь, но можешь кого-то туда отправить... — Улыбаясь поправила Риола не опытную Альфа-волчицу. Энжел беглым взглядом прошлась по волкам с отряда, увидев что все заняты своими делами, белая волчица всё же настояла на своём и собралась отправиться в рейд в одиночку, на что Риола хоть и отреагировала с долей непринятия, однако деваться особо некуда: — Ладно, найду Пача и мы идем с тобой, — но не успев сделать и пары шагав как уже Энжел напомнила ей, что в разведку для большей скрытности ходят по одиночку. —Э, нет, мы тебя саму оставить не можем. — Риола, посмотри, — Обратилась Альфа к своей подруге заставив ту движением лапы перевести свой взгляд на отряд, который трудился в поте лица: — Все они заняты своими задачами, а что я? По званию на вершине, а по итогу бездействую. Позволь мне хотя бы заняться тем что я умею. Подруга хотела в первые секунды после услышанного возразить, но в конце концов согласилась отпустить Энжел со словами: —Ну хоть прикажи тогда не следовать за тобой что ли.... Энжел лишь улыбнувшись произнесла : — Это приказ. — ушла на сбор информации без лишнего шума. Для белой ново-испеченной Альфы это был шанс не просто принести пользу своему отряду, но и показать им, что она работает как и все, что как она думала, поможет ей заслужить дольку уважения. Обойдя местность несколько раз, стараясь минимизировать своё обнаружение, Энжел удалось насчитать, что стая состоит в лучшем случае до четырех молодых самцов, пары волков, которые уже в преклонном возрасте, ну и несколько самок, повезет если одна с них будет Альфой, что касаемо щенков, то за несколько обходов заприметить так и не удалось, говорило это о совсем уж молодом зарождении стаи, и что навести тех же волчат ещё не успели... Возвращаясь к своим Энжел бы ликовать зная о полезности информации та ту помощь своему отряду, что она окажет а с другой стороны, в скором времени это принесет сколько зла другой, совсем ещё молодой стае . И именно эта мысль не давала ей покоя. Передав отряду всё же данные о точном расположении и количеству особей, отряд и правда высоко оценил ход со стороны лидера, и теперь пора ими воспользоваться к тому же наступившее темное время суток как раз располагало к атаке и отряд был в предвкушении, но руководящая Альфа была против: — Давайте дождемся утра... — Предложила она перенести всё к восходу солнца. — Но зачем? — С недоумением выступил один с волков. — Так нужно... — ответила Энжел, но более полно своё решение толковать не стала, ограничившись только этими двумя словами. На самом же деле, не чего полезного перенос атаки в себе не нёс а даже наоборот Альфа просто хотела потянуть время, чтобы как можно дольше не начинать нечестное сражение. Отдав приказ всем ждать утра. Данное решение явно позитивно не встретили, и ещё минуту назад волчицу начали воспринимать слегка лучше, но теперь это сменилось на косые взгляды... Пускай недовольство было достаточно высоко, но ослушаться приказа старшего рой не осмелился. Поужинав оленем бродившем неподалеку, большая часть отряда решила отправиться на отдых, оставив пару волков в качестве часовых на карауле. Энжел не смогла сомкнуть глаз, и не найдя себе занятия, присоединилась к караульным волкам и вместе обходила местность до самого утра. Солнце начало всходить. Свинцовое небо тяжелым саваном нависло над лесом, сжимая пространство до самого горизонта. Воздух сделался сырым и густым — он пропитался запахами мокрой шерсти и прибитой пыли. Казалось, сама природа затаила дыхание, оцепенела в траурном ожидании неизбежного. Энжел медленно прошла вдоль строя, ощущая на себе горячие взгляды. Она видела, как вздрагивают мышцы на лапах побратимов, как они низко припадают к земле, выпуская когти. Изнурительное ночное ожидание не вымотало их — оно превратило их терпение в сжатую пружину. В их глазах не было сомнений, лишь первобытная жажда разорвать, растерзать, доказать свою силу. Альфа замерла, окинув взглядом небольшое поселение волков впереди. Сердце сжалось от предчувствия того, что должно было произойти. Она подняла голову, и в то же мгновение первая тяжелая капля дождя разбилась об её нос, словно слеза. Это был сигнал. Отряд сорвался с места единым потоком. Тишину разорвало низкое рычание, переходящее в яростный хрип. Навстречу им, выходя из тени деревьев, вышли они — защитники маленькой стаи. Всего семеро. Всклокоченные, истощенные, но с отчаянным огнем в глазах. Они знали, что обречены, но стояли плотно, пытаясь защитить своё, родное. Бой не длился долго. Это была не честная схватка, где побеждает мастерство, а холодная резня. Горные волки налетали стремительно, пользуясь преимуществом внезапности. Слышны были лишь щелчки челюстей, хруст костей и глухие удары тел о размокшую землю. Дождь усилился, смывая первую кровь в пожухлую траву. За считанные минуты всё было кончено. Большинство защитников так и остались лежать неподвижными кучами меха под ливнем. Те же, кто еще дышал, прижатые к земле лапами завоевателей, могли лишь бессильно наблюдать, как отряд белой волчицы хозяйничает на их костях. Территория была захвачена — быстро, жестоко и бесповоротно. Когда кровь впиталась в землю, а дождь перестал казаться красным, начались долгие дни тишины. Поселение, прежде дышавшее жизнью, теперь напоминало тесную клетку. Сказать честно: во главе с нашей Альфой это была не самая худшая участь. Оккупация выдалась относительно мягкой — насколько оккупация вообще может быть таковой. Энжи хоть пыталась сделать перебивание сносным... Пленных держали по норах, кормили объедками, и по нужде водили под присмотром. А о свободе слова и речи не шло, тут косой взгляд на оккупанта воспринимался враждебно и мог повлечь за собой наказание.       Так продолжалось двое суток и второй день уже близился к концу. Все ужинали свежо-пойманной дичью. Внушительного размера кусок передали двум раненым с Горной стаи, а остальное разделили между собой. В окутанном тишиной вечернего сумрака, белоснежная Альфа Энжел вместе со своими верными соратниками беззаботно пировала. Ничто не предвещало беды, пока из тени не выскочил волк и с рычанием набросился на ничего не подозревающую Энжел, повалив ее на землю. Присутствующие остолбенели. Неужели злейший враг вырвался из плена и бросился мстить важной цели? Но нет, ситуация оказалась еще более трагичной. Нападавшим был один из членов стаи самой Энжел. Пач, телохранитель Альфы, молниеносно среагировал, отбросив агрессора от Энжел и встав между ними щитом. — Всё в порядке? — встревоженно спросил Пач. — Да, — ответила Энжел, вставая на лапы и не скрывая удивления: - Что здесь происходит? —Сама не догадываешься? — с презрением произнес нападавший. - Заботливая Альфа сидит здесь, лопает себе на здоровье, и знать не знает, что у нас двое тяжело раненых, которые еле держатся на ногах. Всё потому, что некоторым взбрело в голову атаковать на рассвете, вместо того чтобы напасть ночью, пока враг спит и не успеет опомнится на наш удар. — Это была битва, такое случается, — попыталась оправдаться Энжел. — Случается, когда во главу группы ставят недоразумение вроде тебя! Я доложу об этом саботаже Ночной Тени, — пригрозил нападавший. — Та докладывай сколько влезет, — ответил Пач, рыча, давая понять агрессору, что разговор закончен. Окружающие не без интереса наблюдали за происходящим, но, к их разочарованию, представление быстро на этом закончилось. Энжел, не проронив больше ни слова, побрела прочь от любопытных глаз. Пач без колебаний последовал за ней. — Энж, стой! — окликнул он Альфу, догнав ее и слегка коснувшись лапой: — Вот и всё, — добавил он с едва заметной улыбкой. — И куда это наша Альфа с опущенными ушками собралась на ночь глядя? — Мне нужно кое-что обдумать, — ответила Энжел. — Хорошо, пойдём обдумаем вместе, — предложил Пач свою компанию. — Одной... — Нет, Энжел, не в таких условиях, — отказался Пач, напоминая о том, что они находятся на выполнении задания и одиночные прогулки в данный момент не рекомендуются. Затем он поделился своим советом: — Может быть, тебе стоит вернуться к группе и показать всем, что всё в порядке, вместо того, чтобы пытаться сбежать от проблемы? — Спасибо за очередной совет, - с нотой злости и долькой сарказма ответила Энжел. Пач промолчал. Наступила тишина, которую вскоре нарушила Энжел, уже более мягким тоном: — Прости. Я правда не знаю, что мне делать, Пач. Как руководить, я облажалась, как заслужить уважение теперь? особенно после всего, что произошло... — Я просто выполнял свой долг, защищая Альфу, — спокойно ответил он. — Я знаю... — И если тебе интересно моё мнение, ты права - "такое случается". И мы ещё отделались малой кровью. И в этом есть твоя заслуга. - Пытался поддержать волк Альфу. —Но, Пач, он прав. Мы могли начать ночью, но я из-за своих убеждений всё отложила. И теперь у нас двое тяжело раненых. Вся ответственность лежит на мне. Я не справилась как Альфа. — Они не погибли. Так что ты справилась. — А часто ли бывает, что на Альф нападают их же соратники? Пач не смог привести пример и ответ на вопрос Энжел было протяжное : —Ну... — Вот видишь... — Да неважно это. Завтра об этом никто не вспомнит. Хвост и уши вверх и уверенно возвращаемся к остальным, - попытался подбодрить Пач Энжел, к которой он по-прежнему был неравнодушен. Если бы дело касалось любой другой Альфы, он был бы с ней строже, но только не с Энжел. Два волка вернулись к стае и присели рядом, продолжая ужин. Обстановка стала иной — дружеская атмосфера испарилась. В воздухе витало такое густое напряжение, что его, казалось, можно было почувствовать лапами. Если еще несколько минут назад слышалось общение и редкие смешки, то теперь царила гнетущая тишина. Волки лишь изредка перебрасывались короткими, настороженными взглядами. Не удивительно, как в такой напряженной атмосфере никто не заметил, что под покровом темноты к ним подкрался маленький серый волчонок. Он пришел со стороны перелеска и нацелился на убитого оленя, надеясь стащить кусок мяса. Схватив добычу, малыш бросился обратно к лесу, но его поймал взглядом Пач. — Эй, стой! — поднял он вой. Щенок от испуга аж подскочил и во весь дух припустил в чащу. Волки мгновенно вскочили на лапы, но Альфа вмешалась, остановив тех, кто уже был готов броситься в погоню за маленьким воришкой. — Не волнуйтесь, всё нормально, я сама догоню. — Произнесла Энжел окружающим, но в большей степени это адресовалось определенному волку. Не став терять больше а ни секунды Энжел побежала за убегающим маленьким волчишкой.       Забежав в лес покрытый теменью, белая волчица потеряла волчонка из виду, но хорошо была осведомлена, о том что далеко он не скрылся и поэтому обратилась к нему: — Послушай, я не причиню тебе вреда... — сказала она в надежде, что волчонок отзовется. Услышав треск ветки справа от себя, Энжел перепрыгнула через куст и, увидев убегающего, продолжила его преследовать. Догнав вора, она осторожно сбила его с ног и заблокировала ему дорогу. Это был маленький щеночек возрастом от силы где - то от двух до трех месяцев. — Тише - тише Не дёргайся, я не хочу причинять тебе вред... — Ты меня убьешь? — спросил он, дрожа от страха. — Нет, ты что?! Малыш, я никогда не подниму лапы на ребенка. Ой, же ты голоден, идем, я тебя накормлю. — Никуда я с тобой не пойду! — Произнес щенок, поглядывая на куст, находящийся слева от них. — Что там? - спросила Альфа, по прежнему не отпуская и так напуганного волчонка. — Ничего... — Ответив тот на вопрос и став на защиту места в котором по его словам "Нечего". Энжел начала подходить к кусту, с каждым шагом становясь к нему всё ближе, а щенок вел себя всё агрессивнее — Не лезь туда! — Крикнул он, хотя у самого лапки от страха подкашивались. Сдвинув его передней лапой, волчица заглянула за куст. Там, свернувшись в клубочки, лежали еще двое совсем крошечных щенят. — Они же ещё совсем крохи и, похоже, замерзли,— тихо промолвила Энжел, глядя на малышей. Идём, я помогу вам, — сказала волчица, смотря на замерзших волчат. — Не верю я о помощи от того кто убил моих Маму с Папой.— Шокировал сказанным волчонок. От услышанного Альфа оцепенела. В голове мгновенно сложился пазл: эти щенки — дети тех самых волков из захваченной стаи. Энжел почувствовала, как всё холодеет внутри: в том, что эти крохи остались сиротами, виновата именно она. На неё накатила волна паники. Взгляд затуманился, она начала хаотично метаться, не зная, куда деть себя от этого жгучего осознания. Именно этого она боялась больше всего. И пусть её собственные клыки не были в крови, именно по её приказу отряд пошел в бой. Кровь родителей этих волчат теперь была на её лапах, ведь за каждый приказ приходится нести ответственность — так или иначе...       Придя в чувство Альфа-волчица попытавшись приблизиться и взять спящих, совсем маленьких щенят, чтобы отнести их в тепло и накормить, Энжел столкнулась с сопротивлением старшего , который наотрез не позволял приближаться к своим маленьким сёстрам. Столкнувшись с тем что привести их к своему отряду у нашей волчицы не выйдет, но, возможно, она сможет помочь им другим способом... Попросив волчат никуда не уходить с этого места, Энжел побежала со всех лап обратно к своим.       Влетев в лагерь словно ураган и ничего толком не объяснив членам своего отряда, Альфа схватила кусок оленины побольше в пасть и помчалась обратно в брянник (густой смешанный лес). На всё про всё ушло не так много времени, но прибежав на то же место, Энжел уже не застала там щенков. Похоже воспользовавшись моментом, старший щенок как можно быстрее перенес своих сестёр в другое место скорее всего где-то неподалёку. Наша волчица собиралась отправиться на их поиски, но этому помешали волки, которых привел Пач отравившись за ней после странного возвращения.       Теперь чувство вины и злости на саму себя тревожило её ещё больше. Утром отряд начал собираться в дорогу, ожидая приказов, но Альфа так и не проронила ни слова. Командование молча взяли на себя Пач и Риола. Они заранее велели всем держать язык за зубами и не упоминать в стае о странном поведении Энжел под конец операции. На протяжении всего обратного пути она сохраняла ледяное молчание. О том, что сейчас творилось в её голове, оставалось лишь догадываться. Отряд вернулся к Горной стае с очередной победой, ведя за собой пленных. Их встретили как настоящих героев: юные волчата восторженно виляли хвостами, глядя на кумиров, а взрослые и, казалось бы, мудрые волки принялись затравливать тех, кто сдался. Пленных — таких же волков, как и они сами — унижали и поносили на каждом шагу. Кое-кто из толпы не внушался даже плевать им в морды, прекрасно зная, что ответа на это действие не последует, и ощущая полную безнаказанность. Оказавшись в окружении толпы, Энжел из последних сил держала на лице фальшивую улыбку. На самом же деле она чувствовала себя морально раздавленной — не меньше тех, кого они пригнали в оковах. Воспользовавшись первой же возможностью, волчица вырвалась из шумного сборища и направилась к логову вожака. Войдя внутрь, Энжел без лишних церемоний объявила Ночной Тени о своем желании отказаться от титула Альфы. Мудрая правительница приняла это ошеломляющее признание спокойно. Она видела свою приёмную дочь насквозь и понимала: это решение — лишь плод минутного отчаяния. — Похоже, моя названая дочь просто вымоталась за месяцы беспрерывных поручений. Тебе стоит отдохнуть, — мягко, но властно промолвила Ночная Тень, давая понять, что разговор окончен. Энжел вышла из логова, так и не добившись окончательного согласия. Однако в душе она дала себе непоколебимую как она думала клятву: больше никогда не участвовать в кровавых игрищах войны. Она еще не подозревала, как скоро судьба заставит её изменить собственным принципам.