Альфа и Омега:Падший ангел

      Шансы были явно не на их стороне. Глядя в ледяные глаза окруживших их врагов, Кейт и Хамфри поняли: сопротивление лишь ухудшит и без того отчаянное положение. Им не оставалось ничего другого, кроме как сдаться в плен. Горная стая встретила их неприветливым, пронзительным ветром. Пленников тут же разделили: каждого затолкали в глубокую, темную нору, больше похожую на каменную клетку, а у входов выставили волков-надзирателей. Едва появилась первая возможность, белая волчица мигом направилась к логову Ночной Тени. Сердце Энжел колотилось: она должна была не только отчитаться об успешном выполнении задания, но и наконец-то получить ответы, согласно уговору. Энжел остановилась у входа в главную нору, на мгновение заколебавшись, но мысль о родителях заставила её шагнуть внутрь. Ночная Тень была одна. Она возилась с чем-то в глубине логова, её черная шерсть почти сливалась с темнотой, и лишь блеск глаз выдавал присутствие. Энжел не стала ждать приветствия и заговорила первой, её голос эхом разнесся от каменных стен: — Я выполнила свою часть сделки. Теперь твоя очередь сдержать обещаное... Вожак медленно повернула голову, рассматривая белую волчицу с едва заметной снисходительной усмешкой. — О, ты уже вернулась? — произнесла она едва слышно. — Быстрее, чем ожидалось... — Я жду ответов, — произнесла Энжел довольно суровым тоном. — Раньше ты была терпеливее, — с упреком подметила Ночная Тень. — У меня сейчас есть более неотложные дела, боюсь, с рассказом придется подождать, так что поговорим об этом в другой раз. Но Энжел не двинулась с места, преградив путь к выходу. Её взгляд был непреклонен. Ночная Тень остановилась, и в воздухе ощутимо возросло напряжение. В конце концов, черная волчица вздохнула, соглашаясь на разговор. — Ладно. Что именно ты хочешь узнать? — Всё, — коротко произнесла Энжел. — Ну что же, начнем с того, что я не могу точно утверждать, что волки, о которых сейчас пойдет речь, являются твоими родителями. — Что?! У нас был уговор! Я привожу Альфу, а ты, как было обещано, рассказываешь о моих родителях! — Энжел пришелся не по вкусу тот расклад, в который поставила ее черная волчица. — Я особо нигде не утверждала, что эти волки — абсолютно точно являются твоими родителями, — Хитрила вожак с одной стороны, а с другой поддерживала интерес собеседника дабы змотивировать ту её дослушать: — но советую тебе всё равно меня послушать... — Это было давно, примерно чуть больше года назад. К нам в стаю наведались молодые волк с волчицей и маленьким щеночком снежного белой шубкой, они долго у нас не задержались. Немного отдохнув те куда-то направились... — Куда? — Они не сообщили, не утекли и несколько часов после их ухода, к нам вновь наведалась, но теперь это была целая группа волков, которая искала тех двоих, и от которых я узнала, что эта пара нарушила закон чистокровности… Энжел начала понимать, к чему пытается подвести Ночная Тень и услышанное её ушами не очень нравилось, и ни капли не хотела в это верить. Её отец и мать были Альфой и Омегой, а выходит, она полукровка - чушь собачья! — возмутилась она. Видь обвинения серьезные, а доказательств нет, однако лидер горных волков считала иначе, подкрепляя это тем что смешанную кровь она увидела своим опытным оком еще при первой встрече с ней. Внезапно их разговор прервали два волка, забежавшие в нору своего вожака. По виду они были взволнованны и, косо бросив взгляд на Энжел, прошептали что-то на ухо черной волчице. После чего Ночная Тень была вынуждена прекратить разговор и напоследок словами: «Обдумай услышанное» дала команду младшей уйти. Вот только это не понравилось нашей волчице еще больше. Пускай она считала рассказ вожака стаи бредом, но всё же ей хотелось узнать примерное описание внешности того волка и волчицы, ну, или хотя бы волков, которые пришли после, но этого узнать не удалось. Ночная тень выставила Энжел за порог своей норы и начала что-то обсуждать с пришедшими волками. Что бы не обсуждала вожак Горной стаи с ними, похоже, это не для посторонних ушей...       Солнце уже плавно заходило за верхушку гор, а его красные лучи лишь немного виднелись, пронизывая этот самый заснеженный горный хребет. Энжи после скомканной беседы, что оставила после себя вопросы, которые волчица не хотела до конца признавать, держала путь в направлении норы занырнув в раздумья по уши. Через что даже не осознала, как была уже в двух шагах от своего дома. Она не сразу заметила Пача, который пронесся возле неё в противоположном направлении. — Стой! — Громко воскликнула волчица, дав команду тому остановиться. Пач явно был не очень рад этой встрече именно сейчас, которую он ярко продемонстрировал на лице и даже что-то пробормотал себе под нос, но так как к Энжел он был спиной, яркий спектр эмоций та не могла распознать. — Да, что ты хотела? — ответил тот обернувшись стараясь терпеливо вести себя с белой омегой, хоть и явно спешил. —Да, как это называется?! — А конкретнее? — Что это были вчера ещё за фокусы у вас с Риолой, хоть на мгновение думали какую подставу вы мне сделали, не обговорив со мной похищения щенков? — Упрекнула волчица своего друга. — Энжел, давай потом как-нибудь. — Нет. — Мне срочно нужно повидаться с Ночной тенью, поверь потом может быть всё объясню. —К вожаку? По поводу чего? — удивилась волчица и даже сбавила слегка повышенный тон — Приказ не распространять информацию. — Ну, мне-то ты можешь сказать... — Запрещено, особенно это к тебе относиться. — Что?! Ты шутишь? С каких это по есть тайны с особенной секретностью от меня? — Приказ вожака стаи. — Ах, значит так? Ладно, идем. Похоже, не у тебя одного разговор с ней... — сказала Энжел и уже собиралась возвращаться обратно, но Пач остановил её. — Энжел, лучше тебе не заводить разговор с Тенью на эту тему... — сказал волк с опаской в голосе. — Почему это? — спросила Энжел, не понимая причины такого беспокойства со стороны её друга. — Поверь, если наш лидер посчитал нужным скрывать что-либо от тебя — значит так было необходимо. К тому же, если Ночная Тень узнает, что я хоть немного проболтался о том, что не следует, меня будут ждать огромные проблемы, пожалуйста, не подставляй меня. — он явно заметно паниковал, что обычно непохоже на него. — Ладно Пач. Всё что я услышала только между нами. — Ну, так я пойду? Махнув хвостом, волчица отпустила волка, и отправилась в свою нору. Энжел не успела спокойно об мыслить сказанное о её происхождении так теперь ещё и появилась еще одна загадка о которой стоит поломать голову. Долго думала, перебирая в голове возможные варианты: что же могла скрывать от нее Ночная Тень? Даже когда наступила глубокая ночь, эти мысли не давали ей уснуть. Лишь ворочаясь со стороны в сторону так и не сомкнув глаз, волчица решила выйти из своего жилища и пойти на ночную прогулку, немного подышать свежим воздухом и проветрить голову. На звездном безоблачном небе светила яркая большая луна, а сквозь тишину горной ночи пробивался только шелест листьев под легким ветром и редкими звуками ночного леса. Энжел, бродившая по пустым тропинкам Горной стаи, чувствовала, как успокаивающая прохлада ночи проникает под шерстку и заставляя волчицу изредка содрогнутся. Она иногда натыкалась на патрулирующих дозорных, которые следили за безопасностью границы, но большую часть времени оставалась наедине с собой. Целью не было куда-то конкретно дойти, но судьба завела её к удаленному от всех входу в пещеру, который даже сразу было и не увидеть, если бы на входе не стояли два серых волка стражника переговариваясь между собой и особо притупив свою бдительность, не замечая подкравшейся к ним из темноты Энжел. — Доброй ночи, — поприветствовала волков. — Доброй, — ответил один из них, прищурившись пытаясь распознать не ожиданию гостью. — Как ночь проходит? Хм…что- что стережёте? — спросила волчица, мягким голосом параллельно бросив беглый взгляд на темный вход, пытаясь ухватить глазами хоть мельчайшую подсказку. — Ночь проходит спокойно, а стеречь нам приказали двух щенков Объединенной стаи… — отчитался волк, не скрывая от нее ничего так как признал в ней дочь вожака. И это их обоих немного напрягло: — Вы к нам по какому-то поручению в столь поздний час? — Поинтересовался второй стражник, полагая что белая волчица наведалась к ним с проверкой. — Что-то вроде того… — Слушаю… —Хотелось бы посмотреть волчат. «— Честно говоря поздновато вы с визитом», — Произнес стражник с легким подозрением к наведавших их далеко за полночь волчицу, но оспаривать желание с верхушки не осмелился и после недолгих раздумий добавил: — В конце концов, для вас, учитывая ваш статус, это можно устроить. Лунный свет, проникавший сквозь узкий вход в пещеру, бессильно угасал, так и не сумев рассеять густую темноту в её глубине. Здесь, под каменным сводом, царили сырость и пронзительная прохлада. Воздух был тяжелым, пахло мокрым камнем, а также сыростью. Энжел мимоволе разжала плечи и съёжилась — холод c норы мгновенно забрался под шерсть, заставляя вздрогнуть. Тихие шаги волчицы едва слышно разносились эхом от стен. Когда её глаза наконец привыкли к сумеркам, она разглядела в углу два маленьких лохматых клубочка, прижимавшихся друг к другу в попытке согреться. Стинки и Клодетт мелко дрожали от холода во сне. Энжел сделала ещё несколько осторожных шагов, но даже этот шорох заставил Стинки мгновенно открыть глаза. Несмотря на свой возраст, малыш оказался удивительно чутким на нюх: он молниеносно вскочил на лапы и зарычал, вглядываясь в темноту. Увидев на фоне лунного сияния силуэт большого волка, он чётко осознавал опасность и сразу затормошил сестру, закрывая её собой. Клодетт вздрогнула, испуганно подскочила следом, ещё не до конца даже понимая, что происходит, но уже чувствуя напряжение. Охваченные страхом, волчата начали пятиться глубже в темноту, не сводя глаз с силуэта. Всего несколько шагов, и их спины уперлись в холодную стену норы. — Не бойтесь, я не причиню вам вреда... — Обратилась к ним незнакомка. — Ага, а по-умнее нечего в голову не пришло? — дерзила дочь Кейт, показывая мамин характер и немного трясясь от холода.       Энжел пыталась подобраться к ним поближе, но щенки изо всех сил старались этого не допустить: рычали, отбивались когтями на лапах и даже маленькая, ни в чём не повинная ветка от дерева, которая неприметно лежала в углу, и та пошла в ход, и даже не пошла, а полетела прямо в белую волчицу. Поняв, что доверия со стороны Стинки и Кладетт ей получить не удастся, Энжел сказала: — Ладно, вы выиграли, — и уже когда волчица направлялась к выходу, она по счастливой случайности услышала позади, как в одного из щенков забурчало в животе. Омега обернулась и спросила: — Так вы же есть хотите, я права? — но ни Кладетт, ни Стинки не ответили. Щенки стояли молча, и на несколько секунд наступила гробовая тишина. Лишь Стинки, набравшись немного смелости, ответил: — Ну, совсем чуть-чуть... Услышав слова брата второй щенок фальшиво покашлял, Кладетт намекнула брату, что не стоит чего-либо просить. — Ну и чего же вы хотите? Давайте, не стесняйтесь... — Предложила им белая волчица, обрадовавшись, что те пошли на контакт. — Эм, а что? Можно заказать? — с любопытством поинтересовался Стинки. — Хм... Почему бы и нет? Заказывай! Чего ты хочешь? — спросила Энжел, улыбаясь. — Ну если на то пошло, то я бы не отказался от кусочка оленины. — Кхм-кхм! — ещё громче кашлем намекнула Кладетт. — Что? Как будущий лидер Западной стаи, я должен хоть что-то есть. К тому же, с тех пор, как нас сюда привели, мы так ничего и не ели. — Как это? Вас разве не кормили сегодня? — спросила Энжел, удивленная таким заявлением. — Ну что-то вроде того... — Странно… — Энжи задумалась, почувствовав неладное. — Ладно, подождите, я скоро вернусь, — сказала она волчатам и, не теряя времени, покинула нору. Она вернулась примерно через сорок минут. Охранники на входе лишь удивленно провели её взглядами, но не осмелились остановить дочь вожака, которая несла в зубах внушительный кусок свежей оленины. Мясо было сочным, оно еще сохраняло прохладный аромат ночного леса и дикой хвои. Как только Энжел переступила порог норы, этот густой, соблазнительный запах мгновенно заполнил всю пещеру, вытесняя сырость. Положив добычу прямо перед волчатами, Энджел тихо отошла в сторону. Она устроилась в углу у самого входа и начала наблюдать. Стинки почувствовал запах еды первым и уже готов был пулей броситься к мясу, но Клодетт резко преградила ему путь лапой. Она долго не позволяла брату даже прикоснуться к угощению, упорно выискивая какой-то подвох или ловушку. Малышка вытянула шею и придирчиво, сантиметр за сантиметром, обнюхала оленину. Стинки в это время едва не выл от нетерпения, переводя взгляд то на сестру, то на белую волчицу. Наконец, убедившись, что мясо чистое и безопасное, Клодетт едва заметно кивнула. Малышня набросилась на еду, жадно уплетала лакомство за обе щеки, аж за ушами трещало. Глядя на то, как голодные волчата наконец успокоились и насытились, белая волчица просто положила голову на свои передние лапы и не заметила, как густая темнота пещеры и тихое сопение сытых малышей убаюкали и её.