Кое-что о любви

Он умер. Я до сих пор не могу поверить. Это не укладывается в моей голове. "Мар – ко – у – мер" - навязчивая мысль, отдающаяся эхом от ударов моего сердца, когда я вспоминаю тот день, когда я опознал его труп. Он умер в одиночестве, никто не разделил с ним последние секунды его жизни. Мы познакомились в кадетском корпусе. Ещё на плацу я заметил этого веснушчатого парня с самыми искренними глазами в мире и улыбкой, от взгляда на которую подкашиваются ноги. Мы подружились не сразу, наши взгляды на жизнь отличались, но мы оба хотели служить в военной полиции, и наша дружба была неизбежна. Он заряжал меня оптимизмом, а я влюблялся в него всё сильней. Когда я впервые сказал ему о своей любви, он мне даже не поверил. И мне пришлось это доказывать. Как оказалось позже, он тоже любил меня. Только слепой мог не заметить насколько влюбленными глазами он на меня смотрел. Почти всё свободное время мы старались проводить вместе. Если ему и суждено было погибнуть, то я должен был погибнуть вместе с ним. Но я остался жить. Он умер. Наша любовь была самым лучшим, самым приятным и самым значительным событием в нашей жизни. Наши поцелуи были жаркими, но короткими, ведь всегда был риск быть замеченными, а это вряд ли пошло бы нам на пользу. Ночами мы сбегали от всех подальше, пусть это случалось не так часто, как хотелось, но те ночи были самыми яркими. Мы сделали друг другу надписи на рукоятках наших УПМ, которые должны были приносить удачу. Тогда это казалось глупостью, но теперь... Теперь мои губы прикасаются к холодному металлу, а не к тёплым и мягким губам моего Марко. Он умер. Мы не могли оставаться надолго друг без друга. Однажды во время тренировок в лесу я заблудился, а он, несмотря на непогоду и то, что сам может заблудиться, бросился меня искать. Но именно я нашёл его, выбившегося из сил, замёрзшего и опирающегося на дерево. Я бы ни за что не поверил, если бы тогда кто-нибудь предсказал мне, что год спустя я найду его в том же положении, но мёртвого. Его слабое сердце не выдержало бы, узнай он, что теперь я люблю другого. Но разве у меня есть выход? Я знаю, он бы простил меня, ведь я и сам бы не хотел, чтобы Марко остался один после моей смерти. Он умер. Он понимал меня как никто другой. Он называл меня лидером и заставил поверить в себя. Он сказал, что благодаря моим приказам он выжил, но почему же теперь он мертв? Он умер. Я любил запускать пальцы в его мягкие волосы, любил наблюдать, как он вздрагивает от моих прикосновений. Я пересчитал все его веснушки, а когда появлялись новые, мы умудрялись по-своему отпраздновать это. Это был наш ритуал, странный, но милый. Должно же быть хоть что-то милое в этом жестоком мире. У него был небольшой еле заметный шрам на переносице. Он не рассказывал откуда. Хотел, чтобы это было для меня загадкой, которую я когда-нибудь отгадаю. А отгадаю ли теперь? Он умер. У нас была одна мечта на двоих. Но потеряв его, я лишился своей мечты. Он умер. Однажды он предложил сбежать вместе с ним. Куда угодно, лишь бы я был рядом. Наплевать на службу и просто жить своей жизнью вдали от всех, кто может нас осудить. Возможно, это было просто шуткой. Тому, кому сейчас принадлежит моё сердце, я не рассказываю об этом. Он не такой как Марко. И я уже не прежний Жан, которого он так любил. Всё изменилось, когда я вступил легион разведки. Он умер. Я не знаю, как это произошло, стараюсь не задавать лишних вопросов. Но точно знаю одно – в том костре не было его костей. Тот, кого я сейчас люблю, для меня никогда не станет тем Марко. Но я люблю его также сильно, ведь у него те же черты лица, но на правом глазу повязка, те же веснушки и улыбка, то же тело, хоть и не хватает правой руки, те же имя и фамилия.