Парень- кот или кот- парень?

Как говорится, "Стали они жить поживать..." Так и мы жили себе вместе, хотя это было странно. Он был для меня как младший братик, которого надо всему учить. Он ведь долгое время был котом и малость отстал от жизни, к тому же, эти его кошачьи привычки... Они, к слову, очень веселили меня. Иногда он шипел и рычал на меня, даже царапаться пытался, иногда терся об меня и мурчал. Но он не был мне родным братом, и это для меня плюс, потому что я мог без угрызений совести влюбиться в него. К имени он быстро привык, но до сегодняшнего дня я так до конца и не понял, что он имел в виду, когда сказал, что отзовется, если будет нужен мне. Был обычный вечер и ничего не предвещало беды. Однако, когда я спокойно шел по дороге совсем рядом с домом, что-то ударило меня. Я не понял, что произошло… только свист шин, боль и резкий выброс адреналина. Да, я ужасно испугался и это уменьшило боль. Я точно не помнил, когда очнулся - все вокруг было мутным, все тело ныло. Я попытался шевельнуться и замычал от неприятных ощущений. - Тише, тише, лучше не двигайся, - я увидел размытый силуэт Августа. Он успокаивающе погладил меня по голове и мягко поцеловал. Я ничего не мог сделать, просто пытался ориентироваться в пространстве, но единственное, что я чувствовал особо остро - это его губы, касающиеся самых больных мест, так же, как и утром - дважды: от первого поцелуя становилось еще больнее, а после второго все медленно стихало. Я стонал от боли, пронизывающей все тело, сжимал руками простынь и жмурился, на подушку начали капать слезы. Его ладонь аккуратно вытерла их. Мне стало холодно, дрожь прошлась по всему телу. Он прижимал меня к себе, и я использовал все силы, чтобы повернуться и обнять его. Он был теплый, даже горячий. Я положил голову на его грудь, она вибрировала - он мурчал. Боль сменялась теплом и спокойствием. Я чувствовал лишь какие-то ее отголоски. - Спи, - он поцеловал меня в лоб, и через какое-то время я уснул.

***

Проснулся я уже утром, когда солнце ярко сияло за окном. - Черт, я опаздываю на работу! - я резко вскочил, разбудив Августа, за что расплатился резким ударом в голову. Я схватился за нее и лег обратно. Головокружение так и не покидало меня, но боль стихала. - Дурак, куда ты так вскочил? Сегодня суббота! - Какое счастье... Тем более, как я приду на работу весь в синя... - я посмотрел на себя, но ни одного синяка не обнаружилось, - ках... - Сказать, что я был поражен до глубины души - ничего не сказать. - Как ты себя чувствуешь? - Да ты просто лекарь от Бога! - я по-прежнему не понимал, как он это делает, а главное - куда уходят все раны? Что, если он забирает их себе? Он повернулся на бок, и я не мог понять - он просто сонный или болезненный? Я натянул одеяло и обнял его сзади. - А ты сам как? - Буду в порядке, - было довольно забавно его обнимать, ведь он не переставал мурчать. Как будто обнимаешь большой теплый холодильник или... ну, что там еще вибрирует. Но потом я задумался - а зачем он это делает? Мурлыканье - обезболивающее. Ему больно? Чувствует ли он всю ту боль, что была у меня? Позже, когда я встал и позвал завтракать, Август сказал, что еще полежит, и сейчас было совершенно точно видно - он болен. Я вдруг понял, что виноват в этом. - Зачем ты так с собой... - Я лег обратно и аккуратно обнял его. - Ты же мог просто позвонить в скорую, меня бы вылечили, и ты был бы в порядке. - Они бы забрали тебя у меня. - Ты мог бы ходить ко мне. И я же не твоя собственность, чтобы меня отбирали у тебя. - Все равно, они бы увезли тебя в больницу. Надолго, - в этот момент я почему-то задумался о том, как бы он справился без меня. Не в смысле, что я весь такой крутой, и он полностью зависит от меня, нет, просто у него ни паспорта, ни дома, ни семьи. Превратился бы опять в кота и бродил, надеясь, что кто-нибудь приютит его? Мне захотелось прижать его к себе и никогда не отпускать. Он снова заснул (опять же кошачьи привычки). Я лег рядом, обнимал его, чтобы ему не снились кошмары, накрывал одеялом, чтобы ему не было холодно. Конечно, коту можно весь день дрыхнуть, а вот у людей рано или поздно наступает момент, когда уснуть уже невозможно. Он прилип к моей груди. - Как ты себя чувствуешь? - Уже лучше, - он улыбнулся и наконец сполз с меня. От его улыбки мне стало легче, прочем как и от того, что его туша не давила на меня. - Что я могу сделать для тебя? - однако чувство вины меня не покидало. - Ты же все сделал для меня, и я очень благодарен тебе. - он снова уткнулся мне в шею и заурчал. - Как насчет прогуляться? - спросил я после небольшой паузы. - Отличная идея. Мы хорошо проводили время вместе, он окончательно привык к человеческому телу. Мы даже подумывали найти ему работу, чтобы он не сидел весь день дома, хотя у него нет образования. Он сказал, что пока что его все устраивает: он сидит в тепле с интернетом, изучает все, что пропустил или чего раньше не знал, оригами, кстати, занимается. С ним жить стало намного интересней, я стал хоть как-то разнообразить жизнь прогулками, походами в кино и кафе. Короче, жизнь налаживается. *** - Ты куда это так намылился? - я побрился, приоделся, набрызгался одеколоном. - У тебя свидание? - Да! Я дерзкий парень, поэтому у меня свидание сразу с двумя прекрасными девушками! Меня не жди - буду поздно, - я подбежал к нему, поцеловал в щечку и ушел. Вернулся я поздно. Дома тишина. Надеюсь, Август понял мой сарказм. Ха-ха, у меня? Cвидание? Cерьезно? Сегодня я действительно ужинал с двумя милыми девушками, только вот есть одно "но" - это были мои сестры. Мы с Августом живем вместе уже месяца два, а я до сих пор ничего не знаю про его семью. Обычно он уходит от темы детства, воспитания, семьи и прочего. Интересно, почему? - Август? - я обхожу весь дом в поисках его в любом обличии, но его нигде нет. - Август, где ты? - спрашиваю я у стен уже громче, потому что начинаю беспокоиться. Может, он обиделся... - Август! Наконец я нахожу его: он оказался на балконе, сидящим на открытом окне в обличии кота. - Холодно же! Ты зачем окно открыл? - я начал гладить его, как вдруг он отскочил и зашипел. - Ты чего? - в ответ он резко машет хвостом, смотрит куда-то на улицу. Я хотел схватить его, но он зарычал, начал царапаться и в итоге вырвался из моих рук и убежал. - Август! Больно! Иди сюда! Что ты вытворяешь?! Я нахожу его (уже человека) на кухне. Он сидит, как статуя, но стоит мне сесть рядом, как он быстро отодвигается. - Что случилось? - молчит. - Август. - тишина. - Нет, ничего. Все нормально. Просто... Просто это я там... напридумывал, - с каждым словом его голос становился все тише и тише, при этом он постоянно отводил глаза в сторону, не позволяя мне посмотреть на него. - Что? Что ты там бормочешь? Посмотри на меня, - я все пытался обнять его, повернуть к себе. - Я ведь просто домашний питомец... - Что? Нет! Ты не просто домашний питомец! Ты часть моей жизни, ты мой друг. Ты... больше, чем друг, - он повернулся и посмотрел на меня своими большими глазами, ожидая продолжения. - Ты нравишься мне. И... может даже... Я-я... - он продолжал глазеть на меня, вытягивая каждое слово. - Я-я-я... Я все равно не скажу этого вслух! - Чего не скажешь? - Ну-у, - теперь глаза отводил я, рассматривая потолок, стены, холодильник. Как интересно... - Что я... - Любишь меня? - Ну, да, - я просто открывал рот. - Ты ничего не ответил. - я подумал и решил просто поцеловать его, однако, он разрушил мой гениальный план, отдаляясь. - Нет. Ты не ответил. - Я ответил! - А вот и нет. - А вот и да! Я сказал да! Да, я люблю тебя, - я тут же замолчал и вытаращился на него - судя по всему, ответ его удовлетворял. Теперь он позволил себя поцеловать. Я перетащил его к себе на коленки, крепко прижимая к себе. - А что насчет сегодняшнего вечера? - Все хорошо: посидели, поговорили, вкусно поели, подумываем заскочить к родителям на выходных. Мама будет рада увидеть всех троих детей сразу, - он засмеялся, и это было самое красивое, что я когда-либо видел. - Так значит, они твои сестры? - Да, а ты мой дурак. Еще и ревнивый, и обидчивый. - Да, я обидчивый! Будешь обижать, я от тебя уйду. - Куда же? - Куда-нибудь. - Никуда я тебя не отпущу. - Я думал, ты скажешь, что обижать не будешь. - он улыбается так лучезарно, что от него невозможно отвести глаз. И губ, кстати, тоже. По крайней мере, мне это удавалось с трудом. - Это тоже. Но если вдруг обижу, ты прости меня, я исправлюсь, честно. - Я тоже тебя люблю. Я утаскиваю его в спальню, где ничто не прерывает наши поцелуи, где не мешает одежда, где мы близки как никогда во всех смыслах. И здесь он задержится на долгое время, и все это время я не выпущу его из своих рук.