Одинокая дорога

Свобода… Столь долгожданная, пахнущая пылью и автомобильными выхлопами, но Лукас не мог надышаться. Он летел на всей скорости по бездорожью, и встречный ветер противостоял ему, развивая одежду, словно намереваясь вернуть назад. Куда? Банши Худ хоть и считал своим домом, но… время отпустить прошлое и тот промежуток времени, когда он был счастлив. Там он был кому-то нужен, кем-то, возможно, любим, но только спустя много лет, находясь в шкуре шерифа, Лукас понял: невозможно вернуть потерянное, невозможно отмотать время назад, невозможно продолжать цепляться за тех, кто уже давно вычеркнул его из своей жизни. Он до сих пор помнил вкус той горечи, которая преследовала всю его недолгую жизнь в этом городке амишей, когда он впервые увидел женщину, ради которой «умер» на пятнадцать лет. И, будучи наивным дураком, искренне верил, что они смогут, как и раньше, быть вместе. Но Лукас всё потерял: обиднее всего, что его мечта – самая настоящая и искренняя – сбылась, но в ином ключе. И повезло другому человеку, оказавшемуся рядом с Эн… Кэрри, который вкусил роль родителя сполна. Худ пытался остаться даже не из-за бывшей возлюбленной, а из-за их общего ребёнка, хотел наладить с ней отношения, быть Дэве отцом, но… Кто он такой? Не видел ни её первых шагов, ни слышал первых слов, никогда не укачивал и не кормил с ложечки, и не рассказывал сказки о воре, который ради принцессы пошёл против жестокого короля-тирана. Ничего этого не было… Хотя… Нет! Неправда! Было кое-что, что Лукас будет вспоминать с теплотой в сердце: то же знакомство с бывшим зэком и старым барменом Шугаром Бейтсом, который столько раз спасал его задницу из злоключений, некогда любимую работу в сгоревшем «Кади», улыбки тех людей, которым Худ действительно когда-то смог помочь. Он чувствовал себя нужным и любимым, позволял не только обнимать, но и выплакаться в плечо от усталости и бессилия, и Лукас им завидовал: ему бы найти такого человека, с которым он мог открыться до конца, быть самим собой, а не притворяться ныне покойником, потому что его жизнь, чёрт побери, оказалась интереснее, чем собственная. Но он приобрёл в Банши даже больше, чем мог предполагать. Наконец-то Лукас Худ научился ценить свою жизнь. И – конечно – себя. - Да твою мать! – поток мыслей прерывали выхлопы мотоциклетного движка; блядь, да он же практически одной ногой в Нью-Йорке, и прямо сейчас нужно было сломаться? Руль начало вести в сторону, сами колёса не слушались хозяина, и Худ понимал, что если сейчас же не остановится, то спровоцирует транспортное происшествие. Сбежал с Банши, конечно же! Похоже, стоило всему пиздецу там закончиться, так нет – оказалось, что совсем не отпустило. Постепенно сбавляя скорость, Лукас остановился на обочине, перекидывая ногу через сидение, и окинул взглядом местность: он плохо ориентировался на американских дорогах, а мобильный телефон намеренно разрядил до полного выключения, чтобы не было соблазна вернуться. Хотя… куда? Видеть всех тех, кто решил остаться в Банши, снова дать слабину… Нет уж! Его история там закончилась – пора двигаться дальше. Да и попутку найти здесь проблематично, а Лукас, особенно за последние годы, возненавидел незнакомцев и товарные фуры. С последним особенно не задались отношения; вздохнув, мужчина, взявшись за ручки мотоцикла, стал вести его по прямой дороге, как будто решился пройтись пешком с… «велосипедом». Не хватало только корзинки и какой-нибудь мелкой собачки; мужчина скрипнул зубами – и надо же было застрять на магистрали? Ладно, здесь по пути обязательно должна быть заправка…Так ведь? Худ уже не верил своим мысли: хорошо, что хоть Джоба рядом нет – в жару, да и ещё в текущей ситуации, ядовитые укоры хакеры он бы не выдержал. Хотя… ему точно лучше сейчас, чем Лукасу: отдыхает где-нибудь в своём новом салоне под кондиционером, попивая холодные коктейли, не зная – уже – никаких проблем. В отличие от Худа, у которого явно с этим что-то не так. Мужчина продолжал идти вдоль дороги, катя свой байк, пытаясь найти хоть что-нибудь – пусть даже закусочную; может, оттуда удастся позвонить даже тому же Джобу! Ну да, хакеру опять придётся вытаскивать его задницу из передряг, но Лукас же не виноват, что именно сейчас его мотоцикл решил проявить свой характер, будто в него вселилось невидимая сила, что заставила его притормозить на пути к новой жизни с чистого листа? Мужчине хотелось кричать от несправедливости своей судьбы; лучше бы действительно переждал последнюю ночь в гараже Шугара, а на утро сел бы в поезд… Но нет же! Надо было поскорее сбежать… от всего! Мужчина выдохнул, опустив плечи; как же он на самом деле от всего этого устал. Почему жизнь продолжает кидаться в него фекалиями? Может, он просто магнит для неприятностей? Не может быть, чтобы чёрная полоса длилась бесконечно! Но стоило перестать смотреть на камушки, попадавшиеся под ноги, а поднять голову, как бывший лже-шериф штата Пенсильвании широко улыбнулся: возле дороги стояло небольшое здание, огороженное сетчатым забором, яркое, цвета яичного желтка с красной крышей, которое мигало старой вывеской и гласило, что это была мастерская неких Лидсов. Вот это да! Вот это бинго! Лукас сам не понял, как погладил сидение мотоцикла, словно оно было домашним животным – собакой, которая вынюхала то, что так было необходимо хозяину. - Хороший мальчик, - вырвалось у Худа, и он ускорился в шаге. Удивительно, но эта мастерская была на ближайшие километры с одной и другой стороны единственным зданием; интересно, хозяева ещё там? Или это всё мираж и галлюцинации сознания из-за палящего солнца? В любом случае Лукасу хотелось всё проверить и – на всякий случай – пощупать. Прикатив мотоцикл к стоянке и вытащив ключи зажигания, мужчина поднялся на крыльцо и открыл двери; в лицо тут же приятно дунуло холодком от кондиционера, а над головой звонко запрыгали колокольчики. В отличие от Банши… Уже здесь была чёртова цивилизация! Лукас подошёл к стойке, осматривая стеллажи со всякой автомобильной мелочёвкой; на столешнице стоял звонок, и мужчина нажал на него, надеясь увидеть кого угодно, кто мог бы быть мастером: обязательно мужчину, потного, в грязном фартуке и недовольного очередным клиентом, но никак не… Хрупкую миниатюрную блондинку в короткой майке и шортах, на ноге которой красовалась цветочная татуировка. На пару секунд Лукас и забыл, что ему надо бы ехать в Нью-Йорк на своём железном коне. Она жевала жвачку, в целом выглядела милой и… красивой? Худ ухмыльнулся, скрещивая руки на груди: может быть раньше, ещё до событий, произошедших в Банши, он бы поступил с ней так же, как со многими другими девушками, чьи имена так и не узнал, да и они не говорили, больше интересуясь тем, что у него между ног. Это ведь так просто? Склонить незнакомок к сексу, думая, что переспав с ними, сможет залатать дыры в груди, оставленные женщиной, разбившей ему сердце слишком много раз. Была и постоянная возлюбленная, но… те отношения, несмотря на то, что Лукас до сих пор сожалеет, что не смог спасти Шивон, были просто для галочки. Ни ему, ни ей они были не нужны; встретились два одиночества и мучили себя навязанной любовью. Может… может то, что случилось, было к лучшему? Но вспоминать об этом до сих пор мучительно невыносимо. А эта девушка… Она вообще как будто с другого мира. Лукас видел в ней нечто такое, что зацепило его с первого взгляда. Да, внешность необычная, одевалась достаточно откровенно, но вот что-то никак она не хотела его отпускать. Худ хмыкнул; если и попытаться начать всё сначала, то уже совершенно по другой схеме. Он уже не тот, что прежде. И больше никого не будет обманывать ложной любовью. - Привет, - она подошла ближе и облокотилась о стойку ресепшна, - что-то хотели? - Ага, - нервно сглотнул Худ, чуть пятясь назад, - теб… то есть… У меня там что-то с движком байка. Я вроде как спешил, но… уже не так срочно. - Хорошо, - кивнула девушка и достала из-под стола бланк вместе с ручкой. – Вот, заполните. Роман! – она обернулась вполоборота, смотря в дверь. – Твой пациент! Походу, движок полетел! - Иду! Лукас взялся за ручку и стал заполнять документы: самая обычная процедура – вписать в бланк по ремонту свои данные, хотя на графе своего имени Худ немного застопорился; всё же привык он к образу, который толком не успел продержаться. Что же, это всё мелочи; может, по приезду в Нью-Йорк попросит Джоба сменить ему паспорт. Раз Банши он решил вычеркнуть из жизни, нужно довести дело до конца. - Байк на улице, - пододвинул заполненные документы в двух экземплярах он девушке, уточняя про мотоцикл. И заметил, что она улыбалась. Такая милая… С ней было приятно даже просто стоять рядом. Очень она к себе располагала. Лукас повернулся в сторону услышанного дверного скрипа и увидел того самого «Романа»; он ожидал кого угодно, но только не… мужскую копию девушки. Даже длина волос у них была одинаковая! Неожиданно; значит, мастерской владели близнецы… Интересно. Мастер подошёл к ним, обращаясь непосредственно к Худу: - Сумму скажу после осмотра, - предупредил он, и Лукас кивнул. – Займёт минут пятнадцать. - Не волнуйтесь, - отшутился бывший шериф, - я найду, чем себя занять. Например, вот этой милой помощницей главного мастера. Роман вышел на улицу, и Худ расслабленно облокотился на столик, осматривая внимательно блондинку, которая заполняла какой-то рабочий журнал. Чёрт, а он не сразу заметил, что у неё на руке была набита татуировка волчьего оскала – дерзко, а ведь внешне вся такая нежная и милая. Интересный контраст – ему очень даже нравится! Хорошо, что хоть обошлось без пауков; иначе его бы с мастерской точно направили бы в дурку. - Так… - начал он первым пытать её на предмет интересных фактов, - и кем вы тут работаете… мисс?.. - Роман по байкам, а я больше по тачкам. Чем больше, тем лучше, - она заправила прядь волос за ухо, и Лукас наклонился чуть ближе. Он кое-как сдержался, чтобы глупо не пошутить; нет, хватит с него: прежняя тактика по завоеванию женских сердец никогда не заканчивалась чем-то хорошим, да и ему не хотелось обижать… Чёрт, а как её зовут? - Извините, мисс… - сглотнул Худ. – Я не знаю вашего имени. Вдруг мне захочется купить машину и привести её к вам? Она отвернулась, выдыхая, и Лукас понял, что она смутилась. Значит, он ещё не растерял своё фирменное обаяние. Мужчина подошёл ещё ближе, широко улыбаясь, и девушка решила включить заднюю: - А имя зачем? Где мастерская и так знаете, подъедите – посмотрю. - Вдруг мне захочется поблагодарить талантливого мастера лично? – поиграл бровями Худ. – Я, знаете, тоже люблю большие тачки. Но у меня есть большого размера кое-что другое. Блядь! Всё-таки вырвалось! Он думал, что всё, испортил своим дурацким флиртом такой щекотливый момент, чуть ладонью от злости не прихлопнул столешницу, но никак не ожидал, что она… засмеётся? Неужели ей… нормальны такие шутки? Лукас расслабился, выдохнув; да уж, приятный сюрприз. Девушка усмехнулась, но на вопрос почему-то не ответила. - Давайте… всё же знакомиться, - попытался снова подстроить ситуацию под себя бывший шериф. – Меня зовут Лукас Худ. Это, конечно, не правда, но ей необязательно об этом знать. - А вы? - Гэби Лидс. И половина этой мастерской моя, так что лучше тебе быть паинькой. - О, мы перешли на «ты»? – наигранно удивился Худ. – Отлично! В таком случае, Гэби, - ему уже нравилось её имя, - могу ли я быть паинькой, если, например… приглашу тебя на свидание? - Смотря куда. Если мне всё понравится, можешь даже немного пошалить. - Значит, время и выбор места за тобой, - Лукас решил пойти с козырей, - детка. Гэби захихикала: - Как скажешь, мой тигр. И Лукас на это довольно зарычал; как же странно… Вроде он делал всё то же самое, что и когда вышел из стен Роско, когда жил в Банши, пытаясь то ли себе доказать, то ли окружающим, что он достоин лучшего, но это «лучшее» на самом деле всегда было отравляющим ядом, медленно убивающим его. Но он нашёл в итоге своё противоядие, а теперь, наверно, и вовсе шёл на реабилитацию. К Гэби… он чувствовал нечто другое, чем к кому-либо. Лукас Худ уже с нетерпением ждал их свидания. И представлял себе уже их настоящие отношения. И, конечно же, семью.