Eroninja

      Кьюби ненавидела ожидание, и, как она считала, причиной тому было время, проведенное ею запечатанной в джинчурики. Ведь перед первым запечатыванием время ей было безразлично, века и тысячелетия проходили почти незаметно. Были, конечно, и события, которые выделялись. Например, изменения в окружающем её мире, когда она проходила через область, в которой был только лес, но уже на обратном пути она находила там шумный город. Однако по большей части время для неё не имело никакого значения, пока однажды она не встретила Мадару Учиха, которому удалось поработить её и использовать против Сенджу Хаширамы во время роковой битвы. Несмотря на то, что в результате битвы её запечатали в Узумаки Мито, её радовало, что благодаря такому развитию событий Мадара потерпел поражение. Тем не менее это не мешало ей дразнить молодую женщину фразами о потере мужа от травмы, на что Мито просто отвечала:       — Я знаю, что ты хочешь меня разозлить, но все, что я могу сделать, — это пожалеть тебя. Ведь все, что вы знаете и понимаете, всего лишь ненависть. Но, возможно, когда-нибудь такие, как вы, смогут понять и любовь.       Конечно, в то время Кьюби могла только яростно протестовать из-за жалости Мито, из-за таких громких слов, которые говорил ей обычной человек. Но сейчас Кьюби поняла, что та была права.       Кьюби заставила себя вернуться из воспоминаний в настоящее, ведь из-за них она даже позабыла причину своего ожидания, которая заключалась в трех убийцах, проникших в особняк. Правда, это были ожидаемые гости, посланные от старшего брата и сестры её нового тела, которое в результате отравления потеряло свой дух, а они в настоящее время управляли бизнесом и делали это довольно плохо в соответствии с тем, что она видела в записях компании. Несмотря на то, что фирма до сих пор осталась одной из самых больших и самых мощных, она продолжает постоянно уступать позиции многим своим конкурентам. Причина этого связана с тем, что нынешние управляющие забирают всю прибыль себе и не совершают никаких инвестиций в компанию. Тем не менее Кьюби знала, на что шла, и с самого начала подозревала, что, как только она действительно вступит во владение, у неё начнется настоящая работа, которая будет заключаться в восстановлении былой славы компании, а также её расширении.       Самое хорошее во всей этой ситуации было то, что ей не придется даже и пальцем шевелить, чтобы вернуть себе компанию. Как узнала Ино из своих наблюдений за братом и сестрой, у них был довольно сильный тайный союзник, и, хотя Яманака никогда его не видела, у Кьюби была своя догадка о том, кто это был. Кьюби полагала, что, когда покушение, устроенное в отношении неё родственниками, провалится, их союзник, несомненно, будет стремиться уничтожить все доказательства, которые вели к нему. Благодаря этому биджу рассчитывала в конечном счете не только уничтожить покровителя, но и отправить шпиона в тюрьму. На данный момент она была единственным человеком, который знал план во всех его деталях. Пусть даже Ино уведомила Цунаде и Кохару, которым было не очень приятно узнать, что Кьюби замышляла что-то за кулисами, она не давала им каких-либо полноценных знаний о своих планах. И хотя обе женщины дали свое молчаливое согласие на продолжение, Кьюби подозревала, что они просто дают ей достаточно свободы действий, чтобы в итоге доказать, что она не так лояльна к Наруто, как пыталась это показать.       Размышления о блондине послали восхитительные острые ощущения через её тело. Кьюби не могла дождаться полного знакомства с молодым человеком, который её освободил. Особенно сильно она ожидала узнать все ощущения через реальное физическое тело, ведь с каждым днем чувствовала себя все более напряженной. Хотя у неё было искушение испробовать физическое удовольствие самостоятельно, Кьюби решила оставить этот момент до возвращения Наруто. Она единственная чувствовала блондина, несмотря на отсутствие метки, но все равно желала, чтобы он поместил её на ней.       Готовясь к этому моменту, биджу уже меняла свое тело в точную копию той, которая обитала все это время в печати Наруто, за исключением того, что она решила обрезать свои волосы. Вместо длинных рыжих волос, которые заканчивались девятью косичками, были кудри длинной до плеч с оранжевыми бликами. Чтобы объяснить изменения в лице и теле, она посетила несколько косметических хирургов и пригласила парочку к себе домой для обсуждения изменений в своей внешности. Она надеялась, что между всеми встречами с разными врачами никто не поймет, что никто из них на самом деле на неё не работал. Процесс изменения черт её лица был довольно болезненным, но она считала, что это небольшая цена, которую она может заплатить, чтобы чувствовать, что полностью владеет телом, которое теперь было в её распоряжении       Чтобы реализовать замысел, что с ней сделали некоторые косметические работы, биджу стала носить повязки на всем лице. Кьюби усмехнулась про себя, когда вспомнила реакцию сестры Каори, которую приставили к ней, чтобы помогать ей с физической терапией, и она не была рада, когда прибыла в особняк и увидела лицо своей пациентки, покрытое бинтами. На самом деле, Кьюби не нужны все эти процедуры, однако, чтобы все выглядело правдоподобно и что она ещё физически слаба, ей приходится притвориться и соблюдать предписания.       Под повязками расплылась широкая улыбка, ведь Кьюби не сомневалась, что убийцы ожидали увидеть беспомощную женщину, прикованную к инвалидной коляске в течение последних нескольких недель. Но вместо этого они обнаружат, что она была кем угодно, но не тем, кого они ожидали увидеть. С каждой минутой её нетерпение росло, и биджу начала барабанить пальцами правой руки по подлокотнику своей инвалидной коляски. В общем, она действительно с нетерпением ждала, ждала шанса проверить себя против убийц, особенно один из способов, который она подготовила, когда разрабатывала и развивала стиль боя, в котором чувствовала свою власть. Получив возможность выбираться тайком из деревни, она практиковалась и сейчас не могла дождаться, чтобы использовать его в смертельной ситуации. Она хотела бы, чтобы Мадара Учиха был рядом и увидел, как она украла идею у одной из его способностей Мангеку Шаринган, Сусаноо.       Чувствуя, как негативные намерения ассасинов к ней начинает меняться от одной только мысли в действие, она приготовилась и выкатилась на своем кресле в большую столовую, которую выбрала для схватки, исходя из-за её размеров, ведь это позволит Кьюби по-настоящему оторваться. Не говоря уже, что по всему периметру комнаты она предварительно разместила печати, которые сделают обнаружение её чакры практически невозможным, как только она их активирует. Биджу продумала все заранее, ведь она не хотела, чтобы половина Конохи прибыла на выброс чакры, по крайней мере, пока она не закончит с убийцами.       Расположившись в углу комнаты, где она могла видеть весь периметр независимо, с какой стороны проникнут нападавшие, она стала в предвкушении ожидать. Хотя Кьюби до сих пор их не видела, она могла сказать, что что-то их беспокоило. Биджу не понимала, что напугало их в течение нескольких минут, пока её не озарила мысль, что имела дело не с любителями. Она предположила, что сейчас они не действовали из-за обострившихся инстинктов, как у животных, когда добыча чувствует желание хищника, несмотря на то, что хищник не выдавал своего присутствия. Убийцы, должно быть, почувствовали её собственное рвение и пришли к выводу, что она может быть небезобидной. Обуздав свой пыл и надеясь, что отказываться от работы они не собирались, ведь это, несомненно, повредит их репутации, она закрыла глаза и стала ждать.       Почти час прошел, прежде чем Кьюби открыла глаза, чтобы увидеть трех убийц, вошедших в комнату. Двое вошли с главного входа, а один — с другой стороны, двигаясь от входа для слуг. Биджу была рада видеть, что одним из нападавших оказалась женщина. Убийцы насторожились, как только Кьюби открыла глаза и сказала:       — Ох, слишком поздно для этого.       Она встала со своей инвалидной коляски, быстро толкая её обратно к стене, и взмахом руки активировала все печати в комнате, некоторые из которых возвели барьер, не позволявший им сбежать через двери и окна.       — Что, черт возьми, происходит?! — крикнул один из убийц, мужчина не старше Наруто, который держал катану в защитной позиции — Она должна быть гражданской!       Человек, который вторым вошёл в комнату и уставился на первого, спокойно ответил:       — Тихо! Вполне вероятно, мы имеем дело с телохранителем. Таким образом, все эти походы к пластическим хирургам позволили вам свободно носить эти повязки, чтобы скрыть свою личность и заманить нас в эту ловушку?       Кьюби посмотрела на пожилого мужчину и подумала, что ввиду преклонного возраста он был лидером группы. Она хихикнула в рукав кимоно, прежде чем ответить:       — Не совсем. Честно говоря, это никак не связано с вами. Хотя часть истории о сокрытии моей личности тоже неправильна. Однако думайте об этом теле, как о женщине, которой я действительно должна быть. Ведь благодаря этому телу я имею возможность все это время прятаться у всех на виду, а идея об изменении тела не только вероятна, но и ожидается.       — Тело?! Что ты говоришь? — спросила женщина-убийца. — Кто ты?       Повернув голову от лидера к говорившей, Кьюби хотела её оценить, но поняла, что это не имело значения, поскольку её присутствие означало лишь положительный исход следующей части её общего плана. И, хотя женщина являлась частью плана, она будет уже мертва к тому времени, когда биджу начнет осуществлять следующий этап. Пожав на вопрос убийцы плечами, она сказала:       — Я сомневаюсь, что вы поверите мне, но я Кьюби.       — И правда, не верим, — сказал молодой человек с катаной, в голосе которого слышались нотки страха, заставляя биджу перевести свой пристальный взгляд от женщины к нему.       Кьюби собиралась ответить, когда краешком глаза увидела, что женщина сделала движение рук, и в каждой из них появились Гама (или серп — вид холодного оружия). Это заставило Кьюби сосредоточиться на ней, но это было именно то, чего хотел лидер группы, поэтому, когда она отвлеклась, он начал бросать в неё сотни сюрикенов, которые находились в печати на запястье. Кьюби даже не дрогнула. Нападавшие быстро приблизились, но отскочили от чакры, которой она себя окружила. Чем больше сюрикены сталкивались с чакрой, тем лучше становилось видно, что чакра приняла форму сидящей лисицы, в центре которой находилась невредимая женщина. Стоя в центре комнаты, Кьюби радовалась высоким потолкам, ведь это позволило привидению чакры легко достигнуть двенадцати футов, которое стало видно ещё лучше, когда она накачала его чакрой, придавая ему красный свет, наполнивший всю комнату.       — Что, что ты, черт возьми… — кричал молодой человек от страха, который теперь было легко услышать в его голосе.       — Я уже говорила тебе, — бесстрастно ответила Кьюби, смотря на испуганное насекомое. — Вы действительно такие трусы и слабаки, что можете атаковать только тех, кто не в состоянии защитить себя?       — Я тебе покажу, сука! — прокричал владелец меча, когда побежал на Кьюби.       — Нет, остановись! — крикнул старший ассасин, пытаясь дотянуться до своего товарища по команде, но было слишком поздно, чтобы остановить его. Для того чтобы помочь прикрыть своего безрассудного напарника, женщина-убийца начала бросать в Кьюби Гама с взрывающимися печатями. Они стали взрываться и, хотя действительно не причинили ей боли, послужили помехой, поэтому Кьюби взмахнула рукой, и чакра лиса скопировала её действия, ударяя женщину и отбрасывая её в стену. Не забыв о человеке с клинком, она сделала небольшое движение пальцем с другой стороны, заставляя один из четырех хвостов за её спиной качнуться и сделать резкий выпад вперёд, когда мужчина прыгнул, пытаясь сверху ударить её катаной. Хвост легко пронзил его грудь, и парень повис на кончике, который торчал из спины молодого человека, разрывая его рубашку и показывая лидеру дыру, которую Кьюби проделала.       Биджу прыгнула в сторону, заставляя лису повторить её движения, откидывая чакра-хвостом молодого человека в только начавшую приходить в себя женщину-убийцу, предотвращая попадание дзюцу Огненного шара, запущенного в неё лидером группы.       — Кажется, ваша защита не так совершенна, как кажется на первый взгляд, — заявил лидер, собираясь использовать другое дзюцу.       — Я избегала его не из-за страха, что вы можете навредить мне, — ответила Кьюби, подняв свою руку, чтобы показать ему кимоно, которое было на ней надето. — Это сделано из тончайшего шелка, который я смогла найти, и, честно говоря, я опасалась, что оно может быть повреждено под воздействием тепла от вашего дзюцу, поскольку оно может быть подвергнуто только сухой чистке. Но я предполагаю, что это было напрасно и уже не поможет от повреждений, ведь я покажу тебе настоящее огненное дзюцу.       Задирая голову назад, Кьюби открыла рот, и небольшой поток огня рванулся вверх. Путешествуя по горлу чакра-лисицы, которая её окружала, малый поток становился все сильнее, а когда он начал взаимодействовать с чакрой биджу и достиг рта Кьюби, у него был почти адский оттенок и сила. Лиса опустила голову вниз и выстрелила гигантское огненное дзюцу, которое выглядело, как большой метеор, который полетел в сторону пожилого мужчины. Лидер попытался прыгнуть в сторону, но слишком поздно понял, что, пока он следил за тем, как становился сильнее огонь Кьюби, не заметил, когда она пустила по земле один из своих хвостов, который обвился вокруг его ноги, мешая ему двигаться. Мужчина раскинул руки перед собой, как будто пытался отогнать дзюцу, но и человек, и дзюцу уничтожились в огненном взрыве, оставляя лишь тень его фигуры вдоль стены столовой. Когда дым рассеялся, единственная вещь, которая осталась от него, — это часть его ноги, обернутая хвостом чакры.       Позволяя чакра-лису исчезнуть, Кьюби стала подходить к женщине, которая изо всех сил пыталась встать, будучи отброшенной к шкафу со столовой посудой, когда в неё попало тело мертвого товарища по команде. Глядя испуганно вверх на биджу, женщина взмолилась:       — Помилуй… пожалуйста.       — Интересно, — задумчиво сказала Кьюби, когда остановилась над женщиной. — Если бы наши роли поменялись, я бы могла ожидать милость от тебя?       Тем не менее, несмотря на то, что она думала, что у неё не будет с этим проблем, она до сих пор помнила ощущение беспомощности, которое испытала, когда муж пытался её убить. Однако любые мысли о милосердии были выброшены из головы, когда убийца, видя далекий взгляд Кьюби, попыталась воспользоваться ситуацией, потянув её Гама из-под обломков шкафа и попытавшись ударить им её. Биджу поймала женщину за запястье, легко демонстрируя, что она была также способна обладать физическим телом, как и прежде, зажимая свободную руку на черепе женщины. Направив свою чакру в незнакомку, которая закричала от боли, Кьюби стала стирать все её самосознание. Как только все, что осталось от ума женщины, было основными функциями, чтобы контролировать её дыхание и сердцебиение, она отпустила её, позволяя женскому телу упасть на пол. Её глаза стали пустыми и невыразительными, хотя грудь продолжала подниматься и опускаться, указывая на то, что её тело все ещё жило.       Вытаскивая свиток из кимоно, Кьюби развернула его и запечатала тело внутри. Отключила печати по периметру комнаты и исчезла во вспышке огня и света, появляясь в квартире Наруто, где она спрятала свиток, прежде чем использовать снова свою версию Хирайшина и появиться в столовой. Потянувшись своей чакрой биджу, она схватила стул и швырнула его через окно, сигнализируя Ино, что пришло время для выполнения её части, в плане Кьюби.

******

      Цунаде со скрещенными руками на груди наблюдала, как Ибики Морино, глава Следственного отдела Конохи, спросил Кьюби в третий раз:       — Позвольте мне говорить прямо. Вы наняли телохранителя, который не только сумел войти в деревню незамеченным, но и сумел убить двух нападавших на вас и прогнал третьего, но вы не можете её сейчас вызвать.       — Почему я не могу вызвать её? Потому что она занята, гоняясь за третьим нападавшим. Она может быть довольно стойкой.       Ибики нахмурился, прежде чем спросить:       — Откуда вы её знаете?       — Она моя старая знакомая.       — Знаете много опасных типов?       — Больше, чем несколько, — ответила с улыбкой Кьюби. — Но мы это уже проходили. Разве вы не должны искать нападавшего на меня и, что более важно, людей, которые их наняли?       — Да, но сначала по тому вопросу, что заставил вас думать, будто вам нужен телохранитель. Конечно, я могу понять, что вы чувствуете себя не в безопасности из-за того случая с вашим мужем, но зачем нанимать эту женщину, а не шиноби из Конохи?       — У меня есть свои причины, но в основном — потому что я не уверена, что могу доверять шиноби Конохи.       — Это очень серьезное обвинение. Есть какие-то доказательства?       — Нет, но, возможно, однажды вы поймаете убийцу и сможете спросить её, как они получили доступ в деревню и в мой дом.       Ибики кивнул и, подойдя к Хокаге, сказал:       — Её история совпадает с рассказом Ино Яманака, которая видела двух людей, бежавших от её места жительства. Хотя я нахожу странным, что никто не может описать, как именно выглядит этот телохранитель.       Несмотря на раздражение, которое она чувствовала к Кьюби, Сенджу решила немного смягчить тон и пошутить, сказав:       — Ну, попробуй заставить людей описать то, как Какаши выглядит под маской.       Ибики кивнул, но сказал:       — Тем не менее я ничего не могу сделать с чувством, словно она со мной лукавит. Однако я полагаю, что на данный момент это не важно, и я сомневаюсь, что она наняла этих людей как отчаянный крик о помощи. Я начну свое расследование с брата и сестры, они имеют наибольшую выгоду от её смерти.       — Ладно, я собираюсь проверить её, чтобы убедиться, что мы действительно имеем дело с одной и той же женщиной.       Ибики кивнул, сказав:       — Хорошо, а то я боялся, что она может быть заменена. Я поставлю охрану возле особняка, чтобы убедиться, что больше убийц не прибавится.       — Отлично, жду отчета утром, — бросила Цунаде двигаясь в сторону, где сидела Кьюби. Схватив коляску за ручки, она начала выкатывать её из комнаты и, как только она была уверена, что они остались одни, сурово прошептала: — Когда Ино сказала мне, что вы ожидаете нападения, единственная причина, по которой я позволила этому произойти, — это то, что вы уверяли меня, что надо было взять под контроль компанию грузоперевозок «Великого Древа» с минимальными усилиями. Теперь у меня два мертвых тела, загадочная история телохранителя, а третий убийца где-то на свободе. Как это помогло достижению первоначальной цели с минимальными усилиями?       — Просто если мои предположения о человеке за кулисами правильные, то он, наверное, уже берет под контроль ситуацию, и если, как я подозреваю, это Данзо, то я готова поспорить, что до утра Ибики найдет ещё два трупа.       Не совсем уверенная в том, что это Данзо, хотя, если это правда, и Корень всё же до сих пор существует, вероятно, для него это отличная возможность использовать компанию-перевозчика, чтобы незаметно внедрять шпионов, а также перевозить материалы для своей подпольной организации, Цунаде сказала:       — Я с вами согласна. Но Ино сообщила, что человек, которому они все докладывали, даже о наемных убийцах, на каждой встрече менялся.       — Правильно, — ответила Кьюби. — Но она также проверила каждого человека, которые варьировались на встречах: от офисных клерков до владельцев магазина. Она не смогла найти никакой связи с Данзо, и большинство даже не были шиноби. О чем это вам говорит?       Цунаде пожала плечами, но сказала:       — Что Данзо гораздо лучше, скрывает свои незаконные операции, чем мы предполагали.       Кьюби щелкнула несколько раз языком, прежде чем сказать с почти умным видом:       — Не переоценивайте то, что ваш оппонент может сделать. Это почти настолько же плохо, как недооценивать его.       — Я знаю это, — раздраженно бросила Цунаде, не желая выслушивать биджу. Однако она была вынуждена признать, что Кьюби была права, как она вдруг поняла — различные контакты были одним и тем же лицом, ведь есть Яманака, работающая на него.       — Точно, — ответила Кьюби. — Не слишком удивительно, на самом деле, когда вы рассматриваете его. Он назвал свою организацию правильно, назвав её Корень. Я не удивлюсь, если Корень расширяет свое влияние и в других кланах.       — Ладно, что теперь?       — Сейчас мы позволим Данзо немного понервничать. Должно быть, он беспокоится, что другой убийца окажется в ситуации, когда он не сможет его контролировать.       — Почему? Я не думаю, что она сможет связать Данзо и нынешних людей, работающих в компании, вместе.       — Нет, но должен быть кто-то, кто позволит им пройти в деревню, и этот человек может поддерживать связь с Данзо. Я также готова поспорить, что, кем бы ни был этот человек, он, вероятно, актив, которым он не хочет жертвовать напрасно, поскольку вероятно, что он шиноби.       — Так каков следующий шаг в вашем плане?       — Ну, после того как мы заставим его немного понервничать, мы дадим ему то, чего он хочет.       — А что потом?       — Взамен мы получим именно то, что нужно нам: глаза и уши внутри тюрьмы Листа строгого режима.

******

      Наруто посмотрел на Карин, которую в настоящее время привели к штаб-квартире для допроса. Он слабо улыбнулся и уже не в первый раз пожалел, что был столь поспешным, пытаясь присоединиться к своей команде. Блондин решил подождать, пока она не проснется, и в голове всплыли воспоминания клона о парне-растении Зетсу, который сообщил человеку в маске, утверждающему, будто он Мадара Учиха, что Итачи умер в бою с Саске. Однако к тому времени Киба уже обнаружил запах Узумаки и быстро его нашел, ведя за собой остальную часть команды. Наруто только успел шепнуть несколько инструкций спящей Карин, прежде чем они появились. Естественно, когда девушка проснулась, была шокирована, но больше всего она удивилась своей неспособности говорить о произошедшем между ними. Блондин сделал все возможное, чтобы успокоить её и дать ей знать, что все будет в порядке, а затем они отправились обратно в Коноху, но он знал, что Карин по-прежнему испытывала страх за свою дальнейшую судьбу.       Надеясь, что гарем ещё раз сможет прикрыть его ошибку, Узумаки хотел воспротивиться приказу Какаши о непосредственном отчете Хокаге, но знал, что это вызовет некоторые вопросы. Вопросы, которые он мог видеть, начали появляться не только в глазах Сакуры, но, что удивительно, также и в глазах Кибы. Молодые люди шли через деревню к резиденции Хокаге, и, когда они проходили мимо цветочного магазина Яманака, их заметила Ино, которая воспользовалась возможностью увязаться за группой. Схватившись за руки с Хинатой и Сакурой, она ярко улыбнулась и сказала:       — Вы вернулись. Как прошла миссия?       Хината улыбнулась блондинке в ответ, угадывая то, что та пыталась не столько узнать о миссии, сколько передать то, что произошло в их отсутствие, и ответила:       — Прошла лучше, чем я думала. Правда, мы не определили местонахождение Саске и Итачи, но нам удалось захватить куноичи, которая путешествовала с Саске.       — Ну, что-то такое я и предполагала, — сказала Ино, понимая, что Сакура внимательно наблюдала за ней, без сомнения, оценивая реакцию на слова о Саске       — Куноичи будет проблемой, или ты думаешь, что она скажет нам, что она знает?       — Я уверен, что это будет последним, так как Саске бросил её, чтобы преследовать брата, — заявил Наруто, вступая в разговор. — При условии, что её не бросят в тюрьму.       — Давайте не будем забегать вперёд, — проговорил Какаши. — Она может не знать ничего ценного, чтобы торговаться. И давайте не забывать, что она также призналась, что сбежала из деревни Скрытой Травы, а они могут потребовать, чтобы мы её вернули.       — Да, — жестко сказал Наруто, стараясь сохранить спокойное выражение лица.       — Так или иначе, — ответил Какаши, глядя на Ино, — что вы хотите?       — Я... я просто хотела рассказать вам, насколько захватывающие события здесь произошли, когда вы покинули деревню. Вы знаете, оказывается, на женщину, которую спасла Сакура, совершили покушение, организованное её братом и сестрой! Ибики, кажется, думает, что они были в сговоре с мужем, чтобы избавиться от неё. Когда он все испортил, они решили ввести профессионалов. К счастью для неё, она приняла некоторые меры предосторожности и наняла телохранителя, который убил двух шиноби и до сих пор гоняется за третьим.       — Как давно это было? — спросил Наруто, держа голос под контролем.       — Спустя несколько дней, — ответила Ино, глядя через плечо на него. — В любом случае брат и сестра были найдены мертвыми на следующее утро. Говорят, что в панике они ополчились друг на друга.       — Звучит довольно удобно. Неужели Ибики купился на это? — спросил Какаши, отрываясь от своей книги.       — Ни в малейшей степени, — ответила Ино то, что слышала немного от отца. — Он убежден, что происходит нечто большее, и очень надеется, что третий убийца будет пойман живым.       — Звучит хорошо, но вы обязаны простить нас, потому что мы должны доложить Хокаге о миссии.       — Ах да, точно! — сказала Ино, отпуская руки двух куноичи, когда Какаши прошел со своей командой мимо неё. Размахивая руками с улыбкой на лице, она попрощалась и стала двигаться в другом направлении, но, вместо того чтобы отправиться к себе в магазин или домой, она пошла к отделу допросов, желая убедиться, что тот, кто встретит куноичи, будет немного лучше, чем Ибики Морино, хотя от того, кто будет спрашивать, зависит немного.

******

      Карин нервничала, пока ждала следователя, который должен был вскоре появиться; она проснулась в объятиях Наруто и обнаружила, что в какой-то момент они присоединились к остальной части его команды. Хуже всего то, что она была не в состоянии говорить ни о чем, что у них было, прежде чем она потеряла сознание, а Наруто сделал вид, что ничего не произошло, хотя по-прежнему относился к ней по-доброму. Сейчас, сидя в холодной и стерильной комнате, уверенная, что она столкнется с одним из ужасов Конохи, Ибики Морино, Карин действительно хотела узнать, что привело её к потере контроля рядом с этим молодым человеком. Больше всего её смутило то, что, когда она проснулась, почувствовала возвращение контроля над собой, но её все равно тянуло к блондину. Не говоря уже о том, что она заметила маленькую татуировку в виде девятихвостой лисы на своем тазу, когда использовала ванную и была не способна спросить об этом.       Однако все это меркнет перед страхом, который сейчас она испытывала из-за кошмарных сценариев, прокручивавшихся в её голове, вспоминая шиноби Звука, которому удалось спастись во время побега из тюрьмы несколько лет назад, и как он покрывался холодным потом каждый раз, когда кто-то просто упоминал красную бобовую пасту, которая когда-то была любимой едой шиноби. Опасаясь, что совсем скоро она узнает, что было сделано для того, чтобы получить такую реакцию, девушка начала учащенно дышать, когда двери стали открываться, но стихла, стоило в комнату войти красивой женщине в плаще.       Когда женщина сняла плащ, Карин почувствовала небольшой укол ревности — насколько лучше она была сложена. Но также она почувствовала легкость, когда женщина села напротив неё и повернулась, чтобы посмотреть в зеркало за ней, где, красноволосая была уверена, находились шиноби, которые за ними наблюдали. Карин забыла обо всем, когда заметила ту же самую лисью метку на шее женщины, где шея переходила в плечо. Красноволосая ощутила, как на неё моментально снизошло чувство спокойствия, девушка могла почти услышать голос Наруто, который ей говорил, что женщине с тем же знаком можно доверять.       Незнакомка обернулась, прежде чем сказать:       — Меня зовут Анко Митараши. Я понимаю, что вы попали в плен, находясь в компании предателя по имени Саске Учиха. И мне, по сути, насрать на это, но вы обладаете некоторой информацией как об Орочимару, так и о Саске.       — Орочимару мёртв, — вмешалась Карин.       — Верно, но его организация может до сих пор существовать, и с информацией, которую вы имеете, мы, вероятно, сможем раздавить её, пока они ещё дезорганизованы. Теперь я предполагаю, что вам будет нужна своего рода компенсация, чтобы расстаться с этой информацией побыстрее, пока она все ещё может быть полезной. Я хочу сказать — полное прощение и, возможно, даже убежище в Конохе.       Карин была удивлена и подумала: «Она говорит мне, чтобы я попросила эти вещи?» Решив довериться чувствам комфорта, которые она почувствовала, увидев лисью метку, красноволосая подалась вперёд и сказала:       — Естественно.       — Хорошо, — сказала Анко, откидываясь на спинку стула. — Я надеюсь, что вы будете готовы дать нам что-то как доказательство того, что вы не просто лижете мне задницу.       — Конечно. — Карин ответила, будучи теперь более уверенной, чем когда-либо, что Наруто был так или иначе связан с её удачным выбором следователя, и начала рассказывать о многих укрытиях Орочимару, большинство из которых были спрятаны в Конохе.       Когда она закончила, Анко ей улыбалась и сказала:       — Знаете, вы могли бы сохранить некоторую информацию после завершения сделки.       Улыбаясь, Карин ответила:       — Ну, поверьте мне, что я рассказала — это только верхушка айсберга. К тому же шиноби Конохи дал мне слово: когда я сдамся, он не позволит ничему плохому случиться со мной. И он, кажется, из тех, кто держит свои обещания.

******

        Наруто открыл дверь своей квартиры и почти сразу понял, что здесь кто-то недавно был. Конечно, это было обычным явлением в настоящее время, учитывая количество женщин в его жизни. Обнаружив листок бумаги, который был сложен так, чтобы он стоял, как палатка, блондин поднял его и, открыв, увидел простое предложение: «О ней позаботятся».       Признавая почерк Анко, он выдохнул с облегчением, ведь весь прошедший день его голову переполняли мысли о Карин, о том, как сделать так, чтобы ей не пришлось столкнуться с Ибики, чтобы сдержать свое обещание. Радуясь, что никакие отчаянные действия оказались не нужны, Узумаки решил этой ночью хорошенько отдохнуть, потому что знал, что раз в течение прошедшего месяца он не был способен удовлетворить любую из своих женщин, то скоро ему понадобятся все силы, и без отдыха будет очень тяжело. Блондин направился к своей кровати, однако, стоило ему к ней приблизиться, под ним появился светящийся красный символ, и у него вдруг возникло ощущение, что он переместился Хирайшином.       — Что, черт возьми, это было? — потребовал ответа Наруто, когда появился в сыром подвале.       Осмотревшись, он заметил, что на полу был тот же самый символ, который появился в его комнате, но вскоре погас, превращаясь из светящегося красного в нормальный, написанный черными чернилами. Заметив несколько ступенек, на которых находились незажженные свечи, он поднял свой взгляд вверх, и его глаза слегка расширились, когда у основания лестницы вдруг замелькал огонек. Предполагая, что это было приглашение, Наруто направился вверх по лестнице, и, когда он ступал на ступеньку, каждая свеча, которая находилась на ней, оживала, разгораясь маленьким огоньком.       Наруто ощущал себя героем какого-то фильма ужасов. Поднявшись по лестнице, Узумаки тяжело сглотнул и, когда достиг вершины, вообще чуть не описался, увидев забинтованную фигуру, сидевшую в кресле-каталке. Но, когда фигура заговорила, он почувствовал себя невообразимо глупо.       — Привет, Наруто.       Признав голос Кьюби, его страх из-за её перевязанного лица сменился беспокойством, которое слышалось в голосе блондина:       — Кьюби, что случилось с твоим лицом?       Биджу рассмеялась и ответила:       — Наруто, ты уже должен знать, что это ужасно говорить такое женщине. — Дотянувшись и сняв бинты, она добавила: — К тому же я уверена, что ты не найдешь в этом ничего плохого.       Когда бинты упали на землю, Наруто пришлось признать, что она была абсолютно права в этом отношении, и, хотя женщина, которая первоначально была хозяйкой тела, не была уродлива каким-либо образом, он действительно признавал, что был немного обеспокоен идеей целоваться с незнакомым лицом.       — Как…       Смеясь в рукав своего кимоно, Кьюби улыбнулась ему, проговорив:       — Я залечила отверстия в груди размером с кулак. Конечно, ты ведь не думаешь, что это вне моих сил изменить свою внешность на такую, какую я хочу.       Оглядываясь назад, откуда он пришёл, Наруто сказал:       — Я вижу, ты была занята, пока меня не было. Почему печать телепорта в подвале?       Соглашаясь с ним, Кьюби взяла его под руку и потянула за собой, прошептав:       — Ну, когда вся эта ситуация здесь отойдет на второй план и общественность Конохи немного успокоится, я планирую использовать этот особняк как своего рода любовное гнездышко. Так как некоторые из ваших любовников в настоящее время за пределами вашей досягаемости, я вычислила и создала печать на более постоянной основе, благодаря которой они могли бы телепортироваться сюда, когда у них появится немного свободного времени. И чтобы ты мог в любое время их осчастливить. Плюс она сокращает время перемещения туда и обратно, к тому же делает шансы обнаружить кого-то из нас незначительными.       Довольный дальновидностью Кьюби Наруто сменил тему, желая узнать, как она сама:       — Как ты приспособилась к жизни в качестве человека?       — Я полагаю, она имеет свои плюсы и минусы. Управлять компанией оказалось сложнее, чем я думала, хотя опыт Ино был неоценим. Я уверена, что смогу полностью изменить его текущее положение, тем более планирую открыть новые офисы в других деревнях шиноби.       — Ты действительно думаешь, что другие Каге согласятся на это?       Пожав плечами, Кьюби ответила:       — Ну не сразу, но я уверена, что если Гаара позволит, то остальные Каге будут следовать его примеру, тем более я смогу сделать выгодное для них предложение. — Приблизившись к двери, Кьюби добавила: — Однако на данный момент есть нечто более важное.       — Что это? — спросил растерянно Наруто, когда Кьюби отпустила его руку и встала перед дверью. Встав спиной к деревянной поверхности, Биджу улыбнулась и толкнула её своей попкой. Когда дверь распахнулась, перед Узумаки открылся вид на большую спальню.       — Показать мне, насколько лучше может быть секс в физическом теле, — ответила Кьюби, прежде чем прыгнуть на блондина и обхватить руками и ногами его тело, прижимаясь к нему. Соединяя свои губы с его, она проскользнула язычком в открывшийся от удивления рот Наруто, однако он быстро пришел в себя и стал отвечать, а Кьюби действительно радовалась, что дождалась этого момента. Когда поцелуй закончился, Наруто положил руки на её задницу, чтобы помочь ей удержаться на нем, и сказал:       — Мне кажется, кому-то очень не терпелось начать.       — Ты не представляешь… — ответила Кьюби между поцелуями в шею и щеки. — Ждать твоего возвращения было настоящей пыткой. Я была так возбуждена, но сопротивлялась соблазнам, чтобы первое удовольствие, которое я почувствую, было именно с тобой.       Тронутый признанием Кьюби Наруто сказал:       — Тогда давай удостоверимся, что это стоило твоих ожиданий.       Перенеся её к кровати, Узумаки бережно опустил биджу на мягкий матрас и устроился над ней, начиная нежно целовать в губы, одновременно поглаживая рукой вдоль талии. В течение нескольких минут Наруто продолжал целовать и ласкать её тело. От каждого прикосновения Кьюби возбуждалась все сильнее и еле сдерживалась от этой медленной пытки. Находясь в таком состоянии, она обвила правой ногой его бедро и начала двигать тазом, потираясь об его ногу. После ещё нескольких минут незатейливых ласк Наруто начал чувствовать её влажность даже через материал штанов. Закончив поцелуй, он стал медленно двигаться вниз по её телу. Кьюби захныкала от потери контакта, но, когда поняла, где находился его конечный пункт назначения, она почувствовала, как влажность между её ног увеличилась от ожидания.       Упав на колени перед кроватью, Наруто приподнял ноги Кьюби вверх и раздвинул в стороны, обнаруживая, что под тканью её кимоно не было трусиков. Потирая пальцем вдоль щели её киски, Наруто сказал:       — Без трусиков. Ты хотела, чтобы ничто меня не тормозило.       — Прекрати дразнить меня, пожалуйста… — заскулила Кьюби. — Я так долго этого ждала.       Наруто усмехнулся и проговорил:       — Ты ждала не одну неделю, ещё несколько секунд ничего не изменят, хотя этому аромату трудно сопротивляться.       Решив дать биджу именно то, что она хотела, он наклонился вперёд и стал медленно двигаться вдоль её щелки своим языком, слизывая соки и посылая острые ощущения через тело Кьюби. Когда Узумаки распробовал её на вкус, он застонал от удовольствия, посылая вибрации, заставляя её почувствовать новую волну удовольствия, отчего она не смогла удержаться и громко застонала. Используя время, чтобы полностью исследовать её киску, блондин вылизал все вокруг и засунул язык глубоко внутрь, наслаждаясь различными звуками удовольствия, которые он вынудил издавать Кьюби. Он собирался сосредоточиться на её клиторе, чтобы закончить, потому что был уверен, что теперь она знала, чего не доставало во время их встреч в печати, но был остановлен Кьюби, которая оттолкнула его лицо от своей киски.       Она действительно понимала и, желая кое-что попробовать, с придыханием сказала:       — Н-Наруто… давай я тебе тоже.       После слов женщины Узумаки выпрямился и быстро разделся. Полностью обнаженный он навис над Кьюби в шестьдесят девятой позе, принимаясь за прерванное дело и ещё раз концентрируясь на доставлении ей удовольствия.       — А-ах… — застонала Кьюби, прежде чем сориентировалась, и протянула руку вверх, обхватывая его член ладошкой. Она несколько раз провела по нему вверх и вниз, получая в ответ на свои действия стон, который заставил её ответить тем же. Понимая, что блондину доставляют удовольствие её ласки, она осмелела и подняла голову, начиная сразу же сосать кончик его члена.       — Ах… это так хорошо… — простонал Наруто, заставляя Кьюби осмелеть окончательно и взять его член в рот наполовину, начиная движения головой вверх и вниз. Не желая отставать, он опустил голову между её ног. Несмотря на то, что она в этом была все ещё любителем, биджу прокручивала в голове моменты, когда это делали другие возлюбленные Наруто, в результате чего она смогла использовать накопленные знания, чтобы быстро подвести Наруто к грани оргазма, копируя различные методы, которые она видела и чувствовала ранее. Гордость Узумаки не позволяла ему кончить первым, поэтому, сопротивляясь искушению, он начал работать с удвоенным усилием, вылизывая и посасывая её клитор, быстро достигая результата, на который надеялся. В немом крике, сотрясаясь от оргазма, Кьюби выгнула спину и покрыла рот и лицо блондина своим соком.       Её стоны вокруг члена заставили самого Наруто почувствовать неумолимо приближавшийся оргазм и выпустить тугие струи спермы, которые Кьюби попыталась проглотить, но, находясь в середине своего собственного оргазма, не успевала сглатывать и стала слегка задыхаться. Узумаки быстро вытащил свой член из её рта, покрывая её грудь последними зарядами спермы, после чего блондин помог ей сесть, чтобы облегчить кашель.       — Извини, — сказал Наруто и потер её по спине.       — Не стоит, — ответила Кьюби, слизывая языком остатки спермы с губ, пытаясь вновь почувствовать теплое удовольствие, которое она упустила. Проглотив то, что смогла, она застонала. — Восхитительно, правда, чувствую себя все ещё такой голодной.       Потянув за узел её кимоно, позволяя ему упасть с плеч, Наруто ответил:       — У нас ещё будет много времени для этого, но прямо сейчас я желаю основного блюда.       Кьюби кивнула и стала подниматься вверх по кровати, заставляя Наруто следовать за ней. Как только она была освобождена из прекрасной одежды, он отбросил её кимоно подальше, занимая позицию между ног женщины. Удобно устроившись, блондин приставил свой вновь возбужденный член к киске биджу и несколько раз провел им вдоль щелки. Услышав одобрительный стон, Узумаки двинулся вперёд и стал медленно входить, останавливаясь, лишь когда оказался полностью в ней. Делать первые движения Наруто не торопился, наслаждаясь чувством проникновения в Кьюби, которое доставляло ему потрясающее удовольствие, как он и ожидал.       Подхватывая Кьюби под колени, он наклонился вперёд, даря ей глубокий и страстный поцелуй, в то же время поднимая и раздвигая её ноги шире. Пока их языки танцевали друг с другом, Наруто двинул бедрами назад, своими действиями вынуждая Кьюби хныкать от потери и в то же время удовольствия, которое начали посылать нервные окончания в её мозг. Её всхлипывания превратились в стон, когда блондин медленно наполнил её спермой ещё раз. Убедившись, что темп оставался размеренным, Наруто даже разорвал поцелуй, чтобы заглянуть в глаза Кьюби и насладиться выражением блаженства, которое в них увидел. Желая разглядеть больше, он снова начал медленно выходить и резко двинул бедрами вперёд. Глаза Кьюби расширились от смеси удовольствия и шока, когда она издала глубокий стон экстаза.       Когда темп изменился и Наруто начал входить в её киску жестко и быстро, он перенес свое внимание вниз к груди, сжимая и лаская её, вылизывая и посасывая твердые бусинки сосков. Руки Кьюби змеей обвились вокруг его шеи, она прижалась к нему плотнее от столь различных ощущений.       — Ох… Ах… Я понятия не имела… понятия не имею, как мало… ты на самом деле чувствовал в течение нашего времени в печати. Спасибо… спасибо за то, что терпел это.       Отстранившись от её соска, Наруто застонал:       — Ты… не нужно меня благодарить… Ах, ебать... Ты сжимаешь меня так крепко… Это стоило любого количества временного дискомфорта, чтобы ты была счастлива.       Кьюби почувствовала, как на её глаза наворачивались слезы, и посмотрела на лицо блондина, потянув его голову к своей груди и начиная скандировать:       — Спасибо, спасибо, СПАСИБО!!!       Пойманная врасплох оргазмом, она напряглась вокруг него в течение нескольких секунд, поражаясь, насколько впечатляющими были ощущения по сравнению с испытанными ею ранее в печати. Когда Наруто вышел из неё, она что-то пробормотала в потере, но после понимания, что он не кончил, Кьюби села, спросив:       — Неужели так плохо? Почему ты не кончил?       Наруто хихикнул, прежде чем нежно её поцеловать, а отстранившись, ответил:       — Не волнуйся, Кьюби, это было здорово. Но у нас есть вся ночь, и, поверь мне, когда я закончу, ты никогда снова не задашь этот вопрос, — потерев рукой по её нежной щели, он хрипло сказал. — А теперь как насчет того, чтобы ты повернулась и встала на четвереньки, дабы я смог насладиться этой удивительной киской ещё.       Глаза Кьюби загорелись от предложенной идеи, и она кинулась выполнять задуманное. Закусив губу в предвкушении, когда Узумаки схватил её за бедра, она не выдержала и издала стон удовольствия, после того как единственным сильным толчком он оказался полностью в ней, прижимаясь головкой к матке. Издавая стоны от восторга, биджу просто решила позволить Наруто взять на себя инициативу и показать ей все, что она пропустила.

******

      — Мм… — довольно простонала Кьюби, положив голову на грудь Наруто, когда он сел, прислонившись к спинке кровати. Она провела пальцем вдоль его груди, понимая, что ей до сих пор было трудно осознать, как мало ощущений на самом деле передавала ей печать. Это были в основном мелочи, такие как чувство теплоты, теплоты её тела, на данный момент кожа которого была покрыта потом и устраивало маленькую битву с прохладой ночного воздуха, включая теплоту спермы Наруто, которой он заполнил её лоно. Полагая, что время было приблизилось к полуночи, Кьюби сказала:       — Ну, это не было всю ночь, но тем не менее я не думаю, что когда-нибудь буду сомневаться, что тебе понравилось мое тело.       Крепко её обняв, Узумаки ответил:       — А если все-таки ты когда-нибудь усомнишься, я буду более чем готов разъяснить все ещё раз.       — Я уверена, что ты сможешь. Хорошо, что я деактивировала твою способность оплодотворять своих женщин, иначе, я не сомневаюсь, в деревне в скором времени был бы массовый наплыв светловолосых малышей. — Наруто кивнул головой в знак согласия, и, когда он это сделал, Кьюби поймала себя на мысли, что у него во взгляде проскользнуло беспокойство, поэтому спросила: — Что-то не так?       — Мы можем поговорить об этом утром, — ответил с улыбкой Наруто.       — Пожалуйста, скажи мне.       Вздохнув, Узумаки решил дать ответ:       — Как раз на этой миссии я попытался создать K-клонов.       — Более долговечные, над которыми ты работал весной, верно?       — Да, но я не смог. Хуже всего было то, что я как будто снова вернулся во времена Академии. Всякий раз, когда я пытаюсь вызвать чакру биджу… Это трудно описать, но, я думаю, можно сказать, что это было почти, как… она плавает рядом, но только вне досягаемости, а когда я все-таки схватил её, то не смог это контролировать.       — Э-это не имеет никакого смысла, — сказала Кьюби. — Я… я имею в виду, что раз это тело не отвергло чакру биджу даже в сочетании с чакрой, которая находилась в теле этой женщины. Для тебя должно быть то же самое… — Кьюби замолчала на несколько мгновений, опуская глаза, пока пыталась решить проблему, а потом вдруг продолжила: — Черт побери, конечно, я должна была предвидеть это.       — Что?       — Твоя печать — то, почему ты не овладел чакрой.       — Ха?       Вздыхая на свою недальновидность, Кьюби сказала:       — Думаю, твоя печать как — плотина. Она всегда позволяла проскочить небольшой части моих сил. Но она никогда не предназначалась для использования всей силы.       — Но тогда… как я мог вызывать жаб и тому подобное?       — Ну, это потому, что раньше там было двое, кто контролировал поток моей чакры. Ты действовал как оператор плотины, который позволяет пройти большему количеству моей чакры, в то время как я действовала как вода, которая выталкивает чакру через плотину.       — А ты довольно хороша в объяснениях, не как Извращенный Отшельник.       — Ну, я умею для моей совсем небольшой аудитории, — дразнила Кьюби, хихикая в лицо Наруто.       Наклонив голову назад и посмотрев на потолок, Наруто сказал:       — Итак, если я, следуя твоей логике, правильно понял, теперь, когда ты уже не внутри печати, чакра не имеет направления и не хочет проходить через печать.       — Точно. Та маленькая часть, которую ты можешь почувствовать и поймать, — это та, которую печать пропускает, потому что для этого она всегда и была предназначена.       Кивнув, Узумаки спросил:       — Ну, а как же тогда, когда я не хотел, ты могла получить большее количество чакры?       Кьюби посмотрела вниз, не желая отвечать на его вопрос, но знала, что ей нужно, поэтому проговорила:       — Ты иногда позволял, но делал это несознательно. Всякий раз, когда ты злился, я использовала твой гнев, чтобы заставить свою чакру пройти через печать и попытаться захватить контроль над телом, пока ты был слаб.       — Я полагаю, в этом есть смысл, — небрежно сказал Наруто.       — Ты не сердишься? — удивляясь, спросила Кьюби.       — Конечно, нет, — ответил Наруто. — Тогда наши отношения были больше похожи на тюремщика и пленницу. — Он потянулся к её лицу и, приподнимая его за подбородок ближе к себе, прежде чем мягко поцеловать, добавил: — Они сильно изменились с тех пор.       Снова чувствуя водоворот эмоций к человеку, к которому она была прижата, глаза Кьюби заблестели, и она на полном серьезе сказала:       — Я исправлю эту проблему с чакрой, клянусь.       — Я знаю, — прошептал с любовью Наруто, потянув её ближе к себе. — Вот почему это может подождать до утра.       Поцеловав её в последний раз, он пожелал ей спокойной ночи и, сползая вниз по кровати, закрыл глаза, чтобы немного отдохнуть.       Кьюби дождалась, пока его дыхание не выровнялось, просигнализировав, что он спит, и, несмотря на то, что Наруто имел в виду, что готов подождать с решением этого вопроса, она хотела начать изучать его. Направляя свою чакру в печать, она выскользнула из своего сознания в его и при появлении перед клеткой, которая содержала её тело биджу, обнаружила, что печать, которая ещё совсем недавно выглядела, как квартира Наруто, вернулась обратно к своей первоначальной форме. Оглядываясь со своей новой точки зрения как человека, она начала осознавать, что комната была не канализацией, как она всегда верила, а, возможно, это была котельная. Котельная, которая в настоящее время работала на холостом ходу и больше не являлась источником огромной мощи, которой когда-то она была для джинчурики. Глядя на все трубы, выходившие из клетки и не пропускавшие в настоящее время всю её чакру, она догадалась, что клетка была чем-то вроде центрального генератора. Вода, находившаяся на полу, не была канализационной, вместо этого это был конденсат, выпавший из труб или даже просочившийся из них. Идя к клетке и продолжая прокручивать свои мысли, Кьюби предположила, что печать представляла собой регулятор, который позволял контролировать количество энергии, которая могла выйти. Очевидно, время от времени она была в состоянии пересилить его, но он никогда не позволял утечь какому-либо значимому количеству. По крайней мере, пока Джирайя временно не ослабил жесткий контроль во время тренировки Наруто.       Кьюби почувствовала, что её уважение к Четвертому Хокаге поднялось на несколько отметок выше, когда поняла, что истинная проблема сейчас просто из-за того, что теперь её сознание свободно. Четвертому уже было известно о природе Кьюби, и он разработал свою печать с мыслью, что она всегда будет бороться против неё. В результате этой борьбы печать позволяла просачиваться небольшому количеству чакры, которую Кьюби так старалась высвободить, все время делая именно то, что предполагалось. Даже когда она начала с радостью помогать Наруто, ей пришлось бороться против неё, но тогда ей очень помогло желание блондина использовать больше чакры. Теперь, не имея, так сказать, подталкивателя с другой стороны, Наруто нужно трудиться вдвойне усерднее, чтобы вытащить чакру биджу, но из-за контроля борьбы этого практически невозможно достичь.       Осторожно коснувшись печати, Кьюби была удивлена, что та не среагировала на неё, но догадалась, что причина была в чакре тела, которая смешалась с её сущностью биджу, и поэтому она больше не обладала такой же чакра-подписью, которую печать распознает как угрозу. Отдергивая руку, она знала, что изменится, если попытается вмешаться в печать, так что это было исключено. Глядя за решетку на свое старое тело, которое, казалось, просто спит, она поняла, что на данный момент были только два варианта решения сложившейся проблемы Наруто. Самое очевидное решение — получить ключ, который использовал Джирайя, когда ослабил ограничения на её чакру, позволяя ей на некоторое время взять над Наруто контроль. С ключом они могли бы распахнуть клетку, и тогда Узумаки сможет полностью овладеть её чакрой.       «Другой вариант…» — начала она думать про себя, но неожиданно её внимание переключилось к маленькой трубе, находившейся посреди группы намного больших, которые все ещё, казалось, выделяли тепло, которое означало, что по ним пробегает чакра биджу. Следуя любопытству, она начала движение вдоль группы труб, заинтересованная тем, к чему это может её привести. Пока она шла, большие трубы постепенно обрывались, не достигая различных областей, но она продолжала движение, пока не осталась только маленькая труба. Кьюби остановилась, когда та исчезла в стене, в которой красовалась одна-единственная дверь. Начиная немного нервничать, она толкнула дверь и ахнула от увиденного. Труба заканчивалась соединением с небольшой платформой, на которой оказалась спящая Кушина Узумаки.       Она неподвижно лежала на платформе, сложив руки вместе на животе, а вокруг неё светилось небольшое энергетическое поле. Понимая, на что именно Кьюби смотрела, она предположила, что энергетическое поле — это была её чакра биджу, которая поддерживала женщину все это время, в отличие от чакры Минато, которой Четвертый после запечатывания Кьюби в Наруто создал эту лазейку и запечатал душу своей жены в их сына. Приближаясь к платформе, женщина задалась вопросом, чего Четвертый этим намеревался достичь, ведь, когда Кушина её покинет, у неё будет лишь ограниченное количество времени, чтобы достичь своей цели до того, как её энергия души иссякнет и она исчезнет.       Думая об этом в течение нескольких минут, Кьюби начала подозревать, что Четвертый рассчитывал, что Кушина в некотором роде сможет помочь Наруто против неё. Придя к такому выводу, она также поняла, что это было весьма вероятно, а спусковым механизмом для такого события служил своего рода эпический бой между нею и Наруто; правда, теперь, когда она была свободна от печати, появилась большая вероятность того, что Кушина уже никогда не сможет пробудиться. Намикадзе без сомнения понял, что особый вид чакры Кушины будет хорошим подспорьем и склонит битву в пользу Наруто, не говоря уже о том, что позволит матери и сыну встретиться, как Минато и обещал, после того как Кьюби насадила пару на коготь.       Чувствуя вину за то, что её действия в конечном итоге обошлись Наруто очень дорого, а также до сих пор находясь в изумлении, что блондин все равно относится к ней так нежно, Кьюби поняла, что лежавшая перед ней женщина была не только возможностью исправить проблемы управления чакрой, но также шансом, чтобы мать и сын могли насладиться больше, чем несколько драгоценных мгновений. Двигаясь к трубе, которая была подключена к нижней части платформы, Кьюби протянула чакра-руку и, размахнувшись, оторвала её. Когда биджу убрала трубу, красная аура вокруг спящей женщины начала мерцать и исчезать.       В течение нескольких секунд ничего не происходило, но вскоре Кушина, зевая, потянулась и села. Вдруг она ахнула, прежде чем рука метнулась к её сердцу, где женщина с удивлением обнаружила, что она была все ещё цела и вместо зияющей раны все на месте. Растерянно оглядевшись, она остановила пристальный взгляд на Кьюби. Кушина заметила знакомые черты, но сдержалась, ведь если бы она была права, то лицо этого человека должно было быть старым и морщинистым, именно таким, каким она видела его впервые. Продолжая разглядывать вроде знакомое лицо, она устало спросила:       — Кто ты, и что происходит? Я должна быть мертва.       — В каком-то смысле, так оно и есть… — спокойно ответила Кьюби. — Твоя душа «лежит» внутри Наруто со дня физической смерти.       — Э-это верно… — сказала Кушина, начиная кое-что вспоминать. — Минато сказал, что он может устроить, чтобы однажды я встретилась с Наруто. Но кто вы? Вы кажетесь мне знакомой.       Кьюби пыталась обойти этот вопрос, поскольку понимала: если она признается, что она та самая биджу, которая убила её и её мужа, то есть шанс, что Кушина нападет на неё, поэтому ответила:       — На данный момент это не так важно. Теперь, когда ты пробудилась, твоя душа медленно расходует свою энергию, так что, если вы хотите…       — Кто ты? — сузив глаза и пытаясь противостоять женщине, ещё раз спросила Кушина.       — Кьюби.       — Что?! — вскрикнула растерянная Кушина, но, чувствуя правду в ответе, напряглась, готовая напасть.       — На вашем месте я бы не стала… — сказала Кьюби, быстро готовясь защищать себя в случае необходимости. — Как я уже говорила, ваше время в этой форме ограничено. Я знаю, что у вас нет причин мне доверять, но я прошу вас хотя бы выслушать.       — Почему я должна это делать!!! — закричала Кушина, прыгая с платформы и приземляясь прямо перед Кьюби. — Ты отняла у меня все!       Тем не менее, несмотря на гнев, Кушина была удивлена, когда Кьюби с сожалением сказала:       — Я знаю. Я также знаю, что ничего не могу сделать, чтобы изменить это. Но я могу дать вам нечто ценное в качестве маленькой компенсации.       — Что это?       — Время с Наруто и гораздо больше, чем вы бы имели в противном случае. — Отвернувшись от Кушины, биджу начала возвращаться назад, откуда пришла, и махнула Узумаки, чтобы та следовала за ней. Кушина не ослабила бдительность, но решила посмотреть, во что Кьюби играет, поэтому плелась позади.       — Как ты освободилась от печати? — решила уточнить несколько моментов Кушина, так как её любопытство взяло над ней верх.       — Это займет время, чтобы объяснить все, что произошло. Но давайте скажем просто: Наруто и я достигли соглашения. В одном из них я поддерживаю его всей моей властью.       — Что ты получаешь взамен?       Кьюби лишь оглянулась через плечо, показывая загадочную улыбку её предыдущему хозяину, прежде чем отвернуться и сказать:       — Это сейчас неважно. Более важно — что же удержит тебя от исчезновения.       — Почему… почему тебя это волнует?       — Потому что я уже не зверь, которого ты знала, и потому что возможность узнать свою мать сделает Наруто счастливым. Плюс это поможет решить его проблему, которая появилась из-за моего освобождения. — Достигнув комнаты, где за печатью находилось её тело биджу, Кьюби стала объяснять дальше: — Наруто даровал мне свободу от печати. Для того, чтобы сохранить его живым, я оставила мое изначальное чакра-тело в нем и поселилась внутри другого человека. Однако это создало проблему, потому что Наруто больше не может получить доступ к моей чакре биджу и тем более управлять ей.       Кушина слушала, когда Кьюби начала объяснять свою теорию, и, после того как биджу закончила, она спросила:       — Как это относится к тому, чтобы я получила больше времени с моим сыном?       — Просто я могу перенести вашу волю в это тело, потому что дух покинул его. А вы сейчас как раз дух, нуждающийся в теле. — Кьюби подняла руку, указывая в сторону, в результате чего Кушина заглянула за неё и увидела спящее тело самой страшной биджу. Видя, что в глазах Узумаки появляется понимание, биджу продолжила: — Точно так же получается, что это тело нуждается в духе, чтобы контролировать силу, находящуюся прямо за этой решеткой.       — Я не знаю… — сказала довольно нерешительно Кушина. — Откуда мне знать, что это не уловка?       — Вы этого и не узнаете, — призналась Кьюби, но попыталась убедить женщину, говоря от всего сердца. — Я переживаю и забочусь о вашем сыне. Можно сказать, что он заставил меня почувствовать то, что я никогда не знала, несмотря на мое тысячелетнее существование. Поэтому я сделаю все, что в моих силах, чтобы помочь облегчить его боль от моих действий шестнадцать лет назад. Задаваясь этой целью, я не могу придумать ничего лучше, что сделает его счастливее, чем вернуть ему его мать обратно.       Кушина смотрела в шоке на серьезное заявление биджу, прежде чем сказать:       — Я принимаю.       — Хорошо, следуйте за мной. — Кьюби шагнула через решетку, приближаясь к своей оригинальной форме, и, когда она приблизилась достаточно близко, увидела, что один из перенесенных в её тело четырех хвостов уже отрос, хотя тело все ещё оставалось меньше.       Обе женщины остановились перед ним, и Кушина спросила:       — Что сейчас?       Вместо того чтобы ответить словами, Кьюби удивила Кушину, разворачивая женщину к себе и прижимаясь губами к её. Узумаки напряглась, прежде чем поняла, что она была поцелована биджу, но спустя секунду расслабилась, почувствовав, как прилив энергии прошел через её тело. Протирая губы, она спросила:       — Какого черта ты делаешь?       — Я передала вам часть моей сущности вместе с некоторыми из моих знаний.       — Зачем и почему ты поцеловала меня? Это было действительно необходимо?       — Нет, — ответила с весёлой улыбкой Кьюби, — но это был самый интересный способ сделать это. А мои знания вам нужны, чтобы сократить время на обучение, в котором вы нуждались бы, чтобы полностью контролировать свою силу. — Оглядываясь на все ещё свирепую Узумаки, Кьюби могла видеть, как огоньки чакры начинают путешествие по телу лиса. Чакра начала переходить к Кушине, которая была повернута к нему спиной. И, когда женщину полностью охватила чакра, Кьюби сказала: — Плюс моя сущность создала связь между вами и моей изначальной формой.       По мере того как красная чакра поглощала её, Кушина чувствовала, будто все её существование внезапно наполняется силой. Её резко потянуло к телу биджу, и она растворилась в теле лисы. Погрузившись в темноту, она впадала в панику, но вскоре поняла, что её глаза просто были закрыты. Открывая их, Узумаки была потрясена, увидев, что она смотрела на Кьюби, которая, в свою очередь, смотрела в красные глаза своей оригинальной формы лисы.       — Ты сука, ты обманула меня! Я не хочу, чтобы Наруто видел меня такой! — глубоким, хриплым голосом закричала Кушина и вспомнила, как Кьюби овладела ей несколько раз, когда они общались. Стоя на четвереньках, она набросилась на женщину биджу, но лишь получила пощечину от чакра лисы, которая зародилась вокруг Кьюби.       На что Кьюби спокойно сказала:       — Пожалуйста, воздержитесь от нападок на меня снова, я не хочу причинять тебе вред. — Кушина злобно зарычала, но тем не менее села. — Хорошо. Теперь, когда вы готовы слушать, попробуйте открыть свои знания.       — С какой целью? — спросила все ещё взволнованная Кушина.       — Вы узнаете, когда увидите.       Выполняя инструкции, Кушина начала думать о том, как использовать силы Кьюби, и, к её удивлению, через её мозг начали течь буквально сотни различных способов. Найдя один, о котором говорила Кьюби, она опустила голову на пол и, закрыв глаза, начала концентрироваться. Через мгновение появилась её человеческая форма, в которую она быстро вдохнула жизнь. Кьюби помогла ей подняться на ноги, и Узумаки сказала:       — Извини.       — Ничего, учитывая наши длительные отношения, легко понять, почему вы сделали такой вывод, будто я предала вас. Можете ли вы ходить? — Кушина кивнула Кьюби, и вдвоем они зашагали в сторону печати. Когда Узумаки прошла через неё, биджу предупредила: — Не трогайте решетку. Теперь, когда вы обладаете моей чакрой, печать будет реагировать на вас, и поэтому вы не должны вступать с ней в контакт.       Переступив печать, Кьюби спросила:       — Теперь, как думаете, сможете сделать окружающую среду немного более подходящей для разговора?       Снова поискав через знания Кьюби, Кушина кивнула и, сосредоточившись, начала изменять печать из котельной в небольшую квартирку, где, как догадалась биджу, Узумаки привыкла жить. Сев за кухонный стол, Кьюби сказала:       — Хорошо, теперь давайте займемся заполнением знаний о вашем сыне.

******

      Наруто сел и был удивлен, обнаружив себя в незнакомой кровати. Хотя почувствовал облегчение от осознания того, что за ним больше не гонится огромная миска лапши быстрого приготовления, которая недавно пыталась его проглотить, мстя за всех тех, кого он съел за эти годы. Узумаки вылез из постели, чтобы посмотреть, что происходит. Оставив незнакомую спальню, он вошел в гостиную, где нашел Кьюби, беседовавшую с женщиной, которая казалась блондину смутно знакомой. Кьюби сидела, отвернувшись от него, а женщина, наоборот, к нему лицом. Когда её взгляд оторвался от биджу, она увидела, что он за ними наблюдал; её глаза тут же расширились, и женщина прервала разговор.       Кьюби заметила, что Кушина больше на неё не смотрела, и обернулась, увидев своего возлюбленного там и сказав:       — Ах, ты как раз вовремя, чтобы присоединиться к нам.       — Где я? — спросил Наруто, осматривая незнакомую квартиру. — Ты телепортировала нас сюда из своей комнаты? И кто твой друг?       — Нет, — ответила Кьюби, — мы до сих пор вместе в постели.       Кьюби почувствовала, как улыбка грозила появиться на её лице, заметив, что щеки Кушины сменили цвет при упоминании, что она и Наруто на данный момент находились вместе в постели, тем более биджу успела объяснить его матери их новые отношения, не говоря уже о многих других его любовницах. Она могла сказать, что Кушине нелегко пришлось, обрабатывая полученную информацию, хотя это было не слишком удивительно, учитывая, что она видела своего ребенка в последний раз лишь после его рождения. И Кьюби могла её понять, ведь немного неприятно наконец встретить настолько повзрослевшего и похорошевшего сына лишь для того, чтобы узнать, что он в настоящее время был в процессе соблазнения многих из самых талантливых куноичи своего возраста.       — Это означает, что мы в моей печати? А кто тогда твой друг?       Кьюби дала занервничавшей женщине несколько минут, чтобы ответить, прежде чем взять инициативу в свои руки, и встав, проговорила:       — Наруто, позволь представить Кушину Узумаки, твою маму.       Глаза Узумаки расширились, прежде чем его взгляд сместился от его возлюбленной биджу к женщине, которая взволнованно встала из-за стола. Она приблизилась к нему и сказала:       — Это правда, Наруто…       — Мама!!! — крикнул блондин и крепко обнял женщину.       Кушина сначала была удивлена непосредственным приветствием, но позволила себе обнять его в ответ, проговорив:       — О, Наруто, я наконец-то снова могу обнимать тебя.       Через несколько мгновений парень разорвал объятия и, глядя в глаза своей мамы в течение нескольких секунд, спросил:       — Как это возможно? Я думал, ты умерла...       — Она была, — ответила Кьюби и начала объяснять: — По крайней мере, её физическое тело. Твой отец запечатал её душу в тебя вместе со мной, и я точно могу сказать, что она должна была помочь тебе завладеть моей чакрой, когда придет время.       — Подожди, это значит, что она скоро исчезнет. Ты говорила мне, что у души не так много чакры, чтобы поддерживать себя, что также является причиной, почему Яманака привязаны к своим телам во время использования их дзюцу.       — Нет, — ответила Кушина за биджу, — я и мой дух связаны с лисьим телом Кьюби, а это означает, что во всех отношениях я отвечаю за тело девятихвостой лисы.       — Совершенно верно, — улыбнулась Кьюби. — И с ней, связанной с моей первоначальной формой, тебе будет гораздо проще использовать чакру биджу.       Наруто был в восторге от идеи, но, когда он кое-что вспомнил, его лицо стало покрываться румянцем; он выглядел весьма взволнованным, сказав:       — Хм, а как насчет… Ну, ты знаешь… Как я…       Кьюби захихикала от смущения своего любовника, прежде чем ответить:       — Ты имеешь в виду, что ты в последнее время стал весьма популярен среди женщин, правильно? — Когда Наруто кивнул, она добавила: — Ты также, наверное, задаешься вопросом, повлияет ли твоя чакра на твою мать так же, как на меня? — Снова кивнув, он боролся со своим смущением, не в состоянии высказать свое беспокойство вслух, которое, Кьюби заметила, испытывала и его мать, затрудняясь ответить, поэтому продолжила: — Не волнуйтесь, — она двинула декоративную лампу, которая находилась в комнате рядом с креслом, продолжая свою речь, — эта лампа будет включаться в любое время, когда ты начнешь наслаждаться одной из своих возлюбленных. Когда она загорится, твоей матери просто нужно находиться в пределах света, чтобы избежать влияния твоей чакры на неё; есть также ещё одна в спальне.       — Ты не можешь просто сделать так, чтобы она светила все время, охватывая всю область? — спросил Наруто, задаваясь вопросом, что же его мама подумала, услышав многое о нем от Кьюби.       — Боюсь, что нет. Видишь, свет создает зону обнуления, и не забывай, что мы все ещё в печати. Если я создам слишком большую зону, твоя способность использовать чакру вообще будет затруднена. Кроме того, эти огни связаны с твоим либидо, так что всякий раз, когда ты с кем-нибудь будешь, они переключатся автоматически, и твоей матери просто останется переместиться в безопасную зону, прежде чем вы увлечетесь. — Увидев, как двум Узумаки стало неудобно, она добавила: — Я знаю, что это несовершенное устройство, но пока это лучшее, что мы могли бы ожидать, поэтому давайте максимально это использовать.       Наруто расплылся в широкой улыбке:       — Ты права. — Он двинулся в сторону кухонного стола, сел и сказал: — Мама, я хочу услышать все о тебе.       — Конечно, — ответила Кушина похожей улыбкой на своем лице, — но сначала расскажи мне, пожалуйста, о своей жизни и всем, что я пропустила, пока ты рос.       Кьюби смотрела, как мать и сын начали восстанавливать связь, которую её действия почти разорвали. Довольная собой, она села в кресло, которое стояло рядом, и задумалась, какие ещё сюрпризы ожидают их в будущем.

******

      Когда на Коноху опустилась ночь, Сакура пошла искать Ино, потому что решила, что настало время получить некоторые ответы. Мотивацией для её нынешнего желания стала рыжеволосая куноичи Карин, которую они привели утром. Задержавшись на мгновение, когда она покинула цветочный магазин Яманака и узнала от мамы Ино, что она сейчас находилась в другом месте, Сакура закрыла глаза и ещё раз представила, как Наруто держит в своих объятиях спящую девушку, когда они его догнали. Она была так зла на него, когда тот собирался покинуть их и самостоятельно все решить. Но больше всего она испугалась, когда клон исчез в облаке дыма, стоило лишь им услышать о Саске и Итачи, хотя должна была это заметить, ведь он так часто пользуется этим дзюцу. Как только клон развеялся, на их группу напал мужчина в маске, задерживая их подальше от цели, — Саске. Однако, увидев, как Карин что-то простонала и прижалась ближе к его груди, она совсем забыла про свой гнев, её охватило чувство пустоты, которое вот уже несколько месяцев было её постоянным спутником.       Когда куноичи Звука проснулась, она сначала испугалась, но успокоилась, когда Наруто подошел к ней, говоря, что все будет хорошо. Даже демонстративно повторил свое заявление, когда Какаши предупредил его, чтобы он не давал обещания, которые не сможет сдержать. Сакура просто не могла понять, почему он был готов это сделать, особенно если по собственному признанию Наруто причиной, по которой Саске сбежал от него, была именно Карин. Не говоря уже о том, что, если слухи, кружащиеся по Конохе, были верными, Карин заключила сделку с Отделом Допроса. Она предоставляет им информацию о деятельности Звука, которой владела. Сделка, которая уже позволила ей освободиться, хотя, вероятно, под наблюдением АНБУ.       Несмотря на то, что она не могла быть абсолютно в этом уверена, Харуно подозревала, что внезапный поворот в судьбе Карин был частично связан с тем, что произошло между ней и Наруто, пока они были наедине. И, хотя она могла просто привязать рыжую к сети женщин, ей казалось, что она лишь ищет выгоду от присутствия Наруто. Но больше всего Сакуре доставляло боль то, что, если бы все было немного иначе, на месте этой девушки могла быть она. Ведь Карин, на самом деле, оставила свою деревню, слепо следуя за Саске, как когда-то она сама умоляла Учиха разрешить ей следовать за ним. Сакура всегда лелеяла надежду на то, что Саске не хотел брать её с собой, чтобы оградить от темного пути, который выбрал для себя. Но, выслушав рассказ Карин, она поняла, что это было просто потому, что он считал, что Харуно замедлит его или что она не принесет никакой пользы для достижения его амбиций. Однако на самом деле это её больше не беспокоило, потому что после ухода Наруто её сердце начало реагировать на искренние попытки блондина завоевать её любовь. Именно поэтому присутствие Карин причиняло боль, ведь после возвращения с миссии стена между ними стала ещё выше, в то время как Карин, казалось, волшебным образом, наоборот, стала ближе к джинчурики. Конечно, она знала причину, из-за чего они отдалились, и она заключалась в её собственных неуклюжих усилиях вернуть Саске, не объясняя, что её чувства за эти годы изменились, и считая, что лучший способ доказать это — удостовериться, что Учиха будет рядом, когда она выберет Наруто. Но все-таки часть её задавалась вопросом: может, было бы лучше, если бы она последовала за Саске? Тогда, по крайней мере, возможно, Наруто по-прежнему бы её хотел.       Избавляясь от своих бессмысленных мыслей, так как она смогла многому научиться у Цунаде, в то время как подготовка Карин была поразительно неполной, Сакура понимала, что, если все время сидеть и ждать, стена между ней и Наруто никуда не денется и, чтобы это изменить, она должна начать принимать хоть какие-то меры. Тем не менее она почувствовала, как рушилась её решимость, когда увидела не только Ино с Шизуне, но и куноичи, о которой только что думала, сидевшими за столом и попивавшими чай в местном кафе. Сакура почувствовала, что её шансы быть с Наруто становились ещё меньше, когда заметила, как в ответ на вопрос Шизуне Карин что-то сказала и все трое покатились со смеху так, что даже слезы собрались в глазах. Вид трех сидевших девушек, которые даже не замечали, что творится вокруг них, только закрепил у Сакуры мысль, что она пропустила что-то прекрасное, и причиной всему была кара за её детскую преданность к Саске. Чувствуя себя очень одиноко, она скрылась в толпе Конохи, желая уменьшить боль, таким же образом, как делала раньше Цунаде, точнее, попытаться утопить её алкоголем.       Входя в первый бар, который она смогла найти, Сакура подошла к бармену и заказала самый крепкий напиток. Уничтожив его в один глоток, она стала заказывать ещё и ещё, не замечая, что все это время за её действиями наблюдал кое-кто со своими собственными претензиями к блондину. Не имея возможности придумать лучшего способа навредить Узумаки, он решил действовать через девочку, которой тот когда-то так активно добивался.

******

      Ино вытерла глаза от слез, которые выступили от рассказа Карин о своем опыте в гендзюцу с Саске. А самое смешное было в том, что если Учиха создал иллюзию, с помощью которой собирался соблазнить её, то почему его член был всего лишь среднего размера? Шизуне просто ответила, что, возможно, ему казалось, что по сравнению с его собственным размером он большой, побуждая этими словами всех троих засмеяться с новой силой. Однако радость Ино исчезла, когда она увидела Сакуру, которая смотрела на них, и из своего опыта блондинка могла сказать, что молодой медик борется с желанием заплакать. Прежде чем Ино успела её позвать, Сакура развернулась на каблучках и плавно скрылась на оживленной улице в районе с ресторанами, что было несложно, ведь был вечер пятницы.       — Что там? — спросила Карин, почувствовав скачок чакры Ино из-за беспокойства за друга.       — Э-э, ничего, — ответила Яманака, встав из-за стола. — Мне просто показалось, что я увидела Сакуру. Шизуне, закроешь мой счет? А в следующий раз я.       Женщина кивнула, тоже ощутив обеспокоенность Ино, которая, получив положительный ответ, повернулась к Карин:       — Было очень приятно встретиться с тобой снова, и я уверена, что тебе понравится в Конохе.       — Я тоже в этом уверена, особенно когда эти АНБУ прекратят за мной постоянно следить.       Ино уже собиралась уходить, поэтому пропустила ответ Шизуне:       — Сейчас остается за это лишь благодарить, поскольку это единственная причина, из-за чего мы смогли приблизиться к тебе так свободно.       Ино была удивлена тем, как быстро исчезла Сакура, поэтому решила сменить позицию на более выгодную и прыгнула на крышу. Тем не менее даже через час тщательных поисков она не смогла найти девушку с розовыми волосами. Надеясь, что Сакура вернулась домой, она начала двигаться в этом направлении, проходя через улицу, усеянную барами, где скапливается множество людей в поисках хорошего времяпровождения. Решив остановиться и проверить несколько баров, которые она пропустила раньше, полагая, что Сакура избегает такие места, блондинка сильно удивилась, когда через окно пятого бара, который Яманака проверила, обнаружила танцующую Сакуру. Ино нахмурилась ещё сильнее, когда толпа открыла достаточно места, чтобы увидеть, что Харуно танцевала с Тошио.       Вспомнив старого дружка Аяме и каким он был подонком, Ино догадалась, что, увидев Сакуру, он решил отомстить Наруто, соблазнив её. Яманака предположила, что он не сможет ничего с ней сделать, пока находится в таком месте. Внезапно Сакура покачнулась, делая глоток из бутылки, которую держала. Видя, что её подруга была очень пьяна, что даже чуть не упала навзничь, Ино было направилась внутрь, чтобы забрать её, но не успела, поскольку Тошио обвил руки вокруг талии Сакуры, успевая при этом лапать её задницу, и отвел её с танцплощадки к задней части бара, где находилась дверь, которая вела в переулок.       Быстро оббежав здание вокруг, блондинка услышала пьяное бормотание Сакуры:       — Куда мы идем?       — В местечко, где я покажу тебе настоящее удовольствие.       Сакура, казалось, немного пришла в себя и оттолкнула Тошио, упираясь в стену. Она приподнялась и сказала:       — Я-я не хочу… Ты похож на него, но ты не он…       Ино почувствовала улыбку в то же время, как Тошио разозлился и резко изменился в лице, но он быстро сменил выражение, пытаясь выглядеть и звучать спокойно:       — Давай, пошли. Разве мы не веселимся? Тем более нет никаких причин, чтобы считать, что уже ночь. Кроме того, ты не можешь сказать мне, что это тебя не беспокоит.       — Ч-что?       — Почему появились слухи, окружающие его и тех других девочек. Да ладно, ты действительно купилась, что это простая игра в свидание, когда он проводит время с ними?       Тошио увидел замешательство Сакуры и, подойдя к ней, придвинулся, чтобы поцеловать, но в последнюю секунду она от него отвернулась. Не останавливаясь, он начал ласкать своими губами шею, и, несмотря на себя, Сакура застонала от контакта. На мгновение Ино заметила, что Харуно испытала желание закрыть глаза и согласиться с ним, несомненно, желая притвориться, что человек с ней — это Наруто. Однако Сакура с силой оттолкнула его, говоря:       — Это неважно… Это не меняет того простого факта, что ты не Наруто.       Увидев достаточно, Ино крикнула:       — Сакура, ты здесь?! Я ищу тебя повсюду!       — Ино? — удивилась розоволосая куноичи.       — Да, не волнуйся, я отведу тебя домой.       — Эй ты, маленькая шлюшка, почему бы тебе не лезть не в свое дело? — зашипел раздраженный Тошио. — Она уже занята.       — Ты прав, — ответила Ино, облокачивая Сакура о стену, чтобы освободиться и использовать свои руки. — Но не тобой. Так что тебе лучше потеряться, неудачник, прежде чем я заставлю тебя пожалеть об этом.       Лицо Тошио перекосилось в темную маску, и он сделал единственный шаг вперёд, но пожалел об этом, когда Ино развернулась к нему, держа руки в виде квадрата. Гражданский вдруг застыл на месте, прежде чем натянуто, как зомби, стал уходить. Он вышел за пределы своей обычной территории, в бар, где он был добычей, и после нескольких попыток в конце концов позволил себе отправиться к мужчине домой, где узнал все о принимающей стороне секса.       Ино почувствовала небольшой укол вины по поводу внушения пойти в бар под названием "Люк", но поняла, что это не отличалось от того, что он пытался сделать с Сакурой, побуждая её напиваться. Повернувшись к подруге, которая резко упала на землю в переулке, она прошептала:       — И что же мне с тобой делать? — Ино помогла ей подняться на ноги и направиться к своему дому.

******

      Кушина сидела за столом, где провела всю ночь, разговаривая с сыном, пытаясь его узнать, а Узумаки спокойно спал, ведь за время, что он бодрствовал в печати и спал в реальности, он не смог нормально отдохнуть и чувствовал ту же самую умственную усталость, как и когда просто бодрствовал за её пределами. Узнав немного о жизни блондина, Кушина поразилась, каким действительно великим человеком он стал, особенно рассматривая его трудное детство. То, что блондин был полон решимости следовать по пути объединения всех деревень шиноби, несмотря на свое детство, где он рос сам по себе, сделало её желание участвовать в его взрослении ещё больше. Она почувствовала, как слезы начинают появляться в её глазах, когда вспомнила, что сказал ей Наруто, когда она озвучила ему свое желание:       — Это только благодаря тебе и папе я смог стать тем, кем являюсь сейчас, и то, что произошло впоследствии, тоже ваша заслуга.       Встав из-за стола, Кушина двинулась к креслу и увидела лампу. Вспомнив об её предназначении, Узумаки почувствовала себя немного неловко, осознавая, что её сын был уже сексуально активен и находился в процессе сбора гарема, который в теории должен ему помочь в достижении его цели — мира шиноби. Единственное, о чём красноволосая пожалела, — это то, что она не успела уделить немного больше внимания Наруто и предупредить его, чтобы остерегался Джирайи, потому что была уверена, что именно Саннин был причиной такой сексуальной активности блондина. Но даже при всем при этом ей было трудно придраться к Наруто, наоборот, она предположила, что это можно считать предметом гордости, что её сын обладал чем-то, чего так хотели многие женщины. Не говоря уже о том, что блондин заслужил быть счастливым после стольких лет страданий. Поэтому Кушина решила поддерживать сына и следовать выбранному им пути, всячески помогая для достижения его мечты.       Кушина почувствовала рывок своей чакры, означавший пробуждение Наруто, и была готова испытать свой первый полный день в жизни сына.

******

      Сакура открыла глаза, проклиная яркость дневного света. Пытаясь вспомнить, что произошло накануне вечером, она нахмурилась, потому что потерпела неудачу и не смогла вспомнить ничего с момента, как вошла в бар. Сидя в постели, девушка потерла лоб, попытавшись что-нибудь вспомнить ещё раз, пока не поняла, что она находилась не в своей комнате. Неожиданно вспомнив светловолосого мужчину, она начала опасаться, что из-за своего отчаяния совершила ошибку. У Сакуры появилось желание незаметно покинуть комнату, пока не осознала, что была совершенно голой. Слыша, как открывается и закрывается дверь, она решила встретиться со своими страхами лицом к лицу и повернулась к двери, где увидела входящую в комнату Ино. Блондинка улыбнулась ей, держа в руках какую-то одежду, сказав:       — Я надеюсь, что ты не против, но я сбегала к тебе домой, чтобы принести чистую одежду.       Сакура чувствовала себя неловко, не признав комнату своей подруги, но предположила, что это могло быть из-за того, что в последнее время она совсем мало общалась и проводила время с блондинкой, которую подозревала в связи с Наруто. Глядя на одеяло, она сказала, стараясь не показаться резкой:       — Спасибо. Что случилось прошлой ночью?       — Вероятно, ликера в тебе было близко к твоему собственному весу тела, и, хорошо выпив, ты встретила мужчину, который пытался забрать тебя к себе домой. Ты ему отказала, и он был не в восторге от твоего ответа. К счастью для тебя, я вернулась, чтобы спасти тебя.       — Почему?       — Потому что ты мой друг. Почему же ещё? — смущаясь, ответила Ино.       — Это не имеет значения…       — Потому что ты чувствуешь, что Наруто бросил тебя, — сказала Ино, заставляя взгляд розоволосой девушки переместиться от одеяла к ней. Яманака грустно улыбнулась. — Но мы обе знаем, что это значит, — вздохнула она, — вы оба создали такую неразбериху, но, опять-таки, к счастью для вас, я здесь, так что давай, — потянув Сакуру с кровати, блондинка толкнула её в сторону ванной, — прими душ, а то от тебя воняет, как от пивной бочки, а затем оденься.       — Зачем? Ты собираешься наконец рассказать мне, что происходит с тобой и Наруто?       — Нет, я собираюсь показать.       Сакура быстро последовала советам Ино и привела себя в порядок, но была удивлена, когда они вышли из дома блондинки и направились к кварталу Хьюга.       — Куда мы идем? Я думала, ты собираешься показать мне, что происходит.       — Да, но сначала ты должна перестать задавать вопросы. Я обещала ему, что не скажу тебе, но никогда не обещала не показывать. Это формальность, но я ждала достаточно долго, когда он наконец-то поговорит с тобой сам.       — Может быть… может быть, мы должны просто забыть про это?       — Нет, это надо сделать, но ты должна понимать, что все, что ты увидишь, должно оставаться в секрете, или наша жизнь может висеть на волоске.       — О чем ты говоришь? Чья жизнь?       Ино просто заявила:       — Я же уже сказала, что не могу тебе рассказать.       Когда девушки достигли квартала Хьюга, их сопроводили в комнату Хинаты, где они должны были дожидаться принцессу Хьюга. Когда куноичи остались одни, Ино заявила смертельно серьезным тоном:       — С этого момента неважно, что ты увидишь, ты должна будешь принять это как должное.       Сакура кивнула, и обе куноичи погрузились в молчание, пока не прибыла Хината.       — Ино, Сакура, что я могу для вас сделать? — спросила девушка, ярко улыбаясь.       — Хината, мне очень нужна твоя помощь. — сказала Ино и, дождавшись кивка подруги, продолжила: — Я знаю, что у тебя и меня на сегодня были большие планы… но не могла бы Сакура занять твое место?       Улыбка, которая красовалась на лице Хинаты, исчезла, и, нахмурившись, она повернулась к Сакуре, холодно спрашивая:       — Почему?..       — Они должны решить свои разногласия. Пожалуйста, я ей ничего не говорила, но хочу показать ей, почему в последнее время Наруто так отдалился. Это лучший способ, который я смогла придумать.       — Ино… — сказала Хината, сменяя гнев на милость, понимая, как блондинка себя чувствовала, разрываясь между преданностью подруге и её любовником.       — Пожалуйста, — сказала Ино, быстро опустившись на колени в позе выпрашивания. — Я не буду привлекать тебя, если будет какая-либо отдача, и возьму всю ответственность на себя.       Вздохнув, Хината кивнула, мол, очень хорошо.       — …я соглашусь с тем, что ты запланировала.       Сакура испытала шок, когда Хината начала раздеваться прямо перед ними обеими. Вставая на ноги, Ино сказала:       — Спасибо, Хината. — Повернувшись к Харуно, она стала объяснять: — Тебе нужно изучить тело Хинаты, потому что придется создать хенге и стать похожей на неё.       — Она действительно должна быть голой? — растерянно спросила Сакура, на что Хьюга и Яманака ухмыльнулись друг другу.       — О, это абсолютно необходимо, потому что сегодня ты поймешь, что быть голой — это обычное явление.       Не понимая, что имела в виду Ино, девушка сделала, как ей сказали, и её глаза сразу же наткнулись на татуировку в форме девятихвостой лисы, которая была у Хьюга на правом бедре. Сакура очень удивилась, потому что захотела иметь такую же, только свою собственную.

******

      Ино было трудно не улыбаться на хенге Сакуры, когда они направились к следующему пункту назначения. Поводом для её развлечений было поведение розоволосой, которая сильно нервничала и вела себя почти как Хината, по крайней мере, до включения её в гарем. Подходя к горячим источникам Конохи, блондинка услышала, как Сакура промямлила:       — Теперь я поняла, почему ты говорила, что нагота — обычное явление сегодня.       Ино улыбнулась ей, прежде чем сказать и зайти внутрь:       — Ты понятия не имеешь…       — Я могу вам помочь? — спросил их дежурный, подойдя к стойке регистрации.       Ослепительно ярко улыбаясь, Ино ответила:       — Да, я здесь для встречи «Банной ассоциации Конохи». Я полагаю, что мы зарезервировали частные купальни.       Молодой человек за столом расплылся в похотливом оскале, не в силах остановить себя, говоря:       — Что сделать, чтобы быть членом клуба?       — Прости, дорогуша, — игриво ответила Ино, — у нас есть строгое правило — никаких мужчин. Я уверена, что ты понимаешь почему.       — Да, — мечтательно ответил он, представляя небесные тела, которые прошли мимо его стола, — я-я не думаю, что мужчина сможет очень долго прожить… после потери крови.       — Зависит от мужчины, — подмигнув, ответила блондинка. От игривого тона девушки и собственного воображения у дежурного из носа хлынул гигантский поток крови. Когда он рухнул без сознания, Яманака повернулась к Сакуре и сказала: — Я думаю, дальше мы справимся самостоятельно.       Забрав ключ со стола, Ино повела Сакуру в специальную раздевалку, которую она открыла, прежде чем захватить корзину и раздеться. Когда блондинка наклонилась, чтобы снять трусики, смогла почувствовать взгляд розоволосой девушки. Ино не сомневалась, что она заметила девятихвостую лису на её задней часть бедра (заднице). Выпрямляясь и посмотрев на подругу, Яманака увидела вопрос, который отражался в её глазах, но, покачав головой, попросила её не беспокоиться.       Со вздохом кивнув, Сакура также начала раздеваться. Полностью обнаженная в виде Хинаты девушка на мгновение остановилась, потерев место, где красовалась метка Хьюга. Ино схватила её за руку и быстро сказала:       — Ну, пойдем.       Ведя её на источник, она почувствовала, как Харуно напряглась, когда заметила множество разных женщин, собравшихся здесь.       — Вы как раз вовремя! — крикнула Анко, когда они ступили в источник на открытом воздухе. —Теперь осталось дождаться старушку и лису.       Цунаде приподняла бровь, изучая двух девушек, прежде чем сказать:       — Я надеюсь, ты не намекаешь на меня.       — Не-е, ты грудастая старушка, — усмехнулась Анко, но через мгновение была погружена под воду от удара Хокаге по голове.       Когда Митараши вновь начала извергать оскорбления, одновременно выплевывая воду изо рта, Цунаде проигнорировала её и встала перед двумя недавно прибывшими. Осматривая пару критическим взглядом, она остановилась на Хьюга, которая, казалось, делала все возможное, чтобы раствориться в тени Ино, прежде чем сказала:       — Я хотела бы с тобой поговорить, Ино.       Стараясь оставаться спокойной, Яманака ответила:       — Конечно. — и начала следовать за Сенджу в уединенное местечко, которое имелось на источнике. — Что случилось? — спросила она, когда они были достаточно далеко, чтобы их разговор не подслушали.       — Почему бы тебе не рассказать мне? — задала встречный вопрос Цунаде, уголком глаза наблюдая за девушкой под хенге. — Мы обе знаем, что это не Хината.       Не удержавшись, Ино поморщилась и спросила:       — Откуда ты знаешь?       — Я достаточно хорошо знаю Сакуру, чтобы узнать язык её тела. Не говоря уже о том, что Хината давно уже так не нервничает. Я полагаю, Тсуме и Хана также знают и ждут моего сигнала, как действовать дальше.       Со вздохом Ино взмолилась:       — Пожалуйста, позвольте ей остаться. Я знаю, что Наруто не желал подпускать Сакуру к своей жизни, но она нуждается в этом, и я подозреваю, что он тоже.       — Ино, все-таки ты должна была…       — Послушайте, прошлой ночью она была настолько подавлена, что почти… — Ино стала рассказывать Цунаде о том, что произошло накануне ночью, заставляя Хокаге обеспокоенно посмотреть на её второго ученика. И, услышав, что она не позволила себе быть соблазненной, Сенджу сказала:       — Хорошо. Но что произойдет, если, заглянув внутрь, она решит, что не хочет быть частью этого?       — Она захочет, но, если она откажется, я предприму необходимые меры, чтобы застраховать нашу тайну.       — Хорошо, — согласилась Цунаде, возвращаясь к другим девушкам и давая небольшой намек Инузука, что все в порядке.       Ино вернулась к Сакуре, стараясь увести её в тихую часть источника и дождаться оставшихся нескольких членов гарема.

******

      Сакура не знала, что делать с её нынешней ситуацией. Она сидела в ванной почти со всеми женщинами, с которыми она так или иначе работала. Она сразу заметила, что на всех имеется та же самая татуировка девятихвостой лисы, хотя места, как и размеры, отличались. У Тсуме и Ханы, например, лиса красовалась на груди, правда, у дочери она была на внутренней стороне её правой груди, а у матери — на левой. У Цунаде метка находилась на внутренней стороне её правого бедра, в то время как у Шизуне она была совсем крохотная и располагалась справа от её киски. Тот факт, что обычно пугливая Шизуне сидела полностью обнаженной и разговаривала с Анко и Югао как ни в чем не бывало, тоже бросился Сакуре в глаза.       Полагая, что метка так или иначе связывает каждую из девушек с Наруто она чуть не выскочила из воды, когда чрезвычайно старая и морщинистая Кохару Утатане вошла в баню в одном полотенце. Стоило ей сделать шаг к краю воды, Анко вдруг вскочила и крикнула:       — Не смей это делать! — Сакура закрыла глаза, когда полотенце начало сползать, приоткрывая вид на тело женщины, что заставило Анко сказать:       — Да ладно, блядь, почему ты каждый раз это делаешь?       Кохару, посмеиваясь, ответила:       — Раз ты продолжаешь звать меня старухой, то я чувствую необходимость, по крайней мере, соответствовать время от времени твоему описанию.       Не признавая голос, Сакура открыла глаза и была шокирована, увидев красивую шатенку вместо старейшины, которая вошла в воду. Переполненная вопросами, но, знающая, что Ино не может на них ответить, Харуно стала внимательно вслушиваться в разговоры и стараться впитать столько информации, сколько сможет. Когда на краю источника во вспышке огня появилась ещё одна женщина, Цунаде привлекла к себе все женское внимание:       — Хорошо, так как все здесь, давайте начнем       — А как насчет Карин? Почему она не здесь? — подняв руку, спросила Ино.       — За ней по-прежнему наблюдают АНБУ, — ответила Югао. — Это был единственный способ, который одобрил Ибики, чтобы позволить ей так быстро освободиться. Однако есть вероятность, что в ближайшее время он их отзовет. Мы уже получили доклад от отряда, который отправили, чтобы проверить ближайшие скрытые базы Орочимару.       — Отлично, я буду ожидать отчет об этом завтра, — сказала Цунаде, на что капитан АНБУ кивнула. — Хорошо, у кого-нибудь есть что-нибудь важное, что нужно сказать, прежде чем мы перейдем к распорядку дня?       — Я… — сказала Кьюби, все ещё полностью одетая. — Я решила проблему Наруто с контролем чакры.       — Подождите, когда у него с этим были проблемы? — спросила растерянно Анко.       — На своей последней миссии, — ответила Цунаде. — Это хорошо, а то Какаши казался довольно этим обеспокоен. Как ты это исправила?       — Я пробудила спящий дух его матери, которая была запечатана внутри него, и объединила её с моим старым телом.       Сакуре показалось, что тишина стала оглушающей, особенно когда Анко разрушила её криками:       — Что? Ты имеешь в виду, что его мать будет иметь место в первом ряду, когда мы…       — Я уже приняла меры предосторожности, хотя она уже знает о наших более плотских интересах к её сыну. Она дала свое одобрение на то, что мы можем продолжать в том же духе, пока её сын счастлив.       — Я хочу услышать об этом более подробно, Кьюби, — сказала Цунаде, раздражаясь от поступка биджу. Переходя на основную тему, она спросила: — Хорошо, как выглядит график на сегодняшний день?       — Ну, так как с полудня Аяме не может закрыть свой ресторанчик, то время обеденного перерыва Наруто проводит там. — Шизуне встала и начала рассказывать то, что они могли ожидать от событий дня: — После этого у него и Югао тренировка, а потом он проводит экскурсию по деревне нашим союзникам из Суны.       — Держу пари, что они не покинут его спальню, — пошутила Анко, вызывая хихиканье некоторых из женщин.       — Ладно, ладно, продолжим… — сказала, заканчивая, Шизуне. — Сегодня вечером Ино и Хината будут теми, кого он развлекает.       — Хорошо, я уже дала Какаши разрешение остаться на неделю в деревне для отдыха и тренировок, поэтому Шизуне сможет спланировать каждую его минуту.       — Есть ли другой вопрос, который нужно обсудить? — задала вопрос Цунаде, посмотрев вокруг на различных женщин, задержавшись немного дольше на Шихо, которая печально покачала головой.       — Да, мне будет нужно, чтобы Югао пошла на патруль через несколько дней, — сказала Кьюби, поднимая новую тему.       — Зачем?       — Она должна поймать нашего разыскиваемого убийцу, — ответила Кьюби с улыбкой, прежде чем снова исчезнуть в огне.       — Она действительно начинает бесить меня с этим «все нужно знать», дерьмо, — проворчала Цунаде, встав, чтобы отправиться в раздевалку после окончания встречи.       — Ну, это имеет свои преимущества, — бросила Кохару, выходя из воды вслед за своим товарищем куноичи.       — И что же это? — спросила раздраженно Цунаде.       — Причина проста. Если мы не имеем ни малейшего представления, во что она играет, то я очень сомневаюсь, что имеет Данзо.       Сакура ждала с Ино, когда остальные женщины выйдут из воды, чтобы одеться и отправиться выполнять каждый свои обязанности. Повернувшись к подруге-блондинке с сотнями вопросов, проносящимися в голове, которые она не могла задавать, Харуно отвлеклась, услышав голос Ино:       — Как насчет обеда?

******

      Приблизившись к Ичираку Рамен, Сакура была удивлена, увидев табличку «Закрыто на обед», висевшую перед ними. Она хотела спросить, куда они пойдут теперь вместо Ичираку, но удивилась ещё сильнее, когда Ино проигнорировала табличку и зашла в ресторанчик, помахав ей. Сакура вошла за Яманака и остолбенела, увидев Наруто, стоящего за прилавком. Не понимая, почему он был закрыт, если Наруто прикрывал Аяме, она собиралась спросить, но Ино опередила её:       — Я вижу, Аяме занята, получая свой обед. Может, тогда ты поможешь нам?       Сакура задалась вопросом, что же Яманака имела в виду, пока не села за стойку и не смогла собственными глазами увидеть макушку Аяме, которая качалась взад и вперёд, упираясь в пах Наруто. Поставив миску перед Сакурой, которая удивительно напоминала прежнюю Хинату, особенно малиновым цветом лица от смущения, Ино сказала:       — Ешь… если, конечно, не желаешь чего-то другого.       Девушка вытащила член Наруто из своего рта, освобождая Сакуре неограниченный обзор на него, затем Аяме сказала:       — Извините, девочки, сейчас он мой. То есть если одна из вас хочет со мной поменяться на сегодняшний вечер, то...       — М-м-м, заманчиво, но нет. Правда, Аяме? — сказала Ино, стараясь сохранить бесстрастное выражение лица, когда заметила, что Сакура пыталась смотреть куда угодно, но не на монстра, которого Аяме на данный момент держала в руке.       — Ну, тогда вы должны меня извинить, — промурлыкала Аяме, возвращая свое внимание обратно к ублажению члена Наруто.       — Ах, черт… — застонал Узумаки от удовольствия, когда официантка попыталась заставить его излиться ей в рот. Несмотря на наслаждение, которое пробегало через него, он заметил, что Хината уткнулась лицом в стол и становилась все краснее и краснее. Перегнувшись через стойку, чтобы посмотреть в её лицо, заставляя хенге Сакуры издать «И-ип», что бы и сделала застенчивая Хината, он с гордостью спросил:       — Ты в порядке? Похоже, твое выражение лица такое из-за чего-то предстоящего.       Сакура попыталась ответить, но ей было слишком трудно это сделать, слыша прихлебывающие звуки, доносившиеся из-за стойки:       — …я действительно… я…       — Она в порядке, — ответила за неё Ино, торопливо потянув Сакуру на ноги. — Мы только что пришли с горячих источников, и она, вероятно, пробыла там слишком долго. Во всяком случае, мы увидимся позже, постарайся не утомить его слишком сильно, Аяме.       Когда две куноичи приблизилась к выходу, Наруто излил семя в нетерпеливый рот Аяме, заставляя Сакуру остановиться, словно она приросла к полу. Узумаки откинулся назад, наслаждаясь оргазмом.       — А-а-а-а, черт… — простонал он от удовольствия, а Сакура слегка задрожала в руках Ино. Толкая подругу к выходу, Яманака оглянулась и подумала, что поймала ухмылку на лице Наруто, но закрывающиеся двери затенили её видение, также как Аяме, которая начала уводить Наруто к задней части ресторанчика.

******

      — Это было немного странно, — пробормотала Аяме задирая свою юбку и усаживаясь на маленький столик, где она обычно раскатывала тесто для лапши, а Наруто занял положение между её ног. — Интересно, что это было?       — У меня есть идея, — сказал Наруто, прежде чем жадно её поцеловал и скользнул своим членом внутрь её мокрой киски. На вторжение Аяме простонала ему в рот, обхватывая ногами талию Наруто, когда тот начал двигаться. Разорвав поцелуй, он приподнял её рубашку, обнажая грудь. Узумаки припал губами к её шее, лаская грудь левой рукой. Запуская руку в его волосы, Аяме придвинулась к его уху, шепча:       — Именно так, загоняй мою киску, мою любовь. О, проклятье… Как это классно чувствовать, что ты трахаешь меня там, где я приготовила так много твоей любимой еды.       Убирая губы с шеи девушки, Наруто посмотрел в её глаза, замедляя темп движения бедер, заставляя ослабить захват ног Аяме вокруг своей талии. Затем он встал прямо и схватил её за лодыжки, потянув ноги вверх и раздвигая шире, проговорив:       — Это заставляет меня становиться ещё голоднее, и сильнее хочется услышать, как ты начнешь стонать.       После Наруто начал действительно вдалбливаться в неё, принуждая Аяме запрокинуть голову в экстазе, и начал нащупывать её грудь.       — Да… ох, ты раздираешь мои внутренности… — застонала Аяме, когда стол хорошо начало трясти под натиском Наруто.       — Это потому, что ты сжимаешь меня так крепко, — задыхался блондин, чувствуя тепло, которое не имело ничего общего с кухней.       Аяме, казалось, не слушая, начала петь:       — Трахни меня в пизду, трахни меня в пизду… — повторяла она довольно громко снова и снова, заставляя Наруто переживать, что люди, проходившие возле Ичираку, могли их услышать.       Отпустив её лодыжки, он наклонился вперёд и поцеловал, чтобы успокоить девушку своим ртом. Узумаки не был удивлен, когда она скрестила ноги за его задницей, чтобы притянуть его ещё ближе, а член оказался глубоко внутри неё. Стол начал ходить ходуном и скрипеть в знак протеста против их действий, но они были слишком увлечены, чтобы это заметить, поскольку приблизились к соответствующему финалу.       Часть Наруто отметила, что поломка стола уменьшит шансы получить желаемое и достичь сногсшибательного оргазма. Поэтому он выпрямился, поднимая со стола Аяме, и начал толкать бедра вверх под новым углом, позволяя кончику члена каждый раз задевать её лоно, когда полностью в неё входил. С запрокинутой назад головой в бреду от удовольствия измученная Аяме уставилась в потолок с широкими, невидящими глазами, пока наконец не напряглась, цепляясь за тело Наруто, как за спасительную соломинку. Блондин толкнулся последний раз вверх, стараясь оказаться как можно глубже, и замер, заполняя киску официантки своим теплым семенем.       Наруто легко держал её на руках, пока они оба отходили от оргазма. Когда её дыхание нормализовалось и звезды перед глазами исчезли, Аяме просто сказала: «Вау», — прежде чем нежно поцеловать блондина в губы. Поцелуй слишком затянулся, и Наруто позволил ногам Аяме соскользнуть на пол, где она встала на цыпочки, заканчивая поцелуй. Глядя на него, девушка увидела время и сказала:       — Тебе лучше идти, если ты не хочешь опаздывать на тренировки с Югао.       Заглянув через плечо, Наруто тоже заметил время на часах и выругался, поспешно собираясь, однако остановился, прежде чем покинуть кухню, и бросился обратно, чтобы оставить быстрый поцелуй на щеке Аяме, и, уже стоя у двери, прокричал:       — Спасибо за обед!       — Нет, тебе спасибо, — когда Наруто выбежал через дверь, прошептала Аяме, потирая полный желудок и поражённая тем, как стол, где они лежали до этого, моментально развалился. Уставившись на него в течение недолгого времени, она пожала плечами, мол, в любом случае пора завести новый.

******

      — Они были…       — Да.       — Она была…       — Угу, — ответила Ино, забавляясь тем, что Сакура боролась со смущением от того, что недавно увидела.       — Как ты можешь быть такой спокойной? — громко спросила девушка, а Ино порадовалась, что улица заканчивалась и они приближались к их следующему пункту назначения.       Блондинка пожала плечами с холодным спокойствием:       — Потому что я была там и знала, чего ожидать.       Глядя вниз на ноги, пока она шла за Яманакой, Сакура резко подняла голову и посмотрела на подругу, проговорив:       — Как ты можешь ожидать, что у меня не появятся вопросы?       — Я никогда не говорила, что у тебя не возникнут вопросы, Сакура, — ответила с улыбкой Ино. — Я просто не могу на них ответить, но, если ты поделишься своими собственными выводами, которые сделала, ничего не помешает мне с тобой согласиться.       — Ответишь ли ты хоть на один?       — Спроси и узнаешь.       — Почему ты показываешь мне это? Я имею в виду из того, что сказала Хината, было понятно, что Наруто может рассердится, особенно на тебя.       Ино выглядела немного взволнованной, но, давая подруге ободряющую улыбку, ответила:       — Единственная причина, почему я отвечаю на этот вопрос, — потому что он про меня, но причина моих действий в том, что вы оба важны для меня. Я знаю, что это больно внезапно потерять его из своей жизни снова, даже при том что он находится в деревне. Я также считаю, что это беспокоит и его, что приходится держать тебя на таком расстоянии. — Увидев недоверие во взгляде Сакуры, она продолжила: — Это правда. Разница между вами только в том, что Наруто имеет более обширную группу поддержки.       Поймав небольшой проблеск надежды, появившийся на лице Сакуры под хенге, Ино почувствовала необходимость подразнить её, но проигнорировала её при достижении мерцающего барьера, который окружал полигон "S". Ино сделала несколько знаков руками, которые необходимы, чтобы открыть небольшое отверстие, и, когда её руки замерцали, блондинка приоткрыла барьер перед Сакурой, говоря:       — После тебя.       Сакура сделала несколько шагов, но, поскольку была не совсем уверена, куда идти, она остановилась и позволила Ино взять инициативу на себя. Уверенно шагая через полигон, Яманака могла сказать, что розоволосая девушка задавалась вопросом, как она, казалось, знала, куда идти, учитывая его размер. Когда деревья стали редеть, открывая вид на поляну, блондинка вдруг остановилась и схватила Сакуру за руку, потянув её в кусты. Давая Сакуре рукой знак молчать, но продолжать движение вперёд, она увидела, как её подруга напряглась, увидев обнаженную Югао, которая стояла на поляне.       Выглядывая из укрытия, Ино сама могла видеть зад капитана АНБУ, когда она от них отвернулась. Хотя блондинка знала, что Югао может использовать свою лисью метку, которая была расположена на её пояснице слева от позвоночника, чтобы определить местонахождение Наруто. Также Ино знала, что женщина будет считать такой метод обманом, но не сомневалась, что она все равно была в курсе, что он перемещается через деревья к востоку от Сакуры и её позиции.       Внезапно с вихрем листьев Наруто спрыгнул с дерева, направляясь к женщине, такой же голый, как и она, но используя свое секси-дзюцу. Когда женщина стала разворачиваться к угрозе, Ино задалась вопросом, была ли это тактика, которая бы на ней сработала, так как Югао, казалось, предпочитала наслаждаться временем с Наруто наедине, поскольку она никогда не принимала участия в сексе втроем или даже вчетвером, как другие его возлюбленные. Однако такие мысли быстро покинули белокурую голову, когда капитан АНБУ повернулась окончательно, показывая, что Наруто не единственный, кто может использовать хенге, поскольку открыла вид на гордо стоящий, почти комично большой, двухфутовый член, который был толщиной с руку.       Выражение лица Наруто было бесценно, и Ино не сомневалась, что, если бы он был героем мультика, начал бы применять воздушные тормоза, чтобы остановить движение вперёд. Но блондин им не был, поэтому, не имея возможности остановиться, продолжал бежать вперёд, и его с легкостью поймала Югао. Подхватив в воздухе блондина за талию, женщина пошло улыбнулась и поставила Узумаки на землю, отпуская. Почуяв свободу, Наруто попытался сорваться с места и убежать прочь, но Узуки схватила его за лодыжку, вынуждая блондина повстречаться с землей лицом, когда он потерял равновесие.       — Не бойся, Наруто, больно только в первый раз, — с ухмылкой сказала Югао.       — Я сдаюсь, я сдаюсь! — закричал Наруто, пытаясь отползти.       — Ах, тебе не смешно, — сказала, дразня, Югао, позволяя исчезнуть своему хенге.       Делая так же, Наруто резко развернулся к ней, высказываясь:       — Ты меня обманула!       Нагибаясь ниже, женщина придвинула свое лицо к его, говоря:       — Действительно, как я должна была рассматривать твою небольшую схему?       — Продуманная тактика звучит лучше.       Посмеиваясь, женщина поцеловала его в щеку, прежде чем выпрямиться и встать над ним, пристроив свою киску прямо перед Наруто, говоря:       — У меня нет проблем с женщинами, борьба или даже секс с ними. Однако когда я с моим мужчиной, то хочу, чтобы он сосредоточился исключительно на мне.       Принимая её слова как предложение, Наруто схватил её за задницу и придвинул, чтобы киска женщины оказалась ближе к его нетерпеливым устам. Узумаки начал её дразнить, вылизывая все вокруг, избегая непосредственной стимуляции киски, заставляя жесткого капитана АНБУ жалобно стонать:       — Не дразни…       Отодвигая голову немного назад, Наруто на неё подул, заставляя Узуки почти бессвязно хныкать, и с ухмылкой сказал:       — Считай это расплатой за свои пакости.       Но после нескольких поцелуев вдоль её бедер, он уступил желаниям женщины и с ещё большим усердием сосредоточился на её заброшенной до этого киски.       — Да-а-а-а-а-а… — прошипела Узуки, закинув голову назад, когда Наруто начал целовать её нижние губы.       Давно зная, что ей нравилось больше всего, Наруто стал быстро кружить вокруг её клитора своим языком. Продолжая свои усилия в течение нескольких минут, он почти довел женщину до первого оргазма. Ноги Югао начали подгибаться, а силы стремительно покидать расслабленное тело. Она уперлась руками ему в плечи и отодвинула, соскользнув вниз по его телу, пока не оказалась с ним лицом к лицу.       Оба молча смотрели друг другу в глаза и уже через минуту растворились в нежном поцелуе, который быстро перерос в более страстный и нетерпеливый. Югао разорвала поцелуй и застонала, когда Наруто схватил её грудь и сжал. Опустив голову, он начал посасывать её сосок, то перекатывая его, то кружа вокруг языком. Другой сосок он ласкала своими умелыми пальчиками, иногда его щипая, заставляя капитана АНБУ стонать громче.       Положив руки ему на грудь, Югао его мягко оттолкнула со словами:       — Просто сиди и наслаждайся.       Делая, как она хотела, Наруто немного отклонился назад и лёг, упираясь на локти, и Узуки, стоявшая на коленях, приподняла бедра и взяла его член за основание, направив в свою мокрую и готовую киску. А когда он начал входить и растягивать её, она застонала:       — О-о-о, настолько большой...       Когда Югао начала раскачиваться взад и вперёд, заставляя Наруто схватить её за бедра и стонать, Ино заметила, что Сакура стала неловко рядом с ней извиваться от дискомфорта. Однако Яманака могла сказать, что это не было от отвращения из-за того, чему она стала свидетелем, и, если бы её там не было, Сакура, вероятно, поигралась бы сама с собой, пока наблюдала за парочкой. Хотя у блондинки был соблазн подтолкнуть подругу, чтобы сделать это, но в конце концов она передумала, поскольку точно не знала, как девушка под хенге отреагирует. Но, видя, как Сакура сосредоточена на развернувшихся перед ней действиях, она решила хоть немного удовлетворить себя. Ино незаметно просунула руку между ног и стала медленно ей двигать, потирая свою киску через трусики.       — М-м, как хорошо! — стонала Югао, увеличивая свою скорость и потираясь клитором о таз Наруто.       Поскольку она продолжала возвратно-поступательные движения с его мужским достоинством глубоко внутри, Узуки видела, как лицо Наруто исказилось от удовольствия, и чувствовала, как член внутри неё увеличивался, готовый взорваться и покрыть её внутренности семенем. Югао резко остановилась, и, когда Наруто попытался взять инициативу в свои руки, она оторвалась от его члена, чтобы сказать:       — Непослушный мальчик. Ты все ещё должен научиться терпению.       Хотя она точно могла сказать, что терпение было последнем, о чем на данный момент Наруто хотел узнать, он откинулся назад, ожидая её следующего шага. Довольная тем, что блондин всегда уважал её желания, когда дело доходило до секса, она схватила его за плечи и перевернулась вместе с ним, оказываясь снизу. Югао лежала на спине и раздвинула ноги шире, поддерживая их на весу, ухватившись под коленями.       — Хороший мальчик, в награду я позволю тебе засунуть это чудовище туда, где прежде не был никто.       Видя, как Югао предоставляет прекрасный вид на свою анальную дырочку, у Наруто не возникло проблем с пониманием, что она имела в виду. Кивнув в согласие, Узумаки прижался членом к её анусу и толкнулся вперёд, испытывая совсем немного сопротивления, которое удалось преодолеть более решительным усилием. Узуки прошипела от дискомфорта, заставляя его сделать паузу, чтобы она привыкла к новым ощущениям. Когда женщина почувствовала себя достаточно комфортно, чтобы продолжить, она обняла его за шею, говоря:       — Все хорошо… Можешь продолжить, я справлюсь.       Целуя её, блондин начал медленно двигаться вперёд, пока его таз не соприкоснулся с её задницей. Наруто стал двигаться, сохраняя медленный темп. Ощущение наполненности показалось Югао знакомым, но в то же время совершенно другим. Удивленная тем, насколько это оказалось приятно, Узуки прервала поцелуй, говоря:       — Давай, Наруто… покажи мне, что ты можешь на самом деле… и не останавливайся, пока я тебе не скажу.       Узумаки застонал, когда анальная дырочка Югао сжалась, сопротивляясь его стараниям по выполнению её просьбы, но вскоре он начал входить свободнее, поэтому увеличил темп. Откинувшись назад, чтобы появилось немного места, он стал тереть её киску, уделяя особое внимание чувствительному клитору, вынуждая свою возлюбленную ахнуть из-за внезапно усилившегося удовольствия. Когда её попка сильнее сжалась вокруг него, Наруто запрокинул голову, крича:       — Ах, черт, я кончаю!       — Я тоже… Только ещё немного… Просто продержись ещё немного…       Наруто старался изо всех сил, но спустя несколько толчков он застонал:       — Прости… Я взрываюсь.       И заполнил её кишечник своей спермой. Незнакомые ощущения, а также продолжающаяся стимуляция клитора отправили Югао к вершине удовольствия, заставляя кончить сразу за Наруто.       Насладившись оргазмом, когда его тело начало возвращаться к нормальному состоянию, блондин вытащил член, и Югао застонала от потери, но, когда Наруто начал переворачивать её на живот, она возмутилась:       — Эй, что ты делаешь…       Но Узумаки вдруг притянул её за бедра, поднимая вверх и погрузив свой член обратно в её задницу, ответив:       — Я не помню, чтобы ты давала мне приказ останавливаться, — перегнувшись через плечо, он прошептал ей на ухо.       Когда тело женщины стало снова получать удовольствие в ответ на вторжение, Узуки простонала:       — Не-е-ет, предполагаю, что не давала-а-а.       Глядя на то, как Югао получала удовольствие от контроля над ним, Наруто не видел причин ослушаться приказа и просто решил посмотреть, что проявится раньше: его необходимость остановиться или её.

******

      Ино потянула Сакуру, отвлекая от развлекающейся пары, ведь если они поскорее не уйдут, она, вероятно, сама доведет себя до оргазма, и тогда пока точно не настроенная против этого Сакура может что-нибудь не то подумать, поэтому Яманака прикинула и решила, что пока Харуно не должна это видеть. После открытия отверстия в барьере Ино остановилась, чтобы оглянуться на шедшую за ней Сакуру, которая опустила голову и спросила:       — Таким образом, он связан со всеми, кто был на горячем источнике этим утром. — Блондинка не ответила, не видя необходимости исправлять её, но Сакура поняла, что их может быть куда больше, просто они, как и Карин, не присутствовали утром. Потирая рукой бедро, где у Хинаты находилась лисья метка, она добавила: — И там были не все. Цунаде упомянула двух куноичи Суны. Он со всеми, у кого имеется эта метка, не так ли? Что это за метка? Она что, показывает его завоевания?       Слыша немного горечи, просачивающейся в голосе девушки под хенге, Ино поправила подругу:       — Не совсем. Я имею в виду, мы стараемся убедиться, чтобы они для большинства были скрыты. Но если это поможет, то думай, что метка как нечто похожее на символ Конохи на твоей повязке.       — Я… я видела сразу после возвращения с миссии в Траве, когда мы искали шпиона Сасори, как ты выходила из квартиры, причем было заметно, что ты только после душа, и, глядя на него, когда ты уходила, я заметила некоторые изменения. Тогда ты уже была с ним?       — Да, — вспоминая, ответила Ино.       — Тогда все свидания не были поддельными, они были реальными?       — Довольно многие. Наруто хотел порадовать нас, прогуливаясь ночью по городу, так что мы запустили эти слухи о нем, чтобы все думали об этом, как о тренировке.       — Тренировка Наруто как-то связана с вашей заинтересованностью в нем?       Зная, что ей нужно это объяснить, иначе Сакура может не так понять, Ино вздохнула, так как она уже пересекла черту, которую установила для себя, когда решила дать подруге заглянуть в новую жизнь Наруто.       — Да, — увидев расширившиеся глаза Сакуры, потому что она начала подозревать что-то зловещее, Яманака начала объяснять, — но мы все согласились на это добровольно, и, прежде чем принять нового любовника, Наруто всегда предупреждал, что с ним их жизнь изменится.       — Что ты имеешь в виду под изменяющейся жизнью — он как-то управляет сознанием?       — Нет… я имею в виду, что после того, как мы переспали с Наруто, мы привязаны к нему и теперь он обладает способностью контролировать наши действия, но мы по-прежнему обладаем полным контролем над нашим разумом, в отличие от тела. Однако он редко использует контроль, только если это необходимо, как в ситуации с Карин, чтобы никто не смог узнать, чем они занимались наедине.       После слов блондинки, понимая смущенные и даже напуганные взгляды Карин, постоянно обращенные к Наруто во время возвращения в Коноху, Сакура спросила:       — Но зачем так много любовниц? Это дзюцу заставляет его искать новых любовниц или что-то другое?       — Что-то другое, — ответила Ино, глядя на подругу, когда они снова начали возвращаться в деревню.       — Я… я просто не могу поверить, что Наруто делает что-то подобное для себя. Я уверена, что есть что-то ещё… Я знаю, Югао красивая, но я не думаю, что Наруто соблазнил её, чтобы просто использовать для секса.       — Ты права, он хочет объединить все деревни шиноби. — После такого ответа у Сакуры появился недоверчивый взгляд, который заставил Ино хихикать. Понимая, что Сакуре необходимо объяснение её развлечения, Ино сказала: — Теперь я знаю, что Наруто чувствует, когда говорит другим своим возлюбленным о своей цели. Но это правда, и это уже происходит, хотя и медленно. Например, слышала ли ты об обсуждении в Совете законопроекта под названием "T.R" номер сто три?       — Едва ли, — ответила девушка, не обращавшая особого внимания на вопросы совета. — Но T.R. звучит как какой-то торговый счет.       — Это… — сказала Ино. — Он был введен Тсуме, чтобы помочь наладить более плотные экономические связи между нами и Суной. Это также поможет ограничить зависимость обеих сторон от готовности даймё снабжать деревни денежными средствами.       — И что это поможет достичь?       — Ну, единое правило торговли между нами и Суной, а не то, которое почти четыре года назад привело к их нападению с Орочимару во время экзамена на чунина.       — Этот законопроект пройдет?       — Я не уверена, — ответила Ино и подумала о текущем распределении голосов. — Мой папа собирается голосовать за него, значит, Нара и Акимичи, вероятно, тоже. Хьюга, скорее всего, будут голосовать против него, поскольку старейшины клана Хьюга помогли Данзо договориться о существующих правилах. Старейшины Хомура и Данзо — против, Кохару — за. Никто точно не знает об Абураме, но он, похоже, склоняется против, как и Асума-сенсей из клана Сарутоби.       — В самом деле? — сказала в недоумении Сакура.       — Да, — ответила Ино, не злясь, но немного разочаровываясь в розоволосой девушке. — Я думаю, что Асума просто не хочет признавать, что его отец был довольно слабовольным в этом вопросе, так как он подписал первое соглашение. В любом случае с нынешней расстановкой голос Цунаде может стать победным. Но…       — Но?       — Похоже, Данзо пытается давить на клан Курама, чтобы они назначили нового лидера, поскольку Якумо вряд ли сможет выполнить свои обязанности и принять участие в голосовании. Хотя единственная причина, почему он делает это, потому что считает, что новый лидер захочет заручиться его поддержкой и будет голосовать против, принося пользу своими действиями Данзо. В любом случае это только начало того, что запланировал Наруто. В принципе, большинство из нас он выбрал как раз для выполнения этой цели; некоторых, как Аяме, просто потому, что у неё уже были чувства к нему, а других — потому что они упали перед ним на колени в буквальном смысле.       — О, — грустно сказала Сакура, приходя к выводу, что Наруто не нуждается в её обществе из-за женщин, уже окружающих его. — Я думаю, что могу понять, почему он не интересуется такой, как я. Тем более у него есть такие женщины, как Югао и даже Леди Цунаде, которые выстраиваются в очередь, чтобы быть с ним. Зачем я нужна, особенно после того, как издевалась над ним… — Достаточно услышав, Ино встала перед подругой и щелкнула её по лбу. — Ой, что ты делаешь, Ино-свинина?       — Ками, твой лоб такой твердый, что это даже не смешно, — ответила Ино.       — Как мне быть сейчас не твердолобой? — спросила Сакура, потирая место, куда щелкнула Ино. — Он способен соблазнить всех вокруг, но даже не может толком поговорить со мной. Очевидно, что у него нет интереса ко мне.       — Это неправда, он не думает об этом по другой причине, что делает тебя особенной.       — Разве ты не думаешь, что я… — сказала Сакура, готовая разреветься. — Все, о чем я думала эти месяцы: почему не я? Зачем ему ходить на свидания со всеми, но избегать меня? Почему Фуу, которая появилась в его жизни не так давно, может обнять, а ко мне боится даже прикоснуться? Все, что я хочу знать, — это что в последнее время делает меня отличающейся от остальных?       Притянув Сакуру в объятия, Ино сказала:       — Тебе действительно нужно научиться слушать. Я сказала — особенной, а не иначе. — Отстранившись, чтобы заглянуть в глаза Сакуры, даже если они были цвета лаванды из-за хенге Хинаты, она спросила: — Кого, ты думаешь, Наруто выбрал первой, когда осваивал свое дзюцу?       — Я не знаю... Может, Хинату?       — Нет, это была я, — ответила Ино, покачав головой.       — Но почему… Я хочу сказать…       Ино засмеялась на ответ Сакуры, прежде чем сказать:       — Я знаю, что не было похоже, что мы с ним много общались, хотя это была одна из причин, почему он выбрал меня. Наруто чувствовал, что мои ответы будут более честными. Но была и другая причина. Он хотел убрать соперника в любви к Саске. — Ино не могла искренне не улыбаться, когда шокированный взгляд Сакуры сменился на целый ряд других эмоций, таких как радость, благодарность и, возможно, даже нечто большее, что, она сомневалась, даже сама Сакура поняла, что она чувствовала ещё. — Ты — это ты. Он всегда заботился о тебе, что даже я уверена, что твое имя стояло в верхней строчке тех, на ком он хотел испытать это любовное дзюцу. Он только хотел, чтобы ты была счастлива, поэтому оставил свое желание при себе. Это просто позор, как хреново ты его понимала и общалась с ним, хотя мы от этого действительно выиграли.       — Да, — сказала со вздохом Сакура.       Ино ожидала большего в ответ на свои поддразнивания и, честно говоря, была удивлена отношением Сакуры, говоря:       — На самом деле, я совершенно ошеломлена тем, насколько ты хорошо справляешься.       Слабо улыбаясь, Сакура сказала:       — Я подозревала нечто подобное уже довольно давно. — объяснила Сакура, когда Ино выгнула бровь. — Не точно, но я подозревала, что эти свидания были больше, чем просто тренировками. Ты, Хината и Аяме были слишком счастливы, поэтому я поняла, что это что-то другое. Наруто всегда был моей поддержкой, и я просто не осознавала, как мне повезло, пока не почувствовала, как этого не хватает.       — Эй, — сказала Ино, кладя руку на плечо подруги, пытаясь её подбодрить, — это никуда не делось, просто незаметно из-за некоторого недопонимания. Но сегодня мы все уладим, хорошо? — Получив бодрый кивок в ответ, она продолжила: — Пойдем через главные ворота и осмотрим немного достопримечательностей.       — Что мы будем смотреть? — спросила Сакура, попадая в шаг с блондинкой.       — К сожалению, не так много, поскольку, я думаю, Анко права, где будет происходить большая часть веселья, но это даст тебе общее представление о том, как далеко простирается его кругозор.

******

      Мышцы Наруто гудели после тренировки с Югао, поэтому он собирался принять душ, чтобы быть свежим и бодрым для следующего свидания, которое было на сегодня запланировано. Мацури фактически никогда не была в Конохе и выразила желание осмотреть все вокруг. Она и Темари были частью сил Суны, расположившихся лагерем около Тюрьмы Листа. Чтобы шиноби сильно не перетруждались, каждые две недели им давался отгул, чтобы как следует отдохнуть и познать всю прелесть Конохи. Наруто надеялся, что шиноби Суны проведут больше времени в деревне и это поможет наладить дружеские отношения между двумя деревнями. А когда вопрос с Тюрьмой будет решен и настанет очередь Конохи разбить тренировочный лагерь возле Суны, дружеские отношения станут ещё крепче.       Имея свободное время, прежде чем ему надо будет встретить двух куноичи и выполнить кое-какую работу, он решил провести его в печати, чтобы поговорить со своей матерью. Наруто появился в квартире, где его мама забеременела и вместе с отцом выбрала ему имя после прочтения одной из книг Джирайи. Найдя свою маму, сидевшую за столом и посылавшую взгляды в сторону дивана уже несколько минут, он сказал:       — Эй, мама. — Кушина обернулась к нему и подарила теплую улыбку, когда Узумаки поцеловал её в щеку, прежде чем сесть в кресло напротив женщины. — Как дела?       — Хорошо, учитывая, что накануне ночью я была просто спящим духом. Но, признаюсь, мне было немного скучно.       — Действительно, почему?       — Ну, я всегда была непоседливой, пока не направила свою энергию на обучение. Ты бы видел меня, когда я последние пару месяцев была беременна тобой, то практически лезла на стену. — Наруто хихикнул, легко представляя нескончаемую энергию матери. — Плюс есть…       Узумаки задался вопросом, почему она замолчала, пока не проследил за её взглядом, направленным в сторону дивана и лампы, которая включается, чтобы оградить его мать от последствий его чакры, когда он развлекается со своими возлюбленными. Заметив её смущение, он сказал:       — Мне жаль, что это для тебя так неудобно.       — Это всегда так?       — Не все время, просто сегодня более бешеный день, потому что я так долго отсутствовал. В некоторые дни я просто провожу с ними время.       — Речь идет не только о сексе?       — Конечно нет, если бы это было так, то я бы, наверное, просто дошел до того, что в своих возлюбленных видел только объекты для удовольствия. Вот кем я точно не хочу становиться, тем более без их поддержки и чувств у меня не будет никаких шансов для достижения цели — объединения деревень, не говоря уже о борьбе с мятежом Данзо и Саске.       Кушина кивнула, довольная ответом своего сына, но уже через мгновение наклонила голову, недоуменно спрашивая:       — Саске? Ты имеешь в виду сына Микото? Зачем нужно с ним бороться?       — Ты знала Микото Учиха? — спросил ошеломленный Наруто.       — Она была моей лучшей подругой. Я надеялась, что ты и Саске будете вместе расти и станете настолько же близки, как и мы. Теперь, раз ты упомянул об этом, я удивляюсь, почему она не забрала тебя, после того как… ну, ты знаешь. Она должна была знать, что ты мой сын, ведь я сказала ей, как мы собирались тебя назвать.       Наруто видел, как его мама была немного обижена тем, что её подруга бросила её сына, и, не зная, как поступить, он сказал:       — Может быть, она не хотела связывать меня с Учиха.       — Почему бы и нет? Я имею в виду, что они могли быть довольно задиристыми, но …       — Мама… это намного сложнее, чем это, — перебил Наруто, прежде чем рассказать про все, что знал о резне Учиха, о лишении свободы Микото и недавней смерти Итачи.       Кушина тихо прошептала, глядя в стол:       — О, Мико, я так сожалею, — пробормотала она, глядя в ясные голубые глаза сына, — Наруто, мы должны ей помочь.       — Я знаю, мам, — сказал решительно Наруто. — Я надеялся, что она могла бы притупить гнев Саске. Но теперь, когда я знаю, что она твоя подруга, мы обязательно вытащим её оттуда.       Увидев взгляд облегчения у своей матери, он был полон решимости сделать именно так, как и сказал, независимо от цены, но знал, что на данный момент терпение является ключевым моментом. Имея довольно хорошее представление о времени, он встал и поцеловал её в щеку.       — Увидимся позже, мам. Люблю тебя.       Когда он исчез из печати, женщина ответила:       — Я тоже тебя люблю.       В течение нескольких минут Кушина сидела за столом, осознавая, как приятно иметь возможность познакомиться с сыном, хотя было обидно, что упустила так много времени. Но когда лампа рядом с диваном включилась, загораясь зеленым светом, она быстро бросилась в защитную зону, молча желая, чтобы ей не нужно было делить его со многими другими женщинами.

******

      Наруто вышел из душа и вытерся полотенцем, а после обернул его вокруг талии. Блондин приостановился, когда увидел двух куноичи, с которыми должен был встретиться у ворот. Девушки сидели на диване в его квартире как ни в чем не бывало.       — Эй, я думал, что должен был встретить вас двоих у ворот.       Темари была одета в новую одежду: в черную рубашку без рукавов с фиолетовой полосой ткани, обернутой вокруг талии, и черную юбку, которая чуть прикрывала ажурное нижнее белье, которое было на ней надето. Ухмыляясь, блондинка сказала:       — Ну, после жизни в лесу в течение последних нескольких недель мы были немного встревожены возвращением к цивилизации.       — Я могу понять это чувство, — ухмыльнулся Наруто, прежде чем хлопнуть в ладоши, спросив: — Итак, кто готов увидеть все, что Коноха может предложить?       Мацури переглянулась с Темари и встала с дивана одновременно с блондинкой, подходя к Наруто, и сказала:       — На самом деле, произошли небольшие изменения в планах. — Обе девушки достигли его одновременно, обнимая каждая со своей стороны, и Мацури продолжила: — Темари подняла важный вопрос о том, что если мы проведем весь день, разгуливая по деревне, то, вероятно, мы пропустим самую главную достопримечательность Конохи.       — Что это? — спросил Наруто, в то время как оба женских лица приблизились к его собственному.       — Твоя кровать, — ответили обе куноичи и поцеловали его в щеку одновременно.       Кладя руки на попку каждой девушки, Наруто придвинул их поближе, прежде чем поцеловать Мацури. Пока он исследовал рот младшей куноичи Суны, Темари начала ласкать его тело, целуя шею и грудь. Через несколько секунд он переключился на Темари, в то время как Мацури сделала так же, как блондинка некоторое время назад. Когда поцелуй с Темари затянулась, Мацури решила отправиться дальше, выцеловывая путь вниз от груди до живота блондина. Доходя поцелуями до полотенца, она не стала церемониться и быстро стянула такую ненужную на данный момент вещь, раскрывая его полувялый член. Девушка придвинулась ближе и лизнула головку, заставляя Наруто простонать в рот Темари, уже через мгновение она поглотила его на всю длину, возбуждая сильнее и приводя его в боевую готовность. Наруто положил руку на голову Мацури, когда его член встал полностью, вынуждая девушку принимать только около половины его длины без тошноты. Темари, увидев это краем глаза, разорвала поцелуй с блондином, начиная покрывать поцелуями его тело, чтобы присоединиться к своему товарищу-куноичи, которая стояла на коленях, чтобы приручить монстра, которого они пробудили.       Темари, дразня языком, взяла его яичко в рот, заставляя Наруто прижаться спиной к стене и громко застонать. Проделав то же самое со вторым яичком, она перешла к той части его члена, до которой не могла добраться Мацури, даже прилагая все свои усилия. Темари умело орудовала своим языком, вылизывая то сверху, то снизу, иногда сталкиваясь с губами младшей куноичи. Мацури позволила члену блондина выскользнуть из её рта, отодвигаясь в сторону, чтобы предоставить шанс Темари показать свои умения и взять член в рот настолько глубоко, насколько она могла. Стоны Наруто стали ещё громче, когда его коллега-блондинка забегала язычком по чувствительному месту, прямо под его членом.       В то время как Темари занималась членом Узумаки, медленно двигая головой взад и вперёд по всей его длине, Мацури воспользовалась моментом и начала снимать с себя жилет и рубашку. Прежде чем она снова смогла вернуть свое внимание к его члену, Наруто взял её за подбородок и потянул к себе. Узумаки страстно поцеловал девушку, одной рукой беря и сжимая одну из её миниатюрных грудей, а другой пробрался под юбку, где начал дразнить мокрую киску через трусики.       Стон удовольствия Мацури превратился в стон утраты, когда Наруто прекратил дразнить её сосок, застонав, пока заполнял рот Темари своей спермой. Щеки блондинки надулись, когда она получила желаемое, и Узумаки излился у неё во рту, выпуская несколько толстых струй спермы, которая оказалась на языке и задней части её горла. Когда его оргазм стих, девушка позволила члену выскользнуть из рта. Темари подняла голову, глядя на парочку, и улыбнулась, открывая рот, чтобы показать все, что она собрала. Мацури быстро выскользнула из его рук и упала на сестру нынешнего Казекаге, повалив её на пол в попытке поцеловать, чтобы получить часть семени Наруто.       Лежа на спине с Мацури на вершине, Темари ухватилась за лицо куноичи, удерживая её какое-то время от любых действий, но надолго её не хватило, и она сама сократила между ними расстояние, прижимаясь губами к брюнетке. Девушка застонала от удовольствия, когда получила свою долю от блондинки. Их языки передавали сперму Наруто друг другу, и, пока поцелуй продолжался, Мацури начала играть с грудью Темари через рубашку, заставляя девушку стонать в поцелуй. Собаку-но закончила поцелуй, чтобы проглотить то, что она до сих пор держала во рту, но застонала вместе с Мацури, когда Наруто присел на корточки и полез под их юбки, поглаживая пальцами их мокрые киски. Обе девушки прижались друг к другу, пока Узумаки мастерски их ласкал, а когда он был уверен, что они были готовы перейти на следующий уровень, предложил:       — Как насчет того, чтобы переместить эту вечеринку с пола?       Оглядываясь на него, обе куноичи кивнули, поэтому Наруто встал и помог им оторваться друг от друга, одновременно помогая избавиться от одежды. После того как обе девушки были полностью обнажены, он отступил назад и стал наблюдать, как Темари взяла Мацури за руку и повела её к кровати, где посадила на край, расставив колени. Затем блондинка оглянулась через плечо и развела свои ноги шире, чтобы Наруто мог лучше разглядеть её влажную киску и побудить его сделать выбор в её пользу, чтобы первой получить его член.       Её стратегия сработала: Наруто быстро сократил расстояние между ним и парочкой, без промедления вставляя член на всю длину в блондинку. Мацури спокойно это приняла и начала сосать грудь Темари. Правой рукой она нашла свою киску, чтобы стимулировать себя, пока Наруто вколачивался в старшую куноичи Суны. Темари застонала в экстазе, когда блондин нащупал грудь, которая была обделена вниманием Мацури, он ухватился и сжал её, другой рукой прижимая брюнетку, чтобы она сосала сильнее.       — Черт… — простонала девушка. — Это намного лучше, чем экскурсия по деревне.       — Я не знаю, — сказала Мацури, убрав рот от груди Темари. — Мне кажется, что ты одна получаешь все преимущества нашего пребывания здесь.       Матсури пришлось проглотить свои слова, когда Наруто вдруг выскользнул из бархата Темари и схватив брюнетку за ноги, потянул её к себе достаточно близко, разводя их в стороны, чтоб беспрепятственно скользнуть внутрь неё.       Резкие движения заставили её упасть на спину, а Темари развернулась, чтобы своей киской приблизиться к её лицу. Когда блондинка устроилась поудобнее, она сказала:       — Теперь мы обе сможем наслаждаться.       Мацури подняла свое лицо к киске Темари, которая уже истекала слюнками и начала работать своим языком по всей щелочке, слизывая все соки, которые смогла найти. Стоны удовольствия брюнетки от заполнения её собственной киски также отразились через куноичи, которая обвила руки вокруг шеи Наруто и потянула его в поцелуй.       Узумаки трахал Мацури, входя в её киску так глубоко, как только мог, в то же время продолжая целоваться с Темари. Но в скором времени Наруто надоело стоять в таком неудобном положении, и он вытащил свой член из "ежовых рукавиц" Мацури. Он упал на кровать так, чтобы лежать на спине. Темари быстро завоевала выигрышную позицию и засунула его член себе внутрь, усаживаясь на него спиной к его лицу. Наруто нравилось смотреть, как его член появляется и исчезает, когда Темари поднимала и опускала бедра, но вид изменился на истекающую и возбужденную киску, когда Мацури придвинулась ближе и устроилась на его лице. Уткнувшись головой между её ног, он протянул руку, чтобы поиграть с её грудью, когда стал целовать её нижние губы и вылизывать мокрую дырочку, заставляя куноичи стонать от восторга. Стоны девушки смешались со стонами блондинки, которая насаживала себя на член Узумаки, как будто от этого зависела её жизнь.       Покрытое потом тело Темари упало вперёд, замедляя свое падение, отдернув одну из своих рук от груди и уперев её в бедро Наруто. Приближаясь к своему оргазму, она напряглась, пошло раздвигая ноги ещё шире и выгибая спину. Узумаки оторвался от ласк груди Мацури и освободившейся рукой шлепнул по заднице светловолосую куноичи, принося внезапную боль, которая была словно искра, в которой она так нуждалась, что толкнула её через край. Наруто почувствовал, как киска Темари стала вздрагивать и сжиматься сильнее, именно так, как и желал парень, достигая своего предела и начиная заполнять её внутренности белой жидкостью. Когда оргазм Собаку-но прошел, она упала к его ногам и подняла бедра достаточно, чтобы его все ещё твердый член выскользнул из неё. Мацури, видя свой шанс, отодвинула киску от рта Наруто и двинулась стремглав вниз, пока её нижние губы не вступили в контакт с его инструментом. Поднявшись на ноги, она присела на корточки над его членом, несколько раз его погладила и направила в свою киску. И Наруто, и Мацури, застонали от удовольствия, когда она медленно на него насаживалась. Она на мгновение остановилась, когда Наруто был полностью внутри, чтобы насладиться ощущением наполненности, которое он в ней вызывал.       Наклонившись вперёд, она начала двигаться взад и вперёд на члене блондина, вовлекая его в поединок языков. Мацури почувствовала, как к ним приближается Темари. Внезапно её товарищ сделала свое присутствие известным, подползая по кровати ближе, добавляя свой собственный язык к уже танцующим вокруг друг друга в страстном танце. Кроме того, она положила руку на верхней части таза Мацури и начала стимулировать её киску, потирая чувствительный бугорок её клитора. Под ловкими пальчиками Темари, не говоря уже о большом монстре, полностью заполняющим её и возбуждающим глубочайшие нервные окончания внутри неё, Мацури быстро почувствовала, что приближается её оргазм. Однако она закусила губу, поклявшись, что не кончит, пока этого не сделает Наруто. Излишне говорить, что это была изысканная форма пытки, когда она переживала двойную атаку, пока не почувствовала, что член Наруто начинал набухать внутри неё, предупреждая, что он был готов кончить. Позволяя себе расслабиться, она бурно кончила, как раз в то же время, как его горячий белый сок начал выплескиваться в её лоно. Мацури откинула голову назад в крике удовольствия, когда сестра Казекаге обхватила её грудь и ущипнула за соски, возводя её оргазм до небывалых высот. Когда оргазм утих и её силы, чтобы оставаться в вертикальном положении, исчезли, она упала вперёд на грудь Наруто и начала слушать его сердцебиение, которое постепенно возвращалось к нормальному темпу. Отдышавшись, она сжала мышцы киски, лаская полутвердый член, все ещё находившийся в ней, говоря:       — Ты знаешь, есть ещё одно место, которое я очень хочу посетить.       — Что это? — спросил Наруто, сдерживая стон от сокращающихся мышц, захвативших его.       — Твой душ, — ответила сонно девушка, вызывая улыбку на лицах обоих блондинов.       Темари выскользнула из кровати, и через мгновение послышался звук льющейся воды, который заставил Мацури завозиться. Спустя минуту она застонала, когда Наруто обхватив её зад, легко поднялся вместе с ней с кровати и понес в ванную, где они втроем начали новый раунд любовных ласк под теплыми струями воды.

******

      Ино точно могла сказать, что Сакура нервничала, когда они приблизились к квартире Наруто через час после того, как наблюдали уход Мацури и Темари. Она не могла винить подругу, так как сама боролась против нервного припадка, спрашивая себя, не перешла ли она черту, беря инициативу в свои руки и показывая Сакуре, что находится за стеной, которая выросла между ней и её товарищем по команде. Оглядываясь назад на девушку, когда она шагнула к квартире Наруто, блондинка догадалась, что тревоги, которые они обе чувствовали, состояли в том, что Сакура была все ещё под хенге как Хината. Положив руку на дверную ручку, Яманака дала Сакуре ободряющую улыбку, прежде чем повернула её, удивляясь, что дверь не заперта.       В квартире было темно, за исключением некоторых свечей, которые были зажжены в различных точках по кругу комнаты. Ино ждала, пока Сакура шагнет в комнату, чтобы закрыть и запереть дверь, и практически почувствовала, как девушка под хенге напряглась, когда увидела Наруто, сидевшего в кресле с голой грудью, одетого только в оранжевые штаны. Вставая и не давая ни единого намека на то, что он обнаружил что-то неладное, Узумаки сказал:       — Я боялся, что вы собираетесь меня надуть.       — Извини, — сказала Ино, повернувшись к нему лицом, когда он приблизился к ней. — Мы хотели дать тебе время, чтобы оправиться.       Обернув руки вокруг талии Ино, Наруто потянул её к себе и подарил ей глубокий поцелуй, от которого у неё перехватило дыхание. Отпустив её, он перешел на хенге Сакуры, и, когда Ино уже собиралась рассказать ему правду, её способность говорить испарилась, потому что Наруто поцеловал двойника Хинаты прямо в лоб. Это простое действие оказало непосредственное влияние на Сакуру, и её лицо побагровело в честном олицетворении девочки, которой она притворялась, по крайней мере, прежде чем Хината присоединилась к гарему. Никогда не видя, чтобы Узумаки раньше делал такие вещи, она неожиданно поняла, что Наруто на самом деле уже знал правду.       Она попыталась высказать свое предположение, но Наруто её опередил, нанося удар, когда сказал, уходя:       — Не делай такое удивленное лицо, Ино. Ты действительно хотела, чтобы я был, так легко обманут, если кто-нибудь притворится тобой?       Покачав отрицательно головой, она спросила:       — Что меня выдало?       — Ну, для начала, я не видел Хинату краснеющей в течение довольно длительного времени, тем более от простого наблюдения за мной и одной из моих возлюбленных. — Сакура поняла, что поддерживать хенге больше не было смысла, и развеяла его, а после того как дым рассеялся, Наруто развернулся лицом к куноичи, держа открытыми руки, и сказал: — Ну, Сакура — это то, какой стала моя жизнь. Я сожалею, что был таким трусом и не сказал тебе сам, но, я уверен, ты понимаешь, что это не самая простая тема, которую я могу поднять. — Когда Сакура просто кивнула головой, блондин спросил: — Ты действительно будешь в порядке, зная это обо мне?       Сакура молчала в течение нескольких мгновений, чрезвычайно нервничая и чувствуя, как в её горле внезапно пересохло. Пытаясь собраться с мыслями, что, казалось, совсем не помогало, поскольку, когда она начала говорить, ей показалось, что она стала ещё более рассеянной, а собственный голос её предает:       — Я-я не уверена… Это просто так много, чтобы обдумать… Я имею в виду, что здесь ты уделяешь время почти каждой куноичи, что я знаю, а я даже не испытала свой первый поцелуй… — Сакура в растерянности прикрыла рот, ведь она не собиралась говорить последнюю часть, но почувствовала небольшой трепет, когда посмотрела на Наруто.       Ино смотрела, как Наруто сократил расстояние между ним и Сакурой. Положив палец под её подбородок, он наклонил её лицо и тихо сказал:       — Все, что тебе было нужно сделать, — это просто спросить.       Сакура смотрела в глаза Наруто, ничего не говоря, вместо этого она просто закрыла глаза в неустановленной форме разрешения. Ино следила за целующейся парочкой, зная, что Сакура, вероятно, испытывала поцелуй, который далеко за пределами её воображения, и получила этому подтверждение, замечая, как пальцы Сакуры согнулись, а дыхание участилось.       Когда Наруто отстранился, Сакура прошептала:       — Вау. — Её реакция заставила джинчурики улыбнуться.       Отступив назад и создав некоторое пространство между ними, Наруто сказал:       — Спасибо. — Увидев её вопросительный взгляд, он объяснил: — Я никогда не переставал любить тебя, Сакура, и все, что я когда-либо хотел, чтобы ты была счастлива. Я уверен, что тебе нужно время подумать…       Все остальное, что Наруто собирался сказать, было остановлено Сакурой, когда она обвила руками шею Узумаки и прижалась губами к его губам. Ино смотрела, как он застыл от удивления, но оборачивая руки вокруг неё, и потянул её ближе, когда их поцелуй накалился. Увидев небольшую ниточку слюны, что связала их, когда поцелуй закончился, она улыбнулась, прежде чем Сакура сказала:       — У меня было более чем достаточно времени, чтобы подумать, Наруто. Сейчас я просто хочу чувствовать.       На лице Наруто появилась широкая улыбка, когда он сгреб куноичи с розовыми волосами в свои объятия. Когда он шёл вместе с ней к его свежеприготовленной кровати, Ино двинулась в сторону его кресла, чтобы устроиться поудобнее и в то же время не мешать её друзьям насладиться моментом лишения девственности. Положив её на кровать, Наруто снял розовую юбку, которую она надевала поверх шорт, и лег рядом. Нежно целуя девушку, блондин положил правую руку на её бедро, поскольку другой опирался, когда склонился над ней. Проявляя терпение после стольких лет ожидания, которое наконец принесло свои плоды и привело к нему Сакуру, Наруто старался сдерживаться и лишь слегка касался, когда провел рукой вверх и вниз по её боку, желая услышать, как она сама будет его умолять о продолжении.       Это была грязная игра со стороны Узумаки, которая возымела эффект, когда он неспешно её поцеловал, спускаясь от шеи к ключице, и Сакура взмолилась:       — Наруто, пожалуйста… не сдерживайся. Сделай меня своей женщиной. Ответ Наруто был немедленным и его действия стали более грубыми и собственническими. Беря застежку-молнию её рубашки в рот, он потянул её зубами, расстегивая и тут же снимая вещь, руками пробираясь под шорты. С кресла Наруто Ино могла видеть, как его руки двигались под обтягивающими шортами, которые носила Сакура, как он добрался и стал ласкать киску её подруги, в то время как его рот уделял внимание торчащим бугоркам её груди, изо всех сил пытаясь противостоять плотным ограничительным бинтам. Между тем руки Сакуры были по всему телу Наруто, она гладила его грудь, спину и все, до чего могла дотянуться, пока извивалась под его ласками. Сакура согнулась почти пополам, когда Наруто прикусил её до сих пор одетый сосок, в то же самое время как проскользнул пальцем в её мокрую киску. Сакура стонала от удовольствия, познавая новые в некотором смысле ощущения, когда он перенес свой рот к её другой груди, чтобы уделить и ей такое же внимание.       Сакура почувствовала, как что-то начало все больше в неё упираться, и стремилась схватить член Наруто рукой. Затаив дыхание, она сказала:       — Наруто… я хочу, это внутри себя, пожалуйста.       Узумаки оторвался от её груди, заглядывая в умоляющие зеленые глаза девушки. Убирая свой палец из влагалища, он встал на колени между её ног и, ухватившись за края её шорт, медленно стащил их вниз по ногам. Освободив ноги девушки от оков, он бросил шорты на пол возле кровати и потратил минутку, любуясь представшей перед ним картиной. От того, как её глаза были прикованы к нему, он знал, что она ждала, когда он освободит свой член от штанов, но, имея другие планы, Наруто схватил её под коленями, поднимая её бедра над головой. Узумаки уложил ноги Харуно на свои плечи, позволяя ей расслабиться, пока смотрел вниз на её восхитительную киску.       — Не смотри так, — пробормотала Сакура, подглядывал за ним сквозь пальцы, когда закрыла лицо руками от смущения. — Пожалуйста, я хочу… я хочу, чтобы ты вставил его…       Наруто усмехнулся и потерся кончиком своего носа о тонкую полоску её розовых волос на лобке, перед тем как ответить:       — Сейчас, сейчас, Сакура. Я долго ждал этого момента, и нет абсолютно никакой необходимости спешить. Ты получишь то, что ты хочешь, но сначала позволь мне насладиться каждой частичкой твоего тела. Кроме того, я уверен, тебе тоже это понравится.       Когда Наруто стал вылизывать киску Сакуры, Ино начала собственное путешествие в мир удовольствий, потирая свою киску через тонкий материал трусиков. Она легко могла видеть, как Сакура, несмотря на удовольствие, которое она получала от усилий Наруто, сопротивлялась своим стонам, кусая кулачки. Наруто, казалось, принял это как вызов. Пытаясь разорвать добровольное молчание куноичи, он удвоил свои усилия, ныряя и вылизывая юрким язычком, даже когда она напряглась, вгрызаясь в кулаки и заполняя его рот своими соками. Узумаки не останавливался и продолжал свои действия, доводя её до исступления, желая услышать стоны удовольствия.       Сакура попыталась оттолкнуть лицо Наруто свободной рукой, затаив дыхание и простонав:       — Нет… больше не надо… Я-я больше этого не выдержу…       Наруто остановился лишь для того, чтобы сказать:       — Тогда не… не сдерживай свой красивый голос, Сакура.       — Твои соседи… О, черт! — застонала Сакура, когда Наруто вновь сосредоточился на влагалище, принося новую волну наслаждения, которая в этот раз сопровождалась множеством криков и стонов, когда она прекратила сопротивляться и молча терпеть. Следующий оргазм пришёл довольно быстро, забрызгивая соками лицо блондина, а также её живот, заставив кричать: — Да… О Ками, это так хорошо!!!       Опустив её бедра вниз на кровать, Наруто лишил себя штанов, чтобы освободить болезненно твердый член. Пристраиваясь ко входу во влагалище, Узумаки поцеловал Сакуру и начал медленно входить внутрь неё. Они оба застонали от удовольствия, после того как Наруто оказался полностью внутри и они стали одним целом. Блондин встал на колени и потянул её к себе. Сакура на мгновение уставилась в потолок, а когда встретилась с ним взглядом, выглядела так, словно готова была заплакать. Прежде чем он успел спросить, что случилось, она разрыдалась и обняла его, говоря, как она поражена тем, что чувствует себя так правильно, связанной с Наруто, как его возлюбленная:       — …мне так жаль за то, как я обращалась с тобой в те дни, когда ты был генином и когда только вернулся…       — Ш-ш-ш… — прервал её Наруто, мягко улыбаясь. Наклонившись вперёд, он поцеловал слезы, которые успели скатиться по щекам девушки, и сказал. — Это все в прошлом. У нас есть настоящее и светлое будущее. Не волнуйся, я никогда не держал на тебя обиду, а теперь, Сакура, ты моя, и я так тебя люблю, что никогда не отпущу.       Кивнув в ответ, Сакура почувствовала уверенность от слов Наруто и высказалась:       — Я тоже тебя люблю, Наруто. Я должна была это сказать, как только ты вернулся.       Наруто поднял её бедра, заставив ахнуть, прежде чем потянуть её вниз на свой член, заставляя девушку обхватить лодыжками его задницу. Легко держа её на своих коленях, Наруто начал поднимать и опускать её в устойчивом ритме, пока страстно целовал под улыбающийся взгляд Ино.       Однако это был не единственный взгляд, под которым новые возлюбленные занимались любовью. Через улицу на крыше здания за ними наблюдала Хината, которая ощущала, как её собственная чакра меняет цвет из-за красного маяка Сакуры, прижимающейся к Наруто. Неспособная дальше за этим наблюдать и принять, она побежала, уверенная в том, что она практически пылала желтой ревностью, которую в данный момент чувствовала. Она убегала подальше, лишь бы не портить ночь Наруто своими горькими чувствами.       Ничего не ощущая, кроме тепла Сакуры, действия Наруто стали менее контролируемыми, когда он приблизился к своему оргазму.       — Сакура… — еле слышно сказал блондин.       — Ты кончил? Продолжай… наполнять меня своим семенем, отметь меня как свою женщину внутри и снаружи.       С заключительным сильным толчком Наруто притянул Сакуру вниз на его член полностью перед заполнением её лона теплотой, что вызвало её собственный оргазм.       — На-а-ару-у-у-уто-о-о-о-о! — громко кричала девушка с розовыми волосами, пока тряслась в экстазе. Ускользая из его объятий, Сакура упала на кровать и попыталась усмирить дыхание, пока смотрела на потолок. Чувствуя теплоту Наруто, распространяющуюся по всему её телу, она ощутила, что Ино переместилась на кровать и перешла из зрителя в участника, когда начала облизывать, вычищая член Наруто. Сакура приподнялась, чувствуя неловкость, но она не успела этого прокомментировать, как оказалась втянута в поцелуй с Яманакой.       Издавая стоны от вкуса, содержавшегося на губах Яманака, Сакура слегка надулась, когда Ино разорвала поцелуй, чтобы спросить:       — Так как же вы на вкус?       — Замечательно.       — Тогда ты поймешь, верно? — спросила Ино, на мгновение путая Сакуру, пока та не узнала, что её подруга имела в виду, когда та уткнулась лицом между ног Сакуры. — Эй… прекрати! — возмутилась девушка, но, несмотря на собственные слова, вскоре притянула лицо блондинки ещё ближе к своей киске.       Наруто наблюдал, как Сакура упала обратно на кровать и начала громко стонать под талантливым языком Ино. Его член быстро восстановился из-за прекрасного видения, и он занял позицию позади стоящей на коленях Яманака, легко проскальзывая в её мокрую киску. Начиная двигаться, он наслаждался симфонией стонов и был весьма удивлен, что к ним до сих пор не присоединилась третья.

******

      Сакура проснулась, одновременно ощущая боль и бодрость, не обнаружив теплое тело, с которым заснула рядом. Усаживаясь на кровати, Харуно чувствовала, что место, где должен был находиться Узумаки, было ещё теплым, и неожиданно ощутила, как её внимание приковала ванная, когда блондин вышел полностью одетый.       — Наруто… — осторожно позвала девушка, не желая разбудить Ино.       Услышав свое имя, блондин улыбнулся ей с любовью, прежде чем подошел к кровати и, обхватив её щеки, спросил:       — Что случилось?       — Куда ты идешь? Все в порядке?       — Да и нет, — ответил Наруто. — Здесь все идеально. — Сакура покраснела, когда он посмотрел на её обнаженное тело, но нахмурилась, когда он сказал: — К сожалению, быть в центре гарема означает, что, даже если в одном углу моего мира все прекрасно, в другой может быть все совсем не так хорошо.       — Это Хината, не так ли? — спросила Сакура и заметила, как её проницательность удивила возлюбленного. Продолжив, она сказала: — Она была не в восторге от идеи Ино показать мне все. Я не думаю, что она хотела, чтобы я стала одной из твоих возлюбленных.       Наруто прислонился, целуя её в лоб, и положил руку на её левое бедро, где не так давно поставил свою метку. Выпрямившись, он сказал:       — Не волнуйся, ты в этом не виновата. У неё есть проблема, и это её собственная неуверенность. Немного поспи, я скоро вернусь.       Наруто направился к двери, останавливаясь лишь для того, чтобы посмотреть на часы, которые показывали час ночи. Выйдя из своей квартиры на свежий ночной воздух, Наруто воздержался от использования своей способности ощущать метку Хинаты, желая проверить, насколько хорошо он знал свою возлюбленную. На мгновение закрыв глаза, он позволил ногам вести его в сторону, где, он верил, находилась девушка, и вскоре прибыл в Академию Шиноби. Проходя через ворота, он посмотрел на качели, которые использовал, когда был совсем одинок, но быстро их обошел и направился к задней части здания. У входа в лес он нашел Хинату, которая, прислонившись к дереву, рыдала в рукав своей куртки. Наруто молча к ней подошел и обнял, успокаивая:       — Я тебя нашел.       Она моментально напряглась и, заикаясь, спросила:       — Н-Наруто, что ты здесь делаешь?       — Ищу тебя, конечно. Я знаю, что Сакура прикидывалась тобой, но до сих пор не думал, что ты просто игнорируешь меня.       — Я не хочу быть обузой, — уныло сказала Хината. Прежде чем Наруто успел что-либо сказать, чтобы исправить своё поведение, она добавила, когда собиралась расстаться с ним: — Ты должен быть счастлив, что Сакура любит тебя.       — Да, — согласился Наруто.       — Ты знал, что её чакра красная? — спросила Хината, чувствуя себя ещё хуже от понимания, что её собственный оттенок чакры желтый.       — Нет… она сказала, что любит меня, и я ей поверил. Точно так же, как когда это сделала ты, однако, я полагаю, это было до сегодняшнего вечера, когда ты не пришла. — Вздохнув, Наруто печально посмотрел на неё, продолжив: — Я думаю, что был плохим парнем, поскольку заставил тебя чувствовать себя такой несчастной.       Дыхание Хинаты перехватило, в горле вмиг стало сухо от слов Наруто, который описывал себя как её бойфренда, но девушка сказала:       — Я думала, ты предпочитаешь термин любовник.       Наруто пожал плечами, говоря:       — На самом деле, для меня это не имеет значения, как меня называют: любовником, мужем или парнем. Ведь все это означает, что между нами есть связь. И это не меняет степени моих чувств к каждой из вас. — Хината слабо ему улыбнулась, а Наруто прижал её к себе ближе, говоря: — Я никогда не сомневался в глубине твоих чувств и преданности мне, Хината, что заставляет меня грустно думать, что ты не веришь, что я чувствую то же самое по отношению к тебе.       Хьюга напряглась в его объятиях и отстранилась, чтобы взглянуть на него, и серьезно сказала:       — Наруто, я… Это просто…       Положив руку на её затылок, он притянул её к плечу, говоря:       — Ты считаешь, что если не сможешь стать наследницей, то я просто соблазню твою сестру и тогда в тебе больше не будет необходимости? — Хината хотела отрицать то, что он сказал, но, услышав свои собственные сомнения относительно её достоинства и ценности для амбиций Наруто, не смогла. Узумаки приблизился и нежно прошептал ей на самое ушко: — Но ты моя, Хината, и любое будущее, построенное за счет твоего счастья, этого не стоит. Поэтому я даю тебе это обещание: даже если твоя сестра станет наследницей, я не буду совращать её ради своих амбиций.       — Нет, Наруто, я не хочу быть причиной, что все твои планы пойдут вкривь и вкось, — сказала Хината, пытаясь поднять голову с плеча Наруто.       Но он по-прежнему легко её удерживал, говоря:       — Это неважно, потому что ты не подведешь, Хината. Ты для меня не слабость, а источник моей силы. — Глаза Хинаты мгновенно наполнились слезами, которые начали падать, впитываясь в куртку Наруто, когда она услышала эти слова. Потирая спину в успокаивающем жесте, он продолжил: — Вот именно, Хината, ты не должна скрывать свои чувства от меня. Освободи их.       Пока Хьюга плакала ему в плечо, он взял её на руки и перенес к дереву, где сел с ней на коленях. Когда девушка почувствовала, что её слезы высыхают, она спросила:       — Как ты узнал, что я здесь?       — Это место, где мы впервые встретились, — ответил Наруто. — Я полагал, что это было лучшее место, чтобы найти тебя.       — Я думала, ты не помнишь.       — Я заставил себя вспомнить, — ответил с любовью блондин. — Когда ты сказала мне, сколько этот день значил для тебя.       Кивнув ему в грудь, Хината прошептала:       — Наруто?       — Да.       — Мы можем остаться здесь на некоторое время?       — Так долго, как ты захочешь, моя принцесса.       Больше ничего не было сказано. Двое влюбленных прижались друг к другу. В конце концов Наруто понял, что в какой-то момент Хината заснула в его объятиях. Осторожно вставая, он легко обхватил её и сделал шаг в сторону своей квартиры, прежде чем исчезнуть в красной вспышке. Укладывая девушку в свою кровать, он снял с неё куртку и сандалии. Наруто улыбнулся от теплых чувств, которые его переполняли, когда она перекатилась ближе к теплу от двух других куноичи, которые уже находились в постели. Полагая, что его кровать была слишком мала для ещё одного человека, он устроился в своем кресле, не желая тревожить сон своих возлюбленных, и, повернув его в сторону окна, наблюдал, как над Конохой поднималось солнце, знаменуя о начале нового дня.