Книга с фениксом на обложке

Резкий щелчок разбудил Гарри, отдавшись болью в ушах. С этого металлического лязга дверной защелки вот уже три недели как начиналось его утро - ровно три недели, как Гарри вернулся на Тисовую улицу, окончив пятый курс в Хогвартсе. Но пора вставать, иначе от завтрака ему останется лишь сытый взгляд Дадли, да умопомрачительный запах жареного бекона. Быстро потянувшись, Гарри вскочил с постели, на ходу надевая очки и приглаживая вечно торчащие волосы. Спустя минуту, провожаемый недовольными взглядами Дурслей, он спустился по лестнице в кухню. - Вечно ты такой же растрепанный, как и он! – зло прошипела Петунья, с явным сожалением пододвигая племяннику тарелку с остатками яичницы. И, хотя желудок продолжало сводить голодом, Гарри вдруг почувствовал полное отсутствие аппетита. Хорошее настроение от солнечного дня вмиг улетучилось, раздавленное острой неприязнью к тетке и вообще к этому выхоленному, чуть ли не стерильному дому. - Спасибо, тетя, я не голоден, - растягивая губы в мучительно-вежливой улыбке, проговорил Гарри и поспешил ретироваться. Добежав до комнаты, он с размаху упал на подоконник и закрыл лицо руками. Сразу вспомнилось то, что он старательно старался скрыть от себя за стеной вынужденных улыбок, действий и слов – боль от потерь дорогих ему людей. Мама, папа, Седрик, Сириус… Не в силах больше сдерживаться, Гарри заплакал, неумело размазывая слезы по щекам. А сверху тянуло свои лучи солнце, словно ласково перебирая черные волосы мальчика, и от этого тепла Гарри становилось легче, как от маминой руки. Он прикрыл глаза и уже почти задремал, но вдруг раздалось хлопанье крыльев. Красивая рыжая сова с красным свертком села рядом с Гарри. «Что бы это могло быть?» - подумал он, принимая посылку и гладя сипуху по мягким, пушистым перьям. В посылке оказалась книга. Нет, не современная, а очень старая. Это Гарри понял, как только увидел ее. Ни одним заклинанием не состаришь кожу обложки, пергамент страниц так, как это сделало время. Золото (а это было именно золото), из которого был отлит феникс на передней стороне книги, потускнело, как зеркало от дыхания. Гарри протер феникса подолом футболки и зажмурился – так ярко блеснули на солнце его распростертые крылья и гордо выгнутая шея. Книга, тем более такая – это был очень дорогой подарок, и Гарри всерьез задумался над тем, кто же этот неизвестный добродей. Не Гермиона, нет, и не… Гарри тяжело вздохнул. Он уже начинал смиряться со смертью крестного, но скорбь от этого не становилась меньше. Она лишь постепенно перекрашивалась из мрачной безысходности в тихую, светлую печаль. Усилием воли переключившись на книгу, Гарри повертел ее в руках и раскрыл. В нос ударил запах старости – перьев, кожи и почему-то холодного молока. «Время может воскресить убитых, а может убить воскрешенных. Время – вечно и непостоянно, оно может все и не может ничего. Если ты так хочешь» Странные слова. Такими словами говорит Дамблдор. «Если ты так хочешь, значит, тебе есть, что вернуть и что изменить, тебе есть, кого увидеть и кому сказать то, что хотел. Значит, было то, что время вырвало из твоей души, швырнув тебя на обочину жизни и умчавшись дальше с частью тебя. Значит, я могу тебе помочь» Гарри лихорадочно посмотрел имя автора. Прочерк. Но не успел Гарри даже чертыхнуться, как снизу раздался дикий крик: «Поттер!!!» Он запихал книгу под кровать и, с унынием глянув на часы, поплелся выполнять очередную прихоть тетки.