Футбольная страсть по-немецки «2»

POV Сара.

Всю дорогу к аэропорту я общалась с ребятами, которых не видела уже долгое время. Хуммельс рассказывал о своей собаке, Хёведес о своём походе в горы с семьей. Я познакомилась с юным новичком сборной — Юлианом Вайглем. С виду он мне показался скрытным и тихим, но на деле это оказалось совсем не так. Юноша рассказал мне как врачу обо всех прошлых болезнях, а как наставнику и подруге — о своей жизни. Вскоре в нашу с ним беседу вклинился другой Юлиан —Дракслер, который чуть ранее мило посапывал слева от меня. Когда наши споры о том, выйдем мы в финал или нет, стали слышны всему автобусу, Мюллер встал между сидениями, гордо поднял голову вверх и крикнул: — Да я всех порешаю! — Томас сделал махи руками будто каратист. — Какая Франция? Какая Англия? Пф, Италия? О чем речь, всем прилетит от великого и ужасного Томаса Мюллера! Весь автобус, казалось, хохотал от таких слов. Моё плохое настроение быстро ушло, а на Бруну и Ройса я даже не смотрела. Безумно люблю каждого из этих ребят. Они способны сделать мою жизнь ярче, а плохие мысли выкинуть из головы надолго. — Не обольщайся, Томас! — внезапно послышался голос Швайни в начале автобуса. — Я хоть и не первой свежести, но уж точно не пропущу момента забить пару десятков голов в ворота соперника! — На самом деле! — не успели мы отреагировать на фразу Басти, как начал Нойер. — Йоахим, а давайте Вы отправите меня в нападение, чтобы все были в курсе, где раки зимуют?! А Тер-Штеген на воротах постоит, он это делает весьма неплохо. Заметив грозный взгляд Лёва, который явно пытался не рассмеяться Мануэлю в лицо, вратарь добавил: — Ну-у хотя-бы в полузащи-и-иту-у-у! Нормального ответа голкипер не дождался. Все начали смеяться настолько сильно, что успокоить всех не смог даже грозный голос водителя, который сообщил о том, что пора выходить из автобуса. Настроение у команды было потрясающее: все смеялись, фотографировались, расписывались на футболках фанатов, стоящих рядом с терминалами аэропорта. Я решила выпить кофе из автомата в комнате ожидания, пока остальные фотографировались с фанатами. Да, я безумно люблю этот кофе. Он мне напоминает наши путешествия с отцом по Германии — мы любили ездить на поездах по стране и по всему Евросоюзу. Мы часто пили этот кофе, я могла выпить литров пять залпом, правда, отец мне этого не разрешал и контролировал мои порции. Как же я скучаю по родителям, кажется, я не видела их уже тысячи лет. Внезапно я почувствовала на своем плече мужскую руку. Как ни странно, это был Марко. — О, чёрт, Ройс! — я закатила глаза и отпила любимого кофе. — Ты можешь оставить меня в покое хотя бы сейчас?! Тот меня не послушал и снова начал оправдываться. Черт, ну зачем нагружать мне мозг? Я же все вижу своими глазами, причем очень отчетливо. Я не нуждаюсь в каких-то там справках и выносках. — Почему ты не хочешь меня даже слушать? — искренне недоумевал Ройс. — Ты серьезно это спрашиваешь?! — я усмехнулась и снова отпила кофе, чтобы скрыть лишний гнев и нервы. — Ты мне пару-тройку раз изменил с какой-то дамочкой, которая умом не отличается, столько же раз кинул и оставил в дураках, и при всем этом я всегда во всем виновата, по твоему нескромному мнению. Мне надоело, Ройс! Я могу наговорить тебе много лишнего сейчас. Дай время и себе, и мне. На самом деле, я не хочу думать о тебе и Бруне тогда, когда все наслаждаются мундиалем и Францией. Просто не-хо-чу. Кстати, вон идет твоя ненаглядная. Когда в зал ожидания вошла Бруна, я быстро удалилась. Надеюсь, что Марко правильно понял меня и мою позицию. Серьёзно, я не хочу думать о нём, об этих проблемах в личной жизни. Хотя, как не думать? Мне совсем скоро исполнится двадцать четыре, а у меня нет даже претендента на позицию мужа. Точнее, он есть, но постоянно сливается. Разговоры разговорами, но я не спешу выходить замуж, тем более за абы-кого. Проверка временем, знаете ли. Уже через пятнадцать минут мы рассаживались по местам в самолете. Я решила снова сесть с Дракслером, тем более он не был против. Ещё через пару минут я не заметила, как вырубилась. Мне даже снился какой-то непонятный сон. Какая-то девушка, которую я не знаю, веселье, слезы, непонятная речь… И что-то яркое. Настолько яркое, что меня ослепило во сне, из-за чего я и вернулась в реальность. Именно такие ощущения и были — ощущения страха падения, но во что-то светлое, приятное. Сон я решила «сохранить», записав его в блокнот на айфоне. — Мы скоро уже прилетим? — из-за сна я потерялась во времени. Дракслер обернулся на меня и как всегда с улыбкой ответил: — Да, минут через пятнадцать будем на месте. Солнце, пляж, футбо-ол! — Юлиан был явно воодушевлен и уже определился у себя в голове с какими-то планами на свободное время. Увидев, что я проснулась, Лёв дал мне толстую папку с личным делом Юлиана Вайгля, чтобы я не забывала, что нахожусь все-таки на работе. За изучением этой документации время прошло крайне быстро, и нам уже надо было снова перемещаться в автобус. Прекрасная Франция и Марсель в частности встретили нас палящим солнцем и Марсельезой, которая играла в аэропорту. Мюллер не сдержался и даже пустился в лёгкий пляс, пока стоял в очереди за багажом. Он пытался открывать рот в такт французской исполнительнице, но получалось у него это крайне плохо. Благо, Гётце успокоил его, потому что смотрелось это не очень привлекательно. Мало ли что могло показаться дотошным французам на тот момент. При въезде на территорию, где мы будем жить и тренироваться в ближайшие пару недель, висели французский, польский и наш, немецкий, флаги. На самом деле, мне уже не терпелось увидеть Левандовски и Пищека, последнего из которых я не видела сотни тысяч лет, а так же безумно хотелось познакомиться с хозяевами чемпионата — французами. Новые знакомства — это прекрасно, ведь так? Мы приехали практически последними. Команды уже вовсю тренировались, поэтому в самом отеле и в зоне отдыха никого не было. Поля, кстати, тоже находятся на этой частной территории, что не могло не радовать! Вокруг было безумно красиво, а с террасы было видно море, которое, казалось, не имело границ. Нас стали расселять по номерам. — Сара, как ты и просила, номер на одного человека. Пока на одного, — Йоахим протянул мне ключи. Я немного опешила. — Почему «пока»? — меня это не на шутку испугало. Вдруг он сейчас скажет, что ко мне могут заселить Бруну. — Возможно, что к тебе подселят кого-нибудь, но это маловероятно. Во всяком случае, пока. Вздохнув с облегчением, я взяла ключ и направилась в свой номер. Когда дверь открылась, я была ошарашена: в комнате было безумно светло из-за огромного окна во всю стену, две комнаты по одной кровати в каждой, телевизор, цветочки и евроремонт. Красота! Я вышла на балкон, с которого было видно море и тренировочную базу, где бегали, по всей видимости, поляки. Большинство французов шли от отеля в сторону моря, наверное, утренняя тренировка подошла к концу. Я посмотрела по сторонам — немцы из всех номеров вышли на балкон, чтобы оценить открывающийся вид. Кажется, моими соседями слева будут Гётце, Мюллер и Нойер, а сразу за ними Ройс, Киммих и Дракслер. Правда, соседи справа, по всей видимости, кто-то из французов или, может, какие-нибудь поляки. Интригующе! Поток мыслей прервал голос Лёва, доносящейся из колонки в правом углу главной комнаты номера: — Видели, как я могу! — тренер рассмеялся. — Все на завтрак, а потом на отдых. Вечером нас ждёт работа! Я решила, что свободное время проведу вместе со сном. Спать хотелось безумно, и я понимала, что умру вечером, если не посплю сейчас. Я завела будильник и отправилась в царство морфея, подметив, что в этом отеле безумно мягкие матрасы.