Футбольная страсть по-немецки «2»

Утро было все также прекрасно, как и всегда. Но сегодня, как и все последние дни, я чувствовала невыносимую грусть и печаль. Сегодня наша "Немецкая машина" разъезжается по разным городам и даже странам. Кто-то, как и я, остается в Мюнхене, кто то в Дортмунд, как Марко, а кто-то в Англию, как Месут. Очень не хочется расставаться ни с одним игроком "Бундестим", что уж говорить о Марко. После моего вчерашнего заявления, что я перехожу на работу в Баварию, он со мной не особо хочет разговаривать, но говорит, что обиду не держит. Может, ему трудно все это переживать? Как и мне, собственно. Но я же не обижаюсь на него, не заставляю перейти ради меня в стан соперника. Мне это, правда, не нужно. Я сварила два кофе и намазала бутерброды уже привычной и всеми любимой нутеллой. Села за стол и стала дожидаться, когда Ройс соизволит спуститься позавтракать. Спустя двадцать минут ожидания я психанула. Да, буквально говоря, психанула и пошла к Ройсу в спальню, по крайней мере, он был там, когда я уходила на кухню. Марко молча собирал сумку в Дортмунд. Услышав мои шаги, Ройс приподнял голову, чтобы посмотреть и снова опустил вниз, все также ничего не не говоря. - Марко, - не могла терпеть его молчание я. - Что происходит? Ройс сел на край нашей с ним кровати и посмотрел на меня. - А что происходит? - холодно кинул он мне в ответ. - Моя девушка всего лишь предала меня и мои интересы, она всего лишь будет работать в стане главного соперника, всего лишь за пять сотен километров от меня. Я чувствовала, с какой злостью он это говорит. Я всегда думала, что любимые должны поддерживать друг друга, любить друг друга, не смотря ни на что. Мне действительно горько смотреть на то, как Марко мучается, но мне же не легче, почему он не может это понять? Я подошла к нему, хочу поговорить, а что я слышу в ответ? Я вижу всю его злость, которую он направил на меня. - Как ты можешь так говорить?! - в моем голосе читалось много негодования, голос был явно повышен. - Я не предавала тебя, Ройс! Мне всего лишь нужна работа! От работы в Баварии я бы никогда не отказалась, разве что, если бы Боруссия тоже пригласила меня на пост врача. Как же мне обидно, Ройс. Мои глаза волей-неволей стали наполняться слезами обиды к любимому футболисту. Он, видя мои слезы, даже не обнял меня и не прижал к себе, как раньше. Всё. Мне не нужно больше лишних слов. Прошла любовь? - Кажется, я могу собирать вещи и переезжать куда-нибудь поближе к стадиону, - вытерев слезы, произнесла я. В голосе были нотки равнодушия, но это всего лишь эмоции. На самом деле, мне было больно. Очень, черт возьми, больно. Как же хорошо, что я собрала сумку вчера вечером. Я кинула вещи в свою машину, которую смогла купить на собственные деньги, и забежала в дом, чтобы взять спортивную сумку. Марко все также сидел на краю кровати и был явно задумчив. Я кинулась к своей сумке, чтобы побыстрее смотаться от Ройса, ведь я не переставала любить его. Горечь была, но эта влюбленность и огонь в груди еще не угас. Думаю, что у него тоже, но поведение футболиста перешло все границы. Марко схватил меня за руку и притянул к себе, чтобы поцеловать. Из-за его силы, я, буквально, поддавалась ему полностью. Он потянулся к моим соленым от слез губам и коснулся их своими горькими. Они всегда был сладкие, а сейчас горькие, и чем-то напоминают мне прокисшее молоко. Я не ответила на его поцелуй. Его глаза явно округлились, из-за моей наглости, я полагаю. - Пока, Марко, - отскочив от него, произнесла я, уже держа в руках сумку. - Очень жаль, что ты не смог меня понять. Ройс ничего мне не ответил. Закрывая за собой дверь, я увидела в окне Марко, который сутуло сидел на диване, массируя пальцами свои виски. Я кинула на него свой прощальный взгляд и села в машину. Честно говоря, я не знала, куда ехать, ведь сейчас всего полдень, а автобус в пригород Мюнхена Харлахинг, там находится тренировочный комплекс "Баварии" "Зэбенер Штрассе 51" и База клуба, выезжает от "Альянц-Арены" в три. Я решила, что приеду на своем транспорте, при этом, конечно же, заеду на "Альянц-Арену". Я вспомнила, что мне кто-то говорил, что у базы можно купить или снять домик, которые построили специально для игроков и сотрудников клуба "Бавария". Я позвонила на телефон, который мне выслал клуб, и сказала, что буду жить именно там, непосредственно у "Зэбенер Штрассе 51". Мне сообщили все нюансы, и, выдохнув, я нажала на кнопку "Завершить". Два с половиной часа я провела у Мюллера, который с радостью принял меня к себе. Томас умеет подымать настроение, от грусти не осталось ничего. Мы играли в любимую всеми нами "фифу14", пили колу и разговаривали о предстоящем сезоне. Томас снова сказал, что очень рад моему переходу в его клуб. На "Альянц-Арену" мы поехали вместе на моей машине. Слушали музыку и все также рассуждали о новом, грядущем сезоне. Он что-то говорил про Роберта Левандовски, который должен будет также приехать к стадиону вместе со всеми нами. Отличное приобретение, я считаю, что он играет на высоком уровне. Когда мы прибыли на место назначения, многие футболисты и сотрудники клуба уже были на месте. Я поздоровалась и познакомилась со всеми, абсолютно. - Давид Алаба, - протянул руку молодой парень. - Можно просто Дави. - Сара Фишер, - я пожала ему руку. - Можно просто Сара. Мы улыбнулись друг другу, замечательный парниша. Далее обнимашки с Нойером и Ламом, знакомство с Роббеном и Рибери, обнимашки с Гётце. Вроде, я никого не обидела. Я развернулась на 180 градусов и двинулась к Мюллеру, который звал меня к себе всеми возможными способами, но меня остановил голос сзади. - Девушка, - послышался мужской голос позади меня. - Кажется, что Вы забыли познакомиться со мной! Я повернулась и увидела того самого Роберта Левандовски. Он был достаточно высок, и его прическа очень классно развивалась из-за Мюнхенского, порывистого ветра. Я улыбнулась молодому парню, который двигался по направлению ко мне. - Я Роберт, - парень протянул мне свою сильную руку. - А Вас как зовут? - Сара, - резко ответила я, как бы отвергая лишнюю задумчивость. - Давай на ты. Роберт широко улыбнулся и пожал мне руку. Я забыла о том, что меня настойчиво звал Мюллер. Роберт сильно разговорил меня, мы стояли и болтали с ним порядка тридцати минут. Это бы продолжилось на еще более долгое время, если бы нас не оповестили о том, что пора выезжать. - Томас, ты поедешь со мной? - спросила я, на что последовал твердый и безоговорочный кивок двадцать пятого. Роберт почесал затылок и как-то странно посмотрел на стоящий рядом автобус. - Может, тоже поедешь со мной? - спросила я у Левандовски. Он кивнул, как и Мюллер. - Эй, - окликнул меня Гётце и Нойер. - Мы тоже едем с вами! Я, конечно же, не могла им отказать, тем более ребята уже запрыгнули в мою машину. Роберт расположился рядом с водительским сидением, чем был недоволен Мюллер; Томас, Гётце и Нойер сели позади. - Ну, что, поехали! - я уже хотела завести машину, как дверь снова открылась. - А как же я!? - в машину, на заднее сидение, ввалился Швайнштайгер. Басти далеко не маленький, поэтому ему пришлось всю дорогу ехать лежа на коленках остальных ребят, при этом разбросав ноги, как только можно. Оправившись от смеха, я услышала сигнал телефона. Это был Марко: "Прости меня, Сара! Удачи в "Баварии"." - мне показалось это сообщение сухим и безэмоциональным. И не стала отвечать, отвечу как-нибудь потом, сейчас нужно ехать. Так, мы поехали вслед за клубным автобусом, напевая строчки из песен группы "Queen" . В особенности, "We are the Champions".