Жизнь после

Плейлист к главе: Ace of base – Unspeakable Kris Allen – Heartless Ashes Remain – Right Here Lifehouse – You and me

— Ты там утонула что ли?! — рассерженно воскликнул Джеймс. Он уже добрых полчаса стоял у двери в ванную комнату в доме Поттеров, дожидаясь, пока сестра выйдет, и парень сможет нормально ополоснуться. Лили сидела там уже, наверное, часа два, если не больше. И всё никак не вылезала. Никогда он не понимал этих бестий, то есть женщин, которые так долго сидят в ванной! Да что там вообще так долго можно делать? — Я сейчас! — крикнула Лили уже в седьмой раз. Седьмой! И до сих пор не вышла! Да, он уже считал. И каждый раз это её «я сейчас» не оправдывалось. До сих пор шумела вода, что значит, что девушка даже и не думала заканчивать свои купания. Судя по тому, сколько она там себя намывает, так сотрёт половину кожи или выйдет кристально чистая, да так, что будет блестеть в свете ламп. — Что? Не утонула? Жаль, — с наигранной грустью ответил шатен, и тут вода стихла, и прямо на него, в одних шортах и майке выскочила Лили, больно стукнув дверью брата. С волос, которые Поттер вытирала розовым махровым полотенцем, всё равно капала вода. Схватившись за свой многострадальный лоб, парень тут же бросил испепеляющий взгляд на сестру, но та лишь хмыкнула и отправилась в свою комнату, высоко задрав нос и по дороге пританцовывая. Настроение Лили Поттер сегодня было на высшем уровне, тем более после того, как удалось побесить Джеймса. Она не намеренно сидела так долго в ванной. Просто…играла с пеной, как ребёнок, потом приводила себя в порядок, долго втирая в кожу душистый гель с ароматом яблока и корицы. В комнате её ожидала хорошая книга, которую она купила в одном книжном магазине, неподалёку от дома. Книги в жанре романтики стали любимыми для юной Поттер. Ей нравилось читать и мечтать, что когда-нибудь у неё будет такая же сильная любовь, что когда-нибудь у неё появится парень, который готов будет пройти огонь, воду, моря чудовищ, чтобы спасти свою девушку…спасти её. Конечно, до такой безграничной любви ей было слишком далеко, а точнее, просто недосягаемо далеко, так как даже парня у Лили не было, и она до сих пор не могла понять почему. Вроде и внешностью не обделили, и умная, может, слишком мечтательная, но когда это являлось отрицательной чертой характера для девушки? Рыжие волосы, тонкая талия, длинные худые ноги…разве что грудь не четвёртого размера, и, всё-таки, наверное, это и было её единственным, огромным минусом. Неужели все парни ведутся на грудь? Перед тем, как сесть за чтение, девушка с помощью волшебной палочки высушила волосы. Как же приятно использовать магию дома, хотя ей и было запрещено делать это в силу возраста. Министерство не могло отследить, кто именно в доме Поттеров использовал магию. Это с лёгкостью мог быть Джеймс или Альбус, или вообще мама, которой сейчас, кстати, не было дома. Она отправилась в Нору. А так же мог быть отец, которого никто не посмел бы отслеживать. После всего, что произошло, семья Уизли и Поттеров стали собираться вместе намного чаще. Вчера Джинни громко ругалась с Гарри, а вместе с ними кричала и Лили. Отец запретил ей отправляться в Хогвартс. Он боялся, что Благодетели нападут снова. Не смотря даже на то, что авроры уже согласились оградить школу всеми защитными заклинаниями, которые они только знают. Лили и Джинни не поддержали его идею, однако мистер Поттер был непреклонен. Вечер закончился слезами младшей Поттер. Альбус пришёл к ней в комнату спустя какое-то время и просто обнял, сказал, что она отправится в Хогвартс, а папа просто слишком сильно волнуется. Потому что очень любит её. Эти два идиота, старшие братья Лили, не смотря на свой совершеннолетний возраст, всё ещё жили в родительском доме, но большую часть времени они проходили на учениях — парни решили пойти по стопам отца и стать аврорами. Им, в отличие от Люпина, Артура и Фреда, Гарри не запретил. Потому что его сыновья уже с пятого курса знали, куда хотят поступать, в то время как решение трио было спонтанным и вытекало из критической ситуации, сложившейся на концерте «Ангелов Чарли». Они не учились, поэтому Поттеру было так трудно согласится. На улице собирался дождь — это было очевидно по тому, как резко потемнело за окном, когда на часах было всего лишь пять часов вечера. В такое время в Лондоне ещё светло, пускай и немного туманно. Девушка, которая уже переоделась из домашней одежды в летнюю юбку с цветочным принтом светлых оттенков и обычную белую майку, решила пройтись до магазина и купить себе шоколадок. Это Люпин подсадил её на сладость. Он постоянно таскался с ними и предлагал всем и каждому, как лекарство от всех недуг. — Ты куда это собралась? — спросил Джеймс, скрестив руки на груди и строя из себя «большого брата». Хм, он действительно пользовался душем раз в пятнадцать меньше, чем его любимейшая младшая сестрёнка. — В магазин, — коротко ответила девушка, поворачиваясь к зеркалу и поправляя причёску. У них был домой эльф, однако его дёргать Лили не хотела — она желала прогуляться по той погоде, что царила на улице. Ощутить прохладный ветер, который колышет её волосы… С Дня Рождения Артура прошло уже два дня. Они трансгрессировали от озера и оказались прямо около дома, побежали в него и сразу понеслись наверх, вваливаясь в спальню родителей. Трясли отца, заставляя его проснуться, а затем рассказали, что произошло, и Поттер-старший тут же через камин отправился в Министерство. Вся семья Поттеров проживала на площадь Гриммо, в доме номер 12. Этот дом, как рассказывал сам Гарри, перешёл ему в наследство от крёстного, который погиб в Министерстве магии, борясь с Пожирателями Смерти. В общем-то, вся семья знала истории Поттера, в частности, они сами многократно просили отца рассказать им о том, какого жилось ещё юному волшебнику. Помимо этого, вся семья знала, что Гарри очень боится Джинни, ибо в гневе она была о-о-о-очень страшна, а ещё они знали то, что Альбус Северус был назван в честь двух директоров Хогвартса, один из них… Эту рутину Гарри повторял каждый раз, когда Альбус был чем-то взволнован или напуган. А вот Джеймс Сириус назван в честно отца Гарри и, как раз-таки, такого самого крёстного, от которого этот прекрасный семейный особняк и достался. У Лили, помимо волшебных денег, были и маггловские, на всякий случай, если она, например, как сейчас, решит прогуляться и прикупить себе чего-нибудь. Девушка чаще всего покупала всё в Косом переулке или Хогсмиде. Но сейчас отец запретил ей ходить туда, прикрываясь тем, что стало слишком опасно. Но про маггловские магазины он ничего не говорил, так что Поттер решила, что от одной прогулки с ней ничего не случится. — Купи мне арахисовое масло! — в требовательном тоне попросил брат, когда Лилс уже открывала дверь. — Обойдёшься. Поттер фыркнул, а его младшая сестра с довольной улыбкой вышла на улицу, подставляя лицо прохладному ветру. Конечно, она купит ему арахисовое масло, но Джеймсу об этом знать не нужно. Если Альбус был в плане шуток ещё более-менее сдержанным, то Джемс оказался сущим дьяволом. У него был день прожит зря, если бы он не подшутил над кем-то. Прогулка по магазину затянулась на час, так как девушка пошла в не простой маркет, а в супермаркет! Проходя по бесконечным рядам, она с интересом разглядывала всё вокруг себя. Когда она была в этом магазине в прошлые разы, то всегда спешила, поэтому не было времени, чтобы рассмотреть маггловские товары. Конечно, она взяла арахисовое масло и много шоколадок, а ещё клубничный сок. И с этим отправилась на кассу, а оплатив свою покупку, поспешила выйти на улицу, где её встретил настоящий конец света. И когда погода успела так испортиться? Если ветер раньше лишь слабо колыхал ветви деревьев, то сейчас он бушевал настолько, что деревья склонялись макушками едва ли не к земле. Дождь, точнее ливень, барабанил по крышам автомобилей и дороге, где уже собрались огромные лужи. Асфальт превратился в большое озеро. Гремел гром, а изредка сверкали молнии. Люди бежали под дождём к магазину, надеясь скрыться в нём от непогоды. Лилс, конечно, собиралась прогуляться под дождиком, но не под ливнем, из-за которого едва ли можно увидеть, что или кто перед тобой стоит. Время близилось к вечеру, скоро вернётся отец и, не обнаружив её дома, начнёт бунтовать. Постояв ещё минут пять, Лили всё же сделала решительный шаг вперёд. Крыша больше не защищала её, и на волшебницу молниеносным потоком хлынула вода. За пять минут она промокла насквозь, хорошо хоть шоколадки спрятала в сумку, куда отправились сок и лакомство для брата. Едва разглядывая дорогу перед собой, Лили Поттер уверенно двигалась в сторону дома. До него оставалось едва ли полмили, когда девушка услышала хлопок, настолько громкий, что даже стук дождя об асфальт не затмил его. Кто-то трансгрессировал. Оглянувшись, Поттер думала, что увидит своего отца, или, по крайней мере, кого-то из Уизли, однако нет, перед ней возвышался русый мужчина, наготове у него была палочка. Ошарашенно Лили стала прощупывать свои карманы, но только потом осознала, что палочку она с собой не брала. Да и смысл? Что с ней могло случиться в маггловском Лондоне? Тем более колдовать было запрещено, это строго каралось законом, ведь девушке ещё нет семнадцати, а значит, она — несовершеннолетняя. В общем, смирившись, что у неё нет никакого способа защиты, девушка пронзительно закричала, в надежде, что её хоть кто-то услышит, а потом побежала, радуясь, что возможно дождь будет мешать этому мужчине схватить её. Зря радовалось. В то время как рыжеволосая с диким криком, будто её режут на части, бросилась вперёд, Джо вытянул палочку и выкрикнул: — Отключись! Ему нужно было отправить девчонку в нокаут и забрать её в штаб. Как раз сегодня утром к ним наведался D, и Благодетели поведали ему о плане, который придумали вчера. Он заключался в том, чтобы расположить по всему периметру, недалеко от площади Гриммо «своих людей», которые сразу же сообщат, если Лили Поттер решит покинуть свой дом. К счастью для них, это случилось тем же вечером. Благодетели вместе с D, который принял их план, понятия не имели, что происходит с Люком. Мэттью рвал и метал, то и дело рвался в бой, не смотря на то, что его рука до сих пор полностью не зажила. Он не мог оставить брата. План ему понравился только тем, что он поможет вернуть Люка. На самом деле, как считал Коллинз, похить они эту девчонку, то подпишут себе смертный приговор. Такого Поттер не простит, да его и понять можно. Похить у Мэттью его ребёнка, парень бы рвал и метал. Как хорошо, что у него ни жены, ни детей, потому времена для этого уже были не слишком радужными, а само ужасное, что он понимал — дальше будет ещё хуже. Джо, подхватив девчонку на руки и трансгрессировал обратно в штаб. В гостиной его в томительном нетерпении ожидали все остальные Благодетели. Когда он уходил за Лили, возник небольшой сор, которые едва не перерос в настоящий скандал. Джо настаивал на том, что всем тащиться глупо, так как если их увидят и поймают, то всему плану конец. А Джо был старше, и знал намного больше, поэтому и решил отправиться сам. — Так быстро? — Лео в изумлении уставился на Найта, под ним на полу уже образовалась маленькая лужица. Рыжая девушка всё ещё без сознания находилась в его руках. Митч подошёл к другу, и забрав у него ценную ношу, направился с ней в подвал особняка, а там, как животное, посадил Лили на цепь, браслет которой закреплялся на щиколотке девушки. Девушка в бессознательном состоянии упала на каменный пол, а сам Митч, стянув с неё сумку и проверив наличие любых опасных предметов. В сумке он нашёл лишь шоколадки и арахисовое масло, на что лишь хмыкнул — ну, хоть кормить не надо, пускай своим питается. А затем скрылся, закрыв дверь своей волшебной палочкой. Когда он вернулся в гостиную, там велась оживлённая беседа на повышенных тонах. — Давайте просто отправим письмо Поттеру, и скажем, чтобы он вернул Люка! — ожесточённо кричал второй Коллинз, наивно полагая, что всё закончится, как только девушка появилась в доме. — Ты сам знаешь, что сказал D. Он сам отправит Поттеру письмо! А мы до этого времени просто не трогаем девчонку! — напомнил молодому парню Мигель, который обнимал свою жену, Фрэнни, восседающую на его коленях. Девушки не вмешивались в разговор парней, однако держались того мнения, что следует слушать D. Он знает, что говорит, и они верили ему. Все, кроме Мэттью, который и так думал над тем, что им с братом стоит валить, и зря они вообще полезли в это дело. Конечно, своими мыслями он с Люком не поделился. Такими мыслями он ни с кем не делился. На концерте Мэттью проник в палатку к своей чистокровной подруге Веге Капелле Лестрейндж*, внучке той самой Беллатрисы Лестрейндж. Коллинз пришёл к ней в палатку и заявил, что она должна уходить, потому что если не сейчас — потом будет поздно. Девушка лишь отмахнулась, сказала, что всё будет хорошо, и она будет в порядке. Тогда Мэттью понял, что она не выберется с острова. Они вместе учились в школе, в Хогвартсе, только девушка была на Слизерине, а Мэтт на Хаффлплаффе. Никто не знал, что она и Коллинз друзья. Люк относился к девушке нейтрально, в то время как Мэтт считал её своей самой лучшей и близкой подругой. Тот день стал для неё роковым. — Есть ли среди вас чистокровные волшебники?!?! — строго спросил Джо, выстроив подростков в шеренгу у дороги. Мэттью, стоящий под маской, молил Вегу молчать и не дёргаться. У неё был шанс, но, к его великому сожалению, девчонка подняла руку, вздёрнув подборок. Было видно, как брюнетка старается держаться стойко, однако её руки всё равно потрясывались. Слизеринка отличалась от других студентов на своём факультете — она не задирала маглорождённых и никогда не обижала их. Относилась ко всем так же, как относятся к ней. С первого дня в школе, её невзлюбили, и почему? Только из-за фамилии. Но не Коллинз — он врезал первому же гриффиндорцу, который назвал её так, как даже озвучивать стыдно, а ещё пообещал, что в Хогвартсе ей будет житься не сладко. Парень, который учился на факультете добрых, в первый же день врезал гриффиндорцу, утерев ему нос. С этого и завязалась их дружба. — Как тебя зовут? — спросил Джо, в голосе которого слышались насмешливые нотки. Мэттью понимал, что это их работа — истреблять чистокровных, тех, кто был причастен к Пожирателям, но он всё равно не хотел, чтобы погибла Вега. Как-то до того, как они попали на концерт, парень не думал о ней, а потом, когда всё началось, вдруг осознал, что они на самом деле делают…убивают детей и внуков. За грехи их отцов, матерей, дедов и бабушек расплачиваются дети, абсолютно не виновные…И тогда-то он понял, что не хочет быть с Благодетелями, не тогда, когда Джо направляет пушку промеж глаз его лучшей подруги! — Вега Капелла Лестрейндж, — гордо произнесла девчонка, и Мэтт удивился, как у неё не дрогнул голос. Вот он, слизеринский характер, закалка, никогда не падать духом, никогда не преклоняться. Гордо, с усмешкой смотреть в лицо самой смерти. «Нет, Вега, не нужно…» Коллинз молил, хотя зачем это? Он и так знал, что Джо убьёт Лестрейндж, это было вопросом времени, а его оставалось совсем мало. Сердце ударами будто отсчитывало последние секунды её жизни. Он не хотел. Должен был сорваться с места, остановить Найта, но парень этого не сделал. Ноги будто приросли к земле, и он не мог ими пошевелить. Только беспомощно смотрел на девушку. Она и понятия не имела, что он здесь, смотрит на неё, просит прощения… — Ну что ж, Лейстрендж, — сделав отвратительный акцент на фамилии, начал мужчина, — Ты только что подписала себе смертный приговор. Дуло пистолета приставлено ко лбу девушки, а Вега даже не зажмурилась, смотрела на своего убийцу хищным взглядом, хотя Мэттью видел, как трясутся её сцепленные руки за спиной. Он знал, что ей страшно. Никто не хочет умирать. — Джо…, — он не успел даже попросить, договорить, как услышал оглушающий выстрел. Лестрейндж просто упала на землю, как мешок картошки, по её лицу текла кровь, глаза были открыты, но в них уже не плескается былое веселье или азарт. Они оказались совершенно пусты. Коллинз застыл на месте, внутри него будто что-то умерли вместе с подругой. Он ненавидел этот мир, н ненавидел чёртовых чистокровных, тупых Пожирателей за то, что они обрекли своё будущее поколение на это. На смерть. Кто-то кричал, но он не слышал. Он был так зол, что убивал каждого, кого встретит на своём пути, даже не отдавая себе отсчёт в том, что делает. Когда они выбрались на второе задание, к озеру, парень никого не трогал. К странности, как и его брат. У обоих в голове уже рождались мысли, что пора сваливать из этой компании, но они так и не рассказали этого друг другу. Тем более, оба сильно сомневались, что D погладит их по головке за это. У него, Мэтта, была ненависть к Джо, но он надежно скрывал её, просто потому что иначе он сам окажется под дулом пистолета. Он вернулся тогда, когда все разошлись, вернулся к трупу ещё совсем юной Веги…закрыл ей глаза. Сидел, плакал и извинялся. Господь всемогущий, Мэтью ещё никогда не плакал по-настоящему! Сегодня был первый раз. — Вы её хоть в комнату отнесли бы, в подвалах холодно. Хотите, чтобы она там окоченела и сдохла? — грубо советовал-спрашивал Мэттью спустя добрых полчаса, когда все сели ужинать. До этого никто не решался заговорить о пленнице, которая уже, скорее всего, пришла в себя. Митч, мирно откусывающий сосиску, поперхнулся и закашлял. — И где же гарантия, что она не сбежит через окно, — спросила Фитцджеральд, похлопав друга по плечу. Было бы довольно глупо сбегать через окно, учитывая, что они в особняке и второй этаж находиться довольно высоко. Реши она сбежать, то как минимум сломает ноги, прыгая оттуда. Хотя, конечно, есть много других способов. — Наложим заклинание. Нет, серьёзно, ребят, мы должны вернуть Поттеру нормальную дочь, а не заледеневший труп, — учитывая, что они обменивают Лили на Люка, у него было право волноваться за состояние девчонки, которая сейчас, наверное, уже дрожит от холода. Она же был вся промокшая насквозь, когда её притащили! И если Найт уже успел переодеться, то у Поттер такой возможности не было. — Иди, — грубо бросил Мигель. — Но учти, что ели она сбежит или что-то с ней произойдёт, то это будет на твоей совести. Коллинз пожал плечами, и, поднявшись из-за стола, так и не начав свой ужин, направился в сторону подвала, предварительно взяв ключи. Парень, когда уже спускался, почувствовал, как в углу шевелиться Лили Поттер, но упорно молчит и не осыпает его проклятиями, не говорит, что её папочка их всех убьёт…ничего, это впереди. — Хей, — он присел на корточки перед промокшей насквозь, дрожащей девушкой. Она даже не повернулась в его сторону, смотрела в какую-то точку на стене, которая была за парнем, и молчала. Коллинз выдохнул, качая головой. Упрямая. — Я Мэттью. Послушай, я хочу переместить тебя наверх. Думаю, там куда теплее и комфортнее, чем на холодном полу в подвале. Только, пожалуйста, пообещай, что не будешь пытаться сбежать. Там, наверху, сидят парни, и им ничего не стоит вырубить тебя грубой силой или парочкой ужасных заклинаний. Лили медленно повернула голову и посмотрела на Мэтта. Он не выглядел как убийца, хотя она и знала, что таковым он и является. Благодетелем, который решил смиловаться над ней. Интересно, зачем? Завтра же её начнут пытать? Хотя, зачем ждать завтра? Или же её убьют? Тогда почему её не убили сразу? Множество вопросов — ни одного ответа. Парень перед ней продолжал сидеть, и кажется, она заметила, как в его глазах на секунду промелькнуло сожаление. Рыжеволосая заверила себя, что ей только показалось. Такие, как он не умел сожалеть. — Лили, я просто …в общем, ты собираешься или нет? У меня нет желания сидеть тут всю ночь и уговаривать тебя! — вспылил Мэттью. Он не должен был показаться для неё милым и добрым. Так Благодетели не поступают. Хотя, он уже и сомневался, что имеет право считать себя Благодетелей. Коллинз в нетерпении протянул Поттер руку, а она, к его великому удивлению, ухватилась. Цепь слетела с её щиколотки, и Мэтт поднял девушку, удерживая её за талию, чтобы та не свалилась. Она была ледяная, и вся дрожала от холода. По хорошему счёту тут нужна была бы горячая ванная. Коллинз провёл её через гостиную, не задерживаясь там. Как же хорошо, что все обедали на кухне. Встречаться с остальными парню не очень-то и хотелось. Поднимаясь по лестнице, он выбрал самую дальнюю комнату особняка — она оказалась для гостей, и там был душ. Идеальный вариант. Пока они шли по коридору, в самый конец, Лили против воли жалась к Коллинзу, который был тёплым. Ей так не хватало этого тепла сейчас… Зайдя в комнату, парень посадил девушку на кровать, а затем трансфигурировал окно в глухую стену — эта идея пришла ему в голову только сейчас. Идеально. Лили со смесью страха и интереса наблюдала за его действиями. Девушка расположилась на кровати, притянув к себе колени и обхватив их руками, будто бы хотела свернуться в комок и уйти так от всего мира. Мэтт выдохнул, и сел рядом с ней, заметив, как она вздрогнула, но не отодвинулась. — Послушай, — парень посмотрел на девушку, убеждаясь, что она смотрит на него. — Никто не собирается тебя убивать или пытать, — он отчётливо слышал, как она, пусть и не до конца поверив, с облегчением выдохнула, но потом вновь напряглась. — Ты просто служишь обменной валютой. Видишь ли, у твоего отца, в отделе Аврората, сейчас находится мой брат. И я хочу обменять его на тебя. Спустя несколько секунд он наконец заметил осмысленный взгляд, а Лили заметно расслабилась, хотя и не расцепила руки, продолжала сидеть и смотреть на Мэттью, в ожидании того, что он продолжит говорить. — Пока будешь сидеть в этой комнате. Ванная и туалет здесь есть, позже я принесу тебе сухую одежду, и, пожалуйста, даже не пытайся сбежать, дверь я заколдую, — Лил всё окончательно поняла и отвернулась. Обиделась. И ей было на что, Коллинз это понимал. Поэтому просто встал и направился к двери. Перед тем как уйти, он ещё раз взглянул на Поттер, но та даже не удостоила его своим взглядом. Выдохнув, Мэтт вышел. Сначала он решил направиться к Джил и попросить у неё какую-нибудь одежду, у них с Лили был примерно один размер. А стоило двери закрыться, как Лили тут же подскочила с кровати, пытаясь открыть её. Конечно же, у неё ничего не вышло. Окна даже не было, и рыжей оставалось лишь гадать, когда отец сможет её забрать. В том, что Поттер пойдёт на всё ради своей дочери — девушка не сомневалась. Оглядев свою темницу на …не понятно сколько дней, Лили с сожалением выдохнула, осознав, что и сумки у неё нет — видимо, осталась в подвале. Ну вот, сходила в магазинчик… Её колотила дрожь, вся одежда была мокрой настолько, что её можно выжимать. Решив, что быстрый горячий душ — идеальный вариант, девушка направилась в ванную. Бросив взгляд на зеркало, Поттер вздрогнула. Волосы, мокрые от дождя, облепили мертвенно-бледное лицо, губы были едва ли не синими, будто она проторчала в холодной воде несколько часов. Не самый лучший видок, в общем, и она планировала это исправить. Вот только с одеждой были проблемы, но она нашла, как с этим справиться. Просто стянула покрывало с кровати и решила, что обмотается им. Она верила в то, что Мэттью сказал правду, и никто её не будет трогать. В их интересах, чтобы с ней было всё в порядке. Её отец не будет обменивать Благодетеля на труп дочери. Она нужна ему целая и невредимая. А если с ней, не приведи Мерлин, что-то случится, Гарри лично убьёт каждого в этом доме. Она была уверена в этом. Для папы семья на первом месте. Когда горячие струи касались обледеневший кожи, её покалывало, однако Лили не обращала на это внимание. Неизвестно, сколько она простояла под струями, но в ванной уже витал пар от горячей воды, а сама девушка валилась с ног. Жутко хотелось заснуть, желательно в своей комнате, в доме норме двенадцать, на площади Гриммо. Вылезая из ванной, она вытерлась полотенцем, которое висело на сушилке, а после, обмотавшись покрывалом отвратительного зелёного цвета, вышла из душного помещения. На кровати её ждала стопка одежды, и бросив мимолётный взгляд на тёплые джинсы и свитер, а также, Мерлиновы панталоны, тёплые носки, девушка непроизвольно широко улыбнулась. На кучке вещей лежала записка. Подняв её, Лили вчиталась в написанное предложение. «Надеюсь, что джинсы подойдут. М.» Собрав груду вещей, девушка направилась в ванную, чтобы переодеться. Джинсы действительно ей подошли, даже были немного большими и чуточку спадали, но это не беда. Оказывается, там была ещё и обычная чёрная майка, которая идеально подошла девушке, как и клетчатый свитер, состоящий из зелёных и синих тонов. Обычные махровые носки без рисунка синего цвета, и вот, Лили уже одета. Смотря на себя, она благодарила Мэтью за то, что он сделал это для неё. Что-то ей подсказывало, что другие Благодетели не такие добрые, как он. И всё же, она ненавидела их всех за то, что они похитили её. Ей не нравился этот дом и эта комната, ведь в ней не было ничего, кроме паркета, двуспальной кровати и тумбочки рядом. Никаких книг, и уж тем более маггловской техники, к которой юная Поттер так привыкла. И что ей делать целыми днями? Мечтать о спасении и вынашивать планы о том, как она может сбежать отсюда? Хотя, это было глупо. У неё не получилось бы, даже будь дверь открыта. Как она поняла, в этом доме находятся все Благодетели, и против них у неё нет ни единого шанса. С мыслями о том, что Лили очень скучает по семье (и даже по Джеймсу), девушка заснула, укрывшись ватным одеялом

***

Гарри задержался после работы из-за того, что направился к Тедди, сообщить, что ему очень жаль, и пообещать всё будет хорошо. Люпин был в депрессии, хотя он и старался улыбаться и делать вид, что всё нормально, Поттер видел, насколько тяжело крестнику. Но так же понимал, что помочь ничего не может. Уже уходя, Гарри обнял его и сказал, что тот в любой момент может прийти в дом Поттеров за советом или просто так. Там ему всегда рады. Тедди улыбнулся, на сей раз искренне, и кивнул. Поттеру этого было достаточно. Когда он вернулся домой, Джеймс и Альбус сидели в гостиной, что-то бурно обсуждая. Джинни ещё не было. Лили, наверное, уже спала. Хотя, только десять, что-то рано даже для неё… — Привет, — он опустился в свободное кресло, потирая затёкшие мышцы, и только потом обратил внимание, что сыновья резко замолчали. Нехорошо. Устало потирая переносицу, Гарри уже предугадывал, что же натворили юные Поттеры, которые не могли и дня прожить без приключений. — Что вы снова натворили? — Мерлин, эти парни уже как больше года совершеннолетние, однако они всё ещё ведут себя, как дети. Ал переглянулся с Джеймсом, тот кивнул, и тогда Альбус сообщил отцу, что на самом деле их гложет. — Лили ушла в магазин и до сих пор не вернулась, — за мгновение на лице отца отразилось сразу несколько эмоций. Удивление, злость, страх. Он тут же сел прямее, строго смотря на сыновей. — Как давно она ушла? — Четыре часа назад, — ответил Джеймс, нервно сжимая и разжимая кулак. Поначалу они с братом, конечно же, не обратили на это внимание, а потом, когда пошёл третий час, начали волноваться. Ливень на улице давно закончился, и Лили должна была вернуться домой. Ещё час они решили подождать, потому что думали, что, мол, она девчонка и ей нужно много времени, чтобы погулять по магазинам. Но часы пробили десять, а юной Поттер всё не было. Они собирались отправиться искать её, но куда идти? Да магазинов по всему городу тысячи, нельзя даже предугадать, куда именно она пошла. — И всё то время вы сидели здесь?! — возмутился Гарри, вскакивая с кресла, но Альбус и Джеймс ничего ему не ответили. Мужчина стал быстрым шагом мерить комнату. Нужно было сообщить Джинни, а потом идти и искать дочь. Она никогда не пропадала. Мысли калейдоскопом крутились в голове, одна сменяла другую со скоростью света, и кажется, Гарри почувствовал, что ему действительно страшно, так же, как тогда, когда он узнал, что происходит на концерте. Но тогда дочь была вместе с большой компанией, где помимо неё были парни постарше, способные защитить младших, а сейчас Лили совершенно одна. Для него семья и друзья были самым дорогим, он просто не мог никого из них потерять…не мог. Тем более Лили — его маленькую рыжеволосую принцессу, которая была поразительно похожа на мать характером. Его маленькую девочку. Она не заслужила быть втянутой во всё это. А Гарри так этого боялся… Стук в окно заставил мистера Поттера остановиться, нервно повернувшись к стеклу. Мужчина обнаружил там серую сову, к лапке которой было привязано письмо. Хм, странно, раньше он этой совы не видел, и этот тут же навело его на мысль, что в письме должно быть что-то очень важное. Отдав письмо, сова сразу же улетела, а Гарри уставился на конверт. Там было просто написано «Mr. Potter». Быстро распечатав конверт, мужчина стал быстро пробегаться по написанным строчкам, но с каждой секундой его взгляд всё медленнее и медленнее читал написанные слова.

«Мистер Поттер. Я всё думал, стоит ли вам писать, а тут и повод нашёлся. Как я знаю, на днях вы схватили одного моего товарища, и я, конечно, не могу оставить своего сторонника в беде, поэтому мои друзья решили поступить своими методами. Но не волнуйся, с твоей дочуркой будет всё в порядке…до тех пор, пока будет в порядке Люк. Мы предлагаем тебе совершить обмен. Ты отдаёшь нам Люка — мы возвращаем тебе дочь. Но учти, если на нём будет хоть одна царапина, или он сообщит нам, что с ним плохо обращались — твоя дочь совершенно случайно попадёт под какое-нибудь непростительное заклинание. Или встанет под дуло пистолета. У тебя есть три дня, чтобы подумать. Хотя я уверен, что дочка дорога тебе куда больше, чем какой-то Благодетель, который, я уверен, не скажет ничего путного, как бы вы его не пытали. Учти, мы тоже умеем пытать, правда, не уверен, что мы слишком осторожничаем с этим. Чаще всего пленники не доживают до утра. Грустно, не правда ли? В общем, через три дня, в пятницу, ровно в восемь часов вечера, встретимся около входа в Визжащую хижину в Хогсмиде. И даже не думай, кого-нибудь схватить, в следующий раз мы не будем совершать обмен, а сразу начнём убивать. P.S. Как думаешь, Поттер, сколько ещё чистокровных волшебников погибнет, прежде чем ты догадаешь, кто я?

D.»

***

Когда Лили проснулась, то не сразу поняла, где находиться. И лишь спустя минут пять на неё накатило осознание того, что вчера произошло. Подскочив на кровати, Поттер резко села, оглядывая комнату. Она была всё такой же пустой и мрачной. Чужой свитер приятно грел её продрогшее тело, хотя девушка и спала под одеялом, а окон в комнате не наблюдалось. Зарычав, девушка снова упала на кровать. Даже смысла пытаться открыть дверь не было, она прекрасно знала, что та закрыта. Немного поворочавшись, Лили снова провалилась в сон. Когда она открыла глаза в следующий раз, то ясно осознавала, где находиться. Оглядев комнату, в надежде, что что-то изменилось, она обнаружила поднос с едой и стакан воды на тумбочке. Воду девушка сразу же выпила, а вот на суп, что ей принесли, посмотрела с призрением. Решив, что есть она не будет, не долго думая «зарылась» обратно под одеяло, спрятавшись там от всего мира. Её опять знобило. Понятия не имея, сколько сейчас времени, девушка уже представила, как отец рвёт и мечет, освобождает Благодетеля, привозит его, и спокойно забирает дочь. Она надеялась, что её заберут сегодня. Поттер хотела домой. Кажется, она снова заснула, а когда открыла глаза, то почувствовала, как на лоб ей ложиться ледяное полотенце, приятно охлаждая. Хотя сначала у неё и было желание сбросить эту тряпку. Привыкнув к яркому свету люстры, Лили во все глаза уставилась на того самого Мэттью, который вытащил её вчера из подвала и поселил в эту комнату. Его руки застыли в воздухе, и он, поняв это, с хлопком опустил их на колени. — О, ты проснулась, — кажется, он не ожидал этого. Парень резко встал с кровати, и направился к тумбочке, а оттуда, схватив какую-то склянку, в которой наверняка было зелье, снова сел. — Выпей это, — звучало слишком требовательно, поэтому он смягчился, и уже более спокойным тоном добавил. — Пожалуйста. Лили покосилась на бутылочку, потом снова на Мэтта, снова на бутылочку, и парень понял, что она просто боится выпить то, что ей дают. Как будто бы он вчера не достаточно ясно объяснил ей, что её никто не тронет. Она нужна им живым, если они хотят вернуть своего товарища. — У тебя жар, а это лекарство. Никто не собирается тебя травить, Лили Поттер, — он снова протянул ей склянку, и на этот раз она взяла, с интересом разглядывая зеленоватую жидкость в ней. Уже поднеся зелье к горлу, девушка косо посмотрела на Мэттью. Тот смотрел на неё, не отрывая глаз. Решив, что пить это зелье глупо и безрассудно, ведь в него могли подмешать что угодно. А вдруг она больше вообще не проснётся? Или её отравят, пусть даже и звучит это глупо? Лекарство, вместо того, чтобы отправиться ей в рот, оказалось на футболке парня. С возмущением Благодетель смотрел на неё, в то время как Лили села на кровати, сжимаясь в оборонительную позу. Мокрое полотенце с её лба упало на постель. — Ты совсем ахуела? — взорвался он, вскочив на ноги и смотря на футболку. Молясь, чтобы она отстирывалась. Захотелось ударить её, и Коллинз испугался, что у него возникли такие мысли. Её страх можно объяснить. Они могли налить в склянку что угодно, он понимал. И всё равно было обидно за испорченную, почти новую футболку. Лили пристально смотрела на него и гадала, ударит он её или нет. Она даже сжалась, когда рука Коллинза поднялась, но он лишь хотел отодрать от своей груди прилипающую к ней футболку. Заметив испуганный взгляд рыжей, Мэтт лишь усмехнулся. Правильно, что боится. У него, конечно, стойкий характер, и он может объяснять её поведение тем, что Лили не может доверять незнакомцам, но она не сможет постоянно выливать на других зелья и так открыто хамить. Всё-таки, в этом доме она никто, всего лишь пленница. И если Мэтт к ней относится спокойно, терпимо, то тот же Джо таким милым не будет. Ей было нужно выпить чёртово лекарство, и если она не сделает это сама, Коллинз откроет ей рот и вольёт жидкость. Не хватало только, чтобы девчонка ещё три дня валялась здесь в лихорадке. D сообщил им, что отправил Гарри письмо, и уже в пятницу вечером они смогут забрать Люка. Значит, ещё три дня им придётся присматривать за девушкой, точнее, присматривал он один. Остальные будто вообще забыли, что в их доме обитает Поттер. Сейчас все отправились на задание, рассыпавшись по всему Лондону. Мэттью вызвался добровольцем и остался, чтобы приглядеть за рыжеволосой. Он заходил к ней уже третий раз за день, и всё это время она спала, хотя точно просыпалась несколько раз. К супу не притронулась, а вот воду выпила. Наверное, действительно хотела пить, раз не стала заморачиваться на тему того, что воду могли отравить. Зайдя в последний, третий раз, Коллинз всерьёз начал волноваться. Откинув одеяло, он осторожно дотронулся до шеи девушки. Дышит. А потом он почувствовал неимоверный жар, который исходил от неё. Лоб просто горел, и сомнений не было — у Лили температура. Намочив полотенце, Мэттью положил его на лоб девушки. И только после осознал, что она проснулась. И вот сейчас сидит. Пристально смотрит на него и ожидает действий. — Это было твоё лекарство, — напомнил парень, смотря в светло-карие глаза девушки. Лилс пожала плечами, скорчив гримасу, будто ей было глубоко противно присутствие парня. Скорее всего, так было и на самом деле. — Переживу. Мэтт лишь покачал головой, вставая с кровати. Она, кажется, и понятия не имела, что всё может стать только хуже. Лили смотрела на него снизу-вверх, продолжая сидеть на своём месте, не двигаясь. Коллинз решил переодеться и зайти к ней через час с новой склянкой зелья. Не говоря ни слова, он покинул комнату, а Поттер вновь забралась под одеяло, укутавшись в него так, что она стала походить на гусеницу в огромной коконе. Её до сих пор знобило. Мэттью переодел футболку и спустился вниз. Перерыв все шкафчики, он всё-таки нашёл ещё зелье, которое снизило бы температуру, а после, налив в бутылку воды, включил радио. Если что-то и случилось, про это уже сказали бы. Не сказали — значит, всё в порядке. Прослушав сводку новостей, он направился в комнату к Джил и там, одолжив у неё ещё один свитер и майку, которые было очень сложно найти в её творческом беспорядке на всех полках шкафа, вернулся в комнату к пленнице. Она снова спала. Это было видно после того, как она даже не шелохнулась, когда громко хлопнула массивная дверь. Откинув одеяло, Коллинз дотронулся до её лба, и резко одёрнул руку. Кажется, она стала ещё горячее. Вся девушка была мокрая от пота, как и свитер на ней. Коллинз сразу понял, что одним зельем тут не обойтись. Ей нужно сбить температуру, и только потом давать лекарство. Парень направился в ванную и открыв чуть тёплую воду, подождал, пока наберётся хотя бы половина. Поттер даже не проснулась, когда Мэтт стянул с неё мокрый свитер и бросил его на пол, не проснулась, когда он вял её на руки и направился в ванную, но завизжала и закричала, как только он опустил её в воду, которая по мнению девушки была просто ледяной. Сущим айсбергом, хотя парень мог спокойно держать в ней руки. Он даже не стянул с неё одежду, прямо в ней опустил в ванну и удерживая за плечи, не позволяя встать. — Лучше? — спросил парень, когда Лили успокоилась и уже сама опустила руки под воду. Мэтт подождал, пока вода наберётся ещё немного, а затем выключил её, и снова дотронулся до лба Лили. Она вздрогнула и отшатнулась, смотря на него оленьими глазами, размером с галеоны. Мэтт одёрнул руку, однако обрадовался тому факту, что она уже не так горела, как раньше. Поттер, опустив руки в прохладную воду, умыла своё лицо, после чего поняла, что находится в одежде, разве что без свитера. Прямо в воде стянув носки, она выбросила их из ванной и покосилась на Коллинза, который сидел на корточках, опираясь руками о бортик. Вид у него был задумчивый. — Спасибо, — она сказала это так тихо, что сначала Мэтту даже показалось, что это ему причудилось. Но губы у Поттер шевелились, значит — правда. Вопреки всему, на лице его расцвела глупая, мальчишечья улыбка, и он, довольный собой, кивнул, принимая её благодарность. Ещё через десять минут он понял, что девушке пора вылезать. Всё это время они сидели в помещении в полной тишине. Девушка умывала лицо, а Мэтт просто смотрел на неё и понимал, что если даже под дулом пистолета его заставят убить ещё хотя бы одного подростка, то он просто не сможет. — Мне нужно переодеться, — смущённо, густо краснея, не смотря на то, что она торчала в холодной воде, напомнила Лили. Коллинз кивнул, показав ей указательный пальцем, мол «минуточку». Он рванул в комнату Джил, и нашёл там спортивные штаны, потом взял полотенце, ведь её он намочил, и направился обратно, прихватив брошенные ранее на кровать чистые майку и свитер. Зайдя в ванную, он положил полотенце и одежду на тумбочку, и удалился, дожидаясь девушку в комнате. Пока она одевалась, он успел поменять постельное белье, почти…всё. Пододеяльник не хотел поддаваться, сколько бы парень не пытался его впихнуть. Лили, которая вышла из ванной, глупо хихикнула, но тут же отдёрнула себя. Она не в том положении, когда можно смеяться. Он, вообще-то, похитил её. Ну, или не совсем он… В конце концов Мэттью — Благодетель. Волосы парня стояли дыбом, он весь вспотел, и самыми бранными словами ругал одеяло, когда едва ли не ногой запихивал в грёбаный пододеяльник. Вышло не очень, и когда он сломался, а Лили немного успокоилась, то она подошла к парню, и аккуратно, спокойно, ничего не говоря забрала у него эту нерешаемую головоломку. Спустя несколько минут одеяло в пододеяльнике лежало на кровати, а Коллинз смущённо улыбнулся, неловко потирал затылок. — Да я бы справился! — уверенно заверил он, и впервые услышал, как засмеялась Лили Поттер. Чёрт, ему понравился этот смех. Он был таким весёлым и заразным, что самому хотелось смеяться и улыбаться. — Ну коне-е-ее-чно, — протянула девушка, переведя взгляд на тумбочку. Там стояла бутылка с водой, и такая же склянка с зельем, что и до этого, внутри была зеленоватая жидкость. Девушка снова перевела взгляд на Коллинза, и он, поджав губы, взял склянку, подходя к ней, и садясь на постель. Поттер отодвинулась от него, но с кровати не слезла, как и не отвела взгляда. — Если я сделаю глоток и не подохну, ты выпьешь остальное? — спросил напрямую Мэттью. Он, если честно, понятия не имел, что будет с ним, если он выпьет зелье, когда у него нет температуры, но на что только не пойдёшь, чтобы больше не пришлось купать девушку в ледяной воде. Так и одежды не напасёшься. Лили кивнула, и парень, выдохнув и открыв зелье, сделал глоток, проглатывая горьковатую жидкость. Поттер пристально смотрела на него, будто бы в любой момент Мэттью мог свалить на пол и забиться в предсмертных судорогах, брызгая пеной из-за рта. Однако, парень всё сидел на месте, и спустя пять минут он, улыбнувшись, и чувствуя себя немного странно, протянул зелье Лили. Она, выдохнув, снова посмотрела на лекарство, а потом, зажмурившись, выпила всё до последней капли. Удовлетворённый тем, что он заставил девушку сделать, это Мэтт подал ей бутылку с водой. Лили выпила больше половины, но так и не сдвинулась даже на миллиметр ближе к нему. Что ещё ему нужно сделать, чтобы она перестала его бояться? — Я приду позже и принесу еду. И ещё воды. Коллинз встал, и уже собирался уйти, когда услышал холодный голос Лили. — Я не хочу есть. Опять — двадцать пять. Конечно, ей нужно есть, но с едой куда сложнее. Даже если он будет откусывать каждый кусочек, это не будет гарантировать, что Поттер начнёт есть. Мэтью устало выдохнул, и повернулся к ней. — Захочешь. На этой ноте он покинул пленницу. За весь следующий день парень неоднократно приносил еду и воду, но вот первое оставалось было обделено вниманием девушки. В то время, как он приходил, она всегда пряталась под одеялом и притворялась, что спала. И каждый раз Коллинз упорно одёргивал одеяло и трогал её лоб. Жар спал, лекарство прекрасно с этим справилось. Потом заботливо («Нет, просто аккуратно, это никакая к чёрту не забота» — твердил себе Коллинз), укрывал её одеялом и покидал комнату, тихо закрывая за собой дверь. — Когда я вернусь домой? — требовательно спросила Лили, когда Мэтт в очередной раз зашёл к ней. Теперь она не стала прятаться за одеялом, с вызовом смотря на Коллинза. — Послезавтра, — спокойно ответил он, не веря, что так скоро увидит брата. Хоть бы с ним было всё хорошо… Он — частичка Мэтта. Они с ним похожи, как две капли воды, разве что всё-таки немного различны в характере и выборе друзей, а так всё одно. Они связаны. Лили радостно улыбнулась. Наконец-то дом! Семья! Мама, папа, братья! Как же она скучала по ним! Наконец-то она увидит свет, настоящий, солнечный свет. Подышит свежим воздухом! Кажется, девушка была поистине счастлива. Всего три дня. Но её улыбка угасла, когда Коллинз начал решительно приближаться к ней. — Да не бойся ты, я просто кое-что принёс. Нашёл это в твоей сумке, — в руку ей приземлилась шоколадка. Та самая, которую она купила в супермаркете. Молочная, с миндалём. Однако мысль, что он рылся в её сумке, девушку не обрадовала. Да как он посмел?! — Спасибо, — поблагодарила Лили через силу, стараясь не думать о том, что он посмел залезть в её вещи, и Мэттью в очередной раз расплылся в улыбке. Он наблюдал, как она разрывала обёртку и доставала шоколад, как отламывала кусочек и отправляла её в рот, и по ней видно, что она наконец-то рада поесть. Ещё спустя мгновение она отломила ещё, и протянула Коллинзу. Он колебался, но всё же взял шоколад и откусил, наслаждаясь приятным вкусом сладости. Поттер улыбнулась, смотря на него. Они общались ещё полчаса, а потом он ушёл, чтобы встретить Благодетелей, которые вернулись после очередных заданий. Лили засыпала с улыбкой, уверяя себя, что ждать осталось совсем недолго.

***

Мэтью щекотал её, и кажется, смех был слышен во всём особняке. Лили опасалась, что сюда заглянут другие Благодетели, но они не заходили, и девушка тешила себя мыслью, что их просто нет дома. Коллинз прекратил свою пытку, когда грудь Поттер уже ходила ходуном от нехватки воздуха. Третий день в особняке пролетел незаметно, как и ночь. И вот сейчас, когда до вечера осталось совсем чуть-чуть, девушка моталась по кровати от Мэттью, который решил с ней поиграть. — Хватит, — засмеялась Лили, отползя от Коллинза, однако он, схватив её за тонкую талию, всё равно вернул на место, а сам оказался сверху. Сейчас, смотря на его счастливое лицо, девушка не думала о нём, как о Благодетеле, который убивает ни в чём не повинных волшебников. Она видела перед собой простого парня, который запал ей в душу, который не дал ей сдохнуть и сойти с ума в этом месте. И, проклятье, она не хотела расставаться с ним! Это глупо! Как она могла не хотеть этого? Поттер, конечно же, жаждала отправится домой, но что-то ей подсказывало, что она будет скучать по счастливой улыбке Мэттью, который за последние два дня только и делал, что зависал в комнате вместе с ней. Непонятно как, но её лицо оказалось так близко, что Коллинз смог разглядеть едва заметные веснушки. Парень наклонился ещё ниже к её лицу, так, что теперь они соприкасались носами. И к его удивлению девушка не отстранилась, даже не попыталась. Она смотрела на Мэттью, широко раскрыв глаза и ждала его действий. А он поцеловал её. Страстно, жёстко, приручая к себе, как он умел. И к его удивлению она ответила. Совсем неумело, по-детски, но ответила, и это зажгло в парне новый огонь. Его язык исследовал её рот медленно, пытаясь запомнить каждый его миллиметр, потому что сам Коллинз знал, что они, скорее всего, больше не увидятся. А если и увидятся, то всё будет по-другому. Они стукнулись зубами, и парень засмеялся, проводя языком по нижней губе девушки, а затем слегка прихватывая её зубами. Спустя вечность, а может и секунду, они отстранились друг от друга, и Мэтту понравилось, что он видит. Раскрасневшаяся Поттер, явно обескураженная тем, что произошло, с затуманенными от возбуждения глазами…рай. Рай, который он потеряет через считанные часы. Сменив положение, Коллинз лёг рядом с девушкой, провёл рукой по огненно-рыжим волосам, намотав кончик пряди на палец, после переместился на лицо, запоминая его. Так они и пролежали в кровати до тех пор, пока не настал момент прощаться.

***

Гарри нервно озирался по сторонам, крепко держа под локоть улыбающегося Люка. В Аврорате к нему и пальцем не притронулись, и он понимал, что Благодетели постарались над этим. К нему больше не заскакивал Хьюго, хотя, стыдно признаться, Люк хотел, чтобы этот Уизли заглянул. У Визжащей хижины не было никого, кроме них, а спустя секунду раздался хлопок, и перед Гарри казался Благодетель в маске, прижимающий палочку к горлу Лили

***

— Мне придётся прижать к тебе палочку, пожалуйста, не злись на меня за это, — попросил парень. Он, так как сидел с ней все эти дни, и так, как забирает своего брата, вызвался пойти один. Никто не был против — знали, что Поттер не будет шутить и рисковать, когда в руках у Благодетелей его дочь. О том, что происходило между Лили и Мэттом, никто не знал. — Уходи от них, Мэтт, ты же не убийца, — умоляла его Лили, когда он вешал сумку девушки на её плечо. Грустно выдохнув, он вытащил палочку, и, повернув девушку к себе спиной, приставил палочку к горлу. — Прощай, Лили Поттер... Звучало слишком горько для прощания похитителя с пленницей.

***

— Отпусти мою дочь! — выкрикнул Гарри, выглядевший несколько странно… Потрёпанный, с трехдневной щетиной, уставший, взбешённый. Стоило Лили увидеть его, как на глаза сразу же навернулись слёзы. Мерлин, как же она скучала по нему! — Только после того, как ты отпустишь моего брата! — крикнул Мэтт, стоящий в маске. Люк сразу оживился, и тут-то Лили посмотрел на него и поняла, что перед ней стоит тот же Мэтт, только в другой одежде. Они близнецы! Ого, вот это новость. Поттер, который никогда не идёт на уступки, отпустил Люка, подтолкнув его к брату, а Мэттью отпустил девушку, и она тут же побежала к отцу, бросаясь к нему в объятия. Коллинз так не хотел отпускать её, хотел стянуть маску и снова поцеловать, стереть с её щёк слёзы, но не мог. Его ждал брат и друзья, его ждала работа Благодетеля, на которую он подписался. Хотя, работа ли? Видимо, это уже стало стилем жизни для кого-то. Мэтт удивлялся, как Джо мог с лёгкостью убить человека и улыбаться при этом. Ему было даже страшно, каким будет волшебный мир, если им будут править такие, как Найт. Гарри сильно сжал дочь в объятиях, тем самым убеждаясь, что она в порядке. Слава пресвятому Мерлину, с ней всё хорошо! теперь они могут отправиться домой, а потом он вычислит этих уродов и убьёт их. Каждого. Долго и мучительно — Папочка, я так скучала! Я так люблю тебя! — тихо прошептала она, едва сдерживая слёзы, в то время, как Мэтт, бросив на неё прощальный взгляд, быстро обнял брата, сказав, что чертовски скучал. А после они трансгрессировали, оставив Поттеров наедине. [1] * Ходил по интернету слушок, что у Беллатрисы и её мужа вполне мог быть ребёнок, поэтому мы решили, что в нашей вселенной он будет. И Вега Капелла Лестрейндж является внучной (!) Беллатриссы и Рудольфуса Лестрейнджей по отцовской линии. Вега и Капелла — звёзды. Видимо, сын Беллатрисы решил не отходить от традиции их семьи, и решил дать своей дочери имена, связанные со звёздами.