Перчики

Холодная зима дала поверить нам, Что без смысла нет и прошлого, Мы так любили... Бессмысленно. И где слова? Ты мне нужна...

На улице сегодня как-то необычайно прохладно. Да-да, я знаю, что зимой всегда очень холодно, но так как в последнюю неделю держалась довольно высокая температура, я был несколько удивлен внезапному похолоданию. Пришлось натягивать теплую толстовку, искать варежки, чтобы по дороге не превратиться в сосульку. Чертов Дейдара. Почему ему приспичило выпить именно сейчас? Ну да, с девушкой расстался, и впрямь повод есть. А один он пить ни в какую не хочет. "Ты мой друг. Ты должен быть здесь, Данна"... И что только не сделаешь ради друга? Как говориться, и в огонь, и в воду... Наконец-то я оделся. Штаны, толстовка, пальто... На ногах теплые кроссовки, лицо по нос закрыто темным шарфом, а на голове красуется такого же цвета черная шапка. Надеюсь, не замерзну. — Иду, иду я. Какой же он нетерпеливый, до дрожи иногда выбешивает. Капризный, как маленький ребенок. Закрыв дверь и, потянув ручку вниз, еще раз убедился, надежно ли. Надежно. В коридорах подозрительно тихо, все дети сейчас резвятся на улице и с удовольствием набирают себе снег в ботинки. А я, спокойно прошествовав к лифту и поехал вниз, надеясь выбраться наружу. А ведь и правда. Несмотря на такую морозную погоду, на улице оказалось много детей. Они смеялись, играли в снежки. Иногда между собой, а иногда к ним подключались еще и взрослые. Это выглядело довольно забавно. Я очень хорошо помню свое детство, все это так напоминает мне о нем. Когда-то мы с Гаарой, Темари и Канкуро были такими же маленькими. Но сейчас все уже довольно повзрослели: Темари учится в Германии на врача, Гаара уехал учиться в Отару, Канкуро сейчас работает вместе с Яшамару в полиции. Я? А что я? Я тоже работаю. Мне нравится моя работа, и студенты меня любят. Короче, преподавателем истории я в университете работаю. Очередной поворот, пройти пару метров, еще поворот. Дейдара живет не так далеко, так что пешком дойти раз плюнуть. Из своих мыслей меня вытянул чей-то плач. Детский плач. Я обернулся, посмотрел по сторонам. Мое внимание привлекли взрослая розоволосая девушка и маленький мальчик. На вид этой молодой особе было лет двадцать от силы. У мальчика были красные волосы, чем-то напоминающие мои, кажется, ему было лет пять. Я узнал эту девушку. Это была Харуно. Все такая же милая и старается "поддерживать свой стиль в любое время года", как она тогда выразилась. Ее локоны довольно отросли с момента нашей последней встречи: сейчас они доходили ей уже до пояса. На ней было черное коротенькое пальто, легкий шарф, а на ногах зимние батильоны на внушительном таком каблуке. Красивая, как всегда. Не знаю, что на меня нашло, но почему-то я залюбовался этой картиной. Она была так похожа на молодую маму, которая пытается успокоить своего ребенка. Нашего ребенка... Черт, и что я вообще такое думаю? Почему этот мелкий плачет? Нужно подойти и поинтересоваться. Сказать, что я подошел к ним как-то неуверенно — значит, ничего не сказать. — А, Сасори-сама, здравствуйте... Ей пришлось поднять голову, чтобы увидеть мое лицо. Я ничего не ответил на это, но мне жутко не понравилось, как она меня назвала. Да, когда-то нас связывали более, чем просто дружеские отношения, но сейчас я ее преподаватель, а она моя подчиненная. Но, черт, как же мне не хочется этого принимать. Я постарался сделать менее напряженное лицо и улыбнуться. Харуно в ответ выдавила из себя натянутую улыбку. — Что тут у нас? — уже более непринужденно улыбнулся я. Мальчик, который до этого времени верещал на всю улицу, притих. А я постарался без резких движений стереть с его красной холодной щеки очередную слезинку. — Я не знаю, он просто сидел и плакал. Я испугалась. Сакура действительно выглядела напуганной. Она то и дело кидала на мелкого беспокойные взгляды. — Почему ты плачешь? — уже к мальчику обратился я. Его огромные зеленые глаза наполнились еще большей печалью, и он вновь начал всхлипывать, готовый опять расплакаться. — Я не хочу домой, но мне очень холодно. Мы с Харуно удивленно переглянулись. Было видно, что она была растеряна. Но спустя пару секунд она слегка призадумалась и стянула с себя шарф, полностью закрыв этому ребенку нижнюю часть лица. Я тоже стянул с себя варежки и отдал их розоволосой, чтобы она одела их ему на руки. — Как тебя зовут? — Меня зовут Юкио. — Может, все-таки зайдем ко мне? — я сам немного удивился своей необычайной смелости. Сказать, что Сакура была растеряна — значит, не сказать абсолютно ничего. — Вы, кажется, шли к Дейдаре, Сасори-сама... — Сакура, прекрати. Давай на "ты". Слова прозвучали как-то чересчур грубо. Не ожидал я от себя такой подставы. И правда, я шел к Цукури, но что-то потянуло меня отложить поход к нему на потом. Сейчас мне хотелось поговорить с Харуно. Увидев ее, я понял, что что-то произошло. Нет, я не скажу, что чувства вспыхнули с новой силой, нет. Но до конца они угаснуть еще не успели. И мы могли бы попробовать возобновить наши отношения. Я хочу, но вопрос в том, захочет ли она этого. Не узнаю, пока не попробую. — Хорошо, Сасори...