Больше огня!

             Наскоро помывшись и высушив волосы, двое вернулись в кампус. Ямазаки все ещё не было, от чего Рин облегченно выдохнул, заходя в комнату. Было уже достаточно поздно, и Мацуока тут же скинул с себя одежду и натянул штаны, в которых всегда спал. Пошарив рукой в шкафу и найдя майку, он помял её в руках и закинул обратно. Сана все это время тихо сидела на краю кровати и старательно делала вид, что не смотрит на все манипуляции извращенца. Но, Боже, какой он красивый! Её так и манило подойти и облапать это прекрасное тело. Рыжая сцепила пальцы в замок и зажала их коленями, чтобы хоть как-то отвлечься.       - Раздевайся, - властный голос Рина заставил девушку вздрогнуть. Он подошел ближе и пнул спортивную сумку Момотаро, в которой лежал её купальник, под кровать.       - Чего? – Сана вытаращила на красноглазого свои большие глаза. Включить дурочку было не лучшим решением, но это получилось больше от неожиданности, чем как продуманный план.       - Раздевайся, говорю, и лезь наверх, или ты будешь в костюме спать? – Рин недовольно изогнул бровь и скрестил руки на груди, придавая лицу суровое выражение.       -М. Да, - девушка потупила взор и быстро начала стягивать одежду. Не так она себе все это представляла. Где цветы, свечи, романтика? Где заигрывания, страстные речи, флирт? Господи, да её тупо трахнет какой-то парень в школьном общежитии на скрипучей койке. Позор какой! А внутри все предательски заныло. Сана с дрожью в коленях осознала, что в глубине души ей самой хочется, чтобы это случилось. На девушке остались лишь футболка, достаточно длинная, чтобы прикрыть попу, и кружевные трусики. Рин закрыл лицо рукой, чтобы скрыть свой похотливый румянец, без костюма брата, с распущенными волосами в этой футболке девушка выглядела потрясающе, он сам не ожидал, что будет так тяжело сдерживаться, но отступать уже поздно.       Сана, собирая в кулак остатки гордости, уверенно подошла к Рину и посмотрела ему в глаза. Красноглазый церемонно указал на второй этаж кровати, и девушка покорно взобралась туда.       «Господи, дай мне титанического терпения. Главное с ума не сойти и держать себя в руках» - подумал Рин, резко выдохнул, закинул её вещи в шкаф и выключил свет. Ещё несколько секунд и он завалился рядом с Саной, накрывая их обоих легким одеялом. Очень вовремя, потому что ещё секунд через десять дверь с шумом открылась, и под потолком вспыхнула лампа.       - Рин? Ты уже лег? Ты же вроде недавно пришел, - Соске кинул тетрадь на стол и потянулся так, что хрустнуло в спине.       - Да что-то вымотался за день, - Рин, лежа на боку, подтянул к себе Сану, чтобы они занимали как можно меньше места, и Соске не заметил, что товарищ по комнате сегодня не один. Девушка даже не дышала, она была уверена, что Мацуока попросил Соске остаться у кого-то, а он тут, о чем они тогда договаривались? Бурная фантазия засияла во всех цветах радуги, рисуя групповые игры и прочие непристойности. Сана зажмурилась, отгоняя эти пошлые мысли прочь.       - А чего это ты сегодня захотел наверху спать? То не загонишь тебя, а то сам напросился, - Ямазаки переодевался для сна, майка выпала из рук, и он наклонился поднять её. Взгляд привлекла чужая сумка под кроватью: «Похожа на сумку Микошиба, забыл что ли?».       - Просто захотелось, - ответил другу Рин. – Ты же сам все ныл, что хочешь спать внизу. Наслаждайся.       - Так ты на постоянку наверх перебрался?       - Да как же, жди!       Соске улыбнулся, старый друг как всегда дерзил, и его это слегка забавляло. Парень сгреб одежду и закинул в шкаф. Повернувшись, он замер на несколько секунд, смотря на кровать, затем быстро выключил свет и рухнул на нижнюю койку. Конечно, из-за широкой спины капитана на втором этаже не было видно того, что он увидел, когда зашел с другой стороны – Рин был не один. Почему он ничего не сказал? Он мог просто попросить Соске остаться у кого-то из ребят сегодня. Да у того же Нитори, ведь Микошиба отправился домой. Или нет? Ведь это он с Рином уходил вечером, и это его сумка сейчас под кроватью. У Соске от всех этих мыслей зазудило во всем теле, и он заелозил.       - Рин?       - М?       - Может, мне к Нитори пойти спать?       - Соске, завались уже и спи, где хочешь. Харэ базарить.       - Ладно, - Ямазаки перевернулся на живот и отбросил все свои выдумки. Может ему просто показалось? Хорошо если так, ибо второй вариант ему совершенно не нравился.       Сана больно дала Рину локтем под ребро, парень сам предложил уйти, а этот гад его остановил, чего он добивается? Рин шикнул у неё над ухом от боли, и в ответ острые зубы впились в шею - своеобразное наказание за проделки. Рыжая благоразумно решила больше не дергаться, хотя укус заставил тело содрогнуться. Извращенец, наверное, даже и не подозревает, что её шея настолько чувствительна к прикосновениям, а также спина и поясница, к которым прижималось горячее тело. Даже через футболку Сана чувствовала, как он обжигает её кожу своим теплом.       Рин ровно дышал где-то над ухом, заложив одну руку за голову, а второй прижимая девушку к себе, как будто боясь, что пленница сбежит.       «Блин, ты что реально просто будешь спать?» - Сана от досады закусила губу. - «А всё так интересно начиналось. Какой смысл во всей этой его затее?»       Соске начал сопеть, сладостно отдавшись Морфею.       «Ну вот, оба спят. А у меня сна ни в одном глазу. Как бы я хотела, чтобы сейчас меня обнимал Сейджуро. Братишка, как ты там в своем общежитии? Один в холодной кровати, никто не обнимет, не согреет». Девушка, блуждая в своих мыслях о брате, бессознательно положила ладонь поверх чужой, что покоилась на животе, и сплелась пальцами. Её даже не смутило, что они веером распустились в ответ, пропуская её пальцы скользить друг между другом.       Рин глубоко вдохнул аромат её волос. Он и не думал спать, все его мысли и силы уходили на самоконтроль, ведь он сам пообещал, что не тронет девушку, пока та этого не захочет. Своё слово нужно держать, как бы сложно это ни было. Но сейчас она своим касанием разрушила в хлам его стойкое намерение уснуть во что бы то ни стало.       Рин прижался к Сане всем телом, давая понять, что спать он не собирается и ей не даст. Девушка поздно сообразила, что только что она сама ласкала его руку, она тут же одернула её. Но Рин уже пошел в наступление. Он слегка прикусил её кожу на бледной шее, затем ещё и ещё, поднимаясь к мочке уха. Рука скользнула под футболку и мелено прошлась по плоскому животу, плавно продвигаясь по талии вверх, а затем возвращаясь на место. Сану с ума сводили эти легкие поцелуи и укусы в шею, она чувствовала, что тело предательски дрожит. Ей даже дышать не хотелось от наслаждения, она боялась, что одно неловкое движение и момент будет упущен. Но сделай она хоть кувырок через голову, Рину было бы уже все равно. Поцелуи становились увереннее, прикусы грубее, более чувственные и страстные. Он спускался по шее на плечо, аккуратно оттягивая ненавистную ткань. Как хотелось просто стянуть её и почувствовать это тело. Но нет. Нельзя. Нужно держать себя в руках.       Рука скользнула вниз и прошлась по внутренней стороне бедра. Сана не смогла сдержать резкий выдох возбуждения. Девушка заливалась краской, хорошо, что в темноте он не увидит. Она дико возбудилась просто от его прикосновений. «Стыдно, Микошиба. Стыдно!» - твердила себе Сана, но умелые руки Рина отодвигали эти мысли далеко на задний план и ровняли с землей. Красноглазый вновь пошел в атаку на передний фланг, рука медленно, но верно поднималась вверх, пуская по нежной коже электрические разряды. В этот раз Рин не остановился, он уверенно принял в ладони упругую грудь, затвердевшие соски дали понять, что пленница и сама уже на взводе, но это было ясно и так. От каждого его прикосновения, от каждого укуса, она, как кошка прогибалась в спине, подавая бедра назад. От таких телодвижений Рину становилось все сложнее контролировать себя, хотелось просто взять и овладеть этой похотливой пантерой, но он преследовал немного иную цель.       Сана сходила с ума от этих ласк. У неё слишком давно не было секса, и сложившаяся ситуация полностью вывела из строя все системы самоконтроля. Тело словно пылало в огне, ей казалось, что она прожигает собой всё до самого пола. Даже этот сосед снизу, наверное, чувствует её вожделение. Что будет, если он проснется? Нужно быть тише, но как? Как сдержать себя, когда в голове фейерверк? Футболка наконец-то поползла вверх, видимо, извращенец устал от этой ненужной помехи. Как только действие было совершено и лишняя одежда покинула разгоряченное тело, красноглазый жадно припал к оголенному плечу, чуть ли не вгрызаясь в него. Одной рукой он за горло прижал девушку к себе, ограничивая её возможность двигаться, а другая рука, пройдя свой уже обыденный путь через плац живота, устремилась к внутренней стороне стройных бедер.       Сане безумно нравилось это необузданное желание изучить все её тело, некоторая грубость в действиях была как нельзя кстати. Девушка не смогла сдержать сдавленный стон, когда Рин, ломая все грани дозволенного, запустил руку в кружевные трусики. Красноглазый, пользуясь моментом, скользнул пальцами свободной руки в приоткрывшийся рот. Сана с неудержимым рвением прошлась по ним языком, вызывая на лице парня довольную улыбку.       Рин немного удивился тому, что девушка возбудилась на столько, что белье было мокрым насквозь. Он уверенно продолжил свои ласки, с каждым его движением Сана все больше извивалась, как змея. Не в силах сдерживаться, она отвела руку назад и провела ладонью по возбужденному члену. Рин до крови закусил себе губу. Он безумно хотел, чтобы она продолжила свои ласки, но, собрав волю в кулак, красноглазый грубо пресек её попытки, давая понять, что удовольствие получит только она. Сана была недовольна сложившейся ситуацией, но сказать что-либо она не могла, во-первых, во рту у неё были его пальцы, а во-вторых, Рин продолжил свои сводящие с ума блуждания по её интимным местам. Да какая к черту разница? Пусть делает, что хочет! Сана блаженно провела языком по пальцам и мягко прикусила их, проявляя свою заинтересованность в процессе.       Рин беспокоился, что их возня разбудит Соске, а ещё Сана со своими короткими призывными стонами, которые затмевали разум… Её тело, словно глина на гончарном круге, отвечало на каждое его прикосновение, хотелось, чтобы это безумие продолжалось вечно. Рин чувствовал, что его тоже начинает накрывать, ещё немного и он перестанет себя контролировать. Он резко ввел два пальца во внутрь, заставляя Сану тихо застонать и ещё немного распалив её клитор, одновременно прикрывая рот девушке. Очень предусмотрительно, так как в этот момент её глаза расширились, и тело неистово содрогнулось, замирая на короткий момент. Спустя несколько мгновений она обмякла на его руках, тяжело дыша и не в силах шевельнуть даже пальцем.       Рин приподнялся на локте, смотря на проделанную работу. Он не удержался и провел влажным языком по щеке Саны, она была такой милой и беззащитной, что хотелось попробовать на вкус каково это. Девушка никак не отреагировала на его касание. Красноглазый расплылся в довольной улыбке и резво спустился с кровати. Взяв полотенце, он быстро покинул комнату.       Когда Мацуока зашел в душевую, его разрывало чувство удовлетворения и неудовлетворенности, впрочем, от второго он избавился быстро. Было немного обидно, что пришлось обслуживать себя самому, но он сам так захотел. Окатившись напоследок ледяной водой, чтобы вернуть трезвость ума, Рин наскоро вытерся и поспешил вернуться в комнату.       Дверь за Рином закрылась. Сана ещё не сразу поняла, что вообще происходит. «Он ушел? Он пошел в душ? Значит, он всё же сдержит свое слово и не тронет меня, пока я сама не захочу? Но неужели он не понял, что я хотела его! Долбаный извращенец. Ну и ладно, ну и онанируй сколько влезет!». Сана лениво нашарила футболку и, прилагая титанические усилия, натянула её на себя.       Рин вернулся быстро. Он зашел так же тихо, как и вышел. Сана почувствовала, как к ней прижалось прохладное и слегка влажное тело только из душа. Было так приятно, казалось, что бабочки порхают в животе. Красноглазый по-хозяйски накрыл их одеялом и прижался к «пленнице», та лениво дернула плечом, отгоняя пристающего. В ответ на это Рин властно притянул её ещё ближе и зарылся носом в рыжих волосах. Сана прикрыла свои янтарные глаза, синхронно расплываясь с извращенцем в блаженной улыбке.