Я вернулась к тебе.

Тереза уже в который раз взглянула на Вааса, как потерянный ребёнок на доброго волшебника. Отчаянье постепенно отступало. Она потеряла фотографию, но у них, казалось, впереди вся жизнь и будет ещё десятки или сотни фотографий с малышкой. А сейчас ей безумно хотелось увидеть "сюрприз", который он ей приготовил. Затуманенный разум и отключившаяся логика не позволяли видеть опасности. Беззаботно улыбнувшись, девушка подбежала к пирату. - Пойдём скорее! Я хочу на рождество, - протараторила она нетерпеливо. - Не волнуйся, моя дорогая, тебе обязательно понравится праздник, - улыбнулся Ваас. Они отправились в бар на машине, к капоту которой были прикреплены оленьи головы. За рулём был Рей. Полный бородатый мужчина, которого они взяли с собой, пытался убедить Вааса, что за него непременно заплатят, приводя довольно убедительные аргументы о том, что у него в Небраске своя собственная клиника и убивать его не выгодно. - Заткнись, твою мать! Не порть праздник, мудила! Либо ты будешь хорошим Сантой, либо я вышлю тебя на северный полюс по кусочкам. Уяснил, долбоёб? - мужчина послушно замолчал. Реджинальд, будучи врачом, пройдя в своё время практику и в психиатрии, для общего развития, понимал, что продолжать спорить с психопатами - самоубийство. Тереза и Ваас уже и забыли о нём, они напивались виски и спорили о том, чьё оружие лучше, регулярно обмениваясь оскорблениями и ударами, от одного из которых Тереза едва не вылетела из машины. Но при этом, по ним обоим было видно, что они рады видеть друг друга. Было что-то едва уловимое между этой странной парочкой, своеобразные чувства. "Интересный клинический случай", - подумал доктор Реджинальд, наблюдая за ними. Рей же, довольный проведённым с заложницей днём и видя, что Ваасу не до него, не думая о правилах дорожного движения, напивался за рулём и постоянно прибавляя скорость. Напевал "моя крошка вернулась". Голос, для не профессионала, у него был весьма не плох, по крайней мере - слух не резал. Но Реджинальду от этого было не легче. Несмотря на профессиональный интерес, пребывание в компании психопатов не сулило ничего хорошего. *** Нейт шла вдоль дороги с бутылкой текилы в руках. Девушка изрядно набралась ещё накануне. Ваас велел ей явиться на праздник, обещая сюрприз в конце. Но при этом, она должна идти пешком - брать с собой он её не стал. Да и она сама скорей пустила бы себе пулю в лоб, чем сидела рядом с этой "сладкой парочкой". Нейт ощущала себя брошенной, использованной и не нужной. Машина пронеслась мимо неё, едва не задев, ещё и обрызгав из придорожной лужи. Весёлая компания её даже не заметила, и пока Нейт вытирала лицо, ненавистная тачка уже скрылась из виду. Но, несмотря на это, Нейт успела разглядеть Терезу и Вааса вместе, то, как им было весело вдвоём. - Суки! Твари! Чтоб вы сдохли, уроды! - проорала Нейт, доставая пистолет и стреляя вслед уже скрывшейся машины. Разрядив всю обойму, Нейт полезла за патронами - она всегда была запасливой, эта привычка осталась с детства. Девушка нервно перезарядила оружие, потеряв несколько патронов. "Неудачница",- вдруг услышала до отвращения знакомый голос. Нейт обернулась. Её мачеха, Медлин, смотрела на нее полными злорадства и насмешки глазами. Она была такой, какой девушка её помнила: безупречная причёска, одетая с утончённым вкусом, который так раздражал Нейт. - Ты всегда была неудачницей, Нейталин! - улыбнулась мачеха. - Теперь ты понимаешь, почему он был с тобой? Ты напоминала ему его ненаглядную Терезу: такая же ёбнутая, как она, и такая же кровожадная, но ты лишь её бледная копия и никогда не смогла бы заменить. А теперь, когда Тереза вернулась, ты ему больше не нужна! - Я не стану слушать тебя, сука! - заорала Нейт. - Это не изменит того, что ты потеряла его, мерзкая девчонка. Я всегда знала, что ты ничтожество, поэтому и наказывала тебя. - Заткнись! Я напилась и ты лишь мой глюк. Ваас позволит мне её убить. Он обещал! - прошипела Нейт. - Ты такая же глупая, как была в детстве. Если думаешь, что он выберет тебя, а не Терезу и их прекрасную дочурку. Она ведь красавица, правда? То, что ты украла её фотографию, ничего не меняет. - Это не его дочь, - заорала Нейт. Она в ярости достала фото. - Это лишь ребенок, таких миллионы. - Нейт трясла фотографией перед кошмаром, который видела лишь она. Как и Терезу, её терзали собственные демоны. Жуткое виденье рассеялось и Нейт нервно вертела в руках снимок, желая разорвать в клочья и одновременно рассмотреть получше. На обратной стороне фото был адрес какого-то маленького городка и имя "Мари". Нейт машинально запомнила его, сама не зная, зачем. Нейт долго не решалась посмотреть на ребёнка. Это не мог быть ребёнок Вааса, просто не мог. Собравшись с духом и убеждая себя в том, что "Тереза лживая сука", она всё же перевернула снимок. Девочка была действительно красивой, но милых деток множество - успокаивала себя Нейт. Но эти глаза и черты лица выдавали сходство ребёнка с Ваасом. Конечно, Нейт хотела бы верить, что это лишь совпадение, но разумом она всё поняла. С большой вероятностью Тереза говорила правду, и малышка и правда дочь Вааса. Дочь, которую ненавидящая детей, бесплодная по вине мачехи Нейталин, никогда не сможет ему дать. Издав пронзительный крик ярости, девушка порвала фотографию в клочья. Из придорожных джунглей раздавался ненавистный мерзкий смех её мачехи. Нейт больше не могла этого выносить и побежала вслед за своим кошмаром. - Стой, сука! Стой, я убью тебя во второй раз, тварь! - орала девушка, преследуя собственную иллюзию, собственный кошмар, и стреляя в никуда. Пули попадали в стволы деревьев, в пышную листву. В голове всё горело огнём. Нейт почувствовала обжигающую боль в лодыжках, мир вокруг завертелся, всё замелькало так, что девушку едва не стошнило. В глазах потемнело. Когда в голове начало проясняться, пиратка поняла, что висит верх ногами в паре метров над землёй. Она поняла, что попала в ловушку, словно глупая рыбёшка на крючок. Мысленно обругав проклятых ракьят, а заодно и себя за глупость, пиратка потянулась к оружию, но пистолет и охотничий нож лежали на земле. К своему несчастью, вскоре Нейт поняла, что это ещё не самое худшее. Из зарослей вышли трое воинов ракьят, видимо, подстерегавших здесь добычу. - Только посмотрите, кого мы поймали! Добыча оказалась намного лучше моих ожиданий. Вот и конец твоим преступлениям, пиратка, - произнёс молодой мужчина, направляя на неё оружие. - Нет! Стой, парень. В случае поимки Цитра приказала доставить её живой, - произнес мужчина постарше, опуская руку более молодого соплеменника. Юноша, сделав недовольный вид, не посмел возразить. Нейт поняла, что влипла в большие неприятности. Отправляться к Цитре, что бы та от неё ни хотела, она точно не собиралась. - Пошла ваша раскрашенная шлюха к чёрту. Я ей ничего не скажу, убейте меня здесь, разрисованные обезьяны, - прошипела девушка, извернувшись и стараясь высвободить ноющую от жгучей боли ногу из петли. На лице молодого воина отразилась злость, но его старший товарищ остался бесстрастным. - Ты пойдёшь с нами, ты нужна Цитре, - произнёс он спокойно. - Поцелуй меня в зад, вонючий немытый дикарь, - проорала раскрасневшаяся от бесполезных усилий девушка. Нейт чувствовала, что ей становится трудно дышать. Вместо ответа она ощутила, как что-то острое вонзилось ей в шею. Девушка рухнула вниз всем весом, повиснув на своей и без того несчастной ноге. Машинально она дотронулась до своей шеи и выдернула из нее дротик. Нейт догадалась, что было в нем: ее хотят усыпить, как дикое животное. Всё поплыло перед глазами, мир вокруг застилала темнота, а последним, что она увидела и услышала - был смех и лицо ненавистной мачехи. *** Нейт очнулась связанной в какой-то узкой комнатке. Её жутко тошнило, а голова просто раскалывалась. Когда темень в разуме прояснилась, она увидела, что над ней возвышался мрачный угрюмый воин ракьят. Здоровенный мужчина по комплекции напоминал быка, а ростом превосходил даже Рея. - Что вам надо? Почему не убили меня, сволочи? - пыталась прокричать Нейт, но из-за слабости её крик превратился в стон. - С тобой сейчас будет разговаривать Великая жрица. Будь с ней вежливой, мерзкая пиратка, - процедил сквозь зубы громила. - Пошла она... - прохрипела Нейт. - Ты у меня сейчас дождешься, - злобно прорычал бугай, приближаясь к Нейт. Девушка уже приготовилась к побоям. Лучше так, чем унижаться перед ними, решила Нейт. А затем услышала скрип двери и шаги. Девушка обернулась на источник звука. В комнатушку вошла молодая стройная девушка с татуировками на теле. С ней был юноша, совершенно не похожий на ракьят, и ещё пара воинов. Она усмирила разъярённого громилу одним лишь жестом. - Ты пугаешь нашу гостью. Можешь идти, - мягко, но уверенно произнесла она. Девушка была весьма хороша собой, а её мелодичный голос действовал на окружающих словно гипнотически. Её речь напоминала сладкое пение Сирены, заманивающее корабль на скалы. "Цитра", - догадалась Нейталин. - "Может, эта сука и ведьма, и умеет вертеть мужиками, как хочет, но со мной это не сработает", - решила для себя Нейт. - Я давно хотела познакомиться с тобой. Жаль, что нельзя было сделать это по-другому. Я надеюсь, что после нашего разговора ты станешь здесь гостьей, а не пленницей, - произнесла Цитра, глядя Нейт в глаза. Голос девушки звучал спокойно, почти ласково. Но Нейт знала, чего стоят притворно-ласковые слова Вааса. Обычно после них следовала боль. Должно быть, Цитра в этом похожа на брата, подумала она. - Пошла нахуй со своим гостеприимством, сука! Считаешь меня дурой? Думаешь, я поверю в твой лживый спектакль? - прошипела Нейт, ожидая вспышки злости. Но лицо Цитры осталось спокойным, как и её голос. - Я принимаю тебя за жертву, - мягко произнесла жрица. - Мой брат любит быть жестоким с людьми. Но тех, кто его любит, он калечит больше других. Я не такая, как он. Знаю, ты любишь его, несмотря на всё, что он с тобой сделал. Я тоже любила его когда-то, но он меня предал, как сейчас предал тебя. Ради неё он пошёл против наёмников Хойта. Разве он сделает такое ради тебя? - Хватит! Не хочу твоей лжи. Заткнись и убей меня, тварь! - все кричала Нейт. Но Цитра не обратила на это внимания. - Я понимаю, как тебе больно. Она вернулась, и ты стала не нужна. Он играл твоими чувствами, а теперь выбросил как вещь. Терезу он всегда ценил выше. Но ты можешь изменить это. - Думаешь, сейчас промоешь мне мозги, и сможешь убедить меня убить Вааса или шпионить за ним? Я не куплюсь на твой дешевый трюк! - Цитра покачала головой. - Я никогда не попросила бы тебя убить брата. Он думает, я хочу его смерти, но это не так. Я хочу смерти Хойта, наёмников и пиратов, но не брата. И я хотела бы, чтобы он был счастлив. Вы могли бы быть счастливы с ним, когда всё закончится, но Тереза должна умереть. - Не могу поверить, что скажу это, но в этом я с тобой согласна. Хочешь её смерти? Отпусти меня - и будь уверена, она умрёт. - Я была уверена, что ты всё поймёшь правильно, - произнесла Цитра. Подавая знак своим людям, громила разрезал верёвки, освобождая Нейт. Девушка потёрла нывшие от боли руки. У неё была мысль попытаться сбежать, но в данной ситуации это было невозможно: тем более, похоже, что Цитра и впрямь хочет смерти Терезы не меньше её самой. - Так я могу идти? Если отпустишь, считай, Тереза уже мертва. - Пока нет. Тереза умрёт, но не сейчас. Нейт непонимающе смотрела на Цитру. Её слова и поступки были лишены какой-либо логики. По крайней мере, Нейт не понимала, чего Цитра от неё хочет. Жрица заметила взгляд девушки: - Прежде, чем Тереза умрёт, должно умереть то зло, что она привела в этот мир. Кровь ребёнка и матери, пролитая на ритуальном алтаре, очистит остров; это даст нам силу. Я слышала духов острова: пока живёт дитя Вааса и Терезы, я не смогу зачать младенца, который спасёт нас всех. После жертвоприношения ребёнка и Терезы на острове всё изменится. Это было слишком даже для такой, как Нейт. Она была бы рада смерти ненавистной Терезы, но младенец!? Да и увидеть смерть своего ребёнка перед собственной - трудно пожелать даже злейшему врагу. - Ты чокнутая! Думаешь, убийство младенца спасёт остров? Ты готова убить племянницу? Такого бреда ещё в жизни не слышала. Я не стану причинять вред ребёнку. Я не... - Нейт чуть было не произнесла "не Медлин", но осеклась. - Я знаю, ты не твоя мачеха, - продолжила за неё Цитра. - Откуда ты... - но Цитра проигнорировала слова ошарашенной Нейт и продолжила: - Можешь не верить, но этот ребёнок зло и должен умереть ради блага всех нас. Ты не прольешь его кровь, мне суждено принести священную жертву. Ты лишь должна узнать, где ребёнок, и сказать об этом мне. Нейт колебалась. - Пока дочь Вааса жива, вам не быть вместе. Тереза чудовище, она совершала ужасные вещи, она и её жуткий "отряд смерти", они не щадили никого, если её дочь вырастет - станет монстром хуже матери. И подумай о том, что пока они обе живы, Ваас не будет твоим. После их смерти ты сможешь утешить его или потерять навсегда. Решай! - в этот момент Нейт поняла, что Цитра права. И хоть она сумасшедшая фанатичка, верящая во всякий бред, но без Терезы и ребёнка Ваас снова будет её. - Я согласна. Я скажу тебе, где найти ребёнка и помогу заманить Терезу в ловушку, а ты отпустишь меня, и Ваас никогда не узнает о нашем договоре, - произнесла Нейт, испытывая смешанные чувства. - Я была уверена, что ты поступишь мудро, - произнесла Цитра, улыбнувшись. *** Просторную комнату без окон освещали огни факелов. Каменные стены и расположение на нижнем этаже храма, делали её мрачной и даже пугающей. На просторном ложе, устланном подушками и всяким тряпьём, лежал человек, больше напоминающий чудовище Франкенштейна. Его тело было изломанным, на лице шрамы, а сам он словно распухший труп. Правой ноги не было, но даже будь она на месте, человек не смог бы подняться. Послышались тихие шаги: - Цитра, это ты? - прохрипел он, шумно дыша. Тень от женского силуэта скользнула вдоль серых стен. В неверном свете факелов лицо Цитры тоже напоминало тень. - У тебя есть новости для меня? - Да, Стейн, - ответила жрица, - мы же оба знали, что она вернётся. И на этот раз ей отсюда не выбраться. Остров заберёт её и ребёнка, он даст нам силу. - Хватит! - гневно прохрипел Стейн. - Мне плевать на остров. Плевать на избранных и прочую хуйню. Посмотри на меня. Из-за неё я не могу ходить, она превратила меня в урода, сбросив в воду. Увы, я не умер. Течением меня вынесло к берегу, успев побить о камни, а крабы успели попробовать на вкус моё истерзанное тело, думая, что я уже труп. Потом меня нашли твои люди, но я уже успел поджариться на солнце, быть изъеденным насекомыми и гангрена начала развиваться. Она превратила мою жизнь в ад. Я хочу мести! Хочу заставить её страдать! Хочу, чтобы она молила о смерти, как молил я! - Ты получишь отмщение. И поверь, она будет страдать так, как никогда ещё не страдала. Нет ничего хуже, чем увидеть смерть своего ребёнка. Всё, что она испытала до этого, не сравнится с тем, что ждет её впереди, - прошептала Цитра закашлявшемуся Стейну. - Хорошо. Ты знаешь, где их ребёнок? - Да, девчонка сказала мне. Не волнуйся, она слишком ненавидит Терезу, чтобы проболтаться и может ещё пригодиться нам. Теперь нужен тот, кто заберёт ребёнка. - Это не проблема. Прикажи позвать Саймона. Он свяжется с людьми, которые работают на меня за пределами острова. Ведь ты ценишь меня за это, верно? Или я стал бы тебе просто не нужен, и меня оставили бы гнить заживо на том берегу, - закашлялся он. - Стейн, не думаю, что нам стоит ссориться, цель близка. Ты получишь возмездие, а я ритуал. - Не спорю. Не стоит ссориться из-за мелочей. Я оправлю Саймона куда нужно, и скоро ребёнок будет здесь, а эта сука обязательно узнает о похищении и сама прибежит в ловушку. И пусть Саймон приведёт девчонку, мне нужно... - Знаю я, что тебе нужно. Но твой Саймон и так замучил почти всех пленниц, что мы отбили у Вааса, чтобы ты мог насладиться зрелищем, - недовольно произнесла Цитра. - Могут пойти слухи. И мне надоели эти омерзительные пытки в моём храме. Это священное место! Стейн сдавленно расхохотался. - Ты собралась кромсать младенца здоровенным ножом на глазах у его матери, а затем бросить в огонь, а её отдать мне для "того самого", что я делаю с пленницами, и называешь меня омерзительным? - Довольно! Тебе всё равно не понять смысл ритуала очищения, - надменно произнесла жрица. - Куда уж мне. Даже пытаться не хочу. Пусть каждый из нас займётся делом, - прохрипел он. Цитра удалилась. Ей был отвратителен внешний вид Стейна и этот запах, словно от живого трупа. Но общие интересы объединили их. Оставшись в одиночестве, Стейн снова уставился в одну точку. - Скоро, Тереза, очень скоро, - шептал Стейн, глядя в пустоту. Жажда мести помогала ему жить дальше. *** Нейт вернулась в лагерь невредимой. Цитра сдержала слово, никто не выстрелил ей в спину, её просто выпустили из деревни. Она не понимала, почему ей так плохо на душе. Ведь она сделала всё правильно, она защищала своё. Ваас должен быть с ней. Ничего, скоро всё будет по-прежнему. Проклятая Тереза исчезнет из их жизни навсегда. Её размышления прервали женские крики отчаянья и злобный голос Вааса. Нейт машинально бросилась в ту сторону, откуда раздавались голоса. По пути она заметила спешившего туда же Рея и едва не врезалась в него. Рей схватил её за плечо. - Что, злорадствовать бежишь, сука? - злобно прошипел мужчина. Нейт одёрнула его руку. - Что случилось, имбецил? Жаль подружку? Что бы Ваас с ней ни делал, она это заслужила! Значит она больше ничто для него! - выпалила пиратка, переполняемая радостью, и чувствуя, что смерть соперницы уже близка. Нейт с воодушевлением побежала к месту предполагаемой казни. - Не спеши радоваться, - крикнул Рей ей вслед, - если Тереза для него больше ничто, то ты ещё меньше, - продолжил он. Нейт почти не слышала, она желала посмотреть жестокую и мучительную расправу над Терезой. Но то, что увидела пиратка, стало неожиданностью для неё. Ваас стоял со свёртком в руках над полыхающей огнём ямой. Руки Терезы были прикованы к перекладине между двумя сваями. Но, в отличие от недавно попавшей в ловушку Нейт, Тереза стояла на земле. Даже отсюда Нейт заметила, что в свертке, скорее всего, кукла или он вообще пуст, но, похоже, одурманенная наркотиками Тереза этого не понимала. Она билась в оковах, словно в предсмертной агонии, умоляя не убивать их дитя. Кожа на её руках была содрана практически до костей. За этим зрелищем, непривычно молчаливо наблюдали пираты. - Мне надоел этот ёбаный спектакль, сучка! Говори мне правду, твою мать! Где ты шлялась целый ёбаный год? Или сейчас ты попробуешь жаркое из любимой дочурки! - орал Ваас. Такого взгляда она не видела у него ещё никогда. В его глазах была не просто бешеная ярость - адский огонь. Это пугало даже привычную ко многому Нейт. - Клянусь памятью Джейка - я уехала ради нашей дочери, я не предавала тебя, не хотела сделать тебе больно! - кричала Тереза, словно безумная. - На хуй твоего Джейка и его память! Говоришь, у нас с тобой есть ребенок? Да, сучка? Мы прямо счастливая семья, - саркастически произнёс пират. - Ради своего папочки ты была готова на всё. Интересно, что ты сделаешь ради нашей дорогой доченьки? - произнёс Ваас, зловеще улыбнувшись. - Считаю до двадцати. А потом приготовлю барбекю из... как ты там её называешь? Ах да, Элис. В честь той дохлой сучки, которую ты героически не спасла, - продолжил он. Затем начался отсчёт. Нейт понимала, что сделать это невозможно. Терезе не освободиться от цепей, она сама недавно пыталась выпутаться из ловушки, но не вышло. Это было жестокой, мучительной пыткой, которую Ваас устроил Терезе в наказание за ложь. Но Нейт, в отличии от Вааса, знала, что она не лжёт. Тереза дёрнулась изо всех сил, едва ли не ломая себе руки, затем снова и снова, но ничего не выходило. Девушка повторяла попытки с каждой цифрой отсчёта, её глаза наполнялись всё большим ужасом. Нейт показалось, что она вот-вот сломается, сдастся. Как зарыдает и закричит от отчаянья, когда сверток упадёт в огонь. Но лицо Терезы вдруг изменилось. В её взгляде появилась ярость. Она изо всех сил ударила правой рукой о столб, потом снова повторяя удары с криком - больше ярости, чем боли, но на это раз не хаотично - ломая себе большой палец, буквально прибив его к ладони. Затем с силой потянув руку на себя, окровавленная кисть выскользнула из оков. Не обращая внимания на боль, Тереза оставшимися четырьмя пальцами всё же сумела достать пистолет и выстрелить в цепь, сковывающую вторую руку. А затем, тяжело дыша, наставила оружие на Вааса. - Верни мне дочь, самоуверенный недоверчивый кусок дерьма! Я поняла, как ошибалась в тебе. Верни мне дочь - и мы навсегда уедем, - злобно произнесла девушка, задыхаясь от ярости. У Нейт перехватило дыхание. То, что сделала Тереза, казалось невероятным, но кошмар был в том, что она могла убить Вааса. Нейт машинально потянулась за оружием и с ужасом поняла, что оно осталось у ракьят. Хуже всего было то, что остальные пираты бездействовали, а сам Ваас лишь улыбался, как ни в чём ни бывало, не осознавая опасности. Он и правда не понимал, Нейт это знала. Ваас был уверен, что Тереза лжёт. Но она действительно верила, что у Вааса её ребёнок и была разъярённой матерью-тигрицей, у которой забрали детёныша, способной на всё, даже убить Вааса, который явно был ей не безразличен. - Ты всегда была очень упрямой, дорогая. Никогда не умела сдаваться и проигрывать. Даже в своей лжи и заёбах, - голос Вааса звучал почти ласково. - Но в этот раз ты перешла все границы, блять! Мало того, что пропала на год, так ещё и пиздишь мне про дочь. Думаешь пробудить во мне отцовские чувства, блять? О'кей, я вижу наша доченька замерзла. Не волнуйся, моя малютка, добрый папочка Ваас тебя согреет! - проорал он, швыряя сверток в огонь. Дальнейшее для Нейт было словно в замедленной съёмке. Её сердце едва не остановилось. Она ожидала выстрела в Вааса, но Тереза словно забыла про него, увидев, как сверток падает в огонь. Она закричала от невыносимого ужаса и боли, и бросилась вслед за ним, навстречу пламени. Впервые в жизни Нейт увидела истинную любовь матери.