***
Семейство О'Конелов, встретив срочно прибывшего на выручку Меджая, собиралось в путь. Хоть и зрелище это напоминало блошиный рынок, тем не менее все были собраны и готовы к приключениям. От шайки Джабдала даже осталась пара лошадей и верблюд. - Конечно же верблюд достался мне! - ныл Джонатан, подгоняя "транспорт пустыни", чтобы поспевать за спасителями на конях. Ближе к закату они въехали в небольшую безымянную деревушку. Местные совсем не радушно встретили их, попрятавшись по домам и опасливо наблюдая за чужаками из окон. А кто посмелее то и из дверных проемов, выглядывая в узкую щелку приоткрытой двери. - Здесь живут очень суеверные люди. Мое появление, как и любого из Меджаев, считается дурным знаком, - разъяснил Ардет Бей. - Вполне солидарен с их предчувствиями, - подняв палец к верху, воскликнул Джонатан. - Мы идем в пещеру немедленно, - Иви была переполнена решимостью и родственным долгом. - Может не будем так спешить? - Нужно найти проводника, - отрезал Меджай. Все синхронно огляделись. Из малого числа местных жителей, ни один не вызвался помочь. - Не ждите помощи от этих глупцов, - худой старик, неизвестно откуда взявшийся, значительно надвинул на глаза великоватую для него пробковую шляпу, стараясь выглядеть загадочно, если так можно было сказать о дикаре в набедренной повязке. - Они не помогут вам. Считают вас проклятым знаком. Особенно тебя, в черном. Но я помогу. Повисло молчание, основанное в целом на недопонимании и недоверии к этому человеку. - Ну что вы, друзья, вовсе не хотите заплатить доброму старичку за экскурсию? - внезапно радостно воскликнул старик и вскинул руки к небу. - Простите? - ошалела Эвелин. - Разве я неправильно выразился, леди? Я ваш проводник!***
Девушка сидела на балконе внутри храма, болтая ногами и наблюдая внутренний дворик. Огромный круглый фонтан полностью зарос лозами неизвестного растения. Было похоже, что здесь был центр оазиса с водопадом. Борясь с любопытством, Джейн все же спустилась к округлому бортику бассейна. Усевшись на самый край и изучая растения под новым углом, она наклонилась совсем низко над стеблями и протянув руку, коснулась их холодной и скользкой поверхности. Одним сильным рывком Джейн оторвало от поверхности и за шиворот подняло в воздух. От неожиданности девушка замахала всеми конечностями, однако закричать ей не позволила сильная хватка руки меднокожего. Поняв в конце концов кто ее держит, она смирно повисла в его руках. Тем временем лозы в бассейне зашевелились, и от туда, словно блохи из травы, по одной или сразу несколько, выскакивали маленькие существа, больше похожие на огромных засушенных лягушек. Но зубы у них были однако вовсе неподобающе огромные. Джейн вновь забилась в истерике при виде этого ужаса. На этот раз Имхотеп опустил ее на землю, за свою спину. Когда на поверхности появилась последняя "лягушка" жрец призвал свою силу обернувшись песчаным гигантом, широко раскрыл пасть и... поглотил их. Всех. - Там еще целый б-бассейн салата. Закуси... - ошарашено промямлила девушка. - Что это было?! Но жрец только развернулся, ловко подхватив стальной хваткой Джейн под руку, потащил девушку за собой. Она уже начинала привыкать к такому поведению. Оставив заложницу на веранде, Имхотеп куда-то снова удалился. От скуки, Джейн стала бродить среди потрескавшихся колонн, мелькая между ними и кружась. Небо было затянуто тучами, сквозь которые можно было лишь догадываться, где спрятана луна. Но вот первые лучи холодного мерцания скользнули между колонн, обдав плече Джейн ледяным прикосновением. Полная луна пригвоздила ее к полу, словно обрушив массу льда. Девушка даже не могла пошевелиться. Воздуха не хватало... Если бы не жрец, вовремя вернувшийся и вырвавший ее из ледяной хватки ночного светила, то скорее всего, она бы уже замерзла насмерть. Горячие руки обжигали почти обмороженные запястия. Кровь Джейн застыла и она уже еле стояла на ногах. Сквозь полуобморочное состояние она понимала, что ее во что-то укутывают, что-то теплое, поднимают на руки и куда-то несут. Когда сознание ее отключилось, Джейн уже не чувствовала, как мужчина, усевшись на пол внутри храма, где лунному лучу неоткуда взятся, устраивает ее бессознательное тело у себя на руках, как когда-то она его, и терпеливо ждет...