Я всегда буду рядом

—Бритт, я… — Я не желаю ничего слышать. Прочь из этого дома! — Да послушай же ты… — Что мне слушать?! Ваши с Билли стоны? О, я уже наслушалась. Прочь из этого дома. Вон! — Это мой дом тоже, поэтому я могу здесь остаться. — Дети,— малыши подбегают,— пошлите. Дверь открывается, и Бриттани вместе с нашими детьми удаляется. Мне становится так безумно грустно. Да, я никогда ее не любил, но мы через столько прошли вместе. Она была для меня самым близким человеком после Билли Джо. Может я не воспринимал ее как близкого человека, но она была прежде всего моим другом. Мы прошли вместе полжизни, а теперь… Все случилось так быстро, тем самым вечером. Я просто пошел в студию к Билли. Мы сказали, что у нас репетиция, чтоб побыть вдвоем. Я трогал своего мальчика и столь нежно любил его, когда дверь открылась, и на пороге появилась Бритт. Тогда я не сразу заметил ее. Мы с Билли были слишком заняты друг другом и только тогда, когда я кончил с громким стоном, я смог увидеть девушку с красивыми длинными волосами на пороге. Я быстро оделся и вылетел из комнаты, но ее нигде не было. Я пришел домой и лег спать, но даже на утро она не пришла. Когда сегодня вечером Бритт вернулась, то она долго плакала, а после ушла с детьми. Из воспоминаний меня вырывает дверной звонок. Я иду открывать дверь. На пороге стоит Билли. Он был весь в слезах и… побитый? На щеке пылает пощечина, сам Билли сильно потрепанный, а под глазом были четыре глубоких царапин от длинных ногтей Эдд. — Выгнала,— говорит Билли. — Ушла,— отвечаю я. — Пустишь? — Конечно,— говорю я, целуя своего мальчика. Он заходит в дом и садится на диван. — Разбила три гитары и синтезатор, телефон с записями, а еще все мои диски. Она была в гневе. — Забрала детей и ушла. Иди ко мне. И я обнимаю его. Лаского и нежно. Ведь теперь у нас ничего не осталось. Мы потеряли даже группу. Мы не распались, но это уже совершенно не то. Уже нет теплой дружеской атмосферы, ничего нет. Остались только мы. Во всем огромном мире у нас теперь нет ничего. И нет смысла двигаться дальше. — Майки? — Пойдем, — я беру его за руку. Теплая ладошка моего мальчика меня греет. Я подвожу его к аптечке и достаю маленькую баночку, после чего мы садимся на наш диван. — Билли, я люблю тебя, но смысла жить дальше уже нет. Я всегда буду рядом.— и я протягиваю ему таблетки. — Я люблю тебя, Майки. Ты подарил мне самую лучшую и удивительную жизнь. — и Билли глотает таблетки. Не заставляю себя ждать и тоже проглатываю несколько. Держу его рукой за подбородок и смотрю в зеленые глазки. Вскоре они начинают закрываться, и его тело падает на диван. Через пару секунд тьма окутывает и меня…