Доктор, у меня вибратор застрял!

      Порой бывают такие моменты, когда все время занимает работа, и лишь жалкие несколько часов остаются на то, чтобы хоть немного отдохнуть и вздремнуть. Вот и Ким Воншик был затянут в рабочую рутину, совершенно перестав уделять внимание своей земляничной омеге, практически не появляясь дома.       Как до альфы это дошло? Все просто. Спустя год, в том самом кабинете, на том же самом стуле, перед доктором сидел пациент с, как бы это мягко сказать, необычной проблемой. Какой? Да той же самой, что и в первый раз!       Парню двадцать три, кто бы мог подумать, а он фигней страдает!       Поначалу, заприметив в списке записанных на сегодняшний приемный день пациентов знакомое имя, Воншик не сказать, что удивился. Он охренел. Выпал в осадок. Конкретно завис. А когда отвис, первым делом перепроверил, тот ли этот Ча Хакён. Вот только он не стал тут же названивать омеге и выяснять, что у того такого произошло, что беспокоит и мчаться на помощь первым же рейсом неотложки. Обычно Хакён устраивает невообразимые истерики, сломай он свой наманикюренный ноготок, а значит это что? Правильно. Омега что-то задумал, ибо он бы уже обзвонился своей паре. Вот альфа и решил подыграть омеге, спихнув остальных пациентов, после “особенного”, на друга. Тем более, что он чрезвычайно соскучился по своей диве.       - Я вас слушаю, молодой человек, – первым подал голос доктор, не отрывая своего взгляда от хитро прищуренных глаз напротив. Альфа сидел в расслабленной позе, откинувшись на спинку своего рабочего стула.       - Ну.. У меня.. Это.. – проведя кончиком языка по своим губам, тем самым увлажняя их, произнес Хакён, медленно перекинув ногу на ногу и скрестив руки на своей груди.       От томного голоса и действий омеги, альфа незамедлительно почувствовал, как низ живота скрутил тугой ком возбуждения.       - Что “это”? – будто издеваясь, поинтересовался Ким и, встав из-за стола, прошел к двери, закрывая ее на ключ, который достал из кармана брюк.       «Прям дежавю» - подумал Воншик, расслабив узел галстука и шумно сглотнул, предвкушая. Убрал ключ обратно в карман.       - Доктор, у меня вибратор застрял, – жалобно проскулил парень так же вставая со своего места и разворачиваясь, оперся о краешек стола, не отрывая пропитанного желанием и тоской взгляда от широкой спины мужчины.       От ощущений в своей шкодливой филейной части Хакён даже бровью не повел. Игрушки перестали приносить ему должного удовольствия, стоило ему встретить своего альфу. Да и в последний месяц он только и делал, что занимался самоудовлетворением, напрасно дожидаясь Воншика с работы. Ведь последний, бывая дома, только приводил себя в порядок и возвращался на работу. Вот Ён и прибег к вынужденной мере. Раз трудящийся альфа не идет к жаждущей внимания омеге – значит, омега сама идет к альфе.       - Если застрял, то я помогу вам его достать, - произнес Воншик, подойдя и встав перед своим пациентом, опираясь руками о стол с двух сторон от желанного тела. У обоих заплясали искры в глазах. Сердца ускоренно застучали, словно после марафона, пульс оглушительно забился в ушах.       Подавшись чуть вперед, сокращая и так мизерное расстояние, альфа коснулся своими губами щеки омеги. Отчего у Ча непроизвольно вырвался прерывистый выдох.       - Прошуу.. – с придыханием протянул шатен, закрывая глаза. От желанного прикосновения губ к его щеке кожа запылала на том самом месте и растекся жар по всему телу, заставляя парня дрожать.       - Чего просишь? – хрипло спросил альфа, накрывая широкими и сильными ладонями хрупкую омежью талию.       Ощущения твердых ладоней вымели из омеги весь здравый рассудок и слова, что он хотел сказать, заставили блаженно застонать и запрокинуть голову назад. Как же долго он не испытывал нечто подобного. Безумно скучал по своему альфе, его прикосновениям и властным ощущениям, которые так безумно любил.       В следующий миг Воншик поднял Хакёна, оторвав от пола, и посадил его на край своего рабочего стола, тут же вдвинув бедра меж колен омеги. Не теряя и секунды, альфа моментально прижался своим возбуждением к возбуждению младшего, одновременно застонав с ним в унисон.       Хакён не смог понять, отчего именно застонал. От металлической пробки, что надавила своим острым концом на простату или от того, как прижался к нему Ким, а может и от тог, и другого разом, но одно знал он точно. Еще немного и он позорно кончит в штаны от одного лишь ощущения под своими пальцами твердости мышц, что покоились под плотной тканью одежды.       Чуть наклонившись к омеге, Воншик посмотрел в слегка приоткрытые глаза, затягивая в свои глубокие, потемневшие от страсти, озера, такие, что можно утонуть.       - Скажи мне, что ты хочешь, и я сделаю это, - тем же хриплым шепотом произнес мужчина, опаляя пухлые губы своим горячим дыханием.       Вместо того, чтобы ответить, Хакён подался вперед и, преодолев и без того короткое расстояние, коснулся губ альфы своими, сходя с ума от эмоций, что зашкаливали. Шатен обвил руками шею блондина и потерся об него словно сука, желающая случки. Собственно так оно и было.       На действия омеги Воншик зарычал, перехватывая инициативу и углубляя поцелуй, врываясь языком в рот Ёна, сплетая языки в страстном танце.       Сорванная одежда разлеталась по всему кабинету, пара и не особо о ней заботилась. Поэтому оторванные пуговицы со звоном соприкасались с напольным покрытием. В устроенном сумбуре пара оставляла друг на друге собственнические метки, а когда с одеждой было покончено, альфа приказал омеге забраться на стол и встать на четвереньки. Все, что было на столе так же оказалось в спешке скинуто на пол.       Как и было велено, Хакён забрался на стол и под пристальным, хищным взглядом,развел ноги шире, прогнувшись в пояснице. Первое, что бросилось в глаза альфы - это выкрашенный в кислотно-розовый цвет круг, который обхватывали слегка покрасневшие края ануса. От давления на него пальцев мужчины омега опустил голову, столкнувшись лбом с холодной поверхностью стола, и сдавлено застонал.       - В..вытащи.. – прохрипел парень, дрожа всем телом и покусывая до крови свои губы.       - И вот с этим ты развлекаешься, когда я отсутствую дома? – Воншик поудобней взялся за плоский конец пробки и резко вытащил ее с громким хлюпом, откинув в сторону.       От подобного омега зашипел и сильнее выпятил свою задницу, из ануса которой потекла природная смазка, вперемешку с голубыми разводами лубриканта.       «Черника значит», - проносится в голове врача, когда тот втягивает носом воздух, переполненный ароматами похоти и их собственных запахов - земляничное варенье и мятный чай.       Подойдя ближе к столу альфа просунул в раскрытый и пульсирующий анус своего мальчика сразу же два пальца, тут же надавливая на простату.       Хакёна всего выгибает - он закидывает голову назад, распахнув глаза и раскрыв рот в немом стоне, с силой сжимает кулаки, впившись ногтями в свои ладони.       - Боооже.. – надрывно прохрипел омега, чувствуя, как альфа массирует его самую чувствительную точку изнутри, - Если ты продолжиии..ха!       Горе пациент не успел закончить, так как, прогнувшись до хруста в позвонках и сжав пальцы на ногах, излился в руку любовника, который обхватил ладонью его член и всего лишь раз провел по нему.       Вынув пальцы из задницы омеги, альфа обнял ослабленного парня поперек талии и, перевернув его, усадил на край стола. Второй же рукой мужчина провел ладонью по своему члену, смазывая его семенем любимого. Приникнув к покрасневшим губам, мужчина почувствовал металлический привкус.       Поцелуй получился обжигающе страстным, Ён вновь обхватил руками шею Воншика, отвечая жадно, несдержанно и мокро. Низ живота скрутил узел нового желания, а член стал набухать, будто это не он кончил мгновение назад.       Обнимая партнера за талию одной рукой, а второй придерживая свой орган, блондин приставил головку к пульсирующей дырочке и, толкнувшись вперед, вошел одним резким толчком. От ощущения того, как упругие стеночки сжимают его плоть, Воншик разорвал поцелуй и утробно рыкнул, начав работать своими бедрами. Узость внутри омеги срывала все заслонки, даря наивысшее удовольствие.       При каждом толчке головка члена проходится по простате, отчего Хакён запрокидывает голову назад и не сдерживаясь, стонет в голос, периодически выкрикивая имя любовника. Сходя с ума от головокружительного наслаждения, омега беспомощно цепляется за плечи альфы, оставляя красные царапины от своих ногтей.       Им плевать, что их кто-то услышит. Они словно изголодавшиеся животные тянущиеся друг к другу. Ведь только сейчас до них дошло насколько они скучали и тосковали, находясь столько времени порознь, хоть и живут в одной квартире. Сейчас, в этом кабинете, с которого все и началось, они заполняли образовавшуюся пустоту внутри себя: касаниями, поцелуями, отметинами, быстрыми и резкими движениями, подмахиванием бедер, стонами и невероятной близостью.       Второй раз Хакён кончает, не притрагиваясь к своему члену - уткнувшись лбом в изгиб шеи Воншика, омега из последних сил сжимает своими пальчиками его плечи и с хриплым стоном изливается, пачкая их животы.       Ким последний раз двигается в Ёне и, не успевая выйти, обильно кончает в любовника, дурея от того, как стенки ануса сжимают его ствол. Разбухший узел связывает любовников на некоторое время.       Переведя дух, Воншик осторожно подхватил под попу обнимающего его за шею Хакёна и перебирался на стоящий у стены диван, на котором спал последнее время.       - Еще раз предпочтешь мне работу и я уйду от тебя, - шепчет омега, боясь говорить нормально, так как чувствует легкую боль в горле. Сорвал. На груди у альфы тепло и уютно, отчего глаза слипаются. Тело, разморенное негой, словно парит.       - И я люблю тебя, оригинальный ты мой, - улыбается мужчина, коснувшись губами виска омеги. Воншик натягивает на их тела плед, когда вымотанный, “особенный” пациент уже посапывает на его плече.