***
- Её не могут посадить, она была невменяема, - услышала я голос врача за дверью моей палаты. Чёрт, сколько я спала? Скинув с себя одеяло, я подошла к окну. Виднелся рассвет. Значит, как минимум восемь часов была в отключке. Я подошла к двери и прислушалась к разговору. - Так значит, Клэр не будет присутствовать в суде из-за невменяемости? Нам нужен диагноз данной пациентки или её присутствие двадцать шестого числа, – сказал незнакомец. - Пока Клэр находится под моим наблюдением. Она только вчера начала осознавать, что большая часть того что она видела было иллюзией. Точный диагноз на данный момент поставлен быть не может. Я замечаю всё новые и новые признаки поведения. Для их полного выявления и лечения нужно время. Могу с уверенностью сказать, что у девочки есть психическое отклонение, которое способствовало убийству собственной матери, - ответил доктор Ретто. - Хорошо. Тогда передайте её отцу, что дочери не светит срок. Ну, в крайнем случае, условный. Затем послышались отдаляющиеся шаги. Похоже, это был адвокат. Доктор вздохнул и послышался звон ключей, которые перебирает, чтоб открыть дверь. Я тихонько вернулась в кровать и села на неё. Дверь открылась, и ко мне зашёл уставший мужчина, чтоб проверить моё состояние. - Память начала возвращаться? – спросил Ретто, подходя ближе к койке. - Я не убивала свою мать, - со злостью ответила я, хоть и понимала, что такое могло произойти. Если всё то, что я считала настоящим, оказалось лишь игрой моего воображения. - Значит, нет, - доктор достал из кармана какие-то небольшие свёртки бумаги. Нашёл с моей фамилией, развернул и достал три капсулы. Протянув мне, он добавил. – И не думай выкидывать их. Я кивнула и взяла протянутые мне таблетки. Под надзором врача я должна их выпить, но от этих препаратов становится только хуже. Сделав вид, что я положила таблетки в рот и проглотила, лежащие капсулы в руке были спрятаны под одеяло, пока Ретто внимательно следил за тем, проглотила я их или нет. - Открой рот, - потребовал врач. - Ааааа, - протянула я, показывая, что таблеток во рту не осталось. - Хорошо, а теперь тебе захочется поспать, не вылазь из кровати, - он хлопнул меня по плечу и вышел из комнаты. Спать двадцать часов в сутки – это то, о чём мечтают все, но в данной ситуации лишь мешает во всём разобраться. И так, всё что происходило со мной ранее, было лишь моим воображением, но с какого момента всё началось?***
Если честно, то я уже сбилась со счета, сколько дней я прибываю здесь. Доктор Ретто не видел ни каких улучшений. Отец за всё это время заглянул два раза. Каина и Авеля я вижу до сих пор, эти ребята поднимали мне настроение, когда уже совсем не хотелось жить. Но попыток самоубийства я не предпринимала, шанса не представилось. Люцифер и Михаил были постоянными гостями моей палаты, остальные же пропали. Я начала думать о побеге, который совершу, как только потеплеет. В общей комнате сегодня ставили ёлку, походу скоро наступит новый год. Мне было разрешено выходить из палаты, как и остальным, теперь для них я не представляла опасности. Таблетки мне больше не давали, ибо поняли, что я их не принимаю. Теперь колют препараты внутривенно. Меня медленно начало отпускать всё то, что раньше казалось важным. Я практически забыла, что со мной происходило вне этих белых стен. Из головы начали стираться образы Винчестеров и их весёлого друга Эша, от Кроули я помню лишь голос, Мэтт бесследно исчез, а Габриэль всё так же напоминал о своём присутствии в виде санитара. Гэйбом я его уже не называла, за что он был премного благодарен. Сколько здесь я проведу, не знаю, но явно ближайшие полгода не выйду. Общение с местными у меня не задалось, они явно не расположены кому то доверять, так же как и я. Одно я знаю точно: что-то в моём появлении здесь явно не стыкуется. Всё как-то неожиданно, резко и неправдоподобно. А может, неправдоподобно было то, что происходило ранее?