Изгой

Мы уже минут десять торчали в этой клетке, и с каждой минутой эта ситуация казалась всё более мрачной. Шики молчал, но я и сам знал, насколько всё плохо и что я сам в этом виноват. Касаясь прутьев ловушки, я ощущал, как металл подавлял мои способности, но совсем не так, как это было во время нашего заключения, словно тебя сковывают. В этом мраке я не различал, где мы именно находились, стойкий запах мочи, крови и тухлятины ударял по моему чувствительному носу. Сколько же было до нас? От этой мысли и неизбежности грядущего я слегка вздрогнул и сильнее сжал прутья, но они не поддавались. Простонав, я ещё раз дернул прутья, а затем отпустил. Я не знал, что делать, но сдаваться не собирался. Неожиданно по бокам с щелкающим звуком зажглись прожектора, освещая всю комнату: следы крови на стене и полу, внушительные и не очень царапины на полу, оставленные, видимо жертвами этого паренька. — Извините, что всё так произошло. - Из смежного коридора показался наш "охотник". Я оскалился от его оскорбительных слов. А он поднял руки вверх, в примирительном жесте. Ещё один металлический срежетащий звук, и наша клетка начала подниматься. — Ты совсем офонарел!? - как только клетка поднялась на метр, я сразу выбрался из неё, направившись к парню. Поняв серьезность моих намерений, он вытащил из-за пазухи пистолет и направил на меня. Мне пришлось остановиться. — Предлагаю сначала меня выслушать, а потом уже решать. Я промолчал, но за меня ответил Шики, что готов выслушать. — У меня приказ, доставить его, - он указал дулом пистолета на меня, - прямо в Рой. Это прям то, что нам нужно. — А Шики? — Твой спутник останется здесь. — Ну, уж нет. Он отправится со мной. Парень начал колебаться, думая, что же делать. А потом, глубоко вдохнув, произнес: — Плакали мои денежки...хорошо, отправится с нами. - Он спрятал пистолет, а затем протянул руку для пожатия. - Краддиз. Можно Диз. Я, немного помявшись, закончил рукопожатие. — Ной. — Ээээ...разве? Мне сказали, что тебя зовут по-другому? — И как же? - я разгорелся жаждой узнать своё настоящее имя, но его опередил Шики. — Нам неинтересно. Краддиз переводил от меня взгляд к Шики, потом обратно, а затем пожал плечами. — Отправляемся прямо сейчас, а то мне как раз надо было в Рой. Мы согласились. — Почему ты не хочешь знать моё имя? - шепотом возмутился я, когда Диз вел нас обратно к посадочному доку. — Потому что решил, что это имя что-то мне сообщит, а я этого не хочу. — Хорошо, - протянул я, замолчав. Говорить что-то против я не мог, ведь понимал, какие противоречия это создаст в душе Шики. Истребитель наш отправили на торги, потому что более был не нужен. Теперь нам приходилось полностью полагаться на Краддиза. Он же был желтым, как и я, поэтому я пытался себя утешить тем, что своих не бросают. Диз был очень болтлив, но нам приходилось это терпеть, ведь вариантов не было. Он говорил обо всём: о ситуации на колонии, о том, сколько стоит топливо и где дешевле. Мы же с Шики молчали, потому что не знали, как поддержать разговор, а между собой просто не хотели из-за ситуации в логове работорговли. — А вот и моя красавица, - блаженно произнес Диз, останавливаясь перед посадочной платформой, к которой было прицеплено судно. Компактное, его нельзя было отнести ни к одному классу кораблей. Задняя часть напоминала грузовое судно в виде своеобразных блоков, соединенных между собой. А передняя, как транспортное, к которому были приделаны военные пушки и щиты. Несмотря на эту "сборную солянку", всё было искусно соединено, что непрофессиональным взглядом нельзя было определить эту химеру космоса. Цвет же был един - оранжево-коричневый, или же ржавчина, что только придавало некоторое изящество кораблю. Вся эта композиция меня глубоко поразила, Шики же просто хмыкнул, что-то невнятно пробурчав. Диз продолжил: — Когда моя красотка только-только была закончена, одна значимая фигура, имени я не знаю, Роя сказала, что это самый прекрасный корабль, который он видел... - затем его тон сменился на шуточный, - а потом он пару часов изучал изнутри, восхищаясь. Я не был удивлен его поведением, среди нас, летчиков, было известно о его мании к кораблям. Потом он ещё о чём-то много говорил, но я не слышал. Мне казалось, что звуки вокруг стали приглушенными, а корпус корабля стал важным в моих мыслях. Ощущение чего-то знакомого не отпускало меня. Словно я уже видел его. Эту краску. Слышал это гудение двигателей. Хотя сломленная память нашептывала, что гул слегка изменился. Диз пригласил нас на корабль, между тем продолжая свой рассказ, который я попросту не слышал. Поднявшись в транспортный отсек, я быстро скользил взглядом по внутренней обстановке корабля, неосознанно отмечая изменения, что приводило к конфликту памяти и, как следствие, головной боли. Но эти салки с головой были прерваны Шики - он коснулся моего плеча с тревоженным видом, но не сказал ничего. Да и я сам понимал. Когда же мы добрались до капитанского мостика, Диз, наконец-то закончил свою триаду о кораблях и, развернувшись, сообщил, что мы готовы к отлету.