Изгой

Я немного был удивлен тому, что мне так спокойно разрешили отправиться на миссию, с которой я мог и не вернуться. Да и хотел ли? Хана, после разъединения с командным центром, до конца пыталась меня переубедить, но всё было бесполезно - я словно не слышал её. Другие же, молча, с каким-то сожалением смотрели на меня. Может, они понимали меня, а, может, и нет. Они знали прошлого меня, который, возможно, и нашел бы выход, но сейчас я был сломлен, и меня мало волновали другие выходы из этой ситуации. Унук, смирившийся с происходящим, подробно описал мне, куда мне надо идти, а потом, что сделать, чтобы отключить глушитель для того, чтобы связаться с ним. Перед вылазкой я взял несколько энергетических батарей для этих странных винтовок, что не убивали. Для матерых вояк смотреть, как товарищей убивают, а враги всего лишь падают в обморок - пытка. Старк подошел ко мне, протянув свой пистолет, в котором были нормальные патроны. Он сказал, что мне это больше пригодится. Магазин полупустой, но я знаю, что делать. Я был ему благодарен. Из всей команды он единственный, кто лучше всех понимал меня, знал, что я изменился. По его взгляду я читал, что он согласен с моим выбором и не собирался оспаривать. Мужчина был одним, когда я покидал место нашего поста, остальные не хотели прощаться. Я не осуждал их. Старк закурил. Я не часто видел его за этим делом. Мы просто стояли и смотрели в даль коридоров, покрытых сажей и кровью. Мёртвых почти не было. Всех Зелёных, которые нам попались, уже вывезли со станции, как и наших, что словили путевку к Смерти. Мы молчали. Да и нам не нужно было слов. Огонёк постепенно выжигал сигарету, словно высчитывая отведенное нам время. Я не мог собраться с мыслями. Держась за рукоять кинжала, что сделала мне Юи, я пытался сосредоточиться на том, что останусь один. И почему-то какой-то горечи от этого я не чувствовал. Старк, в последний раз выдохнув струю дыма, бросил окурок на пол. Я взял свою винтовку, что всё это время опиралась о стенку. Проверив пистолеты, а также кинжал, я повернулся к мужчине, который уже протягивал мне руку. Слабо улыбнувшись, я сдержанно пожал её. Я хотел крепко и по-дружески обнять его, но мы оба понимали, что это может породить сомнения во мне. Старк лишь сказал, что я сам выбрал этот путь, значит, он является единственно правильным. А после я ушел, ни разу не обернувшись. На пути к вершине станции мне почти никто не попадался, лишь один раз я встретил отряд Зелёных, который попытался меня устранить, но я быстро смог их уговорить добровольно сдаться нашему посту, что ещё курсировал по транспортному сектору. Они не хотели верить, поэтому мне пришлось одного вырубить из своей винтовки, подтвердить, что это не убивает. Они не хотели умирать. Им было ради чего жить. Главная преграда мне попалась почти в самом конце, когда я встретил одного из Касты в сопровождении охраны. Мои попытки убедить были бесполезны, из-за этого мне пришлось прорваться к ним и с малыми потерями убить Правителя. Это оказалось немного сложнее моих предположений. Во время атаки меня несколько раз ранили, задев важные органы, но я всё равно выполнил свою миссию. Выживших защитников я убедил оставить оружие и последовать за другими, захватив своих парализованных товарищей. А дальнейший путь превратился для меня в Ад, что совсем не пугал. Раны без остановки кровоточили, словно во мне десятки литров крови. Оставляя за собой кровавую линию, а также силы, я всё же добрался до нужного мне этажа. Опираясь плечом о стены, я словно волок своё тело. Перед глазами периодически мутнело, но это не так сильно мне мешало, поэтому моя задача заключалась лишь в поисках нужной комнаты. Время тянулось изнурительно медленно. Мне уже казалось, что я ошибся этажом или того хуже. Но мне повезло, потому что я наткнулся на маленькую каморку, внутри которой расположился небольшой генератор. На первый взгляд, всё в нём было в порядке, но мне надо было лезть под его крышку, где и крылась проблема. Я ввел пароль на боковом интерфейсе своими покрытыми кровью пальцами, а затем осторожно снял крышку, поставив рядом. Что-то подозрительно щелкнуло, но я не обратил внимания, вспоминая слова Унука. Затем я поступил, полностью следуя его словам. Со мной сразу же связались. Унук начал постепенно говорить мне, где поломка и что делать. Я мало понимал, что делаю, но в скором времени загорелась какая-то лампочка, после чего мужчина сообщил, что всё пришло в норму, а затем сказал возвращаться обратно. Но я не то, что не хотел, я не мог. Раны были слишком серьезными, чтобы я смог вернуться. Закрыв крышку, я осел на пол, уже покрытый пятнами моей крови. Некоторое время я сидел с закрытыми глазами, пытаясь собраться с мыслями и привыкнуть к раздирающей боли. Но в какой-то момент я вновь открыл глаза, и взгляд упал на генератор, на котором откуда-то появились часы с обратным отсчетом. Когда я попытался узнать у Унука, что же случилось, он пришел в ужас. Как выяснилось, группа, что устанавливала генератор, сменила кодовый набор, из-за чего все ошибочные активировали таймер. Я лишь усмехнулся. Кажется, пистолет Старка не понадобится. Оставалось чуть больше десяти минут. Перебиваемый Унуком я пытался выяснить, дошли ли те Зелёные до их постов. Услышав желаемый ответ, я отключил передатчик, а после снял свой кпк и с помощью кинжала разбил его. Теперь я остался наедине с собой. На таймере было чуть больше пяти минут. Я мог в спокойной обстановке переворошить свою маленькую жизнь. Семья Шики, эта добродушная семья, что приютила меня, они признали меня, хоть и был чужим. Розана, ты хотела моей смерти - и твоё желание исполнится. Извини, что не смог уберечь Шики. Это только моя вина. Он мне постоянно твердил, что это его выбор, но если бы не я, то он бы не покидал свою семью. И теперь его аромат преследовал меня, как Смерть, дыхание которой я уже чувствовал. Она, видно, уже позабавилась с моей жизнью вдоволь и теперь захотела вернуть. Я вспомнил отряд, что сейчас уже покинул пределы станции. Извините ребята, но я не тот Леон, которого вы знали. Я всего лишь Ной. Без памяти, семьи и любимого человека. И всё, что мне остается, это покинуть этот мир, не оставив ничего после себя. Я не смог прижиться ни в одном из миров. Ни в том, в котором жил Шики, ни в мире Терры. Я всего лишь призрак прошлого себя. И сейчас, наблюдая за таймером, на котором оставалось около трех минут, я понимал, что мои недолгие, но такие важные воспоминания терзают меня. Я ещё так много не сказал, не сделал, не возжелал. Но без Шики это всё бессмысленно. Он стал изгоем своей страны, не был принят террористами, он разрушил всё своё будущее, лишь бы быть рядом со мной. Я этого не понимал. Слишком стремился познать прошлого себя. И получил по заслугам. Интересно, после смерти есть жизнь? Ведь я так желаю встретиться с ним, обнять, прижать к себе, вдохнуть его аромат, разъедающий сейчас мою больную душу, и сказать всё то, что не мог ему сказать. Он всегда говорил мне, как сильно меня любит, а я лишь улыбался. А теперь осознавал, что эти слова могли заставить его улыбнуться, такого грустного, и сделать счастливым. Оставалось меньше минуты, а я глядел в потолок, который расплывался из-за слез, что не переставая текли. Мне хотелось стереть их со своего лица, но я не чувствовал рук, как и острой боли. Я потерял слишком много крови, чувствовал слабость, но в обморок не падал, несмотря на то, что иногда чувствовал, как разум мутнеет. Мне оставалось недолго, но я всё ещё вспоминал те теплые мгновения, поведенные с Шики. Почему я был дураком? Верно говорят, что ценим то, что потеряем. Я потерял Шики и теперь всем тем, что у меня есть, желал увидеть его хотя бы на мгновение. Я так много хотел ему поведать о своих чувствах, что не раскрывал. Осталась пара секунд. Три... Надеюсь, он меня простит... Два... Шики... Один... Я тебя люблю...