Kurtbastian One-Shots

Курт стоял под дождем, позволяя ему разрушать себя. Его костюм промок, капли дождя стекали по его волосам, скатывались по коже и оказывались под его одеждой. Он их не замечал, он перестал беспокоиться о чем-либо. Он полагал, что они не могли нанести больше вреда, чем он уже потерпел, и он решил попытаться слиться с ними. Он позволит им окружить его, поглотить, высосать его боль и утопить его душу. Его касались сотни рук - хватали его за плечо и сжимали, пытаясь утешить или самим найти утешение. Но он как будто онемел, и не мог ничего принять. И у него не осталось ничего, что отдать взамен. Курт мог бы начать отмечать смерть каплями дождя, так же, как многие люди отмечают день рождения количеством свечей на их торте. На похоронах его матери не было дождя. На самом деле, тогда стоял прекрасный день. Небо было приятного василькового цвета, на небе практически не было облаков. Курт насчитал две тысячи девяносто шесть капель дождя на похоронах Финна. Он начал считать с того момента, как священник начал читать молитву Господню, и остановился в какой-то момент после того, как отец в оцепенении отвел его от гроба. На похоронах отца Курт продолжал считать, пока не дошел до десяти тысяч капель, но к тому времени он уже не был уверен, считал ли он капли дождя на своем лице или слезы. Все, казалось, слилось вместе. Теперь, практически пять лет спустя, он наблюдал, как друзья Кэрол собрались, чтобы попрощаться с ней с последний раз. Он пережил их всех - свою маму, брата, отца, мачеху - они лежали рядом, практически бок о бок. Для него места уже не оставалось. В тот момент он решил, что, вероятно, будет кремирован. Теперь ему казалось бесполезным считать капли дождя. Они казались неизбежным злом, столпом существования. Если бы это был чей-то день рождения, повсюду были конфетти и гофрированная бумага. Свадьба - в него бы бросали рис. Раз кто-то умер, начинался дождь. Служба прошла очень красиво. В этот раз он отказался от ее планирования. Он провел время куда лучше, сидя у постели Кэрол и слушая ее рассказ о том, как она влюбилась в его отца, снова и снова, как будто она боялась, что всё забудет, если не будет постоянно повторять каждую деталь. Похоронное бюро организовало поминки при помощи организации Ветеранов Зарубежных Войн США, и, как только были произнесены молитвы и вознесены цветы, скорбящие уехали обратно в город праздновать жизнь Кэрол так, как этого бы хотела она - за столом, ломящегося от разных видов запеканки и желе, а не у дыры в земле. Курт не смотрел, как все уходили. Он не наблюдал, как его постепенно оставляли одного. Он ждал тишины, которая бы настала, как только он бы остался наедине, чтобы попрощаться. Но один человек все не уходил. Он стоял поодаль, не слишком далеко от гроба, уважая желание Курта побыть наедине с мачехой. Его присутствие раздражало Хаммела. Чего он ждал? "Прощай" - короткое слово, думал Курт. Просто скажи его и уходи. Кэрол бы попросила Курта быть повежливей, но сейчас у него не было для этого настроения. - Я могу вам чем-то помочь? - выплюнул Курт, не отрывая взгляда от горы роз на земле, обращаясь к расплывчатой фигуре. - Не надо так нервничать, Принцесса, - с насмешкой ответил знакомый голос. - Только тебя здесь не хватало, - сказал Курт, резко подняв голову и встретившись взглядом с усмехающимися зелеными глазами. - Из какой гейской дыры ты вышел? - Отдаю дань уважения, - ответил Себастиан. Он огляделся по сторонам, на кладбище больше никого не было. - И где же твои друзья? Я думал, они будут петь какие-нибудь вдохновляющие баллады или еще что-то. Курт вновь посмотрел на розы - все они были белыми, за исключением одного лавандового букета. Он знал, что это были любимые цветы Кэрол. Он был у семи флористов, пытаясь найти идеальный букет. В итоге он нашел маленькую лавку в Сейфвэй. Курт рассматривал увядающие лепестки, мысленно умоляя, чтобы они забрали с собой его стыд. - Я не сказал им. Себастиан не спросил, почему он это сделал. Он лишь вопросительно поднял бровь в надежде на то, что Курт продолжит свой рассказ. - Мы все так заняты и в последнее время так редко видимся, - Курт вздохнул, подставив свое лицо под дождь. - Я не хотел, чтобы мы стали теми друзьями, которые собираются вместе лишь на похороны, - взгляд Хаммела блуждал по многочисленным могилам и надгробиям. Курт не хотел видеть осуждающее лицо Себастиана. - Я напишу массовую рассылку, когда вернусь. Курт рискнул взглянуть на собеседника. К его удивлению, Смайт его совсем не осуждал. Он слушал Курта с неподдельным интересом. - Подожди... Что ты здесь делаешь? - снова спросил Курт, внезапно осознав, что Себастиан не должен был быть здесь и прощаться с Кэрол, насколько комфортно им бы ни было разговаривать наедине сейчас. - Не будь таким параноиком. Несколько моих родственников тоже сегодня возлагали цветы, - Себастиан махнул рукой в другую сторону кладбища, где стояли мавзолеи и большие склепы. - Я просто случайно увидел твою маленькую вечеринку и подумал, что узнал твою неизменную прическу. Курт кивнул. Себастиан кивнул в ответ. Между ними начала нарастать неловкость. - И... Как там Блейн? - немного замешкавшись, спросил Себастиан. Курт отвернулся, чтобы незаметно закатить глаза. - Эм... Наши отношения не были такими, какими мы думали они будут, - признался Хаммел. - Хочешь сказать ничего не вышло даже после того огромного показушного предложения? Курт поежился от издевательских ноток в голосе Себастиана. - Ну, видимо, наша совместная жизнь не дотягивала до этого уровня, - слова Курта отдавали горечью. - Как бы то ни было, он прислал свои соболезнования и красивый букет калл из Калифорнии, - он без всякого энтузиазма указал рукой на чистые белые цветы, мокнувшие вместе с ними под дождем. - Очень жаль, - сказал Себастиан немного неубедительно. - Можешь не верить, но я болел за вас, парни. - Слушай, Смайт, - огрызнулся Курт, стараясь скрыть дрожь в голосе. - Как бы тебе ни было весело издеваться надо мной, я не собираюсь терпеть это сейчас и тем более здесь. А теперь, если позволишь... Курт повернулся, слегка скользя по промокшей траве, и направился прочь от могилы. Его сердце разрывалось на части. Он еще не был готов отпустить Кэрол, но теперь он должен был это сделать по независящим от него обстоятельствам. Пройдя несколько метров, Курт решил повернуться и стоять на своем, потребовать, чтобы незваный гость с лицом суриката ушел, но мягкий, мягче, чем дождь, и еще более резкий голос остановил его. - Прости. - Что? - прошипел Хаммел, впервые за этот день почувствовав, что он замерз. Себастиан подошел к Курту, спрятав руки в карманах. Он выглядел раскаявшимся. - Прости. Я не хотел причинить тебе еще больше боли. Совсем наоборот. Я просто... - Ты просто что? - резко спросил Курт. Правда теперь ему было любопытно услышать ответ старого знакомого. Себастиан посмотрел куда-то вдаль, в дождь, надеясь спрятаться на минуту от пристального взгляда Хаммела. - Я надеялся снова увидеть старого Курта. Знаешь, того, который не позволял, чтобы мне все сходило с рук. - Значит, ты нарываешься на драку? - ошеломленно спросил Курт, скорчив гримасу отвращения. - Э-э, нет, - рассмеялся Себастиан, покачав головой. Он посмотрел на свои дорогие черные туфли, испачканные в грязи. - У меня это плохо получается, - признался он. - Утешать людей. Это никогда не было моей сильной стороной. Я просто подумал, что, ну знаешь, если я втяну тебя в спор, это... ну не знаю... поможет. Курт ухмыльнулся, смотря на человека в испорченном костюме от Армани, который буквально хотел провалиться под землю от его взгляда. - Значит, ты хочешь мне помочь? - Да, я сам отчасти шокирован, - Себастиан вновь посмотрел на Хаммела, его солено-морские зеленые глаза улыбались сквозь длинные ресницы. Курт закусил губу, сдерживая смех. - Слушай, - продолжил Смайт, подойдя к Курту, - я не думаю, что ты хочешь провести следующие три часа, пожимая всем руки и поедая запеканку из тунца. Может, пойдешь со мной, и мы... даже не знаю... чем-нибудь займемся. Курт ждал подвоха, который всегда был в предложении от самого Себастиана Смайта. Но в этот раз его не было. Себастиан ответил на нерешительный взгляд Курта еще одним вопросом. - Если бы ты мог сейчас заняться чем-то одним, то что бы сделал? - произнес он, перефразировав свой вопрос и надеясь на этот раз получить на него ответ. Курт хотел сказать: "Я очень хочу спрятаться от боли". Это были бы самые искренние его слова за многие годы. Но в итоге он произнес: "Я очень хочу спрятаться от дождя". Себастиан улыбнулся. - Это, думаю, я могу обеспечить. Смайт прошел мимо него, направившись туда, где он припарковал свой черный порше. Курт наблюдал за Себастианом, но не пошел за ним, все еще не доверяя этому непредсказуемому человеку. Себастиан повернулся, посмотрев на Курта. Увидев, что тот не двинулся с места, он протянул ему свою руку. - Пойдем, Хаммел, - мягко сказал он. - Я не хочу утонуть под этим дождем. Курт вопросительно наклонил голову. - Что ты на самом деле здесь делаешь? Себастиан тяжело вздохнул так, как будто его только что поймали с поличным. - Я приехал в Вестервиль к родственникам. Увидел некролог в газете. Я не знал... - дерзкая маска Смайта немного спала. - Я просто подумал, что тебе понадобится друг. Курт почувствовал, как уголки его губ слегка растянулись в улыбке на его онемевшем лице. - И ты уверен, что не пришел сюда в надежде встретиться с Блейном? - спросил Курт, прищурившись. Себастиан закатил глаза. - Ну, в некрологе не было написано "Похороны организовал Блейн Андерсон", так что нет. Я пришел, надеясь увидеть тебя. Курт покачал головой и улыбнулся. Только Себастиан Смайт мог сделать так, чтобы безвкусный комментарий звучал как комплимент. Хаммел сделал шаг вперед. Он посмотрел на все еще вытянутую руку Себастиана и протянул в ответ свою. Себастиан, кажется, резко вдохнул при соприкосновении, но его реакция была такой незаметной и тихой, что Курт не обратил на нее внимания. После того, как Курт взял Себастиана за руку, он уже ничего не замечал. Ни непрекращающийся жгучий дождь, ни тучи, ни многочисленные лужи по дороге к машине Смайта. Единственное, что Курт почувствовал, когда его рука соприкоснулась с рукой Себастиана, единственное, что помогло ему пережить остаток дня, было всеобъемлющее тепло, которое он не чувствовал уже много лет.